У моря

— Как там мама моя говорила? «Адекват — не наш формат»? - шипела я, помогая Линали разгребать груду бесформенного металлического хлама, буквально пару минут назад бывшего Комурином.       Солнце очень быстро нагревало металлическую поверхность обшивки, и она начинала больно жечь руки. Именно поэтому я предложила помогающей мне девушке поторопиться. Даже работая вместе, мы продвинулись в разборе завала не так далеко, как хотелось, и меня все чаще посещало чувство страха и беспокойства за Камуи. Он и был причиной того, что мы как обычно не бросили то, что осталось от очередного творения ученого, призванного защищать его дорогую сестренку, а после обреченного вздоха принялись разбирать образовавшуюся груду металлолома, накрывшую Ли. Только вот монотонные действия всё больше и больше подогревали раскаленные лучи стоявшего в зените светила, заставляя ускориться.       Кожа на руках стала невыносимо болеть и уже давно окрасилась в болезненно-красный цвет, а поиски так и не достигли желаемого результата — Камуи под завалами никак не находился. И это заставляло меня паниковать: мои руки начинали дрожать, а на глаза наворачивались слезы. Я начинала осознавать, что время-то проходит, а мы так и не нашли уже наверно задыхающегося Ли. Поэтому металлические листы обшивки и содержимое панели управления приходилось отодвигать в сторону практически бездумно, раня руки острыми краями металла, обжигаясь, роняя слезы и закусывая нижнюю губу.       Я настолько ушла в себя, что совсем не заметила, как Линали успела сбегать за ребятами из Ордена и привести их на помощь. Все зашумели и приступили к работе. И вот, спустя считанные минуты на нас смотрел нисколечко не пострадавший ученый, неловко улыбающийся и чешущий макушку. — Чего это вы из-за пустяка переполошились, всё же обошлось? - с невинной улыбкой на губах сказал Камуи причитающей сестре и вздыхающей Фоу.       Сквозь звон в собственной голове, возникший благодаря длительному пребыванию на солнце без головного убора и моему нервному состоянию, я слышала, как начали переругиваться между собой спасенный с возмущенными вопросом Кандой, Алленом и другими. Отдохнули, так отдохнули. — [Твое имя], с тобой все в порядке? - вырвала меня из оцепенения своим вопросом Линали, и я только тогда заметила, что крики давным-давно прекратились и всеобщее внимание переключилось на меня. Даже виновник происшествия оказался в непосредственной близости от моего лица.       Когда его ладонь потянулась к моей щеке, я отреагировала практически моментально, набрасываясь на него с кулаками и вновь собирающимися в уголках глаз слезами. — Какого черта…? Идиот! {censored}! - мужчина таки успел получить по лицу, когда в порыве злости и отчаянья меня оттаскивали от него в сторону.       Столько всего навалилось, что я просто не могла реагировать адекватно. Было ужасно больно и обидно. Я ведь люблю его, а он … От бессилия я вновь разревелась, пряча лицо в израненных ладонях, которые теперь обжигали соленые капли. — Прости меня, дурака, - мою ладонь мягко оторвали от лица большие ладони Ли. — Прости меня. Я снова не сдержал обещания, что буду меньше волновать тебя, - в исступлении шептал китаец, целуя порезы на ладонях и прижимая меня всё ближе и ближе. — Из-за меня ты снова поранилась… — Дурак… Когда-нибудь мое сердце точно не выдержит. - я всхлипнула и заговорила тише. — Ты совсем не щадишь меня и моё сердце. — Прости, — с полуулыбкой на губах произносит он и вновь целует, но уже в висок. — Пожалуйста, береги себя. Я ведь люблю тебя, - едва различимо шевелю губами, произнося заветные слова в окружающую тишину.       Ответ на мое признание Камуи промямлил куда-то в мою макушку, целуя её и прижимаясь ко мне так близко, как было позволено только ему.       Отпуск заканчивается, заканчиваются путешествия, оставляя в нашей памяти воспоминания. Приятные и не очень, они врезаются и оседают в нашей памяти новыми знакомствами, яркими эмоциями или укреплением старых связей и отношений.