Inverse

— А, чёрт.       Я чувствую жжение и сразу же хватаюсь за это место, рёбра. Иду к ближайшему зеркалу, которое находится в прихожей, по пути расстёгивая чёрную рубашку. Что ж это такое?       Нахожу зеркало и остаются последние три пуговицы, на которые я плюю и даже забываю про них. Мне не было очень больно, это, скорее всего, неприятно. А от незнания и страшнее. Всё-таки смотрю на место жжения в отражении зеркала. — Так, — рукой провожу сквозь волосы и потом немного оттягиваю их, — время пришло?       Никогда не видела вживую метку, все прячут свои, как будто это что-то очень сокровенное и личное. Просто подобие тату, не более. Хотя жжёт уже не так сильно, но я ощущаю тепло. Дотрагиваюсь до одной проявившейся буквы и ощущаю небольшую и еле заметную разницу между меткой и своей кожей.       Как мне говорили, это произойдёт на днях. Тянусь к тумбочке, на которой лежит телефон, включаю его и понимаю, что сегодня воскресенье. Окей, на следующей неделю, которая уже завтра, я увижу его. Боюсь того, что меня ожидает. Хотя, все мои знакомые, познавшие участь соулмейтов, говорили только о хороших вещах. — Да что такого может быть, — застёгиваю рубашку, смотря на себя, — я не такая особенная, чтобы отличиться.

***

      После слияния с Люком я стал очень раздражаться по поводу узких брюк. Нет, это не значит, что до этого я не злился. Было дело, но меньше. Всё это из-за чертового брата, вот поставил бы на него двадцать долларов, что он гей. Да ещё и с совокупностью непонятных эмоций. Жаль, что умер. Немного усмехаюсь, потому что нихера не жаль.       Примечаю одну девушку в этом баре, где виски очень даже хороший. Надо бы узнать название. Подмигиваю той, а она усмехается, опустив взгляд на тарелку. Душка, как же её убить потом? В переулке или в людном месте, но быстро полоснуть лезвием по шее и уйти, как будто ничего не сделал? Неа, так скучно. Продумываю детали, поднося стакан к губам.       Как будто что-то горячее соприкасается с моей кожей, но на самом деле это некое жжение. Прикасаюсь сквозь ткань и становится ещё теплее. Кладу стакан снова на столик, так и не глотнув виски. После Люка многое было, а это что-то новенькое.       Встаю из-за стола, а та девчонка переводит на меня взгляд. Иду в туалет. Наверное, она пойдёт следом. Может, там её и зарежу. Нахожу нужную дверь и захожу, сразу же задирая любимую футболку. — Оу, — всё-таки меня забавляет и одновременно удивляет это, — кому же так повезло?       Слышу звук открывающейся двери, даже и не смотрю туда. Подозреваю, кто пришёл. Отхожу поближе к зеркалам, начиная мыть руки, чтобы чем-то занять себя, пока эта блондинка не сделает что-нибудь. Так интересно предполагать о будущих действиях будущих жертв.       Ощущаю, как сзади меня прижимается тело, сжимая моё "хозяйство" сквозь джинсы. Ух, а она решительная. Резко поворачиваюсь к ней. — Поиграем? — я спрашиваю, перед тем как начать ту самую "игру".       Она кивает, закидывая свои руки на мои плечи. После этого кивка я понимаю, что без проблем получил разрешение убить очередную жертву. Все они, конечно, жалкие, но так греет душу их вид, когда они захлёбываются в своей крови.       Вжимаю её в дверь одной из кабинок. Слышится короткий смешок, когда я начинаю сжимать её шею. О, а это идея! Мой мозг подкинул её так незаметно и быстро, что не могу контролировать выражение своего лица и начинаю давить лыбу. Кай, соберись. Даю себе мысленную оплеуху. Сжимаю шею девчонки ещё сильнее, от чего её лицо немного корчится. Видели бы вы это, смотрится смешно. А факт того, что мы не зашли в кабинку и нас может увидеть кто-угодно, ещё больше подогревает интерес.       Уже всей силой сжимаю её шею, улыбаясь во все тридцать два зуба. Сейчас промелькнула мысль посчитать все свои зубы, но быстро откидываю её, вспомнив про жертву. Она дёргается ногами, пытаясь задеть меня, а руками — оттолкнуть. Уже сжимаю не одной рукой, а двумя. Её глаза ещё больше округляются, а я приближаюсь лицом к уху. — Спокойней, сейчас будет темно, — опять смотрю на её лицо, — или что там мертвецы видят, ты мне потом расскажешь?       Жертва уже не с такой силой пытается оттолкнуть меня, тело ослабевает, а глаза "тускнеют". Начинаю пристально разглядывать её, чтобы уловить момент. Это выглядит комично, когда смотришь со стороны. Бывало, что ставил перед собой зеркало во время множества самоубийств в злосчастной тюрьме. Самое скучное время. Глаза быстро закрывались. Так толку от этого не было, я быстро бросил это дело. Дальше — больше. Но не самое лучшее время для размышлений, когда труп в руках. Она всё-таки умирает, а я со спокойной душой бросаю труп в кабинку, открыв её. Закрываю, помахав ей, или ему, как никак, это же труп.

***

      Идя в институт этим ужасным утром, метка снова напоминает о себе, обжигая вокруг кожу. Да когда я встречу этого соулмейта? Уже раздражаюсь из-за жжения и включаю рок в наушниках, это как-то помогает справиться с лёгкой болью. Либо самовнушение, либо ещё какая-то часть из психологии людей. Хмурюсь, никогда не понимала людей. А поэтому даже и не хочется видеть его, но так любопытно.       Говорят, что соулмейты — идеальная пара, которая после знакомства будет всегда вместе. Звучит немного сопливо, не находите? С моим скверным характером я не завидую этому парню. Или девушке? Хмыкнула. Впрочем, это может стать правдой, у меня было много казусов в жизни. Кажется, моя жизнь — абсурд полный. Отбрасываю задние мысли, видя здание института и встречая девушку с моего потока, обычная тупенькая девчонка, которой есть дело только до своих ногтей. Или за чем там обычно ухаживают?       Она машет мне, а я выдавливаю улыбку, представляя свой убогий вид. Грязные волосы, собранные в хвост, который сам не очень из-за короткой длины. Забила и на это, потирая метку.