Невозможно победить того, кто не сдается.

             Проул, до этого, как и всегда, занятый анализом имеющихся данных, наконец освободился и мог приняться за действительно важную работу. И тут уже, для начала, следовало связаться с Рефлект. Всё-таки, у них были некоторые договоренности, которые было необходимо соблюсти. Тактик считал, что сделал верный ход, заключив сделку с эмпатом и отпустив его, только вот… эмпат не выходила на связь, несмотря на все его попытки связаться с ней, пусть, Проул даже не сомневался в этом, была актив.              И это не могло не нервировать. Ведь теперь могло быть два выхода, и оба ему одинаково не нравились; и если первый заключался в том, что фем просто соврала ему, в очередной раз умело подсунув ему одну из своих масок, то второй заключался в том, что она выдала себя собственным сознаковцам. В обоих случаях, коны могли знать о его планах. А значит, заключённый союз теперь приносил куда больше вреда, нежели пользы. Следовательно, его нужно было расторгнуть. Во избежание неприятных сюрпризов, так сказать. Тактический советник не любил, когда данное ему слово нарушалось.              — Проул? У меня не очень приятные новости, — тактик даже вздрогнул, когда из-за входной двери показался фейсплейт Стэппера.              Он, как и Джаз, любил врываться в его кабинет. Но был менее нагл и напорист.              — Ну? — алозначный тактик прищурился. Вокруг было полно неприятных новостей, и потому остро реагировал он лишь не немногие.              — Коны наткнулись на один из отрядов разведки, Блюстрик попался. Судя по всему, на нём был жучок, — отрапортовал мех. — Никаких требований со стороны фиолетового знака на данный момент не поступило.              И вот это было той ещё проблемой. Куда более личной чем все остальные. В тоже время, это не могло не вызывать беспокойство и глухую ярость. Проул почти мгновенно сопоставил факты: он прекрасно понимал, когда именно на брате могло оказаться отслеживающие устройство, как и то, кто мог установить его. Он должен был узнать об этом раньше.              Стэппер же маялся на пороге кабинета, ожидая каких-либо приказов от тактического советника, чей фейсплейт будто бы окаменел.              — Я тебя понял. Можешь идти — не оборачиваясь приказал тактик.              — Может быть стоит что-либо предпринять? Или мы оставим его у конов? — рискнул спросить мех.              — Я сообщу о своем решении.              Колесный кивнул, после чего ушёл, оставив тактика наедине с собственными мыслями. И когда более никого не было по близости Проул мог позволить себе некоторую эмоциональность. Потому, мех, не сдерживая более рычания схватил стол и со всей силы его перевернул. Если Блюстрик пострадает из-за его оплошности, он этого ни за что не простит. Ни себе, ни конам.              

***

             После того как по приказу Вестник и его команда был изолирован от внешнего мира Тефан быстро нашел чем себя занять. Собственно его особо и не интересовало поддержание связи, ведь это никак не сказывалось на его проектах. Так что золотистый джет совершенно не ожидал, что в какой-то момент им с Дрэйкстом придёт приказ направиться обратно на базу, чтобы помочь Шоквейву. Учёному срочно понадобились ассистенты, а у Нокаута с Хуком было слишком много работы, чтобы трогать их, а потому про него вспомнили, что не могло не раздражать.              Тефан абсолютно точно не любил мигрировать между базами. Он любил свою лабораторию и свои исследования, и излишние дёрганья провоцировали неприятные для него встречи. Только вот когда он уже шёл по направлению к выходу с базы, навстречу ему выскочил мелкий мех.              — Ой, — Файрэлт остановился и округлил оптику. — А ты куда идёшь? — сикерёнок широко улыбнулся, вопросительно вздёрнув закрылки. И вид любопытной беты не мог не заставить его немного расслабиться.              — Меня вызвали. Шоквейву нужен ассистент, — отвечал золотистый формер быстро, чтобы не задерживаться на слишком больное количество времени, но… спарки есть спарки. Им нет дела до чужих проблем, они мыслят иными категориями. Тефан вновь убедился в этом, когда маленький эмпат чуть ли не подпрыгнул на месте, воскликнув.              — О, прикольно! А можно с тобой?              — Ох, не знаю, — учёный провентилировал. Он сомневался в том, что бету стоит брать с собой на работу, но… что же, золотистый джет никогда не умел отказывать младшим.              — Ну, пожалуйста! — в его серво вцепились, просительно заглядывая в оптику. Файрэлт прекрасно знал, как нужно себя вести, чтобы его желание исполнили. И своим возрастом бесстыже пользовался, широко улыбаясь и сияя рыжими окулярчиками. — Обещаю, я буду хорошо себя вести.              — Ну… — Тефан замялся. — Хорошо.              В конце-концов, ничего плохого же не случится?              — Спасибо! — спарк заулыбался, после чего повис на нём. Кажется, ему придётся малька нести.              Тефан подложил манипулятор под маленького меха, помог ему залезть повыше и позволил себя обнять, чтобы тот не упал и продолжил путь. Всё же, не стоило задерживаться, его ждали. И, что уж точно Тефану было хорошо известно, так это то, что Шоквейв не любит опозданий.              

