But i still hate you

Чонгук просыпается от ярких лучей солнца прямо себе в глаза; он морщится и слегка причмокивает губами. Ему неудобно, и он не сразу понимает, что не так. Не открывая глаз, Гук ощущает, что он лежит в тех самых злополучных кожаных штанах и рубашке. Он резко распахивает глаза и садится на кровати. — Чёрт... — тихо говорит Гук. Он вспоминает вчерашний вечер, когда они с Тэхёном сначала провожали Юнги, а потом разговаривали о звёздах. А потом Чонгук просто уснул на кровати Тэ, подумав о том, что прилечь на пять минут было прекрасной идеей. Как выяснилось, нифига это не прекрасная идея. Гуку стыдно за это, он наверняка принёс Тэхёну столько неудобств. Да, Чонгук всё ещё совсем немного недолюбливает Кима, но уснуть в его доме на его кровати. Боже упаси. Парень надеется, что у Тэхёна в доме есть ещё кровати, на которых можно было бы спать. Он достаёт свой телефон из кармана и смотрит на время. Полдень, ну, как обычно. На экране горит оповещение о том, что пора бы зарядить телефон, но Гук позаботится об этом позже, сейчас ему не до телефона. Парень не знает, что сейчас лучше: проскользнуть из комнаты и из дома Тэхёна незамеченным или выйти и найти хозяина, прося прощения о том, что вчера случайно заснул на его кровати. Ах, так глупо. Он встаёт с кровати, решив, что просто тихо выйдет из комнаты и будь, что будет. Гук подходит к зеркалу, смотрит на себя и ужасается. Рубашка вся мятая, наполовину выправлена из штанов, а на голове вообще не пойми что! Волосы совсем не лежат, как бы Гук не старался их пригладить, лицо всё помято и глаза немного красные. Чонгук пытается хотя бы немного разгладить рубашку, заправляет её обратно в штаны и снова смотрит на себя. Возможно, так стало немного лучше, но его волосы... Во всём виноват Юнги со своим вонючим лаком для волос. Как теперь Чонгуку их привести в порядок без воды, когда они торчат по стойке смирно в разные стороны? Был бы он сейчас дома – не было бы проблем: Гук бы сразу рванул в душ. Но сейчас ему предстоит выйти из комнаты Тэхёна, побороть свой стыд и неловкость, извиниться, что так нагло заснул в его доме, да и вообще... О боже, ну всё нафиг. Слишком сложно, нужно быть проще. С кем не бывает? Да? Решив, что да (но Гук в этом совсем не уверен), парень выходит в «свет». Чонгук неуверенно шагает на звук, доносящийся с кухни, всё ещё приглаживает свои волосы и бесится от того, что они выглядят ужасно и совсем не лежат. Подойдя ближе, он замечает Тэхёна, что стоял и нарезал какие-то продукты на столе, еле слышно что-то напевая себе под нос. Он выглядел таким домашним: широкая белая футболка и красные штаны, а ещё на вид мягкие и совсем немного растрёпанные светлые волосы, не как у Чонгука. Признаться, Гук не уверен (он вообще сегодня ни в чём не уверен), но ему кажется, что песня, которую напевает Ким, слишком знакома. И младший бы простоял так ещё много времени незамеченным, но лёгкое пение больше не слышно, и Тэ смотрит в его сторону, а значит, в любом случае его заметили. — Доброе утро, соня, — улыбается старший, снова опуская взгляд на свои руки и продукты, что он нарезал. — Как спалось? — А, ну, неплохо, — Чонгук неловко трёт затылок. — И-извини, что так вышло, я случайно. Я тебе, наверное, столько неудобств причинил. — Что? Ты о чём? — не понимает Ким. — Ну, я не специально уснул у тебя вчера. Не знаю, как так вышло, просто... — Хэй, я даже не думал об этом! Какие неудобства? Тем более, я один живу, если