У всех есть секреты

      Мишель могла бы попросить Питера о прогулке по небоскрёбам, однако, не стала. Боязнь высоты - дело нешуточное, знаете ли.       Что ещё там можно делать с Человеком-Пауком? Поцелуй вверх ногами? Ну уж нет. Джонс конечно нравятся все эти розовые сопли, но это уже перебор.       С момента разоблачения прошло три дня, а девушка никак не могла отойти от того, что догадки и предположения в конечном итоге оказались реальностью.       Расследование было окончено, и ЭмДжей ничего не оставалось, кроме как предаваться размышлениям о том, что она может сделать с Паркером.       Звучит странно, но что уж тут поделаешь.       Все мысли, что приходили в голову сразу были отвергнуты.       Была идея украсть у парня шутеры и самой пострелять паутиной на досуге. Или же разобрать его костюм и узнать о секретных технологиях Тони Старка.       Вариантов развлечений было превеликое множество, вот только Мишель они даром были не нужны. Она забивала себе голову, лишь бы не вспоминать о вещах, мучивших её.       Внутри девушки теснились разные чувства.       Во-первых, её терзало чувство вины. Сколько раз ей пришлось обмануть Питера? Сколько раз ей пришлось его провоцировать? И всё из-за своей нездоровой жажды знать всё и вся.       Во-вторых, не отпускающее её уже длительный срок, неведомое ранее, постоянное беспокойство. Беспокойство за родного человека. Тревога. Волнение. Страх.       Паркер - слишком хороший мальчик, он не заслужил этого всего.       Не заслужил этой судьбы. Не заслужил этих потерь. Не заслужил.       Мама, папа, дядя. Почему жизнь так любит отнимать самых близких, самых любимых людей?       Джонс понимала Паркера, как никто. Возможно, в её семье никто не умер, однако, она прекрасно знала, что такое жить без родных. Её родственники чихать на неё хотели. Центром вселенной всего была Мэделин. Вся ласка, всё внимание, вся нежность: всё ей.       Да, она определённо понимала Паркера.       Пончик (почему-то ей очень понравилось его так называть) рассказал ЭмДжей, как по воле случая обрёл суперсилу и стал супергероем. Как из простого худощавого ботана превратился в сверхчеловека. Мишель не упустила возможность поспорить и начала читать лекцию о его шаблонном и поверхностном понятии слова "сверхчеловек", и что ему стоило почитать Нишце, а уже потом раскидываться понятиями и терминами. Питер же, в свойственной ему манере, надул щёки.       Ну что с него взять? Подросток, совсем ещё неумелый, не сформировавшийся, не видавший жизни юнец, на которого возложили гигантское бремя ответственности, возложили на мальчишку, который сам нуждался в защите.       Девушка ужасно переживала за парня, даже несмотря на то, что теперь только и норовила его поддеть, придумывая ему едкие прозвища: членистоногое, клещара, кузнечик, блоха, восьмилапка, скалолазка, жопкоплюйка (последнее особенно оскорбило Паучка).       И снова Джонс скрывала своё истинное лицо под маской саркастического безразличия.       А если его ранят?!       А если смертельно?!       Нет, она не вынесет его смерти.       Нет, он не дорог ей, отнюдь.        Кого ты обманываешь, идиотка?       Просто Питер единственный человек, который по-настоящему её ценит.       И которого ценит она.       Мишель продолжает углубляться в свои невесёлые мысли, когда слышит весёлую трель дверного звонка. Шатенка встаёт и нехотя ковыляет открывать.       Сияя довольной улыбкой в дом влетает Паркер и сразу лезет обниматься.       Будь это кто-то другой, Джонс бы стошнило. Но это был Паркер. Бля, ну это же Паркер. Паркер. Эх.       - Привет, мухоловка, - получив нужную ей долю ласки, она ловко выворачивается из объятий, при этом чуть не оставляя своё худи в руках Пита.       - Опять придумала мне кличку? Очень мило с твоей стороны.       - Это было несложно, поверь, - ухмыляется девушка.       - Лучше бы штаны подтянула, - парень ухмыляется в ответ. - А то опять слезли.