But i still hate you

«Ничего, и на нашей улице расцветут помидоры», — сказал Юнги ему ровно год назад, когда Чимин снова театрально вздыхал на телячьи нежности их друзей. Так вот... Помидоры-то расцвели, правда, только у Чимина. За этот год вообще многое изменилось. Чонгук и Чимин поступили в один университет, правда на разные факультеты, обзавелись новыми друзьями и знакомыми. Студенческая жизнь кипела только так. Они все вместе ходили на тусовки, Чонгук даже полюбил клубы в какой-то степени, да и алкоголь ему больше не чужд, выпить можно. Тэхён с Юнги, кстати, периодически тоже зависали с ними. Они быстро нашли общий язык с друзьями Чимина и Чонгука, а Юнги вообще всегда был в центре внимания. Он заядлый тусовщик и душа любой компании, с ним всегда безумно весело. И невероятно комфортно, даже когда он пьяный в хламину. Чимин особенно любит эти моменты. Когда Юнги развозит, он всегда говорит больше, чем следовало бы, но Чимин готов его слушать хоть всю свою жизнь. Ведь он влюбился. Вляпался так сильно и безвозвратно, что невозможно просто. Вот только Юнги, кажется, вообще не рассматривает его кандидатуру. Это действительно становится проблемой, потому что Чимин с каждым днём влюбляется сильнее. «Пройдёт, — думал он, — это просто временная симпатия». Не временная, и не пройдёт, и не симпатия уже вовсе. Чимин влип так впервые, и, кажется, это намного серьёзнее, чем та непонятная романтика в подъездах. И вот сейчас, когда Тэхён после долгого рабочего дня их снова забрал с очередной клубной тусовки на своей машине, Юнги вновь бесцеремонно разваливается на просторном заднем сиденье, ложась на колени Чимина, словно на подушку. Чонгук занимает своё законное место спереди, смеясь и расплываясь в улыбке, когда Тэхён целует его такого пьяного в губы. И Чимину становится больше не весело от слова совсем. У Чонгука с Тэхёном их любовь крепчает с каждым днём на глазах, а его личная жизнь летит просто на три весёлых буквы. Он больше не может, больше так невыносимо, и даже алкоголь перестал помогать. Чимин потерялся в Юнги и ничего не может с этим поделать. Он просто не найдёт человека лучше, чем он. Заботливее, внимательнее и лучше хёна просто не бывает на свете. — Устал? — пьяно и еле слышно спрашивает Чонгук Тэхёна, когда тот выруливает на главную дорогу. Чонгук проявляет к нему заботу даже когда почти не соображает. — Есть немного, сегодня было много клиентов, — отвечает Тэхён. — Тогда я просто обязан помочь тебе расслабиться, — и так пьяно и расслабленно смеётся. Чимин больше не может их слушать. Он затыкает уши наушниками, отворачивается к окну и изо всех сил пытается забыть о том, что на его коленях развалился Юнги, что он прямо сейчас причмокивает во сне этими губами, которые Чимин больше видеть не может, и старается улечься поудобнее. Чимину становится дурно, он открывает окно и пытается отвлечься. Невозможно. Невозможно не думать о нём, когда он прямо здесь, когда Чимин чувствует его присутствие всем телом, когда запах его нового полюбившегося Юнги одеколона с нотками лаванды врезается прямо в нос. Он снова переводит на него взгляд, боковым зрением замечая влюблённый взгляд Чонгука и смущённую улыбку Тэхёна. Ему почти двадцать, но влюблён он в старшего до сих пор как в беззаботные семнадцать, когда у них всё только начиналось в Италии. Чимин, если честно, до сих пор в восторге от их истории любви. Они, кстати, послезавтра снова летят в Италию. Чимин переводит взгляд на магнитолу. Точнее, уже завтра ночью. И что же такого волшебного в этой их Италии, что они возвращаются туда снова и снова? Чимин прикрывает глаза, прислонившись к окну, и делает музыку в наушниках громче.

