Нити Судьбы. III. Узники Клятвы.

      После ужина, на котором присутствовали только Саджо, Тирас и Лу с Мойлом, так как дети уже спали, а придворных не приглашали, Тирас и Мойл уединились в библиотеке, чтобы выпить вина и побеседовать. Саджо и Лу так же решили поговорить наедине. Мойл за ужином рассказал, что пока поиски не принесли результатов и так же сообщил о невозможности поставить метку на Лу.       Особо обсуждать братьям было нечего, так как они не знали, что можно сделать с возникшей проблемой. Было бы замечательно реши они ее мгновенно, до того, как Мойл вернется домой.       — Нужно поговорить с отцом, — все же был вынужден признать Лу. Другого выхода он просто не видел. И пусть отец вновь говорит загадками, но хотя бы подсказку он способен дать.       — Признаешь поражение? — вскинул брови Саджо, впрочем, он ведь сам советовал старшему брату обратиться к Либро.       — Другого выбора все равно нет.       Саджо лишь кивнул и, так как они разговаривали в его кабинете, подошел к столу. Порывшись в одном ящике, взял в руки стопку бумаги. После они отправились к отцу. Его комнаты находились на первом этаже, так как по возрасту там старику было легче передвигаться. Без слуги он все равно редко покидал свои комнаты, но так было проще вызывать помощника в случае надобности.       Постучав в деревянную резную дверь, мужчины застыли в ожидании. Отец мог уже отдыхать, однако времени у них было крайне мало в запасе. Еще не известно, что Либро вообще им посоветует. И знает ли он хоть что-то.       — Войдите, — послышался голос мужчины, и братья открыли дверь.       Старик сидел у камина и будто бы смотрел на огонь. Вот только он не видел языков пламени уже долгое время, как и ничего вокруг.       — С чем явились? — спросил Либро, сжав сухими пальцами трость.       — Отец, я хотел попросить у тебя помощи, — встав напротив лица мужчины, проговорил Лу. — И покаяться.       — А брата младшего притащил, чтоб не так тяжело было ошибки свои признавать? — съехидничал старик.       Лу кинул на Саджо взгляд, прося то ли о помощи, то ли просто поддержки. Но Саджо лишь пожал плечами, говоря — а чего ты ожидал?       — Он сам пришел со мной, — едва не скрипнув зубами, отозвался Лу.       Он предполагал, что трудным будет разговор, но не думал, что с первой же фразы. Но отступать он не имел права.       Вдохнув побольше воздуха в грудь, альфа решился выпалить на одном дыхании. Сейчас он ощущал себя совсем молодым юнцом, которому предстояло признать вину в совершении преступления. Такое чувство отец всегда вызывал в нем. С годами ничего не изменилось. Воля отца как была чудовищно сильной, такой и оставалась по сей день.       — Я и Мойл любовники и хотели бы пожениться. Но из-за данной мной клятвы, мы не в состоянии сделать этого. Прошу тебя помочь!       Белые глаза уставились на лицо сына, которое они не видели. Спустя столько лет Микро наконец признал свою ошибку, принял свое поражение. Конечно же, Либро мог сейчас легко упрекнуть его одной лишь фразой. Только желания сделать это не возникло.       — Как давно? — спокойно спросил старик.       — Почти с самого начала, когда Мойл прибыл в замок Эдер, — Лу вскинул подбородок, чтобы хотя бы себя убедить, что нечего боятся отца. Да он будет язвить и грубить, но возможно признание поможет склонить его на свою сторону, и он даст подсказку.       — Вот как, — только и проговорил Либро, опустив голову, снова уставился пустым взглядом на огонь.       Он молчал довольно долго и Саджо, сжав в руках принесённые бумаги сильнее, шагнул было к нему.       Но старик заговорил:       — Смысла читать тебе нотации, я не вижу. Но и помочь мне тебе особо нечем. История знала подобные случаи, если ты знаешь, то они все закончились плачевно. Трагедия имела место быть даже тогда, когда кто-то все же был счастлив.       — Знаю, — кивнул Микро, устав стоять, присел на корточки перед стариком. — Но ты мог слышать хоть что-нибудь. Я хотел бы взять Мойла в супруги до того, как он вернется домой.       — Естественно, — фыркнул Либро. — Но времени понадобиться немного больше.       — Значит, ты что-то знаешь? — оживился Микро, глядя на отца с надеждой, от нетерпения сжал руки в кулаки.       — Возможно да, а возможно и нет, — пожал плечами мужчина. — Никто не проверял эту догадку. И она вообще моя личная. Согласен рисковать?       — Другого выбора у меня нет, — жарко отозвался Лу.       — Ясно, — снова немного безразлично кивнул Либро. — Есть один колдун, живет ближе к Махровой долине.       Лу задумался на мгновение, припоминая, что имеется такое место. Но про колдуна он впервые слышал. В магию он сам не верил. Удивляло, что отец заговорил об этом.       — Его зовут Мафуно, он мне несколько раз помогал. Возможно он способен что-то сделать, но точно не скажу. Тем более, мне не известно насколько он силен.       — Никогда бы не подумал, что ты веришь в магию, — прищурился Саджо, глядя на затылок отца, так как все еще стоял ближе к двери.       — Поживи с мое и поверишь во многое, — просто отозвался мужчина. — Суть сего совета заключается в том, что Мафуно способен на некоторые вещи. Так как ты и розововолосый парень влюбились друг в друга, может существовать способ снять руну с твоей руки.       — Как именно?       — Точно не скажу. Читал лишь однажды, да и в потрепанном виде была книга. Но говорилось в ней о том, что дабы снять проклятие, или как вы называете клятву безбрачия, необходимо вытянуть ее последствия, из тебя в данном случае.       — То есть вытянуть? — округлил глаза Лу.       — Все слова, которые мы когда-либо произнесли, остаются отпечатком в нашей душе, в нашем сознании. Мафуно, повторяю, возможно, способен это изменить. Ведь по сути своей пометить парня тебе не дает не сама клятва, без необходимой веры она не сработает. Поэтому вытянув слова из твоей души, колдун может изменить твое восприятие. Хотя сомневаюсь, что все настолько просто. Имея дело с магией, ты обязан что-то отдать ей.       — Например?       — Свои чувства, свою жизнь. Не знаю, — чертыхнулся Либро.       Лу задумался не некоторое время. Стоило лишь представить, что, пройдя через страшный ритуал извлечения слов, он может перестать любить Мойла, как сердце сжалось. Жизни ему было не жаль. Пусть даже если он умрет, перед этим главное, чтобы мелась возможность побыть рядом с любимым человеком.       А если он утратит свою любовь?       Резко выпрямившись, Микро кивнул отцу:       — Спасибо, что помог. Как мне найти этого колдуна?       — Объясню, конечно. Но ты уверен? Потеряв свою любовь к омеге, ты можешь лишь все усложнить. Действительно готов разбить ему сердце, вновь?       — Не попытаюсь, не узнаю. К тому же ты сам сказал, что не уверен до конца, способен ли колдун на подобное. Более того, чем придется платить, так же мало известно.       — Узнаю, своего старшего сына, — усмехнулся Либро.       Пока отец объяснял брату как найти колдуна, Саджо стоял в стороне и думал, способен ли Либро помочь ему? Тираса спасти он хотел не меньше. Но уже спрашивал совета у старика. И он упорно молчал. Но что, если воспользоваться бумагами в руках, и вынудить его.       — Хорошо, я понял. Спасибо, отец! — Лу склонился над стариком и поцеловал костяшки его тонких рук. И шагнул уже было к двери, когда заговорил Саджо.       — Мне ты ведь тоже способен помочь?       — О чем это ты? — прищурился Либро, слыша шуршание бумаг в руках сына. Это напрягало, ведь младший сын уже несколько раз просил его о помощи.       — Ты знаешь, как спасти Тираса, ведь так? — с нажимом спросил Саджо.       — Ты уже спрашивал об этом и мой ответ тот же.       — Почему ты помог Микро, но не мне? Чем я не заслужил твоего совета? Дай хотя бы подсказку, — от переизбытка чувств Саджо смял бумаги сильнее, от этого один лист буквально стал рассыпаться.       — Да с чего ты взял, что я могу помочь? — начал терять терпение Либро. Повернувшись в кресле к сыну, уставился на него белыми глазами.       — Вот поэтому! — швырнув бумаги на колени отца, закричал Саджо. Лу подскочил к нему и оттащил от старика.       — Что это? — спросил Либро, беря тонкими пальцами несколько листов.       — Сам посмотри!       — Издеваешься! — рявкнул в ответ старик.       — Тише, Саджо! Успокойся! — держа брата за плечи, попытался успокоить его Лу. Он впервые за долгое время видел младшего брата в таком состоянии.       — Это ты издеваешься, Кира! — прорычал Саджо, сбрасывая с плеч руки брата. Вперив взгляд в отца, прорычал: — Мне пришлось повозиться, много времени ушло, но мои подозрения были верны. Ты — Кира!       Старик все так же держал несколько листов в руках и смотрел на сына. Но стоило ему только повторить имя, как руки дрогнули. Трость выпала из ослабевших пальцев.       — Не понимаю, о чем ты. И что еще за Кира?       — Много столетий назад, когда наша страна была невероятно маленькой, в ныне разрушенном замке на берегу моря жили не только короли Варон и Илиот, но и некий Кукловод.       — Ты о чем? — заинтересовался и Микро. Глянув на отца, заметил, как он вздрогнул.       — Историю все знают, — опустил голову старик.       — Историю да, но не все знают о том, что в замке был Кукловод. Он числился простым лекарем. Но мне удалось найти его личный дневник. С переводом пришлось сложно, все же утерянное наречие. Но я перевел. И знаешь, о чем он говорит на последней странице, прежде, чем замок пал под гнетом семьи Расчерменов?       Отец не спешил отвечать и Лу уставился на него, так же ожидая ответа. Но Либро молчал.       — Так, о чем говорилось в его дневнике? — потребовал ответа Микро.       Саджо оскалился:       — О том, что, когда король Илиот родил первенца, назвав его Кирой, рядом был именно Кукловод. По непонятой причине вместо того, чтобы, от соприкосновения, связать себя с его нитью жизни, он сделал ее круглой. Круглой, отец! Сколько же тебе лет? Как давно ты прячешься? Неужели вся наша семья построена на сплошном инцесте?!       — Чушь не пори! — рявкнул Либро. — Я часто уходил в сторону, чтобы кровь не смешивалась. Как ты думаешь, кто еще мог добиться такого процветания для страны! Должен же был быть кто-то, кто способен удержать страну в руках, пока Расчермены ее разрывали на части. Да знаешь ли ты, какого это видеть своего отца подавленным и жаждущим лишь войны, за смерть истинного омеги? Ты хотя бы пытался представить, скольких возлюбленных я потерял? Я пережил смерти не только своих детей, но и внуков! И теперь ты обвиняешь меня во всем!       — Не обвиняю, — мягко, потеряв всю спесь, прошептал Саджо. Лу просто моргал глазами, не веря своим ушам. — Но прошу помочь! Время идет, пройдет десять лет и я снова стану вдовцом. Ты же лучше других должен понимать, что я чувствую.       Либо вздохнул и прикрыл глаза, собираясь с силами. Все же он отлично воспитал сына, раз тот смог разоблачить его. А ведь он действительно часто уходил в тень, жил как обычный человек, но следил за страной. Он столько пережил.       И почему?       Из-за ошибки Фербуса, или же из-за прихоти богов.       Никто уже не узнает. Кровь Кукловодов уже долгое время не давала о себе знать. Существует ли вообще еще хотя бы один носитель Темной крови?! Да и возможно ли исправить то, что совершенно многие сотни лет назад?       — Не знаю, как тебя помочь, Саджо! Если бы мог, сказал бы, конечно. Я все понимаю. Тяжело жить зная, что никогда не вознесешься к покинувшим тебя людям, дорогим людям. Единственное, что у меня есть это бесконечная жизнь. Я даже пытался убить себя, получал страшные раны, но все они заживали. И ад повторялся. Каждые пятьдесят-семьдесят лет я теряю дорогих мне людей. Любовников, детей и внуков. И я понимаю, что ты желаешь спасти Тираса. Но я не могу помочь. Не знаю, как! — на последних словах Либро уткнулся лицом в локоть, скрывая слезы.       Повисла тишина, Саджо, стиснув зубы, смотрел на отца и понимал насколько тот несчастен. Но таким же быть не хотел. Сжав кулаки, выскочил из комнаты.       — А как ты... — начал было задавать еще не сформировавшийся вопрос Лу.       — Этот самый колдун, Мафуно, — отозвался Либро, поняв без слов. — Он наследник древних ведунов. Он знает мою тайну, так же, как и все его предки до него. Они помогали мне стареть и «умирать». После я менял внешность и все возвращалось назад.       — Мне жаль! — только и прошептал Лу и так же покинул комнату отца.       

