XCOM: Чрезвычайный протокол АИД

Пролог: Человек за решеткой

***

      Секретная тюрьма ЦРУ «Грей», Колорадо, США       Уровень безопасности в этом комплексе был намного ниже, чем того ожидал Патрик Раш.       Хотя стоило отдать должное, в этом месте было всё же значительное количество охраны и персонала: солдаты у каждой двери, периодические проверки личности на всех главных перекрестках и на входе в камеры. Наисовременнейшие системы безопасности, вероятно, были основаны на экспериментальных технологиях, о которых Патрик никогда и не слышал.       И все эти защитные меры казались недостаточно строгими для того, чтобы содержать самого ненавистного военного преступника современности — Командира, чье прозвище вызывает ярость, страх или опасение в каждом. К концу войны Халифат, должно быть, воспринимал его как некоего демона, в то время как остальной мир смотрел на него как на психопата. Любой человек, чьи действия заставляли директора ЦРУ задуматься об их чрезмерной жестокости, был тем, с кем Патрик не стал бы пересекаться.       И всё же он здесь.       Совет так и не объяснил, почему Командир был назначен главой XCOM, но нетрудно было догадаться: несмотря на свою ужасную репутацию, тот без всяких сомнений был одним из самых эффективных и нестандартных военных стратегов современности. В конце концов, над ним даже не смогли взять вверх: Командир сам сдался ООН.       Патрик был обеспокоен тем, что такая печально известная тактика понадобится Совету в будущем. Хотя стоило признать, что он также и понятия не имел о том, что пригодится в грядущем конфликте. Но всё же, думал Раш, должен ведь быть кто-то, к кому Совет мог обратиться: Ван Доорн например — полный набор умений Командира за минусом аморальности.       Но для Совета Патрик был всего лишь посыльным без права голоса.       Представитель ООН готов был поставить свою солидную зарплату на то, что назначить Командира главным в самом элитном отряде на планете — плохая идея. Он, конечно же, озвучивал свои предостерегающие мысли Совету, но в конечном итоге был проигнорирован.       Наконец мужчина остановился у охраняемой панельной двери. В ослепительно белом коридоре её серый цвет сразу же бросался в глаза. Камеры наблюдения, каждая из четырех в этом коридоре, были направлены как раз на неё.       «Приложите ладонь к сканеру», — велел охранник. — «И смотрите в красный датчик».       Отпечатки пальцев и сканеры сетчатки — стандартный набор для подобного места. Патрик искренне надеялся, что сейчас не будет никаких проблем с безопасностью, так как времени было в обрез. К счастью, сканер издал утвердительный писк, загорелась зеленая лампочка, и панель со свистом отодвинулась, открыв проход дальше.       «Удачи», — бросил сотрудник охраны. — «Осторожно, он горазд поболтать».       Патрик не припоминал отметок об общительности Командира в его досье, но всё равно принял это к сведению. Тем более это было логично: годы одиночного заключения многих заставят тянуться к социуму... ну либо окажут резко противоположный эффект, тут одно из двух. Быстро кивнув, посетитель вошел в камеру.       Название «камера» по отношению к этому месту было одним из самых неточных слов, которые только можно было подобрать. Патрик мог поклясться, что можно без труда найти самые настоящие поместья с куда меньшей роскошью внутри: на входе находилась небольшая жилая комната с удобными пуфиками и белым плиточным полом, а чуть поодаль виднелась кухня, обставленная по последнему писку моды, конечно же. Главным украшением комнаты были панорамные окна с прекрасным видом на горы. — «Да за такой вид многие и убить готовы!»       Посетитель сразу же почувствовал стойкое отвращение. — «На свете так много людей, заслуживающих эту роскошь, а её выделили человеку, убивавшему женщин и детей в угоду своей сумасшедшей стратегии психологической войны. Неважно, что это всё еще тюрьма, этот тип не заслуживает такого содержания».       «Вот что различает нас: мы относимся к заключенным как к Людям». — вспомнилось высказывание какого-то политика.       Мужчина глубоко вздохнул. Понять такие мысли было возможно, но вот соглашаться с ними — это уже совсем другой вопрос.       По телевизору в комнате шла какая-то игра, и Патрик нашел Командира неподалеку, сидящим на диване и с улыбкой рассматривающим гостя.       «Командир во плоти...»              Посол Совета про себя отметил, что совсем не этого ожидал увидеть, хотя человек перед ним и подходил под описание: лет сорока, черные волосы, хорошо сложен (вероятно, держал себя на пике своей формы), бледная кожа c небольшими шрамами на лице и, конечно, холодные и расчетливые карие глаза. Его улыбка чуть контрастировала с ними.       — Ну и кто вы? — поинтересовался мужчина у телевизора. Командир вовсе не выглядел готовым к чему-нибудь серьезному: носки, шорты и щетина на лице смотрелись так, будто он только что выкатился с кровати и ничего пока что не делал. Вероятно так оно и было, в конце концов гостей ему обычно ждать не приходится. — «Да, непохоже на знаменитого Командира... хотя чего я ожидал? Что он будет щеголять в костюме спецназа?»       Посетитель прочистил горло и заявил: — Меня зовут Патрик Раш. У меня к вам сообщение от Совета Наций, отдела ООН.       Командир выглядел несколько удивленным.       — Да неужели? — проронил заключённый. Голос был под стать ему самому: глубокий и даже мягкий, но при этом повысь он тон, и будет уже звучать как сталь. — Меня наконец собрались казнить?       Патрик поджал губы. — Хотя вы этого и заслуживаете, но нет, не сегодня.       — Тогда что? — мужчина прижался спиной к дивану. — Сомневаюсь, что меня выпустят за хорошее поведение. Им от меня что-то нужно, не так ли?       — Можно и так сказать, — Патрик приподнял свой кейс. — Но сперва... полагаю, у вас есть ко мне и другие вопросы. Я отвечу на те, что смогу.       — Хорошо, присаживайтесь, — Командир придвинул стол поближе к дивану, в то время как на фоне работал ТВ. Посмотрев в экран пару секунд, посетитель заметно удивился.       — Супер Кубок 2014, — протянул он. — Зачем…       — …я смотрю игру годовой давности? — мужчина мрачно улыбнулся. — Тюремные правила. Вероятно, чтобы оградить меня от внешнего мира. Никаких новостей, но подобные развлечения разрешены… правда, не менее годовой давности во избежание утечек информации.       Это имело смысл, но останавливаться на этом они не стали.        — Так этот Совет, — задумчиво протянул Командир, — стандартный состав?       — Шестнадцать стран, — сразу же ответил Патрик, — и да, США, Россия, Великобритания, Китай и Канада включены.       — Как я и ожидал, — кивнул заключенный. — Настоящая власть за бесполезным маскарадом.       «Сильное презрение к ООН», — вспомнилась фраза из досье.        — Этот бесполезный маскарад — причина, по которой вы сейчас за решеткой.       — Я за решеткой потому, что допустил ошибку и сдался властям, — холодно процедил Командир, скрестив руки на груди. — Я заключил с ними сделку. А они её нарушили. Если и отметить хоть кого-то за заслуги в моей поимке, так это ЦРУ и ФБР. ООН, конечно же, приписала эту заслугу себе, но по факту была не при делах.       — Вам повезло, что вас помиловали, — прокомментировал Патрик.       — Я думал меня казнят. И соответствующая церемония даже была. Стоит признать, было крайне болезненно... — с кивком ответил мужчина. — Но представьте себе, как я удивился, очнувшись в итоге здесь.       В комнате повисла напряженная пауза.       — Я вам не нравлюсь, не так ли? — голос Командира не выдавал никаких эмоций. — Меня это не задевает. И я бы себя презирал на вашем месте.       Патрик помешкал перед тем, как ответить. — Могу я задать вам один вопрос перед тем, как мы начнем обсуждать причину моего прибытия?       — Конечно.       — Вы жалеете о своих поступках?       — Нет.       Мгновенный ответ застал представителя ООН врасплох.        — Нет?       — Нет.       — Но… почему? Даже с учётом всех последствий?       Командир пожал плечами. — Я преуспел.       — Я читал о количестве жертв…       — На самом деле их число даже больше, чем в официальных рапортах.       — А взрыв Мекки?!       — Сделал, что должно.       — А приговоры людей к распятию?!       Командир вздохнул. — Чего вы хотите добиться, мистер Раш? Уличить меня в том, что я ужасный человек? Поверьте мне, я знаю это. Да, каждое мое действие запятнало мою репутацию. Эти поступки не приносили мне удовольствия, но были наиболее эффективными в свержении Халифата. Сегодня он в руинах, и, насколько я осведомлен, на планете процветает мир. Не слишком ли высока цена? — пожал плечами он, — Я считаю, что нет, хотя сомневаюсь, что большинство меня поддержит.       Они сидели в тишине в течение нескольких секунд.       — Итак, — наконец прервал её Командир, — что же такого произошло, что я понадобился ООН?       Патрик вздохнул. — У нас есть подтвержденные сведения о существовании внеземной жизни. В небе видели НЛО. Людей тайно похищают. Мы столкнулись с возможным вторжением пришельцев.       Такие новости вмиг заставили Командира выпрямиться и внимательно слушать. — Было ли прямое столкновение?       — Столкновение? — посол вспомнил о «Первом Контакте». — Население небольшого города во Флориде полностью исчезло. Никаких следов. Армия США в настоящее время заблокировала зону и изучает найденные устройства пришельцев. — Он открыл кейс и передал Командиру фотографии небольшой, продвинутой на вид капсулы. Обтекаемой формы, в ней были небольшие отверстия, отдающие зеленым цветом некой субстанции внеземного происхождения.       