4.
10 октября 2018 г., 20:33
Экипаж этого корабля был несколько… странным. И ему следовало всех их изучить. Ведь никто не знает когда они соединяться с конами. К тому же тому меху он не особо то и верил. Слишком уж неоднозначным было его поведение.
Сидеть же в этой комнатке без дела Тотрэй позволить себе не мог. Не то время для столь непозволительной роскоши.
Благо, нычки в его корпусе были.
Манипулятор запустили в подпространство, доставая отмычки. Они ему и в довоенное время бывала могли пригодиться, а сейчас они были, можно считать, последним шансом. Замок вскрыли, выныривая из помещения.
Только вот мнемохирург не мог знать того, что за ним наблюдали.
(или всё же Юникрона?)
Единственный окуляр пристально следил за фем. Рефлект отстранилась и ушла куда-то за угол, вскоре вернувшись с искрой.
Тварюга встрепенулась.
Огромное количество энергии. Но её же нельзя будет усвоить. Это сожжет все системы!
— Да не брыкайся ты — на зверя шикнули. Нужно было лишь откалибровать поступление энергии и подключить искру к существу. Так она его хотя бы учует.
Зверь замер, ожидая итогов, а Рефлект приступила к работе.
***
— Рефлект. — М? Что такое, Вест? — фем отвлеклась от своей работы, повернувшись к фантому. — Пленник покинул свою камеру — оповестила голограмма. Всё же, так общаться было куда удобнее, нежели говорить с пустотой. — Он пытается сбежать, как-либо навредить кораблю или экипажу? — уточнила эмпат. — Пока что неясно, к чему он стремится. — В таком случае понаблюдай за ним. Можешь припугнуть. — фырк. — Пусть погуляет по кораблю, но не впускай его в оружейную и лаборатории. За пределы судна не выпускать. — Будет исполнено — отрапортовал «мех» и голограмма растворилась.***
Он даже не слышал, как к нему приблизились, когда потянулся, чтобы открыть очередную дверь на удивление пустого судна. — Не рекомендую этого делать. — Что?! — он дрогнул и чуть ли не подскочил с испугу. — Не рекомендую туда заходить — повторил формер за спиной. Как он мог его не услышать? — Зачем ты покинул отведенное тебе помещение? Тёмно-серая броня, лиловый визор, тонкие губы на светлом фейсплейте и никакого знака фракции. Данного формера Тотрэй раньше не видел на этом корабле. А если бы и видел, что бы это ему дало? — А почему нет? — полюбопытствовал мнемохирург, понимая, что ему не собираются каким-либо образом причинять вред. Это уже само по себе было хорошо, как и то, что с ним говорили вполне миролюбиво. — Потому что тебе нет резона злить капитана проникновением в её лабораторию — пояснил формер. — А ты у нас кто? — Можешь называть меня Вестом. — отозвался мех, приподнимая уголок губ. — Так зачем ты покинул отведенную тебе кварту? — Решил прогуляться — бурчание. — Ты же в курсе, что без сопровождения, это могло закончится плачевно? — уточнили у Тотрэя. — Меня мало о чём информировали — микроскоп сложил манипуляторы на грудной броне, вздёргивая подбородок вверх. Забавный. — Ты можешь задать свои вопросы мне. — Экипаж. Кто они? — В каком смысле, «кто»? По роду деятельности, по фракционной принадлежности, по происхождению? — мех сделал приглашающий жест, зовя мнемохирурга за собой. — Всё о них. — Наёмники, сохранившие благодаря конам актив, если так можно сказать. Бывшая органика. У них своя точка зрения на данную войну — отозвался Вест. Странный мех. Тотрэй семенил следом, отмечая, что тот не издаёт звуков. Вообще. Ни шелеста вентиляции, ни отзвуков шагов. Ровный голос и интонации, какая-то пресная мимика и… он не отбрасывал тени. — А ты, Вест? — А что, «я»? — усмешка. — А я — местное приведение. Точнее, сознание этого корабля. Мило, не правда ли? Стоп. Что он сейчас сказал? — Сознание корабля? — недоверчиво переспросил тёмно-вишнёвый меха. — Искусственный интеллект вживленный в системы судна? — Не совсем. — его поправили. — У меня есть и сознания, и искра. Правда, и то, и другое искусственное, да. — Занятно… — невнятное бурчание. — Ещё вопросы имеются? — уточнил фантом. — Куда мы идём? — В гостевой отсек. Надеюсь, у тебя хватит процессорных мощностей не сваливать оттуда. — отозвалась голограмма.***
