Великобританское Лунное Затмение

       Акутагава медленно шёл по коридору.        Накаджиму он подробнейшим образом расспросил про её странные сны. Ну, вернее она сама ему рассказала. Затем сказал, что она всё равно должна оставаться самой собой. Улыбаться, не смотря ни на что. Быть сильной.        Он не сразу понял её слова. Словно забирают часть её. Она ему объяснила.        "Представь, что ты теряешь цель. Теряешь силу своей способности. Свои достоинства и недостатки. Теряешь значение своего прошлого. Теряешь своё настоящее. Не просто теряешь - словно кто-то это у тебя забирает. А ты ничего не можешь с этим сделать. А происходит это всё во сне. Мне снятся самые страшные мои кошмары. Я их вижу - и тогда всё МОЁ забирают. И у тебя не остаётся почти ничего, кроме страха. Утром смотришь в зеркало - а себя не видишь. Вроде смотришь - внешность та же, цвет волос тот же, фигура твоя, а по глазам видно - не ты. Ну вот не ты и всё. А то, что имело для тебя значение раньше - теряет весь смысл... Я не знаю. Наверное, это глупо. Прости меня, пожалуйста. Тебе со мной только няньчиться и приходится..."        "Ну, это она, конечно, верно подметила, - думает Акутагава. -Хотя вон, Мори огромнейшее удовольствие доставляет возиться со своей ненаглядной Элис. Всё. С этой тигрицей сам скоро в Огая превращусь"        Рюноске останавливается и вздыхает.        Пожалуй, он бы решил, что Накаджима снова жалеет себя, или же у неё опять столь нелепые и до ужаса жалкие проблемы с прошлым. Но по глазам он увидел - она не врала. И даже и без его слов пыталась остаться собой и не утруждать его своими проблемами. Акутагава знал это наверняка. Ведь глаза Атсуши - по ним, как по лицу ребёнка, сразу всё видно. И это извинение в конце... Столь в духе тигрицы.        Акутагава тогда не содержался и отчего-то улыбнулся.        -И всё-таки это ты. По-прежнему ты.        Затем эта дурацкая, как он считал, улыбка исчезла с его лица.        Всё же его очень волновало это. Мафиози не считал, что это могут быть всего лишь дурные сны из-за ответственности миссии или стресса. Нет, здесь было явно что-то другое. Рюноске это чувствовал.        Может, какой странный гипноз или новый необычный яд-наркотик...        Да ну, мало вероятно.        Но ведь они находились в академии эсперов. Здесь не было никого, кроме одарённых.        Рюноске задумался.        "Может, эта какая-нибудь способность? Они бывают совершенно разные. Никогда не знаешь, чего можно ожидать. Но как знать наверняка... Да и кому это надо? Зачем? Для чего? Но если это действительно так... Что ж. Тогда - мои поздравления тебе, Дазай. Ты не ошибся. Вновь"        "Он улыбнулся? Или мне только показалось... - задумалась Накаджима. -Нет, ну это было бы слишком... Никогда не видела, чтоб Рюноске улыбался просто так... Но мне показалось, или Акутагава действительно стал чуточку... Добрее? Да, пожалуй, так и есть. Или же это просто маска, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания? Ведь груби он всем подряд - столько внимания к себе... А так о нём словно и не знает никто, кроме меня и Нила. Стиву вообще на всех плевать. С виду, по крайней мере. А Кью и Кёка словно в своём каком-то мире..."        При мысли о Кёке Атсуши снова стало грустно. Раньше они были лучшими подругами, а сейчас - ничего, кроме дружелюбия, но не более того.        Девушка вздохнула и отправилась к себе. По пути встретила Нила.        -Уф, привет. Ты Ника не видела? Стив сказал мне и ему прийти в тренировочный зал. Теперь тот приём с объединением способностей будем тренировать мы.        -Ник? Ну, вроде пошёл в ту сторону...        Девушка махнула рукой по направлению в один из коридоров.        -Ага, спасибо! - обрадовался паренёк и побежал звать своего напарника.        -Наконец-то вы двое пришли, - недовольно протянул Стив.        "Я его вижу секунды две, но убить его мне хочется уже куда больше, чем Дазая. Молодец, Стив. Ты умудрился побить рекорды первого предателя-суицидника на Йокогаме" - мысленно проворчал Рюноске.        -Что же. Вы должны попытаться объединить свои способности. Закройте глаза. Представьте, как ваши сознания и способности отделяются от вас и становятся чем-то единым, чем-то целым. Встаньте плотно спиной друг к другу.        Мафиози с раздражением подчинился. У Нила по этому поводу было больше радости и оптимизма.        Конечно, у них ничего не выходило. И, по большей части, из-за Акутагавы. Ну, не хотелось ему объединять свою способность с чей-то другой. Он единое целое со своей способностью, и не хочет с нею делиться, и это - его право. Он привык к этому независимому одиночеству - среди всех людей всегда был ОН, отдельная фигура в этом мире движущихся непонятно куда тел, фигура, похожая на самую мрачную тень.        И это его всегда устраивало. Он не принимал свет вокруг себя. Он этого не хотел. Даже сейчас.        Даже при появлении Атсуши. Этого луча света, ярко сияющего вроде так близко, но всё же недосягаемо близко, было достаточно мрачному эсперу. Смотреть со стороны, как ярко сияет этот неподдельный, искренний свет. Падает и поднимается. Идёт за другими, такими же яркими, как и он сам, и ведёт за собой других, принося в жизнь радость.        "Всё-таки, ты никакая не обуза, Атсуши Накаджима. Просто рядом со мной тебе совсем не место. Непростительно - не принимать твой свет. А я ведь пытаюсь каждую секунду спастись от него. И просто за это мне приходится платить. Платить твоими слезами. Будь с тобой Кёка в роли верной подруги или Дазай, любой твой друг из Агентства, ведь ты бы рассказала им всё и с улыбкой шла бы дальше. Я же тебе не друг. Поэтому здесь ты - одинока. И бороться тебе приходиться самой. А помочь я тебе не могу - ведь этого я совершенно не умею"        -Нет, вы просто не хотите этого делать, - лениво протянул Стив. -Сидите здесь. Делайте, что хотите, пока у вас не получится. Попробуйте стать более близкими друзьями. Между вами никакой дружеской связи. Вы как два незнакомца - впервые встретились. Спрошу вас о друг друге - и ничего, кроме имени, вы назвать и не сможете, - прищурив глаза, произнёс Стив и, развернувшись, зашагал прочь.        -Наконец-то этот противный тип ушёл, - проговорил Акутагава.        Акутагава и Нил в молчании сидели долго. До самого вечера. Нил просто не знал, что сказать, Акутагава не хотел уступать.        -Как Кайса поживает? - спросил Нил первое, что пришло в голову.        -Тебе молчать надоело?        -Ну... Нам же надо что-то с этим делать... Просто... Ладно, неважно. Такими темпами мы наши способности никогда не объединим.        -Я этого и не хочу, - заметил Рюноске.        -Почему, ну почему ты такой нелюдимый? Так сложно просто сказать "Привет! Как дела?" и улыбнуться?! - воскликнул Нил.        -Для меня - да.        -Так можно подумать, что у тебя вообще друзей нет!        -Как проницательно! У меня их как раз нет, - сообщил Рюноске.        -Что? Но такого просто не может быть... А как же Кайса?        -Она? Ну, она просто... Она не мой друг. Не знаю, как это объяснить.        "Не сказать же, что она мой напарник и по совместительству враг, с которым меня отправил придурок Дазай на секретную миссию! Ох, Дазай, тебя бы сейчас сюда... Я бы на тебя поглядел"        -И она твоя... девушка?        -Нет! - рявкнул Рюноске. -Ох, лучше бы ты молчал...        -Молчать - не лучшее занятие, - улыбнулся паренёк.        -Но хотя бы безопасное, - вздохнул Рюноске.        -Ах, даже мой отец был более разговорчивым!        -Отец? - удивлённо переспросил мафиози. Что-то он не помнил, чтобы Нил рассказывал о своих родителях.        -Да... Мы раньше жили в небольшой деревушке: я, мама, папа и два моих младших брата...        "Так, зря я это сказал..." - запоздало понял Акутагава, но не стал останавливать напарника. Всё-таки ему... стало интересно? Ведь он никогда не интересовался прежде, как жили или живут другие люди. На его работе это не принято, больше спрашивать было не у кого, да Рюноске и не хотелось.        -Я частенько помогал папе по работе, а мама сидела дома с моими братьями. Мама всегда была жизнерадостная и весёлая. Каждый вечер рассказывала новые и удивительные сказки для малышей, но даже мы с папой слушали их с интересом. Папа всегда был... Слишком серьёзным человеком. Но мама и папа были единым целым. Всегда дополняли друг друга, а ссорились очень редко. Нашей семье жилось тяжело, но мы справлялись... А потом... Потом мама просто ушла. Внезапно, резко. Братья учились в школе, а нам с папой пришлось трудиться ещё больше. Теперь приходилось много работать по хозяйству. Однажды к нам в деревню приехала женщина. Она оказалась директором этой академии. Она предложила много денег за меня. Папа, конечно, не согласился. Но не думаю, что тогда наша семья смогла бы существовать нормально. Я и отец не могли так много трудиться, а братья должны были получить хорошее образование, чтобы потом обеспечить себе нормальную жизнь. Поэтому ночью я сбежал и пришёл к этой женщине. Я объяснил ей всё. Этой ночью мы и уехали. Директор оставила моей семье деньги и записку от меня. Столько денег им должно хватить на долго. Я, правда, с тех пор с ними и не общался, но я точно знаю, что с ними всё хорошо.        Нил замолчал.        "И чего они все со своими грустными историями ко мне приходят? Да уж, повезло с напарниками" - про себя фыркнул Рюноске.        -Что же. Милая сопливая история, чего и стоило ожидать, - вставая произнёс Акутагава. -Чего расселся? Вставай! Нам ещё отрабатывать этот тупой новый приём.        Нил смотрел на него удивлёнными восторженными глазами.        -Ну, ты идёшь, напарник? - спросил мафиози. -Как не прискорбно, с этим заданием мне без тебя не справиться. Так что давай, тащи свой зад сюда, у меня нет никакого желания торчать здесь с тобой до утра.        "Напарник... Он впервые назвал меня напарником..."        Нил светится от счастья.        -Что же, иду, НАПАРНИК! Пожалуй, теперь от радостного рыжеволосого напарника мрачному мафиози точно не отделаться. Акутагаве оставалось лишь обречённо вздохнуть. Ну, и на кратчайший миг улыбнуться про себя.