Allies

— Так больше продолжаться не может. Вы и дальше будете молчать?! Расскажите правду, это послужит вам, как чистосердечное признание и поможет уменьшить срок. — Я собираюсь придерживаться права хранить молчание. В комнате для допросов была довольно напряженная и угнетающая атмосфера, ведь сорок восемь часов с момента задержания подозреваемого подходили к концу, а это означало лишь одно - главный следователь будет вынужден отпустить этого мужчину среднего возраста из-за недостатка улик в данном деле. — А этот О Гюсу довольно крепкий орешек, — делая очередную затяжку, проговаривает один из государственных служащих, который уже довольно приличное время наблюдает через зеркало на затянувшийся допрос подозреваемого. — Я верю, главный следователь нас не подведет и добьётся правды! — Ащ, новичок…. Раздражаешь. Мужчина слегка ироничным взглядом посмотрел на молодого сотрудника правоохранительных органов, который все еще излучал энергию, несмотря на всю безысходность ситуации. Губы старшего по званию мужчины на мгновение дрогнули в ухмылке и, потушив сигарету, он вновь устремил взор на главного следователя. — Да, право на молчание - отличное право… Как только из лаборатории придут результаты ДНК экспертизы, вы уже не отвертитесь, понимаете? — Тогда давайте просто дождёмся результатов, прекратите задавать мне вопросы, — все стоял на своем подозреваемый и уже в открытую ухмылялся, заставляя главного следователя злиться. Потрепав свои волосы, государственный служащий громко ударяет по столу папками, чтобы привлечь к себе должное внимание. — Я вам что тут, шутки пришел рассказывать?! Выкладывай как ты убил ее! — Повторюсь, я пользуюсь своим правом хранить молчание, — ответил безразлично преступник, рассматривая свои ноготки, когда следователь заметно начинал хмуриться, напрягая свои извилины, чтобы сообразить, как расколоть своего собеседника. Однако, долго думать ему не пришлось, ведь мужчине пришло сообщение, где его просили удалиться из допросной. — Ублюдок, я тебя еще засужу, — пробурчал брюнет, прежде чем покинул тесную серую комнату по приказу вышестоящих его людей. — Господин Хван, почему вы попросили следователя удалиться? — Невинно хлопал своими длинными черными ресницами новичок из отдела тяжких преступлений в полиции, когда начальник этой группы уже потянулся к новой порции никотина, чтобы хоть ненадолго расслабиться вновь. — Сейчас должен подойти прокурор Ким, его очередь допрашивать преступника. — Постойте, тот самый дьявольский прокурор Ким Тэхен? — Уже слышал о нем? — слегка удивился начальник Хван, выпустив на новенького пару колечек из дыма. Блондин же слегка прокашлявшись закивал своему боссу с заметным энтузиазмом, а на алых губах расползлась улыбка. — Говорят он просто нечто! Человек-закон, человек-скала, который не остановится ни перед чем, пока не докажет правду. В его коллекции только раскрытые преступления разных рангов сложности, несмотря на то, что каждый прокурор прикреплён к определенным делам! — Похоже тебе прилично о нем рассказали, однако ты не знаешь элементарной истины. Он и правда сущий дьявол, хотя, сейчас ты в этом убедишься. И в подтверждение слов начальника отдела тяжких преступлений, дверь допросной издала скрип, оповещая, что в комнату входит новое незадействованное ранее лицо. Ухмылка появилась на губах господина О, когда он заметил серьезного незнакомого шатена, которому очень шел деловой костюм, что заставляло слегка занервничать, ведь мимика прокурора не предвещала ничего хорошего. — Что происходит? Решили подослать мне хорошего копа? Однако, на вопрос подозреваемого прокурор Ким ничего не ответил, лишь открыл папку с досье по делу погибшей Ши Хаюн. Мужчина же пренебрежительно хмыкнул, заметив, как государственный служащий лениво перелистывает страницы, внимательно читая строки, и постоянно щёлкает ручкой так, что звук постепенно начал повторяться в голове у господина О. Раз, два, три, четыре …. — Что он делает? — удивился новичок, ведь пока что прокурор не оправдывал его надежд, а начальник лишь закатил глаза, заметив разочарование на лице сотрудника. — Господин Хван, прокурор Ким отключил прослушку изнутри. — Просто доверьтесь ему. Этот дьявол знает свое дело. Пять, шесть, семь …. Переведя взгляд на подозреваемого, Тэхен слегка прищуривается, заметив, как мужчина смотрит на его ручку, будто бы находиться под состоянием гипноза. Незаметно дотянувшись до кнопки переключателя, прокурор вновь включает прослушку и перестает делать манипуляции с письменной принадлежностью. — Сейчас я зачитаю ваше дело. Если я допустил ошибку, то, пожалуйста, поправьте меня. Карие глаза Кима беспристрастно смотрели в очи собеседника, который заметно занервничал, что даже расстегнул первые пуговицы своей рубашки и легонько кивнул, соглашаясь со словами прокурора. — Позавчера вечером вы были на свидании с Ши Хаюн, затем вы вместе отправились в ее квартиру. Однако именно тогда вы и узнали, что девушка изменяла вам со своим бывшим одноклассником, с которым в старшей школе состояла в отношениях. — Да, так все и было! Эта шлюха просто использовала меня! — Вы ее обеспечивали, подарили машину, давали деньги на расходы, покупали брендовые вещи. Но, как оказалось, у нее была интрижка за вашей спиной, из-за этого вы очень разозлись. Подозреваемый воодушевился и хлопнул по столу чтобы выплеснуть все свои эмоции. — Да-да, верно! Это так и есть! — Поэтому вы взяли кухонный нож и нанесли пару ударов ей в живот, а после начали душить. — Нееет. Вовсе не так, перед тем как зарезать, я ее начал душить. Эта мразь Хаюн всегда любила грубость во время секса, однако перед глазами сразу же всплыло, как эта порочная женщина расстилается перед другими, и я не сдержался. Она сопротивлялась, ударила меня подсвечником и попыталась сбежать, однако я взял со стала нож для фруктов и несколько раз пырнул ее в живот, чтобы она никогда не смогла иметь детей! Однако перестарался… — Хорошо, нож. Где он? — Нож? Так, дайте подумать… я его выбросил в мусорную урну возле нашего дома… Тэхен довольно ухмыляется осознавая, что его работа уже закончена, остается лишь довериться полиции, чтобы они нашли нужную улику, и предстать с обвинением в суде. Покрутив в руке свою серую ручку, шатен вновь щелкает по ее кнопке четыре раза, соблюдая между щелчками определённый интервал. Когда все манипуляции подошли к концу, в комнату как раз подоспел хмурый следователь, которому явно было слегка обидно, что какой-то прокурор заставил признаться преступника в своих деяниях, а не он. — Что? Что происходит? Почему вы одели на меня наручники? — словно проснувшись ото сна, удивляется господин О, когда следователь надевает на него наручники и зачитывает все его права, а прокурор Ким покидает допросную, не проронив не единого лишнего слова. — Вау… Теперь понятно откуда такое прозвище. Прокурор Ким, наверное, продал душу дьяволу, раз за пол часа смог разговорить преступника, что не смогли сделать мы за день с лишним. — Эй, новичок, за работу! Переставай мечтать и отправляйся с другими на поиски ножа, день и вечер у вас будет не самый приятный. — Есть шеф!