Прайм возвышался над своим тактическим советником, недовольно сверкая оптикой и скрестив манипуляторы на чейсплейте. — И как ты это называешь? Плечевым сегментом поводят в ответ. — Вылазка. Не более того. — он не желал обсуждать данную тему ни с кем, а с Праймом и подавно. — Прекрати рисковать бойцами и собой, Праул. — неужели Прайм действительно будет — Никто не пострадал при вылазке, Прайм. — Но могли — отметил лидер фракции. — Нет, не могли. — отрезал тактик. — Да, нас могли не выпустить, но с данной конкой всегда можно было договориться. Риск был не так высок, как вы думаете. — И все же ты ушел в самоволку, даже никого не проинформировав. — Я предоставил отчёт. Этого достаточно. — дверки вздёрнули. Все эти твердолобые шарки когда-нибудь научатся читать?! — Хорошо. — Прайм отстранился. — Иди в мед-блок, там тебя ждут. — Мне нет необходимости в его помещении. — он-то даже не поцарапался на этой вылазке. Разве что костяшки пальцев отбил. — Да? — оптогрань иронично приподняли, разглядывая офицера. Интересно, когда Праул стал таким озлобленным? Как он упустил это? — Даже если там сейчас Смоукскрин? — впрочем, он прекрасно знал что является для него действительно важным. Тактик едва удержался от того, чтобы скрипнуть дентами. — Я навещу его.***
Пыльные и темные коридоры, пропахшие проржавевшим металлом нагоняли жути, заставляя кашлять вентиляцию. Вехиконы изучающе обследовали один из тайников Шоквейва, пока мись в полной темноте. Но уйти отсюда без данных они не могли, им нужна была информация. И они должны её найти, не важно какой ценой. Всё же, вехиконов нельзя было считать полноценными формерами, имеющими инстинкты самосохранения и свою точку зрения. Ими управляла вложенная при создании программа, требующая идеального выполнения задачи. Обычные дроны, пушечное мясо. Мясо, выживание которого никого не волновало. С этим приходилось мириться. Мириться и исполнять приказ. Чей-то манипулятор протянулся к рубильнику, активируя подачу тока и освещение. А заодно и ловушки, которых здесь и без того было предостаточно. Несколько корпусов провалились под пол, стоило загореться свету Шлак! Третьего колесного эрадикона подхватили, вытягивая на безопасную зону. Внутри заработал аналог мясорубки, перемалывая неудачников, упавших в нутро дьявольской машины. И визжание этого орудия ни на что хорошее не настраивало. Но нужно было продолжать поиски. В темноте тускло освещенной комнаты, одной из многих в этом лабиринте, загорелся окуляр. Тварь бьётся в своей капсуле, стремясь выпутаться из множества проводов и подключений. Жидкость в капсуле уже давно выполнила свою роль в выращивании новой жизни и теперь более мешает. Верхняя крышка и дно не поддавались, лишь давя своей массой. Нужно пробить прозрачную стенку, чтоб выбраться наружу. И зверь разбивает стекло, что со звоном рассыпается, выпуская тварь. Вехиконы дернулись когда до аудио дошел инородный звон. Это исходило из глубин лаборатории. Но кто живой может находиться в лаборатории Шоквейва кроме них? Стоило проверить Вехиконы двинулись на звук целенаправленно, осторожно. Может они и были пушечным мясом, подставлять свою шею просто так не хотелось.***
— Проул? Это ты? — встрепенулся Смоукскрин, стоило знакомой фигуре появиться на пороге. — Верно — тактик сдержанно кивнул, подходя к спарку. — Как ты себя чувствуешь? — Лучше, хотя шея все еще болит. А ты? — Я и не пострадал — дверками подёрнули в ответ, критически осматривая бету на манер повреждений. Рэтчет, конечно, мастер своего дела, но и он мог упустить детали. — Что-то не так? — с беспокойством уточнил Смоукскрин. — Нет. Всё в норме — над ним наклонились, закапываясь в проводку цветастого праксианца. Несколько проводков следовало поправить. — Тогда что ты делаешь? — Поправляю некоторые провода. Есть у нашего «вида» некоторые особенности конструкции. — Хорошо… — несколько мгновений и щелчок вставших на место кабелей. — О! Теперь все в порядке — Шея точно не болит? — его шлем повертели в разные стороны, изучая реакцию беты. — Да. Все в норме — улыбка. — Отлично — Смоукскрина отпустили. — Рэтчет тебе что-нибудь говорил о нахождении в мед-блоке? Или ты можешь идти? — Я-то теперь могу — тот легким толчком корпуса оказался в сидячем положении, на