Омега для избранного

      Утро встретило Драко ужасной болью в копчике, спине и пятой точке. Гарри всё ещё спал, обняв его со спины. Омега лежал и счастливо улыбался. Ему определённо понравился вчерашний день. Ужин, внезапное предложение от Гарри и очень приятное времяпровождение. Эти мысли грели душу блондина.       Драко вздрогнул, когда сухие губы начали покрывать поцелуями его шею. — Как ты? — Всё тело болит, — надул губки Малфой. — Похоже мы вчера переусердствовали. — Это точно. Но мне понравилось, — Драко улыбнулся, и сквозь боль повернулся к Гарри.       Они долго лежали и целовались, пока в комнате не раздался хлопок, и не появился эльф, возвещающий, что через час они должны быть за столом. Гарри закатил глаза, поцеловал Драко и начал вставать, на что омега отрицательно замычал. В ответ он получил только смешок, после чего брюнет исчез в ванной.       Драко тоже встал и пошёл искать обезболивающее зелье и заживляющую мазь. Взяв всё нужное, омега лёг на живот и стал ждать Гарри. Когда тот вышел, Драко попросил ему помочь. Альфа на это только усмехнулся, подходя к кровати и беря флакон обезболивающего. Капнув несколько капель на спину и копчик Драко, Гарри растёр зелье и принялся за мазь. Приподняв омегу, он подсунул под него несколько подушек и начал намазывать колечко сжатых мышц, проникая пальцем внутрь, чтобы смазать и там.       В итоге через час они спустились в столовую к завтраку. Там Драко сел рядом с Гарри — напротив родителей. — Вижу, у вас была бурная ночь, — протянула Нарцисса, кивая на отметины на шее сына.       Парни переглянулись. Младший Малфой попытался закрыть руками свою лиловую шею, а Поттер лишь усмехнулся и поцеловал омегу в висок, на что услышал шипение. — Дорогая, не смущай их, — улыбнулся Люциус, — ты должен будешь войти в наш род. — Ну уж нет, мистер, это он войдёт в род Поттеров. — А как же наш? Нам нужен наследник. — Значит, Драко родит двоих, и будут они возглавлять разные рода. — А можно я сам решу сколько детей мне рожать? — Конечно, солнышко, но я думаю, что двоих минимум. Представь, насколько они будут милыми, хрупкими. И такими же красивыми, как и ты, — Гарри начал обнимать своего парня. ***** 6 апреля 2002 год.       Прошло уже два года как парни закончили Хогвартс. Сегодня Драко — самый счастливый человек на свете. Сегодня у него свадьба. Будет три церемонии: магическое заключение брака, Министерское и магловское, на этом Гарри настаивал весь день, с самого утра улыбаясь.       Во время подготовки к свадьбе Люциус и Гарри постоянно спорили насчёт фамилии. Устраивали соревнования, пили на выдержку, играли на желание в квидич и многое другое, но всегда была ничья. В какой-то момент омеги не выдержали и решили всё за альф. На одном из ужинов Драко сам сказал: — Отец, Гарри, так уж и быть я рожу двоих, но не больше. И возьму фамилию Поттера.       На тот момент они жили в Малфой-мэноре, так как в Поттер-мэноре и Блэк хаусе они решили сделать ремонт. Благо, деньги у них были.       И Малфои начали поднимать свою фамилию из «грязи». Гарри предложил им свою помощь, ведь он стал главой Аврората и обучал новичков самолично. Его звали на званые ужины и всякие мероприятия, куда он естественно брал своего любимого омегу. И фамилия «Малфой» начала вновь иметь хоть какой-то авторитет. Их больше не поливали различными отходами, по крайней мере, не пытались.       Но вернёмся к свадьбе.       