Проклятье лунного рода

Юноши с удивлением проводили девочек взглядом. На душе у каждого из них стало тоскливо и одиноко, словно уйдя малышки унесли и причину для радости. — Всё-таки эти луняне очень странные люди, — пробормотал Кунцит, и из его рук исчез меч, который он до сих пор сжимал. Вдруг что-то блеснуло на траве и он, склонившись, поднял небольшой локон, сиявший, словно чистое золото. Поняв, что в пылу схватки прядь Минории попала под меч, юноша вздрогнул, представив, что мог бы и серьёзно поранить девочку. Сам не понимая зачем, он достал платок, и завернув в него золотые нити, убрал в карман. — Среди них была только одна лунянка, — автоматически исправил его Жадеит. — Реяна — марсианка. — А моя собеседница тогда откуда? — поинтересовался Цоизит — Амелия — меркурианка, — ответил юноша, — Минория — венерианка, Литавра — юпитерианка, а Серенити — лунянка. Нефрит улыбнулся, глядя на Зоя. — Что-то я не заметил, что вы особо много разговаривали, — синие глаза лучились весельем. — Да ты не переживай, мы ещё встретимся с ними. — А ты откуда знаешь? — готовый вспылить Цоизит, услышав такое, даже забыл о гневе. — Мне это тоже интересно, — присоединился к разговору принц, явно повеселевший от слов друга. — Всему своё время, — ушёл от ответа юноша, — придётся потерпеть. Жадеит пристально взглянул на него, будто о чём-то догадывался. — А меня больше всего поразило не то, кто они, — проговорил Кунцит, разглядывая парящую жемчужину Земли в небе, — и так было понятно, что девочки из знатных. Удивила их реакция на появившуюся гувернантку. — Ты прав, — задумался и Эндимион. — Кто же они в самом деле такие?! — Судя по-всему об этом мы вряд ли узнаем, — сделал вывод Жадеит, — по крайней мере в этот раз. — Ты так говоришь, будто это были наследные принцессы Серебряного Альянса, — усмехнулся Цоизит, — которых берегут, как зеницу ока, не разглашая даже их имён. — Ну ты скажешь, — рассмеялся принц. — Да их, наверное, боятся и за порог дворца выпустить, даже под присмотром кучи слуг, а то ещё поранят изнеженные ручки или потеряются. — Сочувствую я тем, кому суждено жениться на них, — улыбнулся Кунцит. — Прожить всю жизнь рядом с такой женщиной — это слишком жестокое наказание. — А если твой король, — Нефрит кивнул на принца, — прикажет ради политического благосостояния между планетами? — Я что враг собственным друзьям? — нахмурился Эндмион. — Да не переживайте вы так, — насмешливо оглядел их Жадеит. — Жениться на особе такого высокого положения не светит даже нашему принцу, не говоря уже о нас, к тому же на этих планетах запрещены браки с землянами, и я говорю сейчас о простых девушках. Друзья с недоверием слушали его, хотя знали, что он прав. — Что уж говорить об особах более высокого социального уровня, — продолжал пояснять лорд. — Даже если вы полюбите друг друга, никто не допустит ваших отношений. Принцессы вообще являются хранительницами планет, а это значит, что они привязаны к ним, и никакие чувства тут не помогут. Всё объяснив, Жадеит перевёл взгляд на окружающую их сказочную красоту, которая сейчас ему показалась золотой клеткой для этих несчастных принцесс, о которых он говорил. Вспомнилась радостная улыбка Реяны, когда она слушала его. Пришло в голову, что и её могут также сделать разменной монетой в борьбе за влияние и власть. Сжав зубы, он пообещал себе, что найдёт способ уберечь девочку от такой судьбы. — Мне даже жалко их стало, — вдруг пробормотал Цоизит. — Живёшь всю жизнь по указке, придёт время выдадут замуж за того, кого подберут, и даже если тебя будет воротить от супруга, придётся терпеть, потому что трону нужны наследники. Внезапно ему на миг представилось, что Амелию выдадут замуж так же. Как бездонные синие глаза наполняются отчаянием, а слезы текут по мраморным щекам. Неистовый гнев захватил его, а сердце пронзила боль. Юноша сжал кулаки, понимая одно: он сделает всё, но не даст, чтобы эта малышка страдала. Слова Жадеита и Цоизита не шли из головы и у Эндимиона, и у Кунцита. Первый даже представить себе не мог без содрогания, через что придётся пройти Серенити в будущем, осознавая на сколько тонка её душа, отражавшаяся в удивительных васильковых глазах, с бесконечной добротой смотрящих на него. Принц знал, что не сможет допустить, чтобы свет в этих глазах погас. Второму же хотелось уже сейчас схватить в охапку Минорию и спрятать подальше от всех этих похотливых стариков, в руках которых было и богатство, и власть. И которые ничего не пожалеют, лишь бы захватить такое сокровище, коим без сомнения она являлась. Нефрит молча наблюдал за товарищами, понимая о чём они сейчас думают. Об этом думал и он. Юноша знал, что полюбить никого другого они уже не смогут, и от этого становилось ещё тяжелее, ведь чтобы быть вместе им придётся пройти через многие страдания. За такую возможность Судьба возьмёт дорого, вот только смогут ли они оплатить эту цену? Или им всё же придётся смотреть, как вторая половинка будет вынуждена связать свою судьбу с чужим человеком? От этих размышлений сердце разрывалось на части. Поэтому Нефрит и не стал говорить друзьям о том, кого они на самом деле встретили. А ещё он чувствовал: пока не время.