Командир внимательно рассмотрел фотографии. — Полагаю, записи систем наблюдения отсутствуют?       Патрик достал ещё одно фото из папки. — К сожалению, все электронные устройства были уничтожены пришельцами, однако это фото было сделано человеком за чертой города. Он позвонил в службу спасения, утверждая, что с неба падали метеориты. Только вот…       — Это были не метеориты, а капсулы.       — Возможно, мы точно не знаем.       Командир подумал о возможных последствиях. — Какой огласке был предан этот инцидент? Что предприняла ООН?       — По каким-то причинам пришельцы пока бездействуют, — протянул Раш, — равно как и ООН. Некоторые высказались о необходимости предпринять переговоры с инопланетянами, но в общем и целом моё начальство в тупике, а информация об этом инциденте скрывается.       — И они создали Совет, чтобы по-тихому справиться с ситуацией? — предположил его собеседник.       — Нет, — Патрик отрицательно покачал головой. — Совет существовал десятилетиями, разрешая те вопросы, перед которыми главный орган ООН был бессилен. Я полагаю, когда вы были в ЦРУ, вам был открыт доступ к некоторой секретной информации. Все, что известно о внеземной жизни, также хранится сейчас там. Они подготовились к такому развитию событий.       — Как?       — Слышали ли вы о проекте XCOM?       Командир задумался. — Однажды видел название, но понятия не имел, как оно расшифровывается.       — Боевое Подразделение по борьбе с Внеземными Угрозами было создано с целью защиты Земли от возможного вторжения пришельцев. Проект находился в замороженном состоянии годами, но ввиду недавнего инцидента был оперативно активирован. Им не хватает только главного — командира.       Заключенный быстро смекнул, что к чему, но всё равно был удивлен.        — Меня? — скептически переспросил он. — Из всех военных стратегов в мире они решили выбрать того, кто нарушил каждое чёртово правило ведения войны? Того, на кого они публично объявили охоту, и у кого есть все причины их ненавидеть?       В ответ посол просто пожал плечами. — Я не согласен с этим выбором, но всё же вы неоспоримо эффективны, Командир, и умеете добиваться поставленных целей. Если ваше досье верно, то вы готовы отбросить свои личные чувства ради высшего блага. В конце концов, вы просто можете задать этот вопрос им лично, так как они будут на связи.       — Что ж… — протянул он, — От такого я уж точно не откажусь. Если они хотят, чтобы я возглавил XCOM, то я сделаю это.       — Превосходно, — сказал Патрик, поднимаясь на ноги, — Вас уже ожидает транспорт в Штаб-квартиру XCOM. Только что произошел ещё один инцидент, с городом пропала связь. Готовится самая первая боевая операция, и вы сможете наблюдать за ней в режиме реального времени.       — С радостью, — Командир аналогично поднялся. — Вы летите со мной?       — Нет, я нужен Совету для других дел. Полагаю, мы ещё встретимся.       Недавний заключенный внезапно спросил. — Как много людей знают обо мне?       Представитель ООН чуть выждал перед тем, как дать свой ответ. — Никто. Никто, кроме Совета. На базе знают лишь то, что вы были одним из приближенных Командира, одним из его ближайших соратников. Это может выступить адекватным оправданием некоторым сомнительным решениям с вашей стороны... но не забывайте, что у всего есть предел, в том числе и у терпения Совета Наций.       — Безусловно, — пообещал Командир. — Я не собираюсь раскрывать свою личность. Это, очевидно, вызовет проблемы.       Патрик ухмыльнулся. — Это еще мягко сказано.       Новоявленный глава XCOM размял плечи. — Ну что ж, прошу передать этому Совету мою благодарность. У нас наверняка возникнут определённые разногласия, но я намерен бороться с новым противником столь же яростно, как и против Халифата. Они не будут разочарованы.       — Вас отведут на крышу, — подытожил Патрик. — Vigilo Confido.       — Что, простите?       — Девиз XCOM, — разъяснил он, — Всегда бдительны. Всегда надежны.       — А подходит, — протянул командующий, взглянув на себя в зеркало. — Полагаю, стоит переодеться во что-нибудь более подобающее случаю. Не хочу показываться в штабе в таком виде.       Патрик едва не расплылся в улыбке, представив своего собеседника стоящим перед отрядом солдат в футболке да шортах. — Не могу не согласиться.       — До встречи, — Командир исполнил воинское приветствие: то самое, которое он, предположительно, использовал со своими войсками — кулак, приложенный к сердцу.       Патрик просто кивнул перед тем, как развернуться и отправиться восвояси.