***

Если с Юнги почти никогда проблем не бывает, то с Чонгуком приходится попыхтеть даже вдвоём. Дотащить его до кровати на втором этаже по ступенькам кажется вообще нереальным, поэтому после таких тусовок Тэхён предпочитает остаться в спальне на первом этаже. Чимин же почти трезвый, он достаточно проветрился, пока они ехали домой, но на душе всё ещё тяжко. Он помогает Тэхёну довести до кровати расслабленного и шатающегося из стороны в сторону Чонгука, который лепечет уже совсем неразборчивый бред. Пьяного Чонгука всегда раздирает на телячьи нежности, которых у них в жизни и без этого хватает по горло. Но даже в таком состоянии Тэхён ему никогда не отказывает. — Хён, поцелуешь? — просит Чонгук, выпячивая губы. Чимин усмехается. Двадцать лет, а всё ещё такой ребёнок. Тэхён просто молча целует его. — Засыпай, — говорит Тэхён. — Я сейчас приду, — он выпрямляется, стягивая с Чонгука джинсы и складывая их на стул. — А ты куда? — Мне нужно машину поставить. — М-м... Больше Чонгук ничего не говорит, Тэхён выключает в комнате свет, и они с Чимином выходят в холл, а после снова на улицу. Чимин безмолвно плетётся за Тэхёном следом и наблюдает за его действиями. Тэхён садится в машину. — Садись, подвезу, — кивает на место Чонгука. — Нет, не нужно, я... Пешком, — вздыхает. — Тут же всего пару домов пройти, я почти трезвый. Тэхён кивает и не настаивает, быстро загоняет машину в гараж и снова возвращается к Чимину. — Тогда я тебя провожу, — он нажимает кнопку на пульте от автоматической двери и выключает в гараже свет. — Пойдём. Чимин ему благодарен. В одиночестве оставаться сейчас действительно не хочется. Они идут в абсолютной тишине под фонарями минуту, пока Чимин настраивается на разговор, который больше не в силах откладывать. Пусть даже и Тэхёну, но ему очень нужно выговориться. К тому же, это даже лучше, наверное... Чонгуку сказать было бы такое тоже не особо легко, Юнги ему как старший брат. — Тэ, я могу кое-что тебе сказать? Просто... Я не уверен, что смогу сказать это Чонгуку, но я не могу больше держать всё это в себе. Ты можешь ничего не отвечать, я сам не знаю, что ответил бы на такое, — Чимин всего-то разговаривает с Тэхёном, но уже до чёртиков нервничает. Ему жаль, что так всё вышло, что он превратил их дружбу в это, но... Это действительно не его вина. Тэхён поднимает на Чимина уставший, но заинтересованный взгляд. Они с Чимином давно уже не чужие друг другу люди, так что Тэхён, конечно же, выслушает его, если нужно. — Конечно, — отвечает Тэхён. — В общем, мне очень жаль, что так получилось, я не хотел, но оно само, — он зажмуривается, чувствуя как учащается его пульс. — Я влюбился, — ещё один выдох. — В Юнги, — он открывает глаза и смотрит в тэхёновы. Они успокаивают. В Тэхёне есть что-то такое, что заставляет в любой ситуации чувстовать себя как дома. Неудивительно, что Чонгук регулярно тонет в его глазах. — И, по правде говоря, я устал. Не могу больше каждый день видеть его и притворяться, что всё в порядке, — он снова опускает взгляд. — Потому что больше не в порядке. Тэхён пару секунд переваривает информацию, смотрит на Чимина так, словно о чём-то думает, а потом как-то слишком серьёзно (он просто устал) спрашивает: — И как давно? — Чуть меньше года, — пожимает плечами Чимин. Тэхён