***

             В лаборатории Перспектора в это же время царило некоторое оживление. Брейнсторм сгрузил целую кипу расчётов и отчётов в ящик одного из столов, после чего захлопнул его и удовлетворённо улыбнулся, глянув на лежащий на столе артефакт. Довольно компактный, который должен работать напрямую от энергосети носителя. Оставалось только найти формера, который согласиться позволить навесить на себя экспериментальный образец, и микроскоп как раз отправился на поиски такового.              Правда, Сторм успел сильно удивиться, когда он увидел, кого привёл за собой старший учёный и напарник.              Мощный алый корпус с чёрными деталями, мощное вооружение, крепкие защитные пластины брони, две огромные пушки и синяя оптика. Телохранитель Оптимуса Прайма не отправился с ним на поиски Всеискры и сейчас стоял перед ним, войдя в помещение вместе с Перспектором.              — Это наш смельчак? — улыбнулся под маской мех, после чего склонил набок шлем, сияя золотом оптики.              — Разумеется, я бы не вернулся без добровольца. Да и убеждаю я получше тебя.              — Ой, да ладно тебе, — Брейнсторм зафырчал, после чего обратился к Айронхайду. — Снимай чейсплейт, я прицеплю аппарат.              Мех разве что окуляры закатил на перепалку учёных, но повиновался. Собственно, Брейнсторма не интересовало, что думают насчёт их с Перспектором общения остальные. Он подлетел к телохранителю Прайма вместе с собранным агрегатом, чтобы нацепить его.              — Брейнсторм, не торопись. Тебе ведь и без меня известно насколько это деликатная конструкция, — продолжил напоминать врекер.              — Перси, брось, я знаю, как обращаться с тем, что собрал!.. — порывисто взмахнул манипулятором джет и хрупкий аппарат вылетел у него из пальцев.              И только благодаря быстрой реакции и навыкам Перспектора изобретение не разбилось.              — Уверен в этом? — скептически поинтересовался мех, сжимая пойманную вещь в манипуляторе.              — Ладно-ладно, не причитай.              Брейнсторм протянул манипулятор, забирая агрегат у напарника, после чего вернулся к установке. Айронхайд наблюдал за этим молча. В принципе, он уже привык, что медики и учёные копаются в его корпусе, и даже то, что к этот раз они касались искры, не казалось чем-то необычным. Конечно, это было странным, но он знал этих формеров достаточно хорошо, чтобы не бояться открыть им свою искру. Правда, он не отказался бы узнать, действительно ли работает экспериментальная игрушка до того, как придётся испытывать её в бою. Спустя считанные клики и непрекращаемый бубнеж ученого Брейнсторм закрепил устройство, отступил на шаг назад и хлопнул в ладоши              — Отлично. Самое время испытать его.              — И как вы собираетесь проверять его? — уточнил старый бот, сверкнув синей оптикой.              — Не в бою уж точно. По крайней мере не при первом тесте — джет хихикнул. — Перси, врубай скан.              И тут уже с ним не спорили. Айронхайд увидел, как полоса анализирующего аппарата скользит по его корпусу, но ничего не почувствовал. А вот джет потёр манипуляторы между собой, всматриваясь в результаты.              — Хорошо, вот теперь можно попробовать и в боевых условиях, — Брейнсторм ухмыльнулся.              — Значит, остаётся найти этого эмпата, — телохранитель Прайма хмыкнул.              И вот на эту фразу среагировали вполне себе ожидаемо. Учёные переглянулись и дружно пожали плечевыми сегментами: им было интересно создать полезный инструмент, было интересно протестировать его, увидеть, как он работает, но вот его использование в бою… что же, то, как именно решит им распорядиться воин, зависит уж не от них.              — С этим тебе к Проулу, а не к нам, Хайд, — летун прыснул, сверкая золотом линз. — Мы своё дело сделали.              — Очень на это надеюсь, — алый мех фыркнул.              Впрочем, задерживаться не стоило. Он кивнул двум формерам и пошёл прочь из лаборатории. Учёные его и не задерживали. В конце-концов, у них было ещё множество проектов, разработку которых им необходимо ускорить.              