***

      — Все наряды подошли? — спросил Тирас, когда они некоторое время сидели молча, глядя на огонь в камине.       Голова Мойла была забита различными мыслями, не только о возникшей проблеме между ним и Лу; волновало и возвращение домой. Он понимал, что должен как-то показать себя сразу же, как только приедет, но что именно сделать, как себя вести.       Конечно время еще есть, немного, и все же.       — Да, у Саджо прекрасный глазомер, — кивнул Мойл. — Завтра уже выезжаем.       — Боитесь?       — Естественно, — фыркнул летописец. — Они ведь не примут меня. Уверен, сделают все возможное, я получу столько палок в колеса, что не то, что править не смогу, да даже до коронации не доживу.       — Об этом не стоит волноваться, — поспешил успокоить его Тирас. — Саджо посылает с вами сотню солдат. Они будут оберегать вас.       — На каком основании?! — без особой надежды, воскликнул Мойл. Он знал, что Саджо собирается послать с ним своих людей. Сомнения были в том, что этих солдат тоже возможно придется защищать. Пусть их и будет сотня, этого все равно мало против любой армии, даже если она не такая огромная как у Саджо.       — Мойл, соберись! — рявкнул Тирас, от этого летописец подскочил в кресле и испуганно уставился на короля. — Сколько времени ты здесь находишься? Конечно же Саджо уже давно подготовил необходимые бумаги. Они защитят тебя, и дадут хоть и небольшую, но поддержку.       — Верно, — кивнул Мойл и улыбнулся. Он совершенно забыл о том, что по официальной версии находиться под опекунством короля Саджо. И отец знает об этом. Уж не знал омега каким способом, но альфа вынудил Замена подписать нужные бумаги на опекунство принца. Пусть об этом почти никто не знал, но при необходимости королевство могло подтвердить законное нахождение принца Мойла на своей территории.       — Еще вина? — спросил Тирас, хотя и сам не допил свой бокал.       — Решили напиться сегодня? — усмехнулся Мойл, чувствуя прилив сил. Или же просто вино брало верх.       — Почему нет?! В последние дни у нас с Саджо весьма напряженные отношения. А в такие моменты сложно находиться с ним в одном замке.       Тирас не видел смысла скрывать от Мойла правду, и дело было не только в том, что он никому ничего не расскажет.       Бета скрывал как мог, что переживал ссору с супругом. Всем своим видом пытался показать, что его вовсе не задевает отношение Саджо.       Казалось бы, он совсем недавно признался, что любит его, и Тирас готов был парить от его слов.       Но эйфория прошла сразу же как только супруг вновь поступил жестоко со слабым омегой.       — Да, у нас с Лу тоже, — грустно вздохнул Мойл, сжав свой кубок двумя руками. — После того, как я перестал быть Призраком, он старается соблюдать мою честь, — со стуком поставив бокал на стол, ругнулся: — А мне оно надо?!       — Это весьма важно, — согласился Тирас.       — Я и не спорю, — вновь вздохнул Мойл, глядя на вино в кубке. — Нам предстоит долгий путь, и мне казалось, что, хотя бы совсем немного, мы можем побыть наедине. Думаете слишком нагло с моей стороны?       Глянув в фиалковые глаза, Тирас практически своей кожей ощутил насколько соскучился по мужу, а что уж говорить о Лу и Мойле. Сколько они в дороге, когда последний раз били близки?       Вполне нормально желать внимания от того, кого любишь.       — Я думаю, что вы правы и даже если честь важна, все же иногда, совсем немного и, если это не грозит проблемами, можно позволить себе расслабиться.       — Понимал бы это Лу, — надул губы Мойл.       Сейчас он ощущал спокойствие, понимал, что может не стесняться своих слов и мыслей. Его поддержат и поймут.       Поднявший из кресла, король прошел к двери и выглянул. В коридоре был один стражник, который часто сопровождал Тираса по вечерам. Саджо снял только дневные охраны, и ему приходилось ночью, чтобы не беспокоить понапрасну людей, не выходить из своих апартаментов. Сегодня же решил сделать исключение.       — Попросите пожалуйста, кого-нибудь принести нам еще вина и фруктов, — громко проговорил он стражнику, склонившемуся перед ним в поклоне. Тише добавил: — И пригласите ко мне господина первого советника.       Страж кивнул, выпрямился и поспешил выполнить поручение, заметив в другом конце коридора кого-то из слуг.       — А вы сами пробовали прокрасться к нему? — спросил Тирас, вернувшись в кресло и вновь взяв свой бокал. Осушив его одним разом, внимательно посмотрел на покрасневшего принца.       — Разве я могу? — смутился тот. — Да и не знаю, где его комната.       — Что ж, понимаю, — протянул Тирас и снова уставился на огонь в камине.       Тишина наступила на несколько минут. Разрушил ее стук в дверь.       — Ваше величество, — войдя и поклонившись, проговорил Лу. Он был весьма удивлен, что Тирас позвал его.       Окинув взглядом библиотеку и заметив настороженный взгляд Мойла и спокойный Тираса, поджал губы.       — О чем вы хотели поговорить со мной? — спросил мужчина, и тут же был вынужден шагнуть вперед, так как в комнату вошел и Саджо. Церемониться с братом он не собирался, король все же, потому просто толкнул его в спину, когда путь оказался перекрыт.       — Саджо, мы можем поговорить, — встав и направившись к двери, проговорил Тирас, чем вынудил Лу открыть рот от удивления. Кинув взгляд на королей, — причем Саджо был так же удивлен, — посмотрел на Мойла, который то же явно ничего не понимал.       Встав рядом с супругом, Тирас обернулся к принцу и советнику:       — Вам предстоит долгий путь, уделите хотя бы немного времени друг другу.       Мойл тут же густо покраснел, Лу поджал губы.       — Не позволено, — рыкнул он.       — А это мой замок, и правила мои, — поняв, чего добивается муж, усмехнулся Саджо. Подхватив Тираса под руку, поспешил закрыть дверь, с другой стороны. — Ты меня использовал?       — А что в этом такого? — пожал плечами Тирас, вырвав руку из хватки мужа, поспешил вдоль по коридору, дав стражнику знак уйти.       — Я твой король! — Саджо не мог определиться злиться ему или удивляться поведению мужа. Он всего несколько дней игнорировал его, не желал разговаривать, а сейчас же наглым образом с его помощью подстроил свидание для любовников.       — С этим я не спорю. Но и я король, не забывай об этом.       Тирас шел вперед, а Саджо смотрел ему в след и понимал, что еще хотя бы один вечер в ссоре с ним, и не выдержит. Это была их первая ссора за последнее время. А выдерживать подобные отношения с каждым разом становилось все сложнее.       — Не смей давать цену моей к тебе любви! — сжав руки в кулаки, рыкнул Саджо и догнав Тираса, схватил за плечо, разворачивая.       — Ты сам дал ей цену, — сверкнул глазами бета.       Саджо скрипнул зубами от досады, да и злости тоже. Но на кого злиться? На себя за то, что снова лишил омегу воли, на Тираса за его обиды, или же на чертового омегу, что посмел покушаться на его брата.       — Ты не знаешь, что тогда произошло, и не тебе судить, — начал Саджо, пытаясь сдержать себя.       — Потому что ты не рассказываешь, — выпрямившись еще сильнее, чтобы казаться выше, проговорил Тирас, непреклонно глядя в глаза супруга. — И все же, я уверен, что ты как сильный мужчина и могущественный альфа можешь справляться со слабыми омегами иначе. Но ты все равно стремишься каждый раз брать на душу грех!       Карие глаза широко распахнулись.       Он не злился и вовсе не был обижен, Тирас просто волновался о нем, о его душе.       Взлохматив волосы, Саджо прикрыл глаза.       — Прости! — прошептал он, открыв глаза, обнял мужа и притянул его к себе. — Я все исправлю, хорошо? Найду способ вернуть его волю, только не злись больше.       Тирас обнял Саджо в ответ и уложил голову на его плечо.       — Обещаешь?       — Обещаю!       

