Почему же ты грустишь, Сынчоль?

Снежный зимний день в Сеуле. Сегодня корейские караты пришли на долгожданный фансайн. В помещении было прохладно, а в воздухе витала дружеская атмосфера. Все мемберы рассказывали про недавний камбэк, много смеялись и веселились вместе с фанатами. Обычно в такие дни Сынчоль был очень счастлив, но сегодня Купс был неожиданно тихим и старался не привлекать к себе внимания. - Чоль, что-то случилось? - спросил сидящий слева Джонхан, всегда замечавший, когда кто-то из его друзей был не в духе, на что лидер только беззаботно покачал головой и натянуто улыбнулся. Кто ж знал, что причиной его грусти и был тот, кто задал этот вопрос. Сынчоль влюбился. В своего друга. Он долго колебался, пытался себя оправдать, но все тщетно. Нелегко все-таки признаться себе в том, что ты гей, а тем более другому человеку. Любимому человеку. Это мучило его день за днем. Чоль очень боялся, что Джонхан не примет его чувства и их отношения испортятся, вот и приходилось лидеру незаметно оказывать Юну знаки внимания: то возьмет его за руку, то слегка приобнимет за талию. И сейчас Эскупс пытался привлечь внимание Хани, но тот, кажется, был слишком занят разговорами с Джису, лишь изредка глядя на Сынчоля и игриво улыбаясь в его сторону, от чего у Чхве сердце замирало и уходило в пятки. И что задумал этот ангел? В конце концов, Чоль решил отбросить все плохие мысли и больше времени уделять каратам. Не зря же они пришли даже в такой холодный день! Он подписывал альбомы, примерял забавные аксессуары и пробовал разные вкусности. За милыми беседами с пришедшими фанатами лидер даже не заметил, как быстро пролетел фансайн и настало время прощаться. - Спасибо всем каратам, что пришли сюда, чтобы поддержать нас! Say the name, - сказал Эскупс в окончании встречи. - SEVENTEEN! – хором ответили остальные мемберы, поклонившись. - Хорошо кушайте и тепло одевайтесь этой зимой! – добавил Сунён. - И не вздумайте подхватить простуду! – закончил Сынгван, после чего вся группа из тринадцати человек под аплодисменты и громкие крики каратов направилась в гримерку. - Ну что ж, снова хорошо поработали, - одобрительно сказал Уджи всем мемберам, когда они уже спустились. - А никто случайно не видел Сынчоля? – спросил Мингю, - Мне нужно уточнить кое-что по поводу нашего выступления на завтрашнем фестивале. - Он отошел в уборную, просил подождать его у выхода, - ответил Вону. - И как он успел так быстро смыться? Даже куртку уже забрал! - удивился Мингю. - Ну, наш лидер, он такой, - посмеялся Докём. - Тогда пошлите на выход? – предложил Сунён, когда все ребята уже оделись. - Вы идите, я догоню, - сказал Джонхан, который все никак не мог попасть в рукав своей куртки. Ну а после того, как она, наконец, поддалась, довольный собой Юн направился в сторону уборной. Эскупс в теплом пуховике стоял около раковины и умывал лицо холодной водой. В последнее время лидер часто так делал, это успокаивало.

«Ревную Джонхана к Джису, наверное, я совсем сошел с ума…»

Настроение было таким ужасным, что в груди все сжималось и от безысходности хотелось плакать. Хорошо, что никто не мог увидеть Купса в таком состоянии.

«Наверное, я сейчас так жалко выгляжу»

- крутилось в мыслях у Чоля. В это же время в дверь уборной тихонько постучали, и Юн Джонхан, спросив «Можно?», вошел внутрь. - Сынчоль, ты в последнее время сам не свой. Я же вижу, что что-то не так. Можешь рассказать мне обо всех своих проблемах, - спросил вошедший, заглядывая в грустные глаза своего друга. - Просто вы с Джису так близки в последнее время. Между вами что-то есть? – сразу же спросил Чхве. Он понимал, что вот она, возможность поговорить с Джонханом по душам, и ни за что не хотел ее упускать.