молча стоит, а потом усмехается. — А я думал, у меня глюки, — по-доброму улыбается Тэхён. Чимин с непониманием смотрит на него в ответ. — В смысле? — вполне логично спрашивает Чимин. — Помнишь тусовку, когда Юнги пригласил тебя на медляк? Забудешь такое... У Чимина чуть сердце тогда не выскочило. — Странный вопрос, — естественно он помнит. — И то верно, — кивает Тэхён. — Ты конечно краснеешь и смущаешься по поводу и без, но тогда ты явно запаниковал, я ведь прав? — Чимин опускает глаза и улыбается. Прав. — Я предположил, что тебе может нравиться Юнги, но Чонгук сказал, что ты натурал до мозга костей, — ага, натурал до мозга костей, который готовил своего любимого друга к его первой взрослой ночи и кидал ему бесконечное количество видео очень интересного содержания, между прочим, далеко не гетеро и давно самостоятельно изученных до последней секунды. — Я поверил, но наблюдать за тобой продолжил. Чимину становится стыдно и жутко неловко. Его словно поймали за чем-то неприличным и пристыдили. — Знаешь, — вздыхает Тэхён. — Не бойся, и поговори обязательно с Юнги. Я думаю, у него найдётся, что сказать тебе немного больше, чем у меня, — он улыбается. — Ты же знаешь его, он ни в коем случае не будет над этим смеяться или что-то такое. Он взрослый человек и, в конце концов, старше нас всех. — Да, я помню, — усмехается Чимин. — Кажется, у нас с Гуком фетиш на парней постарше. Тэхён смеётся тоже. — Мы завтра с Чонгуком улетаем, — напоминает Тэхён. — У тебя будет много времени, чтобы провести его с Юнги наедине. Не затягивай с этим, ведь время самый драгоценный ресурс. Чимин согласно кивает. Тэхён правильно говорит, нужно закончить с этим в ближайшее время. Чимин безумно устал держать в себе свои чувства. Это нормально, что он влюбился, и нормально, если получит отказ. Они взрослые люди, они вместе с этим разберутся, нужно просто поговорить. — Спасибо, — Чимин улыбается. — Думаю, мне действительно стало легче, — и это действительно так. У него появилась небольшая уверенность в том, что действительно стоит признаться. — Только... Как воспримет это Чонгук? — А в чём проблема? — не понимает Тэхён и останавливается напротив дома Чимина. Чимин следует его примеру. — Не знаю, просто... Он же ему как брат. — А ты? — перебивает его Тэхён. — Не как брат? Всю сознательную жизнь вы росли с ним вместе, бок о бок. Ты его лучший друг, Чимин. На его месте я бы наоборот был спокоен за вас обоих, если бы вы были вместе. Разве тебя не терзали сомнения насчёт меня, когда мы с Чонгуком начали встречаться? Чимин щурится. — Тебе напомнить, когда я узнал о ваших отношениях? — с упрёком говорит Чимин, скрещивая руки на груди. — И между прочим, я вас с самого начала шипперил. — Ладно, — смеётся Тэхён. — Ну ты же понял о чём я. — Я понял, — соглашается Чимин. От алкоголя не осталось и следа. — Но мы забываем о ситуации, в которой мы с Юнги не вместе. Тэхён глубоко вздыхает. — Не думай об этом. Лучше признаться и пожалеть, чем не признаться и пожалеть ещё больше. Мы не выбираем в кого влюбляться. Доверься сердцу, и сделай так, как оно этого просит, — Чимин в качестве благодарности обнимает его. Тэхён улыбается и обнимает в ответ. — Спасибо, — он зажмуривается и уже морально готовит себя к тому, что придётся поговорить с Юнги.