ты не заметил. Уснул и уснул. Ты хоть выспался? — интересно старшему. Гук неуверенно кивает. — Это главное. Не забивай себе голову этим. С кем не бывает? — Ни с кем не бывает, — проговаривает Гук. Тэ поднимает на него взгляд и видит всю неловкость младшего. Как хамить Тэхёну – так запросто, а как попал в неудобное для себя положение, то вы только посмотрите на этого малыша. — Я домой пойду, — говорит Гук и разворачивается, но его останавливают за руку. — Ты куда-то торопишься? — Ким выгибает бровь. — Не думаю, что это так. Иди сходи в душ, там лежит для тебя полотенце и твои вещи. Я сходил сегодня к тебе домой и принёс их, извини. Ключи от твоего дома лежат в коридоре на тумбочке. Зубную щётку я купил в магазине сегодня утром, она тоже там лежит, ну, увидишь в общем. Потом выходи, будем кушать, — Чонгук смотрит оленьими глазами на Тэхёна, пытаясь сообразить, что только что сказал старший. Но спустя пару секунд до него доходит. — Звучит так, как будто я к тебе переехал, — слегка фыркает Чонгук, потирая переносицу. — Давай-давай, топай в ванную, — подгоняет Чонгука Тэхён, игнорируя слова младшего. — Телефон можешь поставить здесь на зарядку, — указывает Тэхён на тумбочку, где лежал его телефон и рядом аккуратно скрученная зарядка. Чонгук кивает, ставит свой телефон заряжаться, и направляется в ванную. Ему всё ещё неловко из-за случившегося, но желание привести себя в порядок берет верх, и Гук заходит в ванную. Он видит на стиральной машинке его сложенные вещи и белое полотенце, а на полочке с зеркалом новую зубную щётку, которая предназначалась для Чонгука. Парень закрывает дверь на замок и наконец снимает с себя неуютную одежду. В душе он находит несколько флаконов с шампунями и гелями. Все с совершенно разными запахами, и Чонгук даже не знает, какие ему выбрать. Ай, ну зачем такие сложности? Спустя время, выбор Чонгука падает на шоколадный гель для душа и апельсиновый шампунь. Ох, да. Апельсин с шоколадом, пожалуй, лучшее сочетание. Чонгуку хватает десяти минут, чтобы закончить все водные процедуры. Он вытирается полотенцем и подсушивает волосы, а потом смотрит на свою одежду и, о боже, Тэхён даже позаботился о том, чтобы взять Чонгуку его трусы... Это, конечно, всё прекрасно, но Гуку так стыдно. Он краснеет, когда берёт в руки такого же цвета боксёры и впервые проклинает себя за то, что когда-то, чисто по фану, решил купить себе их. Теперь вот отдувается. Ведь знал же, что когда-нибудь его красные труселя покажут себя миру. Похоже, сегодняшний день — сплошной фейл для Чонгука. Он надевает наконец свои боксёры, джинсовые бриджи и белую футболку, которую, когда-то облил газировкой в первый день знакомства с Тэхёном. Гук складывает свои вещи в пакет, который оказался так кстати, и относит в коридор, чтобы точно не забыть его. А потом он улавливает вкусный запах, который идёт с кухни. Он направляется прямиком туда. На столе стояли две чашки с зелёным чаем и большая тарелка с роллами и соевым соусом. Чонгук их обожает, честно, но так редко их ест. Роллы – дорогое удовольствие, но Тэхён может себе это позволить, как ещё давно заметил Чонгук. Мажор херов. — О, Чонгуки, ты вовремя. Я как раз всё приготовил, — говорит Тэ, убирая в холодильник ненужные продукты и доставая палочки из шкафа. — Ты же любишь роллы? — Гук кивает. — Ну вот и отлично. Садись, — младший подходит ближе к столу, а Тэ внезапно оказывается слишком близко, и Чонгук ощущает его дыхание на своей шее, и