К чёрту фансервис.

                           Фансервис — дело серьёзное и важное для всех мемберов в группе, но только не для Чон Чонгука — золотого макнэ из всемирно известной группы, который является очень обаятельным и красивым парнем, а потому его буквально с каждым шипперят и это радует как «BigHit», так и фанаток-яойщиц.       Чон, не стесняясь, клеится к каждому мемберу на трансляциях, фансайтах, даже не боясь осуждений и ругательств в свою сторону.       Он частенько подходит к Чимину, когда тот общается с фанатками и показушно обнимает того со спины, предлагая сделать массаж, а Пак хихикает, слыша крики фанаток и соглашается, а потом говорит ему, что это слишком.       Он частенько подбегает к Хосоку и запрыгивает на него, пища детским голосом «вези меня, лошадка» и делая совершенно не детские движения бёдрами, от которых у юных девушек голову сносит, а у Хосока выдержку, поэтому он скидывает его, а потом злится и говорит, что это край.       Чонгук каждый раз на концертах посылает Джину воздушный поцелуй и якобы влюбленно смотрит тому в глаза, на что в ответ получает ответный поцелуй и лекцию дома, что так делать не стоит.       Парень всегда ищет подходящий момент, чтобы запрыгнуть на своих хёнов — Намджуна и Юнги, и ему удается это сделать, только вот потом они ему объясняют, что им неудобно и так делать не нужно.       А еще Чон до одури любит приставать к своему хёну, который каждый раз безразлично смотрит на него: Любит тереться об его накаченную задницу пахом, когда он стоит и машет рукой фанатам, нервно улыбаясь и шепча «не надо». Любит неожиданно обнимать его со спины и прижимать к себе, вдыхая запах свежести и ноток карамели от шампуня. Любит отвлекать во время фансайта, махая перед лицом разными игрушками, которые Тэ ловко отталкивает и игнорирует дальше, продолжая разговор с фанаткой. Любит касаться его колен, поднимаясь все выше, пока хён сидит и натянуто улыбается, пытаясь не выдавать их.       Он любит самого Тэхёна, но в ответ получает лишь «Чонгук, не надо», «Чонгук, отстань».

***

      Вот и сейчас, когда Чонгук попытался заговорить с ним по поводу сегодняшней ссоры, Тэхён быстро пробубнил «я занят» и ушёл в закат к Хосоку, беззаботно болтая с ним о чем-то. Взгляд Чонгука поменялся и теперь он со злостью испепелял светловолосого.       Сейчас они находились в Японии, на фансайте, но Чонгуку было плевать на толпы фанаток в зале перед ними, ведь сейчас его волновал лишь блядский Ким Тэхён.       Парень незаметно подошел к ровному ряду из мемберов, вставая между Тэхёном и Чимином. Они разговаривали с Арми, а Ким просто наблюдал за всем этим и улыбался, поправляя время от времени крашенные прядки волос. Чонгук позвал хёна, и когда тот обернулся, подмигнул ему и ухмыльнулся, замечая, как щёки парня слегка порозовели. Он резко отвел взгляд и снова повернулся к фанатам, улыбаясь.       Чона это не устроило, и он подошел к нему со спины, обнимая за талию и по хозяйски укладывая макушку на плечо так, что подбородок утыкался в шею парня, а губы находились прямо рядом с его ушком. Парень вздрогнул от прикосновений и замер, ожидая чего-то ещё, но Чонгук всего лишь невинно обнимал его, выдыхая тёплый воздух прямо в ухо, от чего тот ёжится, но не двигается. — Ты так соблазнительно выглядишь в этой рубашке, Тэхён-а. — шепчет Чон, от чего глаза старшего слегка округлились, а в горле застрял неприятный ком. Он ничего не ответил, продолжая стоять, замечая как фанатки кричат, фотографируя их.       Он не мог реагировать на это, потому что перед ним сотни фанаток, что и раззадоривало Чонгука. Ему хотелось сломать эту выдержку и безразличие, добиться наконец-то настоящих эмоций Хёна, чтобы тот стонал и содрогался от его слов. — Я бы хотел снять эту рубашку с тебя, мне кажется, без неё ты куда привлекательней. — Чонгук забрался холодными руками под рубашку хёна, проводя кончиками пальцев по тонкой талии, от чего по коже прошлись мурашки, а в животе что-то приятно затрепетало. Тэхён нервно сглотнул, но снова нацепил улыбку, хотя в глазах так и читалось «спасите, иначе меня макне сожрёт!».       