В белом смокинге, украшенном на плече россыпью сверкающих на солнце страз, и с выглядывающим из-под пиджака, словно летящая прозрачная юбочка, длинным краем сорочки под руку с Люциусом, отчаянно бледнея, медленно шагал Драко. Гарри застыл с раскрытым ртом, не веря в то, что этот невероятный красавчик — именно его возлюбленный.       Добравшись до арки, Люциус поцеловал своего сына в лоб и тепло улыбнулся, вверяя в руки жениха.       Гарри сразу же взял Драко за руки, переплетая свои пальцы с его и пожирая его прекрасное лицо глазами. — Мы собрались здесь, чтобы связать священными узами брака эту прекрасную пару — Драко Люциуса Малфоя и Гарри Джеймса Поттера. Согласны ли вы, Гарри Джеймс Поттер, стать мужем Драко Люциуса Малфоя, оберегать его от невзгод, делить с ним радости и горе, любить его несмотря ни на что и быть ему опорой и поддержкой?  — Согласен!  — А вы, Драко Люциус Малфой, согласны ли стать мужем Гарри Джеймса Поттера, любить его даже, когда он накосячит, проявлять терпение и понимание, делить с ним радости и печали и стать для него его путеводной звездой?  — Да, я согласен!  — Что ж, властью данной мне объявляю вас мужем и мужем. Обменяйтесь кольцами и можете поцеловать своего жениха.       Блейз протянул парочке раскрытую коробочку со сверкающими кольцами. Гарри первым надел переливающееся бриллиантами на солнце кольцо на длинный тонкий безымянный пальчик Драко, тот проделал с его пальцем тоже самое. А после их губы наконец-то встретились и словно бы склеились. Все зааплодировали, выкрикивая поздравления, но молодожены полностью абстрагировались от окружающих, крепко обнявшись и страстно целуясь.       На магловской церемонии принято бросать букет, и Драко решил не нарушать эту традицию, даже если у них был однополый брак. Букет поймала Панси, что стояла под руку со своей девушкой. ***** 1 сентября 2004 год.       Драко проснулся около четырёх часов утра. Аккуратно выбравшись из-под бока Гарри, он вышел на балкон. Ещё вчера вечером ему было дурно: головокружение, отсутствие аппетита, плохое настроение и дезориентация. Утром стало ещё хуже. Простояв около пятнадцати минут на балконе, омега понял, что замерз. Пока он стоял и рассматривал сад Поттер-мэнора, он и не заметил, как холодный ветер заморозил пятки, пробрался по ногам под халат и заморозил нос.       Юркнув в тёплую постель, он прижался к тёплому боку альфы, но уснуть не получалось. Сильно болела голова, перед глазами всё плыло. Через какое-то время, отогревшись, Драко всё же сморил сон.       Такое состояние продлилось ещё около месяца. Драко сильно похудел и осунулся, под глазами появились тёмные круги, и Гарри уже просто не мог найти себе места. Были признаки простуды, но сколько бы перечного не покупал Поттер — ничего не проходило. Сегодня он резко вскочил с кровати в пять утра и побежал в туалет. Около пяти минут его выворачивало на изнанку. Записавшись на приём в Св. Мунго, супруги пошли к кабинету, в котором их должны были принять. Там они рассказали симптомы и прошли короткий осмотр. — Догадки подтвердились. Мистер Поттер, Ваш супруг беременнен. Пятая неделя, а Вы, мистер Драко, должны были это знать, как никак, Вы у нас практику проходите, — улыбнулся мужчина-бета. — У меня были подозрения, но Мистер-параноик-что-с-моим-мужем-Поттер решил, что нужно идти в Мунго, и даже не обратил внимания на то, что я учусь на врача, — начал оправдываться омега. — Я хотел удостоверится, что с тобой всё в порядке. — Удостоверился? — Да, и теперь я буду отцом, — альфа резко поднял своего мужа в воздух и начал кружится вместе с ним. ****** 36 недель спустя.       