Первая ночь

Вэй У Сянь еще немного повалялся на кровати, глядя в никуда, затем встал и тихонько пошел в другую комнату. Лань Ван Цзи лежал на боку и как будто уже спал. Тогда Вэй У Сянь аккуратно, на цыпочках, подкрался к нему. Он отказывался сдаваться и все еще надеялся раздобыть нефритовый жетон, но стоило ему протянуть руку, как длинные ресницы Лань Ван Цзи задрожали, и мужчина открыл глаза. Вэй У Сянь, как всегда, живо сообразил и прыгнул прямиком в кровать к Лань Ван Цзи. Он вспомнил, что Лань Ван Цзи ненавидел касаться других людей. В прошлом достаточно было слегка задеть его, чтобы он отшатнулся. И если Лань Ван Цзи стерпит и такой ужас, то это точно уже не Хань Гуан Цзюнь. Вэй У Сянь даже подумает, что его тело кто-то захватил! Вэй У Сянь навис над Лань Ван Цзи, и талия того оказалась аккурат между его коленей; руками же он оперся о кровать, поймав Хань Гуан Цзюня в ловушку. Он начал медленно склоняться над мужчиной, все ниже и ниже. Ниже и ниже. Когда Вэй У Сяню стало уже совсем трудно дышать, Лань Ван Цзи, наконец, открыл свой рот. Он помолчал несколько секунд: «Слезай». Вэй У Сянь остался невозмутимым: «Не-а». Пара светлых глаз находилась слишком близко к Вэй У Сяню. Лань Ван Цзи пристально посмотрел на него и повторил: «Слезай». Вэй У Сянь стоял на своем: «Не-а. Раз уж ты оставил меня здесь, то должен был догадаться, что такое произойдет». Лань Ван Цзи спросил: «Ты уверен, что хочешь именно этого?» «Да», — не подумав, ответил Вэй У Сянь, а после к нему пришло осознание, что стоило обдумать свой ответ. Но раз уж он ответил, то стоит довести свои действия до конца. «Не стану же я обрезанным рукавом за один единственный поцелуй, не так ли?», — подумал Старейшина И Лин, накрывая своими губами губы Хань Гуан Цзюня. Он совершенно не обратил внимание на шок в глазах Лань Чжаня и на то, что ему резко стало жарко. Отстранившись, У Сянь пытался вернуться к прежней позе, как почувствовал сильные руки на своей талии, что прижали его к телу Лань Ван Цзи. Это были вполне знакомые ему руки! Был ли это вообще прежний Лань Чжань?! Кажется, его тело захватили!!! «Л-ладно, я понял, что не должен был мешать тебе спать, Лань Чжань! Пожалуй, я пойду», — взволнованно произнёс Вэй Ин, как его губы накрыли чужие. Лань Ван Цзи его поцеловал. В некотором шоке от случившегося Старейшина И Лин не заметил, как оказался под Хань Гуан Цзюнем. Очнулся он лишь тогда, когда тот связал его руки своей лобной лентой. Судя по ощущениям, тот сделал не меньше пяти узелков для надёжности, поэтому возможности использовать руки больше не было. Лань Чжань склонился над ним и прошептал тому на ухо: «Раз ты этого хочешь, то я не против». Вэй У Сянь замотал головой в знак протеста, но сказать ничего не успел, его вновь поцеловали. Несмотря на всю панику, мужчина заметил, что губы у Лань Ван Цзи мягче, чем у любой девушки. Его было приятно целовать. Приятно целовать?! Он не обрезанный рукав! Лань Ван Цзи развёл его ноги в стороны, предварительно стянув с него штаны. Рукой мужчина провёл от пупка до ягодиц, сразу же начиная разрабатывать проход. «Л-Лань Чжань! Что ты делаешь?! Отпусти меня», — просил, практически полностью красный парень, пытаясь ногами сбросить с себя мужчину. Он ведь всего лишь хотел украсть нефритовый жетон. Лань Ван Цзи был не менее красным. На какое-то мгновение Вэй Ин даже подумал, что тому идёт румянец. Он бы хотел видеть его как можно чаще. Но вместо того, чтобы отпустить, Вэй У Сяня поцеловали. У самого же У Сяня сложилось стойкое впечатление, будто Лань Чжань считает, что ему просто страшно потерять девственность. На самом деле Вэй У Сянь в ужасе от того, что может потерять сейчас девственность. И под кем?! Под Хань Гуан Цзюнем, тем, кто даже его прикосновения раньше не выносил. «А-ах. Лань Чжань...», — сделал ещё одну попытку донести свою точку зрения Вэй Ин, совершенно не замечая, что со стороны казалось, будто он простонал имя Лань Ван Цзи. Его дыхание участилось, а все чувства были обострены. Пожалуй, впервые Вэй У Сяню было банально страшно. Страшно того, что случится сейчас. Он болезненно простонал, когда Лань Ван Цзи вошёл в него, тихо попросив остановиться. Ему было ужасно больно и стыдно, слёзы выступили на глазах Вэй Ина. Он задыхался под ним. Лань Чжань распахнул одеяние Вэй У Сяня, наклонился и взял в рот левый сосок, облизывая и покусывая его. Неожиданно это на несколько мгновений отвлекло младшего от боли, а после тот даже почувствовал наслаждение. Хань Гуан Цзюнь попал по чувствительной точке. Поступательные движения ускорились, а Лань Ван Цзи, сжав пальцами соски У Сяня, поцеловал его. Всхлипнув, Вэй Ин поднял руки и обнял своего мучителя за шею, отвечая на поцелуй. Несмотря на боль, он чувствовал наслаждение и, пожалуй, любовь Лань Чжаня. Он понял, что в каждом его действии была именно она. «Вэй Ин», — тихо произнёс в самые губы Хань Гуан Цзюнь, наблюдая, как распахнулись в шоке глаза его любовника. «Гэгэ, умоляю тебя... Продолжай», — всё ещё в некотором шоке произнёс У Сянь. Впрочем, он сам не ожидал, что попросит продолжения, ведь хотел кричать, просить остановиться. Пожалуй, поцелуй так подействовал на него. И Лань Ван Цзи продолжил. Целуя его, он ускорился, а после они оба кончили. Хань Гуан Цзюнь в У Сяня, Старейшина И Лин на самого себя. Они повалились и лежали на матрасе, пытаясь привести дыхание в норму. Только лишь получив возможность говорить, он спросил: «Ты ведь понял это ещё на горе Дафань не так ли?» «Мгм» «Почему? Почему ты сделал это, Лань Чжань? Гэгэ?!» «Ты сам хотел этого, а теперь спи», — Лань Ван Цзи поудобнее переложил их обоих. Огни погасли.