Никто не замечал странного поведения Чонгука, лишь Намджун изредка смотрел на них, проверяя, все ли в порядке, и в один из таких моментов наблюдения он хотел крикнуть «все вообще не в порядке, хелп ми!».       Чонгук ухмыляется довольно, продолжает водить пальцами по спине, проводя ими по ровной линии позвоночника, и спускаясь все ниже. Глаза старшего распахнулись, а приятные спазмы прошлись внизу живота. Он невольно расслабился, прикрывая глаза и повисая на младшем. Чонгук с легкостью удерживает его, продолжая махинации. — Я хотел бы снять с тебя эти джинсы… — Чон медленно шепчет хриплым от возбуждения голосом, а Тэхён молча слушает, забываясь и забывая обо всём. Ловкие пальцы зацепились за края джинсов и опустились на задницу, мягко поглаживая ее. От касаний младшего у него сводит мышцы живота, а сердце бешенно стучит в унисон с чонгуковым. — А потом стянул бы ненужные белые трусики и начал растягивать тебя пальцами… — Чон говорил это с закрытыми глазами, представляя в своем воображении совершенно не детские сцены. Тэхён поплыл куда-то далеко, хоть ему и говорила какая-то частичка, что нужно прекратить это и оттолкнуть младшего, но тело почему-то не хотело, а долгое отсутствие секса сказывалось на этом. — А после я полностью вошёл бы в тебя и начал втрахивать в кровать. — Чонгук уже чуть ли кончает от своих же слов и прекрасного воображения, но понимание, что они на сцене, удерживали парня. Тэхён, не сдерживаясь, тихо стонет, приоткрывая рот, а у макнэ все крутится от этого стона. Он резко решает, что больше не хочет и не может это терпеть, поэтому аккуратно скидывает хёна, направляясь к лидеру.       Тэхён чуть ли не падает на пол, но вовремя открывает глаза и удерживается, смотря с небольшой обидой и большим недотрахом.       Взгляд падает на Чонгука, который говорит что-то, по всей видимости важное, Намджуну. Тот обеспокоенно осмотрел Тэ, а потом подошёл к нему, приобнимая за плечи. — Ты точно хочешь уйти? — Ким смотрит ему в глаза, а тот лишь растерянно и со смущением поглядывает на Чонгука, который тихо подходит к нему и быстро шепчет «Сейчас ты изобразишь сильное переутомление и пойдешь за мной, а если выкинешь что-нибудь, оттрахаю без подготовки».       Тэхён ошарашенно смотрит на младшего, но замечая вполне серьёзный взгляд, краснеет, поворачиваясь к Намджуну. — Да, у меня чертовски сильно болит голова и…сердце…э, да. — мямлит парень, для убедительности закатывая глаза. Лидер подозрительно смотрит на обоих, задерживая взгляд на лице Чонгука, что радостно ухмылялся, поглядывая на задницу старшего. — Но зачем тебе Чонгук? — Намджун снова посмотрел на Кима, который задумывается, судорожно пытаясь что-нибудь придумать.       Вариант «Потому что он будет ебать меня в зад, а рука сама не справится» явно не подходит для объяснения. Неожиданно к Тэхёну подбегает Чонгук, приобнимая за плечи и ласково улыбаясь. — Я помогу Ви-хёну, тем более через полчаса мы расходимся, а здесь не так уж и много фанаток, да? — Чон сжал руку на плече старшего, нежно поглаживая его. Тот нервно промямлил «д-да», стараясь никак не реагировать на прижимающегося к его заднице Чонгука.       Намджун пару секунд напряжённо смотрит на них, а потом всё-таки отпускает, сообщая другим мемберам. Уж с менеджером они сами договорятся. — Эти мелкие какие-то подозрительные. — вывел вердикт Юнги, щурясь, словно кот.       Все молча поддержали его, кивая, но ничего не ответили, спокойно продолжая разговор с фанатами. — Может тоже отойдем, мм-м, Юн-и? — Чимин подходит к парню, виляя бёдрами и чуть ли не мурлычет ему это на ухо, нежно обнимая за плечи.       