Штрафники

Ms.White - Fuck Man

Летом в Сеуле невозможно дышать, разве что глубокой ночью. Поэтому даже отправившись на встречу в семь вечера, Ким Таль передвигалась лёгкими шагами в тени и время от времени промокивала взмокшее лицо. Достигнув наконец кафе и оказавшись внутри, она задержалась на пороге, чтобы ощутить прохладу кондиционера и легко отщипнула платье, прилипшее к спине. Намджун в маске и в тёмных очках привстал из-за дальнего столика и махнул ей. Брюнетка кивнула и начала также медленно продвигаться, чтобы не сближать ноги между собой, и руками разгоняя воздух. Подойдя к столику, сняла кепку и поправила хвост. Намджун к тому времени снял маску и улыбнулся, оценивая её образ. — Рад тебя видеть, — шепнул он, едва их лица оказались на одном уровне. — А почему так тихо? — Боюсь, что меня узнают даже по голосу. — Тогда нам нужно было встречаться на кладбище ночью, и то там могут быть люди. — Не ёрничай, — он вернул ей её же фразу, вызывая удивление в глазах, — мне хотелось, чтобы тебе понравилось, но здесь не так и много людей. Все-таки хипстерский район, здесь только галереи да маленькие арт-кафе. Помещение действительно было небольшим; почти все стены были завершены картинами малоизвестных художников; а искусство проявлялось даже в авторских надписях на кофе. После долгих раздумий, Ким Таль выбрала мокко с идиомой «гнаться за чем-то несбыточным»; Намджун взял холодный американо. Какое-то время они сидели молча, смущаясь от переглядок. А потом Намджун наклонился к девушке ниже, приспустив темнозащитные очки: — Я, конечно, гонщик ещё тот, как каждый амбициозный спортсмен, но очень надеюсь, что это таки сбыться может. Таль взглянула ему прямо в глаза и хотела было переспросить, но вдруг всё поняла…       *** Мобильный телефон вибровал с мощью урагана, грозясь свалиться со сторона, пока Суджин готовила чай. «Нет, онни, последний раз отвечаю: я никак не смогу подменить тебя. У меня было две смены подряд, а завтра утром пары.» Не реагируя больше на злые сообщения Ким Таль, Суджин заблокировала телефон и подняла голову. В дверном проёме на кухню стоял Тэхён. — Ты так и будешь незаметно подкрадываться, — выдохнула она. — Кому ты с такой злостью строчила? — И игнорировать мной сказанное. — Давай пить чай, ты вроде заваривала. Пэ поджала губы, отмечая внезапно крайне недружелюбное поведение Кима, и поставила чашки на стол. — Это была Таль-онни, просила подменить на работе, — Суджин не любила оставлять недопонимания, как и овсяное печенье, вазочку с которым придвинула Тэхёну. — Ты ведь только с работы… — Вот именно. — Я подумал, что этот придурок теперь решил тебе писать. — А ты значит уже ревнуешь? — Я — дурак, да? — Тэхён тряхнул гривой волос, поворачивая профиль к Суджин. — Ещё какой, — Пэ расслабленно улыбнулась, увлажняя губы горячим чаем. ***       Наён, увидев подругу на светофоре, запрыгала, на удивление не разлив кофе из стаканчиков. — Эй, милая! — она раставила руки, чтобы Суджин смогла её обнять, — зачем нам солнце в городе, если ты так светишься? — Иначе, чем с Сухёком-оппой? — Пэ взяла стаканчик и сделала первый спасительный глоток кофеина. — Однозначно. И судя по последнему сообщению Таль-онни, у неё такая же волна. — Не знаю, мы немного поругались вчера, и я теперь чувствую себя вину: что так, что так не смогла бы поспать. — То есть, это значит? — Я имела в виду, уснуть, — они обе рассмеялись, подходя к учебному корпусу. — Знаешь, мы хорошо поработали над дружбой за эти годы, так что теперь должны друг друга поддерживать на пути любви. — Спасибо, онни, — Суджин обняла старшую, не замечая, как в этот момент в глазах Наён сверкнули слёзы, — и не только за кофе. — Конечно, — и они разошлись по разным аудиториям.