Отцы

— Я поверить не могу, Магнус!!! — орёт Александр, даже не думая сдерживаться. — Какого чёрта? Как ты мог? Как ты мог позволить ему уйти в Эдом?! — Макс много раз спрашивал нас о его настоящих родителях, Александр, — тихо отвечает маг. — Мне надоело уходить от ответа. — И ты отправил его искать ответы самостоятельно?! — Не отправил, а отпустил. Александр, с ним ничего не случится. Если он влипнет в неприятности — мне сразу сообщат. У меня там полно должников. Ты же знаешь, я мастер выгодных сделок. — Магнус!!! — Алек теряется, секунду просто стоит с открытым ртом. — Ты идиот, Магнус Бейн!!! — Успокойся, кексик. Ему это было действительно нужно. — Магнус! Ты опять пошёл у него на поводу. В этот раз по-крупному! — Ему необходимо знать, кто его родители! — Магнус не сдерживается и тоже повышает голос. — Рафаэль как-то без этого живёт. И Макс бы прожил! Но Рафаэль ведь не любимый сын, верно?! — Алек… Я уже говорил тебе однажды и повторю снова. Рафаэль другой. Он — Сумеречный Охотник. Его кровные родители — Сумеречные Охотники. И вырос он среди Сумеречных Охотников. Спешу напомнить: в семье Главы Нью-Йоркского Института. Может он и хотел бы знать их имена, но его сути это не изменит! Потому что все Сумеречные Охотники одинаковы. Не обижайся, но это так. Джейс, Иззи, Клери, Мариз, Джоселин, даже ты — вы все одинаковые. Конечно, для меня ты особенный, кексик, но для какого-нибудь, — он театрально машет рукой в сторону пентаграммы на полу, — Асмодея вы все на одно лицо. Вне зависимости от того, какими рунами усеяны ваши тела и какое оружие вы сжимаете в руке. В мире магов всё иначе, Алек. Я не был бы Магнусом Бейном, не будь моим отцом Асмодей. Характер и внешность — мелочи. Я бы не был собой магически. В нашем мире очень важно знать, от кого ты унаследовал силу. Я не всегда буду рядом с ним. Как бы иронично это не звучало, я не вечный. Да, сейчас я многому могу его научить и от многого защитить, но как только за его спиной перестанет маячить тень Магнуса Бейна — всё изменится. И когда у него будут спрашивать «чей ты?», он должен будет называть не твоё и не моё имя. А спрашивать будут. Поверь. — Магнус, он ребёнок! Уж лет десять ты как-нибудь ещё протянешь! — Александр потихоньку остывает, но всё ещё ближе к ярости, чем к спокойствию. — В том то и дело. То что прощается неопытным любопытным глупышам, не прощается умудренным жизнью магам. Чем ты моложе, тем больше вероятности, что ты вернёшься из Эдома живым. — Магнус. Если с ним хоть что-то случится, я… Алек не успевает сформулировать угрозы, потому что пентаграмма на полу вспыхивает. Оба мужчины смотрят на неё в упор, один напряженно, другой заинтересованно. Через пару секунд в её центре появляется, крепко сжимая плечи Макса, высокий длинноволосый азиат с тростью. — Отец? — удивлённо шепчет маг. — Магнус, какого чёрта твой воспитанник заявился в мой дом? — Не воспитанник, а сын. — Тогда почему он требовал назвать его отца? Что, имя твоё забыл? — Прям таки требовал? — маг подходит к мальчику, заглядывает в глаза. — Я был достаточно вежливым, — бормочет Макс. — И тебе дали ответ? — Дедушка сказал, что будет разговаривать только с тобой. — Я тебе не… — Асмодей обрывается, замолкает, будто смакует слово, которое чуть не сорвалось с языка. — Я могу только догадываться, кто его настоящий отец, Магнус. Судя по его внешности и способностям, у меня есть один вариант. Но вряд ли это возможно. — Что, Люцифер? — севшим голосом уточняет маг. — Не, у этого полно детей, — пренебрежительно отмахивается Асмодей. — И все даже в половину не такие талантливые. Макс силён, Магнус. Однажды, и очень скоро, он превзойдёт тебя. Чем меньше у демона отпрысков, тем они, как правило, сильнее… Так вот, судя по его внешности и его силе, его отец — Астарот. Магнус растерянно садится на диван. — Не может быть. — Что? — наконец подаёт голос Алек. — Почему? — Старший брат моего отца. Ещё один Принц Ада, очень могущественный. И весьма своеобразный. Астарот недолюбливает людей. Презирает их. И старается держаться от них подальше. Соответственно, до сегодняшнего дня, маги — как, видимо, и демоны — полагали, что детей у него нет. По крайней мере, на земле. Макс растерянно переводит взгляд с Магнуса на Асмодея и обратно. — А мы можем спросить у