Юн вздрагивает, а потом смотрит на улыбку Пака: сладкую, хитрую и до жути обаятельную. — Как-нибудь потом, когда я захочу тебя убить, а пока живи. — Юнги оттолкнул парня от себя, утешительно хлопая ладонью по макушке. — Но хён! — Пак снова подходит к нему, надувая щёки и выпячивая пухлые губы. Мин смотрит на него пару секунд, залипая, а после начинает жамкать его щёки, от чего в глазах появляется недовольство, но и радость, что хён хотя бы не послал его в далекое тридевятое царство, как это бывает обычно.

***

      Чонгук быстро идёт по длинному коридору, ведя парня за руку. Он кусает нижнюю губу, волнительно осматривается по сторонам, а Тэхён же молча плетётся за младшим, думая о том, что они будут делать вдвоём. Нет, он прекрасно знал ответ на этот вопрос, но почему-то активно отгонял мысли о, о господи, сексе с младшим, потому что это невообразимо.       Они же айдолы и самые настоящие натуралы. По крайней мере Тэхён. Ему то точно девушки нравятся. Правда он ни разу не целовался с ними, зато целовался с… Чонгуком, который ещё ребёнок совсем, но почему-то соблазняет его, как взрослый.       Тэхён смотрел и не понимал, куда катится этот мир. Совсем недавно Чонгук мило улыбался ему, показывая кроличьи зубки и говорил, как любит свою мамочку, а сейчас совсем не по доброму ухмыляется и с легкостью говорит ему такие пошлости на ухо, будто он порнозвезда самая настоящая.       Он понимает, что отсутствие отношений и секса даёт сбои, но это не значит, что нужно затаскивать своего хёна в туалет и трахать его во время «важного» фансайта. И он не может понять, что это уже не тот Чонгук с добрыми глазами, нежной улыбкой и ребячеством в глазах. Для него это все тот же ребёнок, о котором нужно заботиться, а вот эти намёки и подкаты совершенно не подходили под общую картину, а «тот день» совершенно испортил дружеские отношения между ними.       Кто бы мог подумать, что в тот день произойдет такое…

Flashback

      День выдался насыщенным и безумно трудным, но всё получилось и сегодняшний концерт поразил всех. Эта атмосфера, поддержка army и сплоченность «BTS» помогли провести этот вечер на высшем уровне, так что сейчас, в общежитии, парни сидели на диване и ждали с усталостью очереди в душ. — Мне надоело ждать, так что делаем так: идём в душ по двое человек. Джин с Намджуном, я с Хосоком, Тэхён с макнэ, а Чимин…ну, он и один сходит. — командовал Юнги, слыша возмущения Чимина и кивки остальных ребят.       Чонгук смущенно отвел взгляд, думая о проведении времени с его обнаженным хёном. Щеки покраснели, а в джинсах мгновенно тесно стало и хрен знает, от чего. — О, хорошая идея. Мы с Гуки первые! — сказал Тэхён, устало улыбаясь и приобнимая друга за талию, от чего по телу пошли мурашки, а голова закружилась от странных ощущений.       У него еще не было такого, поэтому он странно реагировал: нервно смеялся, дрожал, а хён будто и не замечал, продолжая виснуть на младшем. Его выдержка медленно кончалась, и сорвавшись с места, он помчался в ванную, а Ким, разумеется, за ним.       Мемберы что-то возмущенно бормотали, не замечая смывшихся парней.       Дверь в ванную была приоткрыта и Тэхён открыл ее, спокойно заходя внутрь. В центре стоял покрасневший и мокрый Чонгук, который усердно пытался расстегнуть джинсы, но ничего не получалось, как на зло. Он нервно закинул голову назад, чувствуя, как возбуждение давит на него. — Чонгук-и? — спрашивает беззаботно Тэхён своим блядским хрипловатым голосом, от чего у младшего всё внутри загорается, а в голове воображение за него делает все. — Тебе помочь? — парень подходит к младшему, садясь на колени и руками прижимаясь к застёжке.       