***

— О! Прокурор Ким, хорошо, что вы здесь! — улыбнулся молодому человеку мужчина в преклонном возрасте, направляясь в сторону прокурора. — Добрый день, господин Чхве. — Какими судьбами у нас в отделении? Хотя нет, не рассказывайте, я лучше после сплетни послушаю, в которых из тебя делают чуть ли не самого дьявола правосудия, — слегка рассмеялся государственный служащий, прикрывая рукой свои пожелтевшие зубы из-за чрезмерного употребление табака. В отделе тяжких преступлений почти каждый употреблял никотин, чтобы забыть весь ужас, который они видят на месте преступления чуть ли не каждый день. — Ах да, пришли анализы твоего запроса из лаборатории, я как раз собирался их тебе отдать. Услышав заветные слова, маска холодного и рассудительного прокурора треснула ведь в глазах появилось нетерпение, что, конечно же, заметил собеседник. — Прокурор Ким, ты же меня угостишь как-нибудь соджу на выходных?! — Конечно, господин Чхве. Для меня будет честью выпить вместе с вами, — слегка поклонился прокурор полицейскому, за что заслужил одобрительный хлопок по плечу. — Только смотри мне, сильно не заработайся, а то слишком ты щуплый. Мне аж больно на тебя смотреть, мое отцовское сердце страдает, ведь ты мне, как сын, прокурор Ким! — Я очень ценю все ваши советы, которые вы мне дали в первые дни работы, я был словно птенец, который не умел летать. — Что ж, не буду тебя задерживать… эх, молодежь! Отдав запечатанную папку с документами, полицейский пошел в свое отделение, предавшись воспоминаниям о молодости, когда он был молодым, стройным и красивым, а не как сейчас – довольно пухлым мужчиной в преклонном возрасте с мегерой женой. Тэхен же так и застыл на одном месте, смотря на папку, будто бы не решаясь ее открыть. Однако, после, дрожащими руками, Ким просто разорвал обёртку и глазами начал читать текст. — Совпадения ДНК менее двух процентов… так значит приговор был ложным! — облегченно выдохнул парень и рассмеялся. Впервые рассмеялся не потому, что надо притворяться счастливым перед друзьями, а потому что тяжелый груз упал с сердца. Давно Ким не чувствовал себя так легко и свободно.