несколько кликов замер, оценивая своё состояние, а после поднялся на серво. — А вот ты — нет. — И по какой же причине я не могу уйти? — манипуляторы сложили на чейсплейте. — У тебя сейчас осмотр у Рэтчета — пояснил бот. — Я в норме — тот отрицательно покачал шлемом и двинул в сторону выхода. Ну да кто бы тактика отпустил? — И ещё у тебя отпуск. — его ухватили за локоть, притягивая обратно и усаживая на платформу. — Я не брал отпуск. — тактик нахмурился. Это ещё что за сюрпризы? — У тебя мед-осмотр. — С моими системами всё в норме. — отрицательный моток шлемом. Ну, вот почему они все к нему прицепились? Он не желал тут задерживаться. — В этом нет необходимости. — Это уже мне решать — на него шикнули. — Ты не медик, Смоукскрин… — Он, нет. А вот я — более чем. — раздалось от входа в помещение. — И раз уж ты соизволил меня навестить — без анализа всех систем ты отсюда не выйдешь. Ах да. Рэтчет. И, как всегда, в своем репертуаре. Он сдержался от короткого рыка и молча сел на платформу. Сбежать от дока шансов не было.***
Файрэлт, поняв, что они таки относительно у «своих» рискнул высунуться с Вестника. Коны его не тронут, потому что не хотят связываться с Рефлект, а значит можно было немного порисовать. Живой корабль он пачкать не хотел, а потому, взяв злосчастные краски, пошёл вглубь полу-разрушенных коридоров кварты. Здесь его никто не должен был побеспокоить, а значит — это было лучшим местом для творческих исканий. А если что — он всегда мог позвать помощь, к тому же здание было достаточно крепким и ничего обрушиться не должно было. Небольшие кучки хлама на дороге мало его беспокоили. И вот, более-менее чистый участок стены был найден. Краску поставили на пол, сдвигая мусор в сторонку. Некоторое время ушло на то, чтобы сдуть со стены пыль и вот — «холст» был готов. Сикерлет улыбнулся. Теперь можно было как следует приукрасить это скучное местечко. Он взял с потрескавшегося пола притащенную с собой кисть, и отошёл на пару шагов, рассматривая стену. Чтобы нарисовать… За развитием этого действа осторожно, дабы не привлечь ненужного внимания, наблюдали из тени. Маленький и живой объект явно был заинтригован своей деятельностью, к которой он, судя по принесенному с собой оборудованию, готовился со всем тщанием, настолько, что не замечал ничего вокруг. Маленький и наверняка сладкий, жаль только энергии в нем не так уж и много. А занималось маленькое создание своей деятельностью весьма увлеченно, пусть зверь совершенно не понимал, что означают яркие пятна на стене. Это было чем-то похоже на корпуса, но неаккуратные и какие-то плоские. Однако все эти кляксы ничем ценным не были. А вот мелочь… от еды не стоит отказываться, если она еще и с доставкой. Существо начало медленно подкрадываться к бете, стараясь находиться в тени и не шуметь, чтобы не спугнуть добычу. Маленький сикер резко замер, когда хвост твари задел старую панель и часть металлической обшивки стены с грохотом и звоном упала на пыльный и грязный пол. Поздно, его заметили, остаётся только атака. Зверь срывается с места. Короткое — ай! — и мелочь на чистом автомате выскальзывает из-под когтей и клыков. Зверь врезается в банки с краской, но обретённая цветистость от подобного «купания» не убавляет жути твари, и оптика беты расширяется. Бежать. Срочно бежать отсюда! Догонялки начались. Бета петляла между куч хлама и поворотов, прекрасно зная, как добраться в куда более оживленные коридоры базы. Преследователь же настойчиво следовал за жертвой. Он хотел есть. Ещё клик и мелочь укусили бы за серво, но тот вовремя активировал антигравы. — /Рефлект, помоги! / — /Файрэлт? / — откликнулись мгновенно. — /Что случилось? / — однако он знал, что мост уже активировали. Завидел знакомое сияние неподалёку. Завидел и тут же бросился в его сторону. — /Что-то за мной гонится! / — /Иду./ — связь сбросили и вскоре он уже видел знакомую фигуру наяву, а не только слышал на эфирной связи. И фем заметил не только спарк. Рык и тварь решает раствориться в тени. Новый участник мог помешать подкрепиться. — Файрэлт — бету окликнули, осматриваясь. Чужих искр она не чуяла. — Я тоже его не почувствовал. Но оно в краске, могут быть