Проклятье лунного рода

Золотистые лучи рассветного солнца медленно растекались по светлеющему небу сменяя свой цвет на кроваво-алый. Витавший в воздухе аромат полевых цветов вдруг сменился на насыщенный запах крови, оставляя на языке металлический привкус. Взволнованно оглядевшись, Серенити поняла, что кроме неё в этом мире никого больше нет. От этого на сердце стало тяжело. «Эндимион, девочки, где же они? — неуёмно стучало в висках. — Вдруг с ними случилось что-то плохое?» Высокая густая трава не давала принцессе ускорить шаг, заставляя её медленно плестись среди пустынного поля. — Эй, есть здесь кто-нибудь?! — порывисто крикнула она. — Кто-нибудь… Кто-нибудь… Кто-нибудь… — раздалось со всех сторон эхо, будто вокруг находились горы. — Что за странное место? — чуть слышно размышляла про себя Серенити, когда вдруг услышала шорох шагов. Порывисто обернувшись, она заметила странное тёмное очертание, стоящее перед ней. Оно походило на человеческую тень. Юной хранительнице стало не по себе. — Рад встретиться с тобой, будущая Луна, — послышался заунывный голос, напоминавший шелест ржавых осенних листьев. — Лишь благодаря твоему рождению я пробудился. В качестве признательности, я решил сделать тебе одно щедрое предложение. Онемевшая от изумления девушка не сводила глаз с Тени. Она не сразу осознала, что та ждёт от неё какой-то реакции. Принцесса кивнула, давая понять, что внимательно слушает. — Если пойдёшь со мной, и согласишься стать частью меня, я не стану уничтожать Солнечную систему, — сипело древнее зло. — Тебя одной мне будет вполне достаточно, чтобы провести вечность. — Разве можно стать частью того, половиной кого ты не являешься? — задумчиво пробормотала в ответ Серенити. — Ещё до рождения мы с принцем Земли принадлежали друг другу, и я не могу предать наши обеты. Шипящий смех, подхваченный налетевшим ветром, разнёсся по пустырю. Длинные золотистые волосы принцессы и лёгкая белоснежная ткань платья взметнулись под его порывами. — Когда мы объединим наши силы, даже вселенная не сможет нам противостоять, не говоря уже о каком-то хранителе Земли, — Тень замерла. Казалось, что она внимательно разглядывает девушку. — Я даю тебе неделю на размышления, даю возможность спасти тех, кто близок. Резкий порыв ветра бросил ей в лицо волосы, заставляя прикрыть на мгновение глаза… Распахнув их, Серенити обнаружила, что лежит одна посреди огромной кровати. За высокими окнами на тёмно-синем небе загадочно подмигивали звёзды. Среди них плыла жемчужно-белая луна, рассыпая тонкие нити серебристого света. Выбравшись из-под одеяла, принцесса присела на краю постели, и обхватила себя руками. Ей казалось, что ветер из сна выгнал всё тепло из её тела, заполнив холодом безысходности. Слова Тени подобно боли пульсировали в голове. Да, это её рождение привело к возникшей угрозе во вселенной, поэтому в первую очередь она и должна защитить всех, кто населяет её. Но с другой стороны нельзя, чтобы её сила хранительницы досталась этому монстру. Ведь тогда его точно никто и ничто не остановит. — Защитить моих близких… — чуть слышно прошептал юная Хранительница. — Как же мне быть? Звук открывшейся двери заставил девушку вздрогнуть. На пороге, тревожно глядя на неё, возник Эндимион. Полуночно-синие глаза беспокойно скользнули по ней. — Серенити, я почувствовал… Лёгкой тенью принцесса бросилась к нему, ища успокоения в его объятиях. Крепко прижав её к себе, юноша коснулся губами золотистой макушки. Прикрыв глаза, он ощущал, как мечется в поисках ответов на неведомые вопросы его возлюбленная. — Что случилось? — чуть слышный голос принца растворился в ночной тиши. — Поделись со мной, любимая. Лунные лучи забрались через окно в комнату, разгоняя тёмные тени, и окутывая тонкой вуалью серебра обручённых. Серенити подняла грустные васильковые глаза на Эндимиона. — Древнее зло сделало мне предложение, — полушёпотом призналась она. — Чтобы спасти всех вас и Солнечную систему, я должна стать частью Тени. Взгляд юноши потемнел. В его глубине разгоралось яростное пламя гнева. На губах же напротив, заиграла ласковая улыбка. Лишь её близость, и страх напугать девушку, заставляли его сдерживаться. — Ты — свет, самый яркий из всех, которые я когда-либо видел, тебе никогда не стать частью тьмы, — не выпуская её из объятий, выдохнул принц. — Никогда и никому я не дам захватить, и погасить твоё сияние, любимая. Я буду хранить и защищать тебя вечно.