***

             Скайварпа практически не было видно на судне Рефлект, ему не было дела до выведывания каких-то тайн и тому подобного. Он сидел в комнате, отведённой ему и хорошо скрытой, и наблюдал за тем, как развивается извлечённая из него искорка. Вынашивание было слишком болезненным, а потому он просто был рад тому, что избавился от боли, но от своей крохотной беты, у которой только-только начинал формироваться корпус вокруг искры, он не собирался отказываться. Это создание вызывало у него прилив теплоты и нежности, а также — желания защитить. Но так же ему нужно было идти, на некоторое время оставить искорку. Поэтому он до сих пор и не покинул это место, ему нужно было попрощаться со своей бетой, пусть это желание и было глупым, в какой-то степени даже наивным. С другой стороны, этим он успокаивал скорее себя, а потому шептал.              Банальные слова, на самом деле. Что-то о нежности, о заботе, о любви. О желании защитить, о своём долге. И, разумеется, о том, что он ни за что не оставит своего спарка и обязательно вернётся.              Только вот его общение с искоркой в какой-то момент прервали бесцеремонным открытием двери в помещении.              — Хэй, чего ты там застрял?              Скайварп вздрогнул и обернулся. Реворн стояла на входе в помещение и улыбалась.              Мех провентилировал.              — Ничего.              — Тогда пошли уже! — воскликнула фем. Она совсем не понимала медлительности сикера.              — Иду, иду, — Скайварп сверкнул оптикой и в последний раз коснулся резервуара, в котором формировалась искорка, после чего поднялся. — Ты же взяла всё, что тебе необходимо? Я не хочу по десять раз ходить туда-сюда.              — Конечно я всё взяла.              Пожалуй, Реворн даже оскорбилась. К Вортексу она всегда собиралась со всем тщанием: наставник вовсе не любил проколов с её стороны, и вертушка слишком уважала его, чтобы косячить. Да и опасалась, чего таить — всё же, член гештальта Брутикуса, был первоклассным мастером пыток. Впрочем, сикер на ее реакцию не обратил никакого внимания. Вместо этого он просто пошёл вперёд, уверенно двинувшись в сторону выхода с корабля.              В конце-концов, Старскрим и Тандеркрекер ждали его. Он был им нужен.              

***

             Когда братья Ламбо выбирались на прогулку, они как-то не планировали найти что-то интересное. Однако это всё-таки произошло. Во время прогулки, вновь позабыв, а точнее забив, о необходимости ходить разведанными путями они укатили довольно далеко от базы. И наткнулись на кое-чью чужую. Нет, это не была база фиолетового знака, всё было гораздо интереснее. Обоим близнецам было достаточно хорошо знакомо судно, представшее их оптикам, и, как ни странно, им было известно, кому оно принадлежало. В ходе невинной, казалось бы, прогулки, они умудрились найти место обитания одного из офицеров высшей ставки противника и её отряда.              Пожалуй им стоит проверить не мерещиться ли им это. Пробраться на корабль, узнать получше, но перед этим, предупредить своих. Эта вылазка обещала стать интересной. Иначе если они вновь во что-нибудь влипнут им огого как влетит от своих за молчание. Поэтому-то Сайдсвайп и коснулся комлинка, связываясь с остальными, в то время как Санстрикер осматривался на пример того, как пробоваться на корабль. И, разумеется, предпочтительнее было скрытное проникновение. Впрочем… найти такой вход на корабль оказалось достаточно просто. Корабль был достаточно невысоко и они вполне могли проникнуть в него через один из запасных входов.              