Чонгук округлил глаза, смотря на хёна сверху вниз. Волны возбуждения снова накрыли его, и тот громко сглотнул, ощущая, как ладонь изредка касается паха. — Н-не надо, Тэхён. — прохрипел Чон, откидывая голову назад. Он ничего не ответил, продолжая упорно возиться с замком. Наконец та поддалась и он с легкостью расстегнул ее, победно улыбаясь. Он стаскивает с него джинсы, опуская до колен, и охает от удивления — перед ним явный стояк неприличных размеров, от чего Тэ вспыхивает, краснея, но смотрит с неподдельным интересом на виднеющиеся венки через боксеры. — Не смотри так, хён. — шепчет Чонгук из последних сил, смотря на смущенного парня. Младший опускает руки на его голову, поднимая на себя, чтобы тот смотрел на него. Послушно переводя взгляд, он смотрит с удивлением и…интересом? — Тебе помочь? — спрашивает тихо Тэхён, поглядывая на стояк и облизываясь.       Член дёрнулся, а смазка начала проявляться через бельё, от чего оба покраснели, словно дети. Тэхён не был опытен в таких делах и не знал, что нужно делать, но хотел узнать. — Н-нет. — Чонгук отвернулся от него, прислонился головой к прохладной плитке, прикрывая глаза. Сразу же ощутил, как с него аккуратно и медленно стаскивают боксеры, от чего младший вспыхивает, разворачиваясь резко к парню, что сидел на коленях. От такого поворота член младшего дёргается, утыкаясь Тэхёну в щёку, от чего тот смущается, но не отодвигается.       Он аккуратно дотрагивается пальцами до головки, нежно проводя по всему размеру парня, от чего тот резко выдыхает, снова откидывая голову назад. Чувства такие странные и необъяснимые, но осознание того, что ему нравится, что хён сидит перед ним на коленях и дрочит ему, заставляло краснеть неистово. Движения рук стали более резкими, от чего Чонгук стонет хрипло, а после пары толчков, он кончает, выкрикивая имя старшего. Щёки, губы и даже прикрытые глаза покрываются белыми каплями.       Чонгук посмотрел на хёна и обомлел — тот выглядел так невинно и сексуально одновременно, а его пухлые губы, измазанные в сперме младшего дополняли образ «невинности». Если бы у него спросили в интервью, кого он любит больше всего, то он бы смело заявил, что это его любимый хён, сидящий перед ним на коленях в его сперме. — П-прости. — хрипит, поднимая старшего за талию. Тот открыл глаза, смотря прямо на Чонгука с легкой полу-улыбкой. Молчание и гляделки затягиваются слишком долго, от чего становится неловко.       Чон, сам не понимая, что взбрело ему в голову, но без доли сомнения приближается к лицу Тэхёна, высовывает язык, осторожно проводя им по чужой губе, отстраняясь. Вкус из-за собственной спермы такой странный, немного неприятный, но терпимый. Ким распахнул свои, и так большие глаза, уставившись на парня нечитаемым, непонятливым взглядом. Чонгук молчит, никак не отвечает, а просто прижимается к тэхёновым устам своими, пробуя в новинку, смакуя, а тот в ответ губы сжимает испуганно, не понимает, какого чёрта вообще происходит. Парень, и целует его? Ещё и младший мембер, который ему, как брат родной! И…нет, ничего такого нет в том, что он ему только что отсасывал. Дружеская помощь…и всё такое.       Чонгук на сопротивления отвечает напором, силой раздвигает губы и проникает внутрь, сразу углубляя поцелуй. Целуя нежно, медленно, боясь сделать что-то резко или не правильно. Напоследок коротко чмокая его в приоткрытые влажные губы, он отходит, смотрит изучающим взглядом, пытаясь понять реакцию старшего. Тот стоит молча, смотрит куда-то в ноги Чонгуку, через мгновение после осознания ситуации, ладонью оставляет хлёсткую пощёчину на макнэ, пулей выбегая из ванной с краснеющими щеками. А в центре же стоял такой же смущённый и раскрасневшийся Чонгук, уже жалеющий о поступке и совершенно не понимающий, что делать дальше с Тэхёном и…вновь подкатившим липким возбуждением. Ответ находится сразу.

