О щенках и маракасах

      — Лэнс, — Кит склоняет голову набок, оценивая новую покупку, и с сомнением бормочет, — ты уверен, что нам это нужно?       — Конечно! — МакКлейн прижимает к груди новенькую рамку для фотографий, и Кит клянется, что кубинец похож на ребенка, который вымаливает родителей оставить подобранного щенка. — Посмотри: она обклеена песком, такой еще нет.       Когане вздыхает, даже не начиная спорить, потому что это бес-по-лез-но, повторяет он себе второй месяц. Когда они приняли решение о переезде, то Кит даже подумать не мог, что в его паре проснется столько энтузиазма, доходящего до привычки нести домой все, что кажется МакКлейну симпатичным. Первым в их однокомнатную квартиру Лэнс внёс упирающегося в его руках Кита.       Лэнс постоянного говорил о том, что по комнате человека можно многое рассказать, и видимо старался сделать все, чтобы каждого из них можно было прочитать даже без встречи. Начал он с безобидного: вафельница была действительно нужной в студенческой жизни парней (на самом деле, это Кит от них без ума, а Лэнс каждое утро делает завтрак и щедро поливает вафли сиропом просто ради того, чтобы видеть, как Когане уплетает все с тарелки без единого слова). А гирлянды по всему дому прибавляли красок в темные вечера, да и вообще, у Кита падало зрение, а света в комнате было слишком мало. Но Лэнс не останавливался, к вафельнице поселилась кофеварка, а по единственной комнате, которая служила и спальней, и гостиной, расселились фотографии, на которых были они. МакКлейн даже умудрился выпросить у Кролии фотографию Кита в детстве, и прямо над комодом на них смотрел пятилетний Когане, в штанишках с подтяжками и игрушечным мечом бегущий за дворовым котом. С каждым днем комнату захламляло, по словам Кита, ненужным мусором, Лэнс же считал, что заставленные сувенирами полки — это неотъемлемая часть их самих.       — У нас нет для нее места, Лэнс, это глупо!       — Но тебе же нравится, — кубинец невозмутимо ставит рамку на стол, нежно смахивает с краев невидимую пыль и глупо улыбается. Удивительно, насколько они разные, Лэнс готов был поспорить на собственную гитару, единственную и неповторимую в его жизни женщину, что если отдать комнату Киту, то он вынесет оттуда все и оставит только плюшевого бегемота. И, чтобы замести любые улики о любви к неповоротливым и мощным животным, бережно спрячет его куда-нибудь под подушку или в дальнюю полку. Лэнс знает, и в комоде специально осталось пустое место.       Кит на этом сдаётся, возвращаясь к конспектам и упорно не замечая, как Лэнс воркует над рамкой, шепчет ей, что вставит туда фотографию, где Ханк и Пидж заставляют Когане сделать хвост, похожий на ананас. Когане не сразу понимает, что болтовня парня прекратилась, и Лэнс упал на кровать сзади, одной рукой приобнимая парня.       — Кит… — потянув красного на себя, Лэнс быстро целует кончик носа Кита, а тот жмурится и млеет, сразу забывая о недовольстве. МакКлейн сравнивает его с огромным котом. — Нам нужно ещё кое-что…       — И что же? — Кит расслабляется, пока его задабривают тёплыми звонкими поцелуями в щеку. Лэнс приподнимается и шепчет ему на ухо по слогам:       — Нам. Нужны. Маракасы.       — Лэнс, нет.       — Лэнс, да.

***

      Настенная полка была его любимым местом в комнате. Лэнс специально заставил её ракушками как упоминание о доме, а рядом с семейной фотографией в деревянной рамке была другая, где они с Китом держались за руки на фоне морского побережья. На лице кубинца мелькнула нежная любящая улыбка, когда щёлкнул дверной замок и раздался неуверенный голос Кита:       — Лэнс, — Кит медленно зашёл в комнату, держа в руках что-то скулящее и завернутое в куртку. — Давай его оставим?       Ткань в руках Когане шевельнулась, из неё показался мокрый нос, а потом в лохматая голова чёрного как смоль щенка. Он посмотрел на замеревшего Лэнса во все глаза, звонко тяфкнул и укусил ткань, просясь на землю. Лэнс открыл рот от удивления, нахмурился и уставился на Кита. Когане постарался, улыбнуться, прижимая к груди подобранное животное, а Лэнс вспомнил о паре маракасов, которые украшали полку. Как он мог отказать ему?       — Эм, я не совсем уверен, что это собака, — Лэнс с сомнением взял щенка на руки, заглянул в умные глаза и произнёс. — Назовём его Космо?