Дальше оставалось только осторожно перемещаться по коридорам и прислушиваться. Всё-таки им нельзя было себя обнаружить раньше времени. Потому, заслышав шаги и чужую речь они тут же спрятались и затаились. А после перед ними показались двое формеров, и если одного из них оба прекрасно знали — медик команды, Райпер, довольно злопамятный формер, который не любит, когда мешают его работе; то двое других вызывали вопросы. И если одного из них они просто не встречали ранее, то вторым был Спарк, которого и вручил по итогу диалога медик своему спутнику. И это уже было более занятно. Ведь теперь они были просто обязаны узнать что здесь происходит              Братья кивнули друг другу, после чего разделились. И если красный Ламбо пошёл следом за незнакомым формером с бетой, Санстрикер двинулся дальше, огибая медика. Коридоры корабля были удивительно пустынными, как и некоторые помещения, в которые он заглядывал. Только вот золотой бот совершенно точно не ожидал, что после открытия очередной двери, нос к носу столкнётся с той, кому этот корабль принадлежал.              Фем застыла, несколько шокированная тем, что на корабль пробрался кто-то, кого не должно здесь быть, но лишь на мгновение, прежде чем резко дёрнуть манипулятором, активируя встроенную ультразвуковую игрушку. Санстрикер уже отскакивал, но его всё-таки задело волной и припечатало к стенке.              — Вестник, ограничь передвижение, — команда, резко брошенная, а перед ботом, серво и манипуляторы которого опутали кабелями, остановились. К удивлению золотого меха, его не добивали. — Какого чёрта вашей братии снова от меня надо?! — голос фем звенел от глухого раздражение и усталости.              Попавшегося меха легонько попинали носком супинатора.              — Да мы всего лишь заглянули в гости, — жёлтый колесный улыбнулся. Положение пока было не завидным, но раз его ещё не начали разбирать, то всё более или менее в норме.              — О, да неужели. Раз вы заявились в гости без приглашения, где угощения? — Рефлект пренебрежительно фыркнула. — Вы у меня уже вот тут сидите все, — она провела по шейным кабелям кончиком когтя. Вот что прикажешь с тобой делать? — голос фем так и сочился ядом. — И ты сказал «мы». Твой брат тоже здесь, значит.              — Ну да, мы по одиночке не ходим, — не отрицал очевидного бот.              — Ясно. Значит Асаш найдёт, — фем на клик замолчала, коснулась своего комлинка, после чего скрестила манипуляторы не кокпите. — Однако вопрос, что мне с вами двумя теперь делать, всё равно актуален. Нет, я, конечно, могу пустить вас на опыты, но в нынешних условиях это бесполезная трата времени.              — Нуу… — решил тоже порассуждать золотистый мех, а заодно потянуть время.              Эмпат фыркнула.              — Значит так. Я не маньяк, так что пытать и разбирать вас на запчасти не буду, да и как материал для исследований вы двое мне неинтересны. Посидите в тюремном блоке, пока я не решу, что с вами делать. Если есть возражения — могу отправить вас на основную базу, и перейдете под ответственность Старскрима. Вопросы, пожелания, предложения?              Только ответить он не успел. Грохот сотряс судно и конка вздрогнула, отвернувшись от него. А после Санстрикер мог увидеть, как изменилось выражение чужого фейсплейта: ошеломление и рассеянность быстро сменились лёгкой паникой, после чего лицевая фем была спрятана за зеркальным визором и маской.              — Что ты здесь забыл?! — определенно, она не ожидала увидеть тактика в своём доме.              А вот и кавалерия.              — Решил лично проверить бывшего союзника.              — Вот как. Разрываешь договор, — Рефлект повела крыльями. — Почему же, если не секрет?              В голосе проскальзывали металлические нотки.              — Потому что ты не выполнила условия этого самого договора.              — Исключительно потому что не имею допуска к информации и связи. Будь иначе, меня бы здесь не было, — фем стравила пар. — Или ты хотел, чтобы коны узнали о твоих планах? — звучало язвительно. Сани же, казалось, почувствовал, как чужое раздражение перерастает в злость.              Рефлект совершенно не собиралась признавать подобные обвинения.              — Так ты считаешь, что я тебе поверю? — монохромный мех нахмурился.              — Подумай сам, зачем мне врать, — Рефлект фыркнула. — Я сдала тебе план операции, чтобы забрать Саундбластера. Ты действительно считаешь Старскрима идиотом, который не сопоставит факты? Так, поверь мне, несмотря на свою тягу к власти, аэролорд Воса далеко не глуп. Я под карантином, как и часть команды. Техникой конов занимается Битстрим.              — Я никогда не недооцениваю врагов. Но тебя я, видимо, переоценил, решив довериться тебе.              — Забавно, что ты говоришь это теперь, ворвавшись ко мне домой. Я не мешаю вашим играм, так что не понимаю причины твоего визита, — закрылки приподнялись. Фем совершенно не радовало то, что она услышала. — Доверие — это хрупкая вещь, которая требует подтверждения временем, тактик. И ты слишком торопишь события. Если решил от меня избавиться, то говори прямо, без упрёков в мою сторону. Потому что я не нарушала условий нашего договора.              — Возможно и решил. А ещё — совершенно точно помогу нашим ученым в проверки их изобретения. Айронхайд! — позвал тактик и сделал шаг назад.              И вот это уже напугало эмпата. Да, Праул очень плохо разбирался в эмоциях, да, Рефлект не могла повлиять на него. Но это было видно по движением, а ещё — эмпат промолчала. Довольно редкое явление, которое означало разве что крайнюю степень напряжённости.              — Вест, подключись к общей сети и убери мою лабораторию с корабля. Код альфа, — и вот это уже явно не относилось к ботам.              Фем знала, что не справится с телохранителем Прайма. Но и не собиралась допускать, чтобы её труды достались противнику.              Айронхайд к этому моменту уже показался на оптику, и тиски паники сжали искру. Она не понимала почему и как это работает, но меха перед собой Рефлект не чувствовала. Ни эм-полей, ни, тем более, искры. Словно бы этого бота не существовало в реальности.              Коридор озарило красным светом от ламп, включившихся при объявлении тревоги. Санстрикер же задёргался в путах — ему нужно было убраться отсюда подальше и найти брата. Вскоре возле Проула появились ещё мехи, удерживающие в манипуляторах уже пойманных конов. В числе этих меха был и Сайдсвайп, который тут же заметил брата и дернулся к нему, чтобы помочь освободиться. Впрочем, освобождение от пут не заняло слишком много времени.              Корабль в это время мелко потряхивало. Система корабля была достаточно хорошо отлаженной, чтобы исполнить приказ Рефлект и убрать отсюда её лабораторию. Притащенная бета билась в чужих манипуляторах, стремясь освободиться, а когда всё-таки выбралась из чужих манипуляторов, попыталась метнуться мимо Айронхайда к фем. Но мелочь тут же поймали, не позволить добраться до Рефлект. Спарк задёргался в манипуляторах поймавшего его бота, но Проул остался к этому безразличен.              — Отпусти! — мелкий мех укусил его за пальцы.              Спарк определённо не хотел, чтобы его удерживали. Как бы там ни было, что бы не представляла из себя Рефлект и какими бы исследованиями она не занималась, а её подопечные питали к неё глубокую привязанность. Поведение крохотного меха подтверждало это. Мех тёмно-вишнёвого цвета, пойманный Сайдсвайпом, вяло повёл плечевыми сегментами, когда манипуляторы бота сжались, но скинуть их не пытался. Тут явно происходили те ещё разборки, он услышал много лишнего, но он не хотел, чтобы на него кто-либо обозлился. Ему не нравилось происходящее, Тотрэй привык к обитателям Вестника, но частью его экипажа не являлся, и, возможно, это поможет ему, когда всё закончится. В конце-концов, он был всего лишь мнемохирургом, который пропустил большую часть этой войны.              Рефлект же, в это самое время пятящаяся от Айронхайда, сделала едва заметный жест манипулятором, и Райпер резко ударил удерживающего его формера затылком в фейсплейт. Медик, до того представлявший собой образец спокойствия и сдержанности, не собирался бросать командира и друга один на один за противником, и должен был предпринять хоть что-то.              