***

На следующий день они все снова по традиции собираются у Тэхёна с Чонгуком дома, помогая собирать им чемодан в Италию, ведь без Чимина с Юнги они совершенно точно не справятся. — Ничего не забыли? — спрашивает Чимин, сидя на кровати вместе с Юнги и наблюдая, как Тэхён закрывает чемодан. — Тебя, — улыбается Юнги, вспоминая его прошлогоднее нытьё. — А кроме меня? — М-м... Думаю да, забыли, — улыбается Чонгук, опускаясь на корточки рядом с Тэхёном и целует его, вручая пищевую плёнку для упаковки чемодана. — Мелкий засранец, — хмыкает Юнги. Чимин выдыхает. — Это зачем? — спрашивает Тэхён, рассматривая плёнку. — Упаковать. Тэхён поднимается на ноги и смотрит на Чонгука. Чонгук тоже выпрямляется. — Сейчас тебя упакую, — Тэхён отматывает плёнку и накидывает на Чонгука, тут же притягивая его за талию. — Игры с пищевой плёнкой? — щурится Чонгук, чувствуя на своих губах чужое дыхание. — Это что-то новенькое, но мне нравится, — и снова тянется за поцелуем. Чимин громко прокашливается. — Вы ещё не в Италии, — напоминает им. — Да, ребят, заканчивайте с перерасходом кухонных принадлежностей, — поддерживает Юнги. — Ничего, Чимин, и на нашей улице расцветут помидоры, — хмыкает, кладя ладонь на его плечо и слегка массируя. Чимин вскакивает как от огня. — Да-да, именно, помидоры, — ей богу, у Чимина на них аллергия скоро начнётся. — Мне надо в туалет, — и быстро исчезает за дверью. — Что-то он сегодня нервный, — хмурится Юнги. — Мне кажется, он в последнее время постоянно такой, — говорит Тэхён, подмигивая Чонгуку. Тот вопросительно на него смотрит. — Что? — Ничего, — выдыхает.

***

По пути в аэропорт Чимин не проронил и слова. Он сам себе поклялся, что если не сегодня, то уже никогда. У них достаточно времени будет с Юнги, когда они будут возвращаться обратно. На машине Тэхёна, кстати. Они решили не вызывать такси, Тэхён сам за рулём, а обратно на его машине поедут Чимин с Юнги. Юнги, естественно, за неё будет в ответе. — Ну что, нам с вами идти? Или вы справитесь? — спрашивает Юнги, принимая из рук Тэхёна ключи от гаража с домом и, само собой, машины. — Езжайте домой, у нас тут регистрация ещё два часа будет, а потом до посадки куча времени. Уже и так поздно, — говорит Тэхён, смотря на часы. Время два часа ночи. — У нас вылет только в половину пятого. — Ладно, как долетите – напишите. — Обязательно, — отвечает Чонгук, захлопнув багажник. — Вам попробуй не напиши, — усмехается. — Вот и только попробуй, — улыбается Чимин. — В порошок сотру же. Ты у меня в долгу всё ещё. Я сохранил тебе жизнь после того, как узнал о ваших отношениях спустя целый месяц. — Ты мне до конца жизни это припоминать будешь? — Да. — Пойдём уже, — вздыхает Тэхён. — А то вы ещё сейчас подерётесь. Увидимся через две недели. — Счастливо, — салютует Юнги. Чонгук и Тэхён уходят. Чимин провожает их взглядом и чувствует, как учащается его пульс, стоит ему только подумать о том, что сейчас он собирается сделать. Он уверен, что если не сегодня, когда Тэхён вселил ему хоть какую-то уверенность, то он никогда не сделает этого. — Ну что? Едем домой? — Да, — кивает Чимин. — Домой. Юнги обходит машину и садится на водительское. Чимин по привычке залезает назад. — Ты куда? — смеётся Юнги. — Вперёд прыгай. — А, ну да, — вздыхает, быстро пересаживаясь рядом с Юнги. Юнги молча за ним наблюдает, а потом не торопясь выруливает с парковки, выезжая на главную дорогу. — Ты нервничаешь, — говорит Юнги, посматривая на Чимина. — Нет, с чего ты взял? — Это