Драко нежно поглаживал мягкий пушок на макушке малышки, пухлые щечки, носик-кнопку… Даже не верилось, что теперь у него… у них есть маленькое чудо, которого так ждала вся семья!       Судя по влажному блеску в глазах мужа, тот полностью разделял радость и восторг омеги. — Спасибо, любимый, спасибо! — горячо зашептал Гарри, крепко обнимая супруга. — Дайте посмотреть на внучку! — в палату к супругам резко зашла Нарцисса, которая тащила за собой Люциуса.       Девочку аккуратно передали новоиспеченной бабушке. Эмма поморщила носик и чихнула, раскрыв свои ярко-зелёные глазки, уставившись на новых людей. — Она такая красивая. Как вы решили её назвать? — спросил Люциус, также смотря на внучку, еле сдерживая улыбку. — Эмма Лили Поттер, она войдёт в мой род, — ответил Гарри, сидя рядом с Драко на стуле. — Думаю ей подходит, да, дорогой? — Да, милая, — всё же не сдержавшись, он улыбнулся.       Эмма оказалась довольно тихим и любопытным ребёнком, поэтому, пока она рассматривала вокруг себя непонятные вещи и, видимо, своих родственников, научилась вертеть головой и вытягивать ручки. — Драко Люциус Поттер, я люблю тебя и нашу с тобой дочь, я всегда буду рядом. И ещё раз, спасибо тебе, любимый.        Омега только смог кивнуть и улыбнуться, принимая свою дочь обратно на руки. ****** 4 года спустя.       Драко услышал странные звуки из детской. Решив проверить, что там, он встал и пошёл на звуки. Держа на готове палочку, парень взглянул в щель в дверях. В комнате стоял Гарри и танцевал вместе с трёхлетней дочкой под какую-то незамысловатую магловскую песню. — Учишься балету, Поттер? — довольно хмыкнул Драко и зашёл в комнату. — Папочка! — как только малышка увидела своего папу, она кинулась ему в объятья, просясь на руки. Драко не смог отказать своей принцессе и выполнил её просьбу, подходя к своему мужу. Гарри только обнял омегу за талию, целуя в щеку, а Эмму в макушку. ****** 20 лет спустя.       Двадцать лет пролетели, как одна неделя. Сейчас перед Гарри и Драко стояла их дочь. Ещё на пятом курсе у нее появился парень. Это был Даниэль Редфокс с Рэйвенкло. Очаровательный черноглазый и черноволосый парень с накаченным телом и доброй улыбкой. И вот Эмма уже как два года замужняя дама, беременная двойней. Она унаследовала два рода родителей.       Гарри, вспоминая то, какой была его девочка в младенчестве, удивлялся. Эмма с рождения была тихим ребёнком, без необходимости родителей не тревожила. До поры до времени, конечно же. В два года та познала свободу, когда впервые вышла на улицу, из-за того, что Драко забыл закрыть входную дверь в Мэнор. Было чудо, что она встретила тогда Блейза, который вернул малышку в целости и сохранности, хотя после данного инцидента упоминание о нём в их доме возросло с нуля до нескончаемых разговоров. Родители лишь умилялись крохе, которая приобрёла своего личного героя. Гарри и Драко частенько пользовались возможностью, чтобы заставить Эмму сделать то, что от неё требуется, разного рода фразами. Начиная с: «Дядя бы расстроился, узнав, что ты болеешь, может, всё-таки выпьешь лекарство?» и заканчивая: «А как бы сделал дядя? Он, наверное, расстроился бы, увидев, что тебе не нравятся овощи». Манипуляции — не самый честный способ воспитания, но зато крайне действенный, поскольку угодить своему герою эта кроха хотела неистово. Стоит ли говорить, что после того случая больше дверь запирать никто из них не забывал, хотя Эмма ждала.       Но вот она сидит за обеденным столом со своим мужем, поглаживая свой уже заметный живот, и счастливо улыбается. Что можно ещё желать отцу, как не счастья своему чаду? Правильно, ничего больше.