End Flashback

      Кто бы мог подумать, что Тэхён такая недотрога? Но разве это не странно? То есть, он спокойно надрачивает ему, а потом даёт пощечину за обычный, почти детский поцелуй?       Его хён пиздецки странный, но до сумасшествия обаятельный и сексуальный.       Чонгук силой запихивает парня в крайнюю кабинку в туалете, и закрывает дверь на замок. — Ну что, Тэхён-а, сейчас ты поплатишься за ту пощечину своей девственностью. — припомнил младший, ухмыляясь не по доброму и уверенно направляясь к хёну. Это явно был не его макнэ, который так звонко смеялся, играя с ним в видеоигры и «по дружески» намыливая спину в душе.       Сейчас же они играют в совершенно другие, абсолютно не детские опасные игры, и они по нраву Чону, в отличие от Тэхёна. Он дрожал, как лист, плавясь, словно мороженное на солнце, от прямого испепеляющего взгляда. Если по честному, он даже немного боится такого, теперь накаченного, повзрослевшего и возмужавшего Чонгука, упрямо берущим всё в свои руки, и Тэхён иногда по вечерам, наблюдая за рельефной спиной младшего, подумывает о том, что был бы не против прогнуться под ним, под его крепкими и надёжными руками, но в мыслях сразу же всплывает ещё детский, совсем наивный голосок макнэ, и все фантазии сходят на нет. Может, и к лучшему.       Чонгук приближается к старшему вплотную, вжимая в холодную стену, напряжённо дыша, хватает испуганного тигрёнка за тонкие изящные запястья, прижимая их у его головы.       Чон и не думает медлить, тратя время на сопливые прелюдии, поэтому грубо касается парня, стаскивая с того ненужную одежду. Тэхён замирает, рот открывает, чтобы что-то сказать, а у самого в мыслях пустота, пустыня самая настоящая, и лишь «о господи, о господи…» крутится без остановки. Тем временем, макнэ времени не теряет. — На колени. — язвительная улыбка, въедающаяся в мозг Тэхёну, — Ты знаешь, что тебе нужно делать. — а руки обманчиво нежно касаются плеч, талии, обволакивая трепетным теплом.       А Тэхён не понимает, что творит, словно в тумане и дымке теряется, послушно опускается перед ним на колени, большими глазами невинно направляя взгляд на младшего снизу-вверх и получая тяжёлый вздох. После взгляд падает на внушительных размеров член, приветливо «махая» из-под белья младшего. Тэхён воздухом давится, кашляет громко и сдавленно, а в голове кусочек самообладания и сознания подрывается, крича о том, что это неправильно и… Чонгук довольно ухмыляется, грубо укладывает руки на розовую макушку, хватается за пряди волос, оттягивая их назад. А тот только кайфует, чувствуя приятную тянущуюся боль, отзывающуюся где-то внизу живота. Он откидывает голову назад, открывая прекрасный вид на соблазнительную шею, острые ключицы, которые младший жадно разглядывает, облизываясь, подмечает себе после разобраться с ними.       Тэхён опасливо проводит языком по головке младшего, будто снимая пробу (хоть ему и не впервой), берёт набухший член в рот, подпуская его все глубже, пока он не начинает касаться задней стенки. Чонгуку становится невыносимо жарко, и тот откидывает голову, чувствуя как Тэ делает ритмичные и плавные движения ртом, мокрый и юркий язычок скользит по всей длине, обходя венки на нём. Не выдерживая такого медленного темпа, он сам хватается за окрашенные пряди, тянет на себя, насаживая самостоятельно на член, а Тэхён кашлять начинает, но не останавливается, пытаясь подстроиться под ритм макнэ, постепенно ускоряющим и буквально трахая его рот. Чонгук чувствует, как внизу живота сводит медленно, а приятное тепло разливается внутри, и он тихо шипит, кончая старшему в рот. Тот молча принимает всё без остатка, слизывая белёсую жидкость с пухлых губ.       