был не вопрос, — хмыкает. — Успокой сначала своё колено, а потом утверждай, что не нервничаешь. Ну да, Чимину стоило догадаться, что от Юнги ничего не скроешь. Они все знают друг друга вдоль и поперёк. И с каких, вообще, пор между ними появилось такое напряжение? — Что-то случилось? — спрашивает Юнги будничным тоном, спокойно следя за дорогой. Чимин, отвернувшись к окну и приложив усилия, чтобы успокоить своё колено, рассматривает тёмное небо и прислушивается к музыке, что тихо играет фоном в машине. «Давай, Чимин, ты сможешь, — думает он. — Сейчас!» — Возможно, — да, самое время поговорить загадками. — Расскажешь? — всё в порядке, ничего необычного. Юнги всегда интересуется проблемами своих друзей, так что здесь всё в порядке. — Ты уверен, что хочешь это услышать? — усмехается Чимин, начиная нервничать ещё больше, но на Юнги взгляд переводит. — Прекрати говорить загадками, Чимин, — в голосе Юнги ни грамма упрёка. — Я уверен. — А если тебе не понравится то, что я скажу? Возможно, — вздыхает. — Даже очень не понравится. Юнги хрипло смеётся. — Понравится, просто озвучь. Он не знает о чём говорит, но ладно, если он так просит. «Хорошо-хорошо, — Чимин глубоко вздыхает. — Раз, — выдох. — Два, — вдох. — Три, — выдох.» — Я влюбился, — Чимин зажмуривается. «А» сказал, от «Б» теперь не отвязаться. — В тебя, — ну всё, молодец. Теперь главное дышать. — Прости, — и вновь отворачивается к окну. Там, на улице, внезапно стало безумно интересно. Он не видит, как Юнги на него сейчас смотрит, не видит, что сейчас в его взгляде. Чимин боится увидеть. Увидеть и понять, что это невзаимно. Да, это нормально – получать отказ на свои чувства. Но чертовски больно. Господи, как же это всё чертовски сложно. Кто вообще придумал эту дурацкую любовь? Юнги останавливает машину на светофоре. — Посмотри на меня, — просит Юнги. Чимин не сразу, но отлипает от окна, медленно переводя взгляд на Юнги. В его глазах отражаются фонари, а на губах расцветает улыбка. — Возьми это, — он указывает на свою сумку. Он серьёзно? Чимин ему только что в чувствах признался, что он вообще делает? — Открой, — Чимин послушно открывает, совершенно не понимая, что он сейчас чувствует. — Достань вот эти бумажки и разверни их. Юнги решил устроить ему квест или что? — Что это? — Читай. Чимин прочитал. — Твой билет на самолёт, — вздыхает. — В Париж. Юнги снова улетает работать заграницу? — Второй посмотри. А второй билет оказывается... Его? Он не успевает сообразить и подумать, придумать логическое объяснение этому, как Юнги прерывает весь его не начавшийся поток мыслей. — Ты меня опередил, — улыбается Юнги, трогаясь на зелёный. — Хотел признаться тебе немного позже, но не успел. Признаться? — Я тоже влюбился, — да ладно? — В тебя, — стоп, секундочку. Секундочки не хватит. — А билеты купил ещё два месяца назад. Ты, вроде, мечтал побывать в Париже? Как тебе идея провести наше первое романтическое путешествие именно там? Это шутка? Сон? Если да, то это слишком жестоко. Чимин не может выдавить из себя и слова. И если Юнги терпеть не может светофоры, то сегодня он говорит им спасибо за то, что опять загорается красный. Он приближается к Чимину за считанные секунды, опаляет своим дыханием его губы и, наконец, целует, исполняя многомесячную мечту обоих. — Отомри, — он заглядывает в чиминовы глаза с невероятной нежностью. — И скажи мне хоть что-нибудь. Вместо слов Чимин сам целует Юнги ещё раз, сжимая пальцами билеты в город, где начнётся их история любви.