следы. — мелочь вжалась в корпус фем. Кивок и комлинка касаются. — /Реворн, Асаш, Бэррикейд, Рэведж. Подойдите, будьте добры/ — и связь отключили, указывая координаты. Взгляд опустили на бету, уже через мгновения присаживаясь на одно колено перед сикерлетом, раскрывая объятия. — Иди сюда. И мелкий не стал тормозить, прицепляясь к её чейсплейту. За это короткое время он успел порядочно испугаться, а потому едва подавлял всхлипы. Рефлект провентилировала. — Что ты здесь делал? Спарк несколько замялся. — Я… я всего лишь хотел порисовать. — Покажешь, что именно? — она выпрямилась, удерживая бету у чейсплейта. — И где? — Хорошо. Я покажу дорогу. Кивок и фем следует в указанном направлении. Нужно было себя занять чем-то, пока не прибудут ищейки.***
— Кто это? Рефлект рассматривала неаккуратный рисунок. Ярко-рыжий корпус с вкраплениями бордового и изумрудной оптикой, и тёмный контур с единственной нарисованной линзой. Оба корпуса на «холсте» были заляпаны краской, в которой испачкалась тварь, но были вполне узнаваемы. — Мои альфы. По крайней мере как-то так они выглядят. Наверное. — Ты не помнишь их? — его погладили по шлему, отмечаю некую скованность беты. Всё ещё не отошёл от испуга. — Не так четко, как хотелось бы. Фем медленно кивнула. — Почему ты пошёл рисовать сюда, а не остался на Вестнике? — Не хорошо было бы разрисовывать Вест. Он ведь и обидеться мог. — На Вестнике много свободных помещений — отметила конка. — Если хочешь, по возвращению, мы можем попросить отдать одно из них тебе. Не думаю, что он будет против. — Да? — недоверчиво переспросил спарк. — И никто даже ругаться не будет? — Нет, не будет — фем улыбнулась, видя, что бета оживилась. — Комната будет целиком и полностью твоя. — Уууу… круто! Всё же, к спаркам нужно было лишь найти подход. И она знала это, как никто другой. — Только не говори, что позвала нас, дабы показать художества беты — а вот и язвительный кибер-кошак с остальной компашкой. — Нет. Нужно вычислить нападавшего. Найти сможете по следам краски. — Игра в поиск «предметов»? — Реворн усмехнулась. — Вероятно — согласилась фем. — Когда нам приступать? — Бэррикейд скрестил манипуляторы на чейсплейте. На него перевели взгляд разной оптики, вздёрнули уголки губ и поудобнее перехватили бету на манипуляторах. — Сейчас. — и фем растворилась в воронке моста.***
— Принимай заказ — в обитель Рефлект вошли, таща извивающуюся тварь за хвост. Что же. В талантах Бэррикейда она и не сомневалась. — Какая прелесть — на него подняли взгляд, после, щёлкая пальцами. — Вест, будь добр, организуй клетку. И такое отделение через пару кликов уже было доступно для использования. Удобно, как-никак, когда твой корабль разумен. Тварь же была оперативно закинута во внутрь, захлопывая вход. — Отлично. Бэррикейд, благодарю, я тебя более не держу здесь — фем соскользнула с кресла, подходя к клетке. Кивок и мех уходит. Задерживаться он и не был намерен. — И вот что мне с тобой делать? — конка разглядывала притащенную тварь. Та рычала на эмпата, пряча пострадавший хвост. — Что же. Вест, пожалуйста, закрепи зверушку. Хочу посмотреть, почему я не чую искры. Несколько трансформаций и… — Готово — отрапортовал корабль. — Благодарю. Рефлект сдвинула дверь клетки, входя в ограниченную часть кварты и подходя опасно близко к твари. Только вот она не могла дотянуться до эмпата, а потому существо резко зашипела, явственно протестуя против столь пристального изучения. Как занятно. — Тшш, тише, прелесть моя. Я только посмотрю — чейсплейт оперативно взламывали, раздвигая створки и закрепляя. Зверь забился, но никак повлиять на это не мог. И пусть прошивка кричала о необходимости защиты этого сокровенного места, в камере, предназначавшейся для искры ничего не было. — Как интересно — фем потерла подбородок. Оболочка для искры была, да. А вот её суть отсутствовала. И это объясняло, почему ни она, ни Файрэлт, данное существо не почуяли. Им было просто нечего искать, и это, пожалуй, заставляло в который раз задуматься об осторожности. Эмпатия-эмпатией, но и она не всегда может помочь. Только вот эти размышления не отвечали на вопрос того, что делать с данным созданием Праймаса