него? — Исключено, — хором отрезают оба отца. Принц Ада лениво пожимает плечами. — Я лет сто его не видел. В своём дворце он давно не появлялся. Могу попробовать узнать, где его носит. — Не утруждайся. Я знаю, сколько стоят твои услуги. Назови сначала цену за то, что вернёшь нам сына, — скрещивает руки на груди Магнус. Асмодей мягко подталкивает мальчика за границы пентаграммы, разводит руками. — Макс уже достаточно взрослый. Я договорился с ним лично. Магнус обнимает сына, потом отстраняется, держа его за локти. — Ты ведь не обещал ничего безрассудного? — Дедушка ничего такого и не просил. Только раз в неделю отправлять ему письма о том, как у нас дела. — Ты становишься сентиментальным, отец. Стареешь? — хмыкает Магнус. — Я не сентиментальный. И не старею. И я не дедушка! Просто хочу знать, как дела у моего сына. Ты то мне никогда не пишешь. Магнус только фыркает. Макс хитро улыбается. — Я мог бы ещё и в гости приходить, скажем, раз в месяц, если бы вы нашли Астарота и… — Макс!!! — Алек кидает разъярённый взгляд на сына и на Магнуса. — Не смей!!! — Я попробую что-нибудь сделать, — Асмодей улыбается и это выглядит очень странно. — Спасибо, дедушка. Пентаграмма вспыхивает с новой силой. — Я тебе не… Асмодей исчезает, не успевая закончить. Алек смотрит на обоих магов с упрёком. Направляется к выходу из лофта. — Па, ты куда? — кидается следом за ним Макс. — Пойду проветрюсь, — хлопает дверью. *** Макс провёл Бекки домой после художки и теперь неторопливо направляется в лофт. С его путешествия в Эдом прошло почти две недели и вроде как всё наладилось. Отцы перебесились. Больше не орут и не цепляются друг к другу по мелочам. Но он всё равно чувствует напряжение. Ловит на себе их обеспокоенные взгляды. Слышит обрывки натянутых разговоров. Макс знает, что рано или поздно эти двое найдут нужные слова и между ними снова будет тепло, как раньше. Но пока воздух в лофте разряжен и наэлектризован, как перед грозой, он не торопится туда возвращаться. — Эй, парень, не подскажешь, который час? — его ловят за локоть в тёмном парке. Он предусмотрительно прячет в кулаке сгусток магии и оборачивается. Перед ним стоит высокий мужчина. Светлые волосы назад, коротко подстриженные аккуратные усы и бородка. Дорогой костюм-тройка, яркий шёлковый шейный платок. Неужели у такого нет часов? Макс замечает, как поблескивают голубым огнём его глаза за линзами стильных дорогих очков. — Секунду, сэр, я сейчас гляну, — бормочет он и танется за телефоном, чтобы скинуть родителям сос-сообщение. — О, не беспокойся, я сам тебе отвечу, — мужчина наклоняется. — Время познакомиться с папочкой. Макс нервно сглатывает. Пятится назад. Не так он себе это представлял. — Ты меня боишься? — Нет. Нет, сэр. Мужчина хмыкает и убирает гламур. Он огромен. Тёмно-фиолетовая, почти чёрная шкура, под которой видны литые мышцы, вытянутая морда, похожая то ли на лошадиную, то ли на драконью, огромные закрученные назад рога и размашистые чёрные крылья. — А теперь? — властно звучит сверху. Макс моргает. Нервно выдыхает. Чёрт возьми, ничто не сравнится с двумя разьярёнными отцами, которые поджидают тебя в коридоре, когда ты приходишь домой с опозданием. — Нет, сэр, всё ещё нет. Хотя это впечатляет, должен признать. Демон возвращает свой человеческий облик. — А ты дерзкий. Присядем? — он указывает на скамью. — Дома будут в ярости, если я не приду вовремя, — виновато бормочет Макс. — Что ж, позвони Магнусу, объясни ему где ты. И с кем. Я подожду. — Вы… Вы знаете Магнуса? — Пришлось узнать, Макс. Не мог же я оставить своего сына кому попало. — Что? Я думал, меня подбросил на ступеньки Института мой, ну, человеческий родитель… — По моему указанию, — кивает демон. — Позвони. Иначе тебе действительно крупно влетит дома. А я этого не хочу. Макс удивлённо смотрит на него, пытаясь понять, в чём подвох, но потом всё же набирает отцу. — Пап, привет! Я немного опоздаю. Всё в порядке, я в парке недалеко от дома. Я тут… С отцом. Да-да, очевидно, вы же оба дома. Нет, всё в порядке. Хорошо, я буду дома через час. Пожалуйста, пап, всё будет окей. Люблю вас. Астарот улыбается. — В своём мире я слыву, скажем так, мизантропом. Социопатом. И я поддерживаю этот имидж. Но на самом деле всё наоборот. Люди мне симпатичны. Они очаровательные. Сложные. Многогранные. Мне