ему хватает этих пару секунд, чтобы его кожа покрылась мурашками. Что, блять, Тэхён делает? — Мм, шоколад с апельсином, любимое сочетание, — Чонгук не уверен, что Ким сделал сейчас что-то в рамках закона, но на мгновение это было приятно? Ха-ха, Чонгук, стоп. Тэхён просто, возможно, немного странный. Ни один нормальный человек не будет нюхать другого. Так что спокойно, всё хорошо. Чонгук садится напротив Тэ, где стояла чашка с чаем. Тэхён придвигает ближе к младшему соусницу с соевым соусом и даёт палочки для еды. Тэхён сразу же берёт палочками ролл и макает в соус, быстро закидывая себе в рот. Чонгук следует примеру старшего. Пару минут парни ели в неловком молчании, а потом Тэ решил поинтересоваться не зря ли он старался. — Ну как, вкусно? Не зря старался? — спрашивает Ким, смотря на Чонгука, который сейчас походил на хомяка, который напихал себе запасов в щёки. — Старался? В смысле выбирал и заказывал? — Гук не понимает, к чему вообще этот вопрос. — Что? Нет. Старался делать, — Тэ указывает на роллы. Гук непонимающе смотрит на старшего. — Ну что ты так смотришь? Я сам сделал эти роллы. Сварил рис, нарезал начинку и скрутил их. Я редко заказываю, если только мне очень лень их делать или очень устал, — вау? Чонгук сейчас просто смотрит на Тэхёна и не понимает розыгрыш это, или Тэхён умеет и знает всё, раз готовит так вкусно любимое блюдо Гука. А ещё он слишком много знает про звёзды и умеет определить ушиб и перелом, а ещё шарит в медицине? Да кто он вообще такой? — Ты что, умеешь всё? — Чонгук выгибает бровь, а Тэ заливается смехом. — Нет конечно. Делать роллы не так уж сложно, — улыбается Тэ. — Но я не умею. — Ты просто не интересовался этим. — Хорошо, я интересуюсь звёздами, но я не знал даже четверти всего того, что ты мне наговорил, — Чонгук смотрит на Тэ. — Не углублялся в это. — Я не знаю, как отличить ушиб от перелома, вообще не шарю в медицине. — Тебе просто не приходилось с этим сталкиваться, а я говорил уже, что моя мама врач. — Теорема Пифагора? — В прямоугольном треугольнике квадрат длины гипотенузы равен сумме квадратов длин катетов. — Корень из числа шестьсот двадцать пять. — Двадцать пять. — Второй закон Ньютона? — не унимается Чонгук, а Тэхёна это даже забавляет. — Под действием силы тело приобретает такое ускорение, что его произведение на массу тела равно действующей силе. — Изыди, демон, — говорит Чонгук, поднимая руки вверх. Тэхёна умиляет ребячество младшего. Ким смеётся, а потом всё же ещё раз решает поинтересоваться нравятся Чонгуку роллы или нет. — Ты так и не ответил: роллы-то вкусные? — спрашивает Тэ, всё ещё издавая смешки время от времени. — Я не хочу с тобой разговаривать, дьявол. Ты не затащишь меня в свои ряды! Даже не думай! — восклицает Гук, а Ким щурится. — А если научу готовить роллы? А вечером покажу те самые фото, которые не удалось тебе увидеть вчера и дам тебе пофотографировать профессиональной камерой? — Тэ смотрит на младшего: он точно знает, что это его заинтересует. — О боже, — вздыхает Гук, закусывая губу. — Ты уж определись, кто я. Демон, дьявол или Бог, — смеётся Тэхён. А Чонгука этот смех от чего-то заставляет снова покрыться мурашками. Странно всё это. Точно, Тэхён – дьявол. — Кажется, я только что продал душу дьяволу. Я согласен. — Отлично, — улыбается Ким, закидывая в рот очередной ролл. Чонгук лишь тихо усмехается и думает о том, что, кажется, Тэхён не даст ему скучать. И, похоже, в хорошем смысле этого слова.