Он пытку продолжает: поднимает подозрительно утихшего Тэхёна и снова толкает к стене, грубо прижимаясь к его губам, чувствуя знакомый, с нотками ностальгии, привкус, от чего он хмыкает, прерывая поцелуй и опускаясь ниже к шее, проводя мокрую дорожку от шеи до ключиц. Он прижимается к правой и прикусывает нежную кожу, от чего на этом месте проявляется кровь и расцветающий след. Тэхён глухо стонет, чувствуя приятную боль и скользящий, бережно зализывающий укус, язык. — Ч-чонгук, только не здесь. А если заметят? — заговорческим тоном шипит старший, опираясь головой о стену. В ответ на это идёт лёгкая полу-улыбка и уверенное «замажем значит», на что тот глаза закатывает, но тоже улыбается. Он поднял руку и поднёс ее к губам старшего. — Оближи. — дал приказ Чон, смотря в прикрытые шоколадные глаза.       Тот послушно открыл рот и принял три пальца в себя, медленно обсасывая каждую фалангу, по блядски поглядывая на младшего, чем того заводит пиздецки. Чонгук давит улыбку и убирает пальцы, замечая тонкую паутинку из слюней, тянущуюся от розового язычка и до чужих пальцев. Завораживающий вид, но он оторвался от него и перевернул к стене, от чего тот впечатался лицом прямо в стену. В голове пустота полная, лишь страх носился туда-сюда из-за всей ситуации и такого странного возбужденного младшего.       Тэхён резко почувствовал, как в сжатое колечко мышц проникнул указательный палец, а за ним сразу второй, бережно растягивая. Неприятная боль в заднем проходе заставила нахмуриться, хотелось оттолкнуть парня, но его все также держали за руки, прижимая к холодной стене и не давая даже поменять положение, им полностью овладели.       Чонгук быстро и ловко входил, попадая по простате, и также резко выходил с пошлым хлюпающим звуком, от которого у розоволосого краснели щёки из-за смущения. Чон понимает, что тот достаточно растянут, поэтому убирает пальцы, слыша разочарованный стон. Он резко поворачивает к себе старшего, небрежно хватая за плечи. Тот расслабленно откинул голову, чувствуя, как на лбу проступают капли пота, а прядки падают на прикрытые глаза Тэхёна. Пользуясь этим, парень подставляет к заднице старшего член, а после резко входит в него, от чего тот глаза распахивает и громко вскрикивает от неожиданности и до жути неприятных ощущений. Чонгук прижимает ко рту ладонь, смотря прямо в глаза. — Нас не должны услышать, ты же знаешь. Будь тише, Тэхён-а. — Чон делает еще один толчок, замечая «эмоции» в глазах напротив. Он усмехается, толкаясь в разгоряченное тело полностью, а старший мычит в ладонь, чувствуя распирающую боль внутри, но ждёт, насаживается в ответ, руками крепкую шею обвивая. Ему даже нравится это, хоть и больно пиздец. Сама ситуация, где младший его в стену вжимает, трахает грубо, а он и не против, походит на очередной фанфик их фанатки, либо на безумный сон после года без секса. Вроде как Тэхён фанфики не пишет.       