нравится, когда они открывают в себе, знаешь, тёмные стороны. Они ведь есть у всех, верно? Макс кивает, не сводя глаз с мужчины. — Но мне не очень комфортно здесь, Макс. Все эти небоскрёбы, машины, неоновые лампы — фу, урбанизация мне отвратительна. Люди настолько усовершенствовали собственные способы обнажать свои пороки — лень, алчность, гордыню — что мне здесь просто нечего делать. Мне стало, — он закидывает голову к небу и тянет: — ску-у-у-у-у-у-у-учно. Макс смеётся. — Сочувствую. Но при чём здесь я? Астарот пожимает плечами. — Когда мне становится скучно, я возвращаюсь к истокам. Знаешь, кто был в облике Змея-Искусителя, явившегося к Еве? Твой папочка, — довольно утверждает он. — Так вот. Я нашёл женщину. Которую было очень сложно, знаешь, уложить в постель. Нет, не монашку и не девственницу — это мы уже проходили. В двадцать первом веке сложнее всего дело обстоит с воинствующими феминистками. Такими, знаешь, «вам нужны только наши тела», «вы нас объективизируете», «мужчины — похотливые животные» и всё такое. О, как же это было непросто. И очень весело. Я, знаешь, как-то всегда мог вовремя остановиться. Ну, ты понимаешь, взрослый же уже. Никогда не хотел детей. Не обижайся. Я просто… Ответственный. Не хочу плодить бастардов, как делает Люци, или потерянных в жизни непутёвых магов, как Даг. Единственнный хороший отец в Эдоме — Моди. Но он у нас специалист по семейным ценностям. — Асмодей? Я бы так не сказал, — скептично кривится Макс. — Может, у него и своеобразные методы, но всё же надо отдать ему должное: он воспитал Магнуса Бейна. А Магнус, действительно, лучший маг, которого я сумел найти. Поверь, я выбирал тщательно. Да, так вот, она забеременнела. Но «чайлд-фри», «хочу строить карьеру» и «если ты думаешь, что я рождена, чтобы варить кашки и менять памперсы, ты ошибаешься». Я не мог позволить ей убить тебя. Если честно, — Астарот разводит руками. — Я не знаю, почему. Просто я знал, что ты должен родиться. Так что я нашёл человека, который сто процентов позаботится о тебе. И мага, который сто процентов обучит тебя пользоваться твоей силой. К счастью, эти двое ещё и оказались парой. — Подождите, то есть Алек тоже входил в ваш план? Не только Магнус? — Александр… Особенный, Макс. Он очень сложный. Он чертовски многогранен. И некоторые его грани темнее других. Но ни одна из его граней не черна, если ты понимаешь, о чём я. — Думаю, да, — Макс улыбается, вспоминая отца. — Если бы не он, думаю, Магнус бы тебя не взял, — качает головой Астарот. — Он ни за что тебе в этом не признается, естественно. Они оба смеются. — Они боялись, что вы… Ты… Можно же? — Конечно, можно. Боялись, что я заберу тебя? И буду учить всяким злобным гадостям, как Лилит учила Джонатана, или Асмодей — Магнуса? Тебе не нужен демонический отец, чтобы быть злым. В этом мире и так хватает дерьма. Но… Моди мне тут нашептал, что ты теперь будешь проведывать дедулю раз в месяц, — он улыбается, слегка наклоняется к мальчику. — Ты не против, если я тоже буду к нему заскакивать в эти дни? Может, и научу тебя кое-чему полезному. Макс пожимает плечами. — Я… Буду рад. И я рад, что ты оказался таким… Астарот поднимается. — У всех есть тёмная сторона, не забывай, — улыбается он. — Пойдём, проведу тебя домой. *** Макс лежит головой на коленях у Александра, ноги, в свою очередь, закинув на Магнуса, и мечтательно смотрит в потолок. — А ещё он сказал, что ты бы не взял меня, если бы не Алек… — Чушь какая, Черничка, — фыркает маг, покачивая в руках стакан с бренди. Александр еле заметно улыбается, накручивая на пальцы темные локоны сына. — Ты больше не злишься, что я, ну, буду иногда ходить туда? — спрашивает у него Макс. — Я всё ещё не одобряю эту идею, Макс, но… Мои родители тоже многого не одобряли, — он смотрит на Магнуса. — Просто потому, что не понимали. Я рад если это поможет тебе… Найти себя. — Спасибо, пап. Люблю тебя, — он приподнимается и легко тыкает коленом в живот Магнусу. — И тебя. Они все смеются. — Знаете, — задумчиво бормочет Алек, рассматривая потолок. — Я ещё никогда в жизни не был так благодарен демону. — Мне обидно за Асмодея, — улыбается Магнус. — Тебя он не подкидывал мне на крыльцо, — фыркает Алек, переходя на шёпот, потому что замечает, как Макс проваливается в сон.