***

      Недавний заключенный вдохнул прохладный горный воздух полной грудью и улыбнулся. Несмотря на все обстоятельства, он был счастлив покинуть свою клетку. Неважно, насколько комфортабельной та была, это всё еще была тюремная камера, а теперь те самые люди, которые его заперли, нуждались в его помощи. Среди причин для столь необычного, комфортабельного заточения глава XCOM мог представить сразу несколько, но самой очевидной было осознание ООН того, что он ещё может когда-нибудь пригодится им. Командир также знал о пришельцах несколько больше, чем выдавал ранее: несмотря на то, что большая часть информации об инциденте «Изгой» была скрыта и зашифрована, но о самом факте этого события, учитывая его высокий уровень допуска в ЦРУ, ему было известно.       «И всё же... как только ситуация наладится, меня тут же вновь упекут за решетку…. Нет. Не думай об этом. Сначала расправься с внеземной угрозой, а уже после думай о том, как быть с ООН».       Командир готов был отложить свои разногласия и продуктивно работать с этим Советом, вот только сомневался, что те ответят взаимностью.       «Хотя с другой стороны, может они и удивят меня. Ведь всё-таки обратились именно ко мне, хотя особых предпосылок в общем-то не было. Либо же им известно несколько больше, чем этому Патрику».       Крыша здания была почти пустой, за исключением необычного самолета и его пилота. Упомянутый транспорт выглядел необычно: несколько меньше типичных и со странными двигателями под каждым крылом. — «Возможно, для вертикального взлета? Если так, то впечатляюще. Военная техника серьезно продвинулась за эти годы. Или, быть может, у XCOM был доступ к передовым технологиям. Скорее всего второе».       Ожидавший его пилот был одет в стандартный летный костюм и шлем. Когда он увидел Командира, то тут же выпрямился и исполнил воинское приветствие.       — Командир! — громко воскликнул он.       — Вольно, — автоматически ответил глава XCOM, и пилот тут же расслабился, в то время как его новый начальник оценивающе оглядывал транспорт. — Я никогда такого не видел. Что-то новое или особые технологии XCOM?       Пилот похлопал по корпусу. — Технологии XCOM, командир. Рейнджер вышел из стадии прототипа в прошлом году.       — Транспорт для солдат, я так полагаю?       — Верно, командир. Рассчитанный на небольшие ударные группы, Рейнджер способен достичь любой точки Земли не более, чем за шесть часов.       Глава XCOM одобрительно кивнул. — Впечатляюще. Как тебя зовут, пилот?       — Джейсон Ольгард. Позывной «Большое Небо».       Командующий протянул руку. — Приятно познакомиться.       — Взаимно, командир, — с энтузиазмом ответил пилот и принял предложенное рукопожатие.       Глава XCOM подошел ко входу в Рейнджер. — Меня проинформировали о том, что боевая операция уже началась. Нам следует направиться в Штаб-квартиру XCOM как можно скорее.       — Слушаюсь.        Трап, ведущий внутрь, с шипением опустился, и оба человека зашли внутрь. Командир занял одно из шести свободных мест и пристегнулся. Джейсон передал ему планшет и наушники.        — Вы сможете получить доступ к камерам, которыми оборудованы костюмы каждого бойца, и отдавать приказы, если пожелаете, — объяснил пилот, — но Совет оставил для вас сообщение, вам следует на него взглянуть. Мы взлетим в течение пяти минут и через час прибудем в Штаб.       Командир кивнул. — Спасибо, Джейсон.       Когда пилот ушел, глава XCOM включил планшет, и на экране отобразилось то самое сообщение от Совета: на видео был силуэт лысого мужчины, сидящего за столом, освещенным тусклым голубым светом. Его лицо было скрыто в тени, а голос был, похоже, частично синтезирован.       «Приветствую, командир.       В свете недавних событий, этот Совет Наций был созван для одобрения активации проекта XCOM. Вы были избраны для того, чтобы возглавить эту инициативу и следить за нашей первой и последней линией обороны. Ваши действия окажут серьезное влияние на будущее этой планеты. Мы настоятельно призываем не забывать об этом.       Удачи, командир».       Покончив с этим коротким приветствием, глава XCOM закрыл видео и переключился на вкладку связи с мобильной группой. На экране сразу же отобразились трансляции с нательных камер бойцов.       «Пора начинать. Мир сам себя не спасет».