Чонгук убирает руку и прижимается к чужим мокрым губам, проникая в его рот и делая очередной резкий толчок. Тэхён в рот младшему стонет пошло и открыто, вызывая мурашки по телу. Эластичные узкие стенки плотно обволакивают член, Ким чувствует, как постепенно начинают появляться приятные ощущения, когда Чон попадает прямо по чувствительной точке, ускоряя темп. Тэхён еле сдерживается, чтобы не застонать, в спине прогибается, бёдрами навстречу толкается, запрокидывая голову о стену. В кабинке жарко, душно, хочется прямо сейчас прыгнуть в реку, чтобы его смыло по течению. Страстный, чуть ли не животный поцелуй добивает окончательно, и он кончает на живот Чона, а тот, сделав пару глубоких толчков, кончает в Тэхёна, ухмыляясь и чмокая старшего в пухлые губы, что повисает на нем, блаженно прикрывая глаза. Но чувствует теплую струйку, вытекающую прямо из него. — Дебил, ты что, кончил в меня? — спрашивает Тэхён хриплым от стонов голосом. — Да. — коротко ответил Чон, продолжая осыпать обнаженное тело поцелуями. — И как я пойду теперь? Вот ведь…— Тэхён замялся, отводя взгляд на пол. — Могу помочь. — Чонгук толкнул язык за щеку, подмигивая и улыбаясь довольно, а старший краснеет, пытается встать нормально, бьёт легонько в плечо и тоже улыбается.       Парни вышли из туалета, наконец то оделись и привети себя в порядок, лишь растрёпанные волосы и метки на шее Тэхёна их выдавали, но он старательно пытался их скрыть.       Не стоило им выходить на сцену в таком виде, потому что мемберы смотрели на них, как на идиотов, а Намджун же стыдливо прикрывал лицо руками. Крики фанаток раздались со всех сторон, замечая переплетённые пальцы «Вигуков». Тэхён смущенно улыбался, не совсем понимая, что происходит, а Чон ухмылялся, не замечая никого вокруг, кроме розоволосого. Он подошёл к краю сцены, схватив микрофон, но все также держа Тэ рядом. — Арми! У нас важное заявление! Мы с Тэхёном вместе, и да, я актив! — закричал Чонгук, сдерживаясь, чтобы не засмеяться.       Послышались крики, редкие радостные возгласы, говорящие о том, что они рады. Кто-то упал в обморок, а остальные возмущенно бурчали что-то вроде «Чёрт, а я так хотела с ним замутить». — Что вы творите? — спросил Намджун в панике. — Мы говорим правду! — они крикнули одновременно, смеясь.       Все остальные мемберы пребывали в полнейшем ахуе и молчали, не представляя, что будет дальше и какая реакция будет у арми, менеджеров и всего, собственно, мира. Лишь Чимин носился рядом с Юнги, хныча. Было ощущение, что он тоже не понимает, что только что произошло. — Юнги-хён, а давай так же сделаем! — канючил Пак, замечая, что на лице старшего появилось привычное возмущение. — Чего? Я вообще — то натурал. В отличие от некоторых. — громко пробубнил Мин. Чонгук и Тэхён повернулись, смотря с неприкрытым возмущением. — Ага, и трахаешь ты меня каждый день тоже, как натурал. — случайно громко пробубнил Чимин, от чего все застыли, образуя тишину. Кажется, кто то снова упал в обморок. — Какого черта ты нас палишь? — зло прошептал Мин, хватая Пака за запястье и больно, но аккуратно сжимая. Тот лишь ухмыльнулся, гордо смотря на своего парня. — Кажется, этот фансайт превратился в каминг-аут… — растерянно сказал Хосок, неловко почесывая затылок.       И где-то там, неподалеку на сцене рядом с двумя парочками, стояли Ким Намджун и Ким Сокджин, которые тоже натуралы, самые настоящие, ага.