Где-то в другой части корабля грохнул взрыв. Меха переглянулись между собой, обеспокоенные шумом. Да и вырывающиееся коны их особо не успокаивали. Как и вспыливший после удара врекер.              — Ах, вот значит как ты решил поиграть?! Думаешь, я тебя отпущу? — голубой бот захихикал и сильнее сжал манипуляторы кона своими клешнями.              Райпер предпочёл промолчать. Десептикон не видел причин сейчас отвечать, это было бы бессмысленно — намерение противника медик понимал прекрасно, но если он будет дёргаться, — он лишь сильнее травмирует кисти, что определённо не является плюсом. Так что он поступил иначе. Конструкция собственного корпуса наделила формера не только большой скоростью и манёвренностью, но и довольно сильными серво. Звероподобные серво согнули, отталкиваясь от пола, и всем весом упали на более крупного вертолёта, не забыв активировать лезвия на манипуляторах.              — Вирль, осторожнее, — недовольно пробурчал Проул. Не хватало ещё продолжения драки возле него. После этого мех развернулся и пошел дальше по коридору, оставляя компанию разбираться с их заданием. — Вы знаете, что делать дальше.              Его уход никак не прокомментировали, что было, возможно, несколько странно. Да, конечно же, кто-то из алозначных кивнул ему, кто-то задумчиво что-то пробурчал, только вот оба представителя фиолетовой инсигнии молчали, никак не оценивая его уход. Им было не до этого, у медика и эмпата было достаточно проблем, а вот то, что спарк в его манипуляторах начинал плакать… пока что тактик игнорировал это. Этот комочек металла был слишком полезен в перспективе, чтобы оставлять его десептиконам, так что Саундбластер не сможет убежать, как бы не вырывался из удерживающих его конечностей. Автобот с единственным целым окуляром целенаправленно торопился в сторону шума, зная, что где-то в той стороне находится Смоукскрин. В этот раз он не оставит спарка наедине с врагами, нет. В этот раз Проул должен успеть помочь ему. Да и, пусть он в основном выполнял функции тактика, он так же был воином и мог постоять за себя и своих близких.              

***

             Рикошет абсолютно точно не ожидал, что в какой-то момент от диалога с Твин Редом его отвлечёт вспышка острой боли в районе камеры искры. Острая и жгучая, она пронзила само его существо, вгрызлась в искру так, словно оборвались очень важные нити, а часть его «Я» ухнула в бездну колодца Всех Искр.              Только что кто-то посмел навредить искре его брата. Джаз был жив, но определенно — повреждён.              Лёгкий колёсный наёмник с опаской и лёгкой долей любопытства в ясной оптике наблюдал за тем, как его скрутило, но не вмешивался, давай дуаботу немного отойти и прийти в себя, очухаться, так сказать.              — Ты в порядке? Что-то произошло? — наконец спросил мех, когда Рикошет выпрямился.              — Помнишь я упоминал своих братьев, что вечно влипают в истории? Вот один продолжает сильнее запутываться.              — И нет никаких шансов его вытащить? Судя по всему, ему там как-то совсем нехорошо, — двухколёсный криво улыбнулся.              — Я могу попытаться, но не уверен что все пройдет достаточно хорошо и не станет ещё хуже.              — Я могу помочь, — предложил Твин Ред и улыбнулся, куда более открыто. — Абсолютно бесплатно, чисто ради того, чтобы ты не помер из-за состояния твоего брата. Где ещё я найду себе компанию?              Рикошет только усмехнулся в ответ на слова формера. Определенно, знакомства бывают разными, и некоторые из них — полезными. Вот и сейчас он обрел себе неожиданно полезного компаньона, который заскучал настолько, что готов оказать свою помощь абсолютно бесплатно. Пожалуй, это было даже несколько… иронично. Только вот соглашаться так быстро не стоило.              Дуабот стравил пар, фыркнул, после чего изрёк:              — Посмотрим.              