***

Дело движется уже к вечеру, а всё потому, что Чонгук слишком много спит. Парни провели на кухне Тэхёна пару часов, Чонгук закручивал уже пятый по счёту «валик», который потом разрежется на несколько небольших роллов. Гуку нравилось руководство Тэхёна — он даже приметил, что из него бы вышел неплохой учитель. А также парень в очередной раз убедился в том, что первое впечатление о человеке может быть обманчивым. Тэхён совсем не плохой, не мудак и не зажравшийся петух. Он такой обычный и простой в общении, а ещё у него забавная квадратная улыбка, которая теперь Чонгуку кажется самой искренней из всех, которые он когда-либо видел. Спустя ещё время была готова новая партия роллов, которые почти от и до сделал сам Чонгук под руководством Тэхёна. А ещё младший рад тому, что они получились не менее вкусными, поэтому он сейчас стоит и уминает их за обе щёки, а Тэ наблюдает за Гуком, выпивая очередной стакан сока, а потом подходит ближе к Чонгуку и не успевает взять своими пальцами ролл, как младший уже подносит один к его рту. Тэхён усмехается, но принимает еду из рук Чонгука, прикрывая глаза и говоря о том, что у брюнета роллы получились ещё вкуснее. Младший смущается, совсем немного краснея, а Тэ не может оторвать глаз от увлечённого едой Гука. Через время Киму снова прилетает «самолётик» — он аккуратно перехватывает чужое запястье и смотрит младшему в глаза, губами забирая еду с пальцев Чонгука. Ему нравится такой Гук: милый и совсем не вредный парнишка, который кормит Тэхёна со своих рук. А Чон слегка запаниковал, потому что ему очень неловко находиться сейчас в таком положении. Возможно, Тэхён там где-то утонул в глазах Гука, а что делать младшему-то? Сердце брюнета заходится в бешенном ритме, когда ему кажется, что Ким становится слишком близко. Гук не уверен снова, что это так, поэтому он просто отводит взгляд, но его возвращают снова, когда Тэхён пальцами аккуратно прикасается к подбородку и смотрит на губы. Ну, вот и всё, пришёл пиздец. Чонгук жмурится, ожидая дальнейших действий старшего, но потом чувствует чужой палец на своей верхней губе, который будто что-то смахнул, а потом и вовсе не ощущает прикосновений на своём подбородке. Он открывает глаза и видит перед собой удивлённого Тэ. — Ты чего? — а действительно, Чонгук, ты чего? — Что ты хотел сделать? — Я просто убрал рис с твоих губ, а ты зажмурился, как будто я тебя убивать собираюсь или... Подожди! А ты что подумал? — Ким играет бровями, а Чонгук бледнеет. — Н-ничего. — Ну-ка колись, — Тэхён начинает щекотать Гука, а тот извиваться в руках старшего. — Да, ха-ха, правда, ничего такого! Просто, ай, просто ты был очень близко, ха-ха, ну, хватит! — Тэхён отпускает Чонгука, а тот часто дышит и хватает воздух ртом. — Просто я не люблю, когда на меня смотрят так близко, глаза в кучу съезжаются, — объясняет Чонгук, а сам мысленно бьёт себя по лбу за то, что подумал о том, что Тэхён может его... Чёрт возьми, о чём ты вообще думаешь, Чон Чонгук? Тебе точно нужен свежий воздух прямо сейчас. — Хён, встретимся вечером, ладно? Я вспомнил, мне нужно кое-что сделать дома. Спасибо за то, что научил делать роллы. Извини, мне пора. Пока! — быстро тараторит Чонгук, хватает свой телефон, пакет, ключи, и из коридора слышится хлопок входной двери. Да, Чонгуку точно нужно проветриться, а Тэхёну вообще понять, что только что произошло. — Хён? — проговаривает Тэхён, расплываясь в улыбке, ощущая разливающееся тепло где-то в районе груди.