***

— Как поживаешь, сестренка? Прости что не могу приходить почаще, но ты знаешь, если отец поймает меня на том, что я заявлялась к тебе, то мне конец. Слабо улыбнулась довольно красивая девушка, которая смотрела на урну с прахом с сожалением и виной. Смахнув скатившуюся по щеке слезинку, брюнетка попыталась убрать дрожь в голосе, которая ей была не присуща. — Знаю я, что мое лицо распухает, когда я плачу, но сегодня день твоей гибели… Сонха, мне тебя очень сильно не хватает … прости что не смогла ничего сделать…. Сохи виновато опустила взгляд, а после, будто бы что-то вспомнив, начала капаться в своей дизайнерской сумке. Не прошло и минуты, как она достала оттуда магнитик и рамку с фотографией, на которой были изображены две юные леди. — У всех твоих соседей есть фотография с близкими. Теперь и у тебя тоже! Открыв дверцу камеры, Ан поставила рядом с урной фотографию, а после прикрепила на стеклянную панель магнитик, напоминающий букет цветов. — Другое дело! Однако, как бы не хотела девушка, она не могла задержаться в этом месте столько, сколько бы ей хотелось, ведь телефон вновь раздал такую раздражительную мелодию. Тяжко вздохнув, Сохи на прощанье поклонилась урне своей сестры и, натянув очки, ответила на звонок, направляясь на выход из помещения к своей машине. — Да, секретарь Юн, что-то случилось? Иногда судьба с нами действительно играет очень злую шутку, например, как сейчас. На выходе Сохи прошла мимо человека, который преследует ту же самую цель, что и она, а именно узнать правду девятилетней давности. Ким Тэхен даже не обратил внимание на брюнетку, ведь сегодня он должен был почтить память человека, из-за которого вся его жизнь пошла под откос. — Ли Сонха я, наверное, единственный, кто помнит, а вернее знает о том, что ты вообще умерла, — горько усмехается прокурор, смотря на урну, на которой изящным почерком было написано имя умершего человека, однако в этот момент его взгляд перемещается на фотографию и магнитик с цветами, что заставляет шатена нахмуриться. — Так у тебя есть друзья?! — удивляется прокурор, ведь на слушание по убийству Ли Сонха не было с ее сторон ни родителей, ни друзей. Мать умерла, когда девочке было только одиннадцать, а отец даже не значился в документах, однако, Сонха не числилась ни в одном детдоме, что было очень странно. — Аджосси, извините, а вы не знаете, кто навещал погибшую Ли Сонха? — спросил Тэхен пожилого мужчину, который был смотрителем этого места. Слегка нахмурившись, седоволосый Аджосси деловито почесал свою еле видневшуюся щетину. — Это была девушка, очень красивая, она буквально только что ушла…. Эй, молодой человек, куда ты? Совсем нет уважение к старшим! Однако Тэхен уже не слушал мужчину, ведь он вспомнил, что перед самым выходом чуть не сбил брюнетку, которая разговаривала по телефону. Прокурор в этот момент воспроизвел в памяти все известные ему молитвы, несмотря на то, что он был католиком, ведь Киму нужно распутать клубок девятилетней давности, а для этого нужно поговорить с семьей или же другом жертвы.