«Сейчас или никогда»

- Боже, Чоль, ты что, ревнуешь меня к Джошуа? Не волнуйся, мы просто друзья. Но скажу по секрету: думаю, что наш лидер явно положил на меня глаз. - Ч-что ты имеешь… Не успел Сынчоль договорить эту фразу, как Джонхан уверенно притянул к себе Чхве, нежно целуя его. У Эскупса всё внутри будто оборвалось, сердце отказывалось работать.

«Я точно сошел с ума»

Джонхан был полностью уверен в своих действиях. Он нежно играл с языком Сынчоля, прикусывал его мягкие губы, на что лидер так же уверенно отвечал, всё глубже зарываясь руками в волосы Юна. Оба с замиранием сердца наслаждались этим моментом каждой клеточкой своего тела. - Хани, ущипни меня, я точно не сплю? – спросил Чоль, разорвав поцелуй. - Нет, дурашка, я люблю тебя! – ответил Джонхан, игриво целуя лидера в щечку, - Знаешь, кончики твоих ушей сейчас такие красные от смущения, ты так мило выглядишь, - засмеялся Хани, продолжая одаривать Чоля сладкими поцелуями. После этих слов Сынчоль краснел только больше, в тот момент ему очень хотелось плакать от счастья. Он даже и мечтать не мог о том, что Юн ответит на его чувства, не говоря уж о том, что Хан сам начнет действовать. По телу Чхве пробегали миллионы мурашек. Лидер так крепко обнял возлюбленного, что слышал чуть заметный запах его парфюма и прижимал к себе так сильно, будто делает это последний раз в жизни. А Хани в свою очередь что-то сладко шептал ему на ушко и осыпал его нежными поцелуями. - А можно мы будем стоять так целую вечность? – спросил вдруг Чоль, которому все еще не хотелось отпускать Джонхана. - Боюсь, что нет, нам же ещё в общагу ехать. Думаю, нас снаружи уже заждались, - грустно ответил Юн. А ведь он и сам был не прочь остаться в таком положении и стоять так еще долго-предолго. - Тогда пошли быстрее, продолжим в общежитии. - Как скажешь, - ответил ангел Юн, в который раз игриво улыбнувшись. Сынчоль подарил Джонхану еще парочку сладких поцелуев, а потом они направились к выходу, нежно держась за руки. Купсу все ещё не верилось, что все это происходит на самом деле, Хани просто сводил его с ума. - Ну и что эти хёны там делают? Я домой хочу, мне холодно - проговорил Сынгван, стуча зубами. Еще чуть-чуть и его пальцы точно превратятся в ледышки! - Думаю, они должны появиться с минуты на минуту, - ответил Вернон, украдкой беря старшего за руки, чтобы хоть немного его согреть. - Спасибо, - тихонько шепнул Сынгван Хансолю на ухо. Он действительно был благодарен заботливому младшему за такие знаки внимания в его сторону. - А я же говорил, что не нужно было выходить на улицу, а ждать их внутри, - сказал Дино, - вечно вы меня не слушаете! - Поздновато ты вспомнил об этом, потому что они уже идут, - сказал улыбчивый Сунён, увидев парочку за прозрачной дверью центра. - Да, теперь можем ехать, - распорядился Сынчоль, выходя из здания, после чего все мемберы стали расходиться по машинам. Эскупс шел позади всей толпы, нежно обнимая Хани за плечо. Эти двое сейчас были, наверное, самыми счастливыми людьми во Вселенной. Они всё тихонько шептали друг другу всякие милости, постоянно смеясь и смущаясь, наслаждаясь друг другом все больше и больше с каждой секундой.       Так и началась первая глава в их отношениях, которая чуть позже «продолжилась в общежитии»…