Сборник драбблов по Вселенной Стивена

             Перидот узнала об одной занимательной человеческой традиции – выговариваться. Как объяснил ей Стивен, это разговор «по душам» между двумя или более людьми об их проблемах, переживаниях и прочем разном неприятном. И добавил, что после такого разговора людям становится легче.       В тот конкретный момент Перидот так и не поняла зачем, почему и с чем едят этот разговор «по душам», ведь если у тебя какие-то проблемы – можно просто посмотреть сериал, к чему придумывать что-то лишнее? Сейчас тайный смысл данного ритуала медленно приобретал перед её глазами очертания.       Рубин сидела возле неё в некоторой прострации, тупо пялясь в одну точку на небосводе и вообще не догоняя, что она сделала не так. То есть да, Сапфир сказала, что ей просто нужно побыть одной, чтобы обдумать сложившуюся… ситуацию, но почему бы не обдумать её вместе с Рубин? Гранат отлично умеет обдумывать самые разные ситуации.       – Да что опять не так-то?! – хватается Рубин за голову. Перидот не обращает на крик отчаяния внимания: Ляпис недавно сказала, что не хочет смотреть сериал, и застыла перед разрушенным амбаром истуканом. Попросила ещё не беспокоить её. И просто смотрела на груду щепок. Перидот была в недоумении: они могли построить новый, в чём проблема?!       Жёлтый Алмаз не совсем поняла, что забыла в компании этих двух жалких, по её первому мнению, самоцветов, но находила их общество довольно приятным: все сидели и думали о чём-то своём, чём-то определённо схожем. Голубая разревелась и сбежала в свой паланкин после того, как Стивен сообщил, что ночью ему нужно спать – потребность его формы… как он назвал, «организма», Жёлтая не вслушивалась.       Она вообще не понимала, почему Голубая плачет: они нашли Розовую, всё ведь прекрасно!..       Атмосфера глубокого взаимопонимания с ноткой сочувствия к сидевшим рядом самоцветам приятно грела душу. Все трое знали, что их любимые самоцветы скоро успокоятся, что их внезапные приступы быстро забудутся, что всё вернётся на свои места. Ни Голубой Алмаз, ни Ляпис Лазурит, ни Сапфир потом об этом даже не вспомнят, радостно улыбнутся и поблагодарят за понимание.       Именно это призрачное понимание сейчас пытались постичь трое несчастных, крепко привязавшихся к голубым самоцветам.       – Что такого в разрушенном амбаре, она ведь сама его бросила на землю… – бормотала Перидот.       – У тебя хоть дело в амбаре, я вообще не понимаю, в чём дело! – нервно посмеивается Рубин.       – Мы нашли Розовую, а она всё равно плачет… – вторит им Жёлтый Алмаз.       Все трое дружно нахмурили брови. Все трое понимали, что не совершали ошибок, и всё равно чувствовали себя виноватыми. Все трое и не думали взглянуть наверх.       Ляпис Лазурит, сидя в паланкине Голубого Алмаза, глупо хихикала и поедала попкорн, предлагая его своим соучастницам, находя ситуацию донельзя забавной; Сапфир охотно с ней соглашалась, глядя на потерянных самоцветов с высоты пару сотен километров; Голубой Алмаз робко пробовала человеческую еду и постепенно понимала всю её прелесть, несмотря на то, что кусочки пиццы были слишком малы для неё.       – Точно всё будет в порядке? – обеспокоенно поинтересовалась она.       – Им только пойдёт на пользу, – уверила Сапфир. – Всем иногда полезно беспокоиться.       – Как думаете, сколько времени пройдёт прежде, чем они додумаются пойти проведать нас? – прыскает со смеху Ляпис.       – Ещё пара часов, – отвечает Сапфир.       – Пф, пару часов за ними наблюдать скучно. Может, добудем телек и посмотрим сериал?