***

             Когда мех добрался до места чужого боя, спарклет уже затих и разве что всхлипывал, царапая его броню. Малыш не понимал, почему его забрали от «создателя», но сейчас ему не было до этого дела. Прямо перед тактическим советником находились две фигуры, одна из которых принадлежала его собственному спарку, а другая — врагу, при всём при этом, — успешно отбивающемуся врагу.              В отличии от большей части команды Рефлект — Асаш был именно бойцом, и бойцом хорошим — не стесняющимся использовать все свои навыки в бою. Только этим Праул мог объяснить покрывающую обоих формеров копоть после взрыва взрывчатки, заставившей стену корабля треснуть в нескольких местах. Один из манипулятор кона висел плетью, — пережжённые шарниры говорили сами за себя, а Смоукскрин прихрамывал на правое серво. При этом наёмник довольно успешно отбивался от выстрелов вторым манипулятором, трансформированным в клинок, и не давал Смоуку приблизиться к себе слишком близко. На поле битвы этих двоих сложилось шаткое равновесие. Только вот Проула оно совершенно не устраивало. Но перед тем как кидаться в бой нужно было позаботиться о спарке в его манипуляторах.              На шейную проводку спарка легонько надавили, чтобы он уснул, и раздвинули часть пластин грудной брони, чтобы спрятать кроху в образовавшуюся нишу. Теперь то можно было меньше беспокоиться о безопасности беты, ибо причинить себе действительного вреда он не позволит, да и область была весьма прочно защищена. Броня щёлкнула и из спины отделились пластины, занимая места по бокам от шлема установки с ракетами. Когда кон заметил нового участника схватки, было уже слишком поздно. Проул успел выстрелить. Всё-таки Автоботы не собирались терять полученное преимущество.              Смоукскрин мгновенно подлетел к ошарашенному меху, нанося череду быстрых и сильных ударов по слабым узлам корпуса. Избиваемый мех слабо зарычал, вцепившись когтями целого манипулятора в и без того повреждённое серво бота и резко потянул его на себя. И тут уже подоспел Проул, хватая кона за целый манипулятор сзади и принимаясь заламывать его. Он не собирался стоять в сторонке и наблюдать. Асаш рычал, дёргаясь и всячески сопротивляясь. Да, он не чувствовал одного манипулятора от боли, был всё ещё ошеломлён после взрыва, но в нём хватало упрямство и ярости, чтобы продолжать дёргаться с достаточной силой, чтобы тактику было сложно его удерживать.              — Вот же верткая сволочь! — разозлившись рявкнул Смоукскрин, из разодранного серво которого тек энергон.              — Не лезь на рожон, — предупредил тактик, но спорить с утверждением младшего меха не стал.              В конце-концов, пойманный в «объятия» автобота кон дёрнулся особенно сильно, после чего затих, понимая бессмысленность дрыганий — он не выберется из этого положения, лишь израсходует силы. Теперь формер разве что рычал, готовый вгрызться уже клыками в чужой корпус.              — Если вы что-то сделали с командой, я перебью вас всех — осмысленности в алой оптики не было. Она почему-то поблекла, да и звучали слова Асаша не как у меха, которого вот-вот убьют.              — Зависит от того что ты под этим подразумеваешь. Но, мы здесь не передать привет и мило побеседовать, как ты мог бы заметить, — Проул прищурился.              — О, я заметил — мех захихикал. — Но, подумай сам, почему Вестник зовётся разумным кораблём? — маньяк оскалился, после чего сам дал ответ на собственный вопрос. — Ему не всегда нужны приказы. Да и вы какие-то тормоза.              — Мне это известно. Но тем не менее этот ваш разумный корабль не додумался предупредить вас о вторжении чужаков. Ни в первый, ни во второй раз.              — О, не я разрабатывал эту программу, так что тут все вопросы к Рефлект и Тефану, что они там накосячили при его создании, — мех хихикнул. — А вы, похоже, всё-таки пришли поболтать — от ехидства Асаш не удержался.              — Именно так, — к удивлению кона произнес тактик. Он ведь пришел сюда не за дракой.              — Тогда я не понимаю, к чему весь этот фарс — прозвучало неожиданно спокойно. — Чего вы ожидали добиться, придя сюда, тактик? Паники, оправданий, униженности? Хотели причинить другим боль? — в оптике вновь появлялись огоньки осмысленности. — Вы хотите нас заставить почувствовать вину, что мы не оправдали ваших надежд. Только вот вы забываете, что если бы не вы, нас бы вообще не увязали в эту войну, мы бы спокойно жили, или уже гнили в земле, как бы там ни было. То, что сейчас высказываете нам — не несёт эмоциональной окраски, вы не достучитесь. Рефлект приняла присягу знаку из-за боли, которую вы причинили ей, а я лишь поддержал командира. Остальные вам не сделали ничего, как и вашему окружению. Или вы это оспорите? Уверен, что нет. То, что вы сейчас делаете на корабле, — это спектакль для успокоения остатков вашей собственной совести, вы избавляетесь от нас, потому что не можете добраться до верхушки. И это глупо, но, знаете? Ход это крайне глупый, потому что чтобы вы не сделали с командой сейчас, мы снова вернёмся и хрен вы нас потом сотрёте.              