***

      Оставшись вдвоем Мойл и Лу некоторое время просто смотрели на друг друга.       Омега не торопился что-то говорить потому что понимал, чего добивался король. Он предоставил им возможность побыть вместе, вполне может быть, что этот вечер будет последним перед долгим путем к совместному будущему. Ведь когда они пребудут в дом короля Замена, никто не позволит им быть рядом, какое-то время точно.       Если бы они могли соединиться узами брака уже сейчас, все стало бы намного проще.       Лу смотрел на возлюбленного и понимал, что красивее в жизни не встречал человека. Изменив статус Призрака на наследного принца, Мойл обязан был теперь носить другую одежду, и она ему определенно шла, подчеркивала все достоинства его внешнего облика и скрывала недостатки. Которых, по его мнению, у молодого человека просто не имелось.       Теперь Мойл представлял собой не простого летописца, пальцы которого постоянно испачканы чернилами. Теперь перед альфой был принц.       Они равны в своих статусах, во всяком случае настоящих. Но общество может воспротивиться их союзу лишь, потому что официально Лу являлся лишь советником.       Но даже если он воскреснет, это ничего не изменит. Более того, тогда ему придется отказаться от Мойла добровольно. Ведь члены королевских династий никогда не имели право отступать от своих слов и обещаний.       Уж лучше так, пусть он будет кем-то незначительным при дворе, главное, что ближе к Мойлу. Остальное не имеет значения.       И он готов отдать свою жизнь за возможность быть рядом. Но не любовь. Он желал любить его всегда, вечно.       — Мойл, — шепнул Лу, в голове все еще не укладывалось произошедшее. Он не до конца осознавал сказанное отцом и Саджо. Но в тоже время его мало волновала несчастная судьба отца и предка в одном лице. Важнее для него был только Мойл.       Омега смотрел на него молча, ожидая продолжения.       — Отец дал кое-какую подсказку, — прошептал Микро, шагнув чуть ближе. — Я покину тебя, если ты позволишь.       — Необходимо куда-то отправиться? — нахмурился Мойл.       — Да, в Махровую долину, — кивнул альфа, сделав еще шаг к молодому человеку. — Возможно один колдун сможет нам помочь. Я узнаю это. Тебе же не о чем волноваться. Мои люди будут сопровождать тебя, всегда и везде. Я уже выбрал четверку бойцов, которые будут рядом круглые сутки. Разве что кроме спальни, — на последних словах он натянуто улыбнулся.       — Хорошо, — кивнул Мойл и поднялся из кресла. — Я согласен подождать тебя. Ведь ты вернешься ко мне?       — Как только что-то узнаю, — кивнул Лу, омега встал рядом с ним и обнял за талию, прижавшись к груди.       — Поцелуй меня, Лу. Мы так давно не были вместе. И теперь ты вынужден покинуть меня. Хочу снова ощутить вкус твоих губ.       В фиалковых глазах было столько желания и тепла, любви и надежды, что Лу просто не сдержался. Подхватив Мойла, прижал к себе плотнее, впившись губами в его мягкие губы.       К черту честь и невинность.       Только на сегодня они одно целое!       Эта ночь станет самой важной для них. Он сделает все, чтобы Мойл испытал невероятное наслаждение. Отдаст всего себя ему. Только для него.       Ведь возможно его чувства исчезнут.