Кон замолчал, а после — вновь начал хихикать. Его вновь перекинуло в маньяка, в этот раз — явно надолго.              Нужно было здесь заканчивать.              — Ты так об этом говоришь будто бы считаешь самым умным здесь. Но знаешь, это не так — целый манипулятор сжали сильнее и потянули — Все решения которые я принимаю я принимаю не для себя, а для своего знака.              — Врёшь, — хмыкнул мех. — Ведь выдери я искру тогда твоему спарку, ты бы думал сначала о себе, а не о своём знаке. Тогда ты очень быстро к нам примчался, — скалящий зубы мех больше не хихикал, но ухмылялся. — А представь, как больно сейчас твоему брату. Уверен, Бэррикейду есть, что из него вытащить…              Монолог прервался хрустом сломанной конечности, а после мех захрипел, когда его хорошенько приложили шлемом о пол, после чего сжали шею и резко дёрнули в бок, поворачивая шлем. Проул не собирался более любезничать с этим коном.              — Пойдем, Смоукскрин.              Спарк в сердцах пнул корпус меха, всё ещё живого, но со свернутой шеей.              — Почему я не могу его добить? — прозвучало с долей непонимания в голосе. Похоже, он хотел, чтобы этот кон умер окончательно.              Только вот сейчас было не время. Проул увидел полупрозрачную фигуру фантома.              — Вы снова здесь, тактический советник — Вест не шевелился.              Точнее, не шевелился его фантом, привлекающий к себе внимание бота. Окружающее пространство пришло в движение, что-то затрещало, а после тактик услышал короткий выкрик, заставивший покоситься. Смоукскрина опутало кабелями — манипуляторы, серво, грудную броню, — и подняло вверх, а остальные провода уже опутывали серво Проула.              — Вам не место здесь. И у вас есть то, что вам не принадлежит — добавил фантом, а кабели прошлись по грудной броне, но это было бессмысленно. Корабль не мог выковырять спарка, которого тактик спрятал.              Зато часть стены корабля пришла в движение. В стене постепенно образовывалась дыра, в которую, судя всего, их сейчас просто вышвырнут. И откровенно говоря Проул не то чтобы был против. Он все равно собирался уходить. Смоукскрина выбросили первым, особенно не церемонясь.              — Верни спарка.              — Нет — уверенно произнес мех.              — Хорошо. Тогда не смей ему вредить.              Всё же, корабль понимал, что вытащить спарка не сможет. Проула подтащили к дыре в стене и просто… выбросили наружу. Приземление оказалось мягким, всё-таки вышвырнули его не особо сильно, явно не стремясь навредить. Однако сейчас Проул должен был помочь своему спарку и формерам, которых Вестник вышвырнул со своего борта, стоило показателям команды упасть ниже нормы. А заодно он мог наблюдать как Корабль поднимается в воздух и через клик исчезает в космосе. Кажется, эту команду он увидит ещё не скоро. Если увидит вообще.              Проул провентилировал. По крайней мере, больше ему не помешает эта команда, точно не в ближайшее время. Мех приблизился к своему спарку, валяющемуся на земле, и склонился над его корпусом, протягивая манипулятор.              — Как ты, Смоуки? — сейчас, когда рядом не было никого другого, он мог обратиться к бете с лаской, без опаски, что кто-то узнает о его слабости.              — Если забыть про боль серво и падение, я в полном порядке, — колёсный улыбнулся.              — Ничего, медики тебя подлатают, — Проул кивнул, после чего помог спарку подняться, и перекинул один из манипуляторов меньшего формера через плечо, так что Смоукскрин частично на нём повис, чтобы меньше травмировать свободную конечность. — В любом случае, сейчас нам пора возвращаться.              — А о чём трындела эта программа? Что ты у них забрал? — уточнил мех.              — Спарка. Нечего мелочи делать у конов — Проул хмыкнул.              — Хм. Разве у них не две малявки? — Смоук нахмурился. — И да. Ты действительно думаешь, что спарк будет смирно себя вести?              Пожалуй, Смоукскрин был сильно озадачен.              — Я видел только одного. И даже если спарк будет ворчать, это куда лучше чем быть деактивированным.              — Ты деактивировал бы бету? — Смоукскрин вздрогнул и странно на него посмотрел.              — Нет. Я не допустил бы подобного, потому и забрал спарка. — тактик вздохнул              — Ладно. Я тебя понял, — молодой мех стравил пар. — Возможно, ты и прав, ему будет лучше, если он будет как можно дальше от Вестника. К слову. Ты знаешь того меха, которого поймал Сайдсвайп?              — Не знаю. Но думаю стоит прогнать его по базам данным.              Смоукскрин разве что кивнул. С этими словами своего создателя он не был намерен спорить.