Ночь переговоров

      В каком-то плане Алек действительно, как и думала Дэрин, был чуть ли не святым. Ведь, как бы ни хотелось ему ощутить удовольствие от близости с девушкой, понять, что это такое, в конце концов, сжалиться над своим организмом, отчаянно требующим женской ласки (ведь воздержание не очень благоприятно сказывается на здоровье), парень просто не мог думать о сексе с кем-то кроме Дэрин, его Дэрин (даже если этот кто-то другой в данную минуту настойчиво себя предлагал). Со своей девушкой он так поступить не мог, Алек понимал насколько это низко: воспользоваться телом любимой, чтобы удовлетворить свои физиологические потребности. И вот парадокс: казалось бы, леди полусвета легально существуют как раз по той причине, чтобы «спускать пар» мужчинам, оставляя честь девушек незапятнанной* (а Алеку чуть ли не с детства твердили, что сохранение чести девушки — основа ее судьбы)... Только от перспективы провести ночь с кем-то другим, кроме своей возлюбленной, экс-принца начинало тошнить. Выходил замкнутый круг. «И хочется, и колется, и нельзя», – крутилась в мыслях где-то услышанная поговорка.       «Это ведь будет неправильно...— думал порой Алек. — Предложи я такое, это наверняка смутит и обидит её».       Возможно, одной из главных черт Алека было то, что он слишком много думал, когда это было совсем не нужно, и не думал, когда действительно стоило бы.       Любовным делам экс-принца точно не шла на пользу такая активная мозговая деятельность, что порождала мысли категорий «Дэрин – слишком невинна и чиста» и «как я могу это испортить».       Одна часть Алека была консервативно против действий сексуального характера по отношению к девушке (та, что в Алеке отвечала за разум и почему-то включалась неуместно-избирательно). Другая временами просто вопила от того, как же хотелось эти самые действия совершить (крайне безрассудная и импульсивная, что сподвигла экс-принца на революцию в Стамбуле). Но обе неслабо отыгрывались во снах парня и довольствовались только поцелуями с девушкой в реальности (самое большее, что Алек себе позволил).       Но в данный момент все части Алека неожиданно достигли единства. Потому что были крайне недовольны тем, что Софи уже расстегивает его рубашку аккуратными медленными движениями.       — Есть какие-то предпочтения? — спросила куртизанка, разбираясь с предпоследней пуговицей, оголяя торс юноши и кончиками пальцев поглаживая его.       — Эм…что? — растерялся Алек. Его игра в донжуана как-то ослабла, когда Софи принялась его раздевать и лапать в разных местах. Парень спешно думал о том, что ему делать, и как бы девица не опустила свою руку ниже, на брюки. А она ведь обязательно туда доберется!       — Давай выпьем! — предложил юноша, уходя (сбегая) за бокалами и бутылкой вина, но не той, которую прихватил от мистера Хоффмана, а приготовленной для гостей комнаты. К счастью, это вино было без всяких подозрительных примесей, поэтому залпом осушив бокал, экс-принц протянул девушке другой.       Софи, видимо, не разделила настроение юноши, поджав губки от того, что от нее внезапно так вот отстранились, поэтому бокал не приняла. Алек не церемонясь больше и оставив в руках только бутылку, решил пить из горла. Неожиданно захотелось напиться. Дурацкая ситуация. Может хоть так совесть будет кричать чуть тише, пока Алек не выяснит, с какой, собственно, целью его тут соблазняют.       — Ты какой-то напряженный… ну же, расслабься, — промурлыкала Софи, держась за края рубашки и приближаясь к губам экс-принца, намереваясь его поцеловать, чтобы вернуть ситуацию в свои руки. Как только они вошли в комнату, блудница было поставила себе мысленный плюсик за то, что так быстро довела, как она думала, парнишу до состояния «ничего не понимаю, слишком пьян и очарован», а теперь, когда дело уже пошло, он с чего-то вдруг начал нервничать, мяться…и пить.       — Я… я в первый раз, — неловко произнес Алек, слегка отходя от девицы, чтобы та не смогла дотянуться до его губ. На его щеках выступил еле заметный румянец. Что говорить о бедных ушах парня, которые вообще горели ярко-красным весь вечер, и, похоже, теперь это было их привычное состояние.       — Во всем? — удивленно спросила Софи. — Совсем... невинный?       Алек смущенно кивнул.       Вообще, в этом не было ничего удивительного, многие юноши начинают свой «взрослый» путь именно с их борделя*, но юнцов здесь не особо любили, слишком уж много с ними возни: чего хотят — не знают, как хотят — не знают; смущаются, теряются, в общем, приятного мало. Всему учить приходится. Софи всегда радовалась, что таких клиентов ей не попадалось. До этого момента.       — Это плохо? — спросил Алек, наблюдая за тем, как Софи, выхватив у него бутылку, сделала из нее долгий жадный глоток. Парень, конечноя был слегка обескуражен этой внезапной жаждой, но с другой стороны, это было ему только на руку. Экс-принц как раз старался оттянуть момент раздевания и все еще думал, как без подозрения начать допрос и избежать выполнения «работы» куртизанки.       — Нет, конечно нет, — улыбнулась Софи, вытирая тыльной стороной руки губы, когда от содержимого бутылки значительно убыло, — просто я удивлена. С «новенькими» работать сложнее, — честно произнесла леди полусвета, делая вид, что такой клиент у нее точно не впервые.       Немного погодя она добавила:        — Ты не похож на того, кто еще не был с девушкой. Обычно они робкие птенчики, — так Софи рассказывали другие девочки, — которых «заботливые» родители отправляют к нам для «становления мужчиной». Даже жалко их. А ты весьма уверен в своих действиях. Вот и не складывается картинка.       Да, похоже, девица уже слегка захмелела.       Это заявление точно польстило бы самолюбию Алека, не будь он на грани мысленной паники.       А было от чего: Софи, не теряя времени, избавившись от уже точно пустой бутылки (когда и успела-то?), ухватилась пальчиками за подтяжки юноши и не спеша стягивала их вниз.       «Эх…делала бы это все Дэрин…— вдруг размечтался парень, понимая, что если бы на месте Софи была бы его девушка, то нижняя часть Алека совсем не была бы так спокойна, как сейчас. — Черт, а ведь это «спокойствие» может помешать моей игре перед Софи!»       Похоже, мир скоро перевернется, раз Алеку в кои-то веки было необходимо думать о Дэрин и возбуждаться от собственных мыслей. Экс-принц никогда бы не подумал, что от того, возбудиться он или нет от приятных фантазий, может зависеть исход его задания. И как назло, Вселенная не дала парню насладиться этим, наверное, уникальным моментом: куртизанка, уже стягивающая с юноши рубашку, все портила.       — Не переживай, я все сделаю сама, — произнесла Софи томным шепотом на ухо юноше, прижимаясь своей грудью к его оголенному телу.— Тебе понравится.       А вот сейчас нужно прямо срочно что-то делать. Еще немного, и девица доберется-таки до его штанов, увидит, что там, к сожалению (!), все тихо и гладко, и по-любому примется это исправлять. Как порядочному (даже слишком, в какой-то степени) парню, Алеку этого очень и очень не хотелось. План возник в голове сам собой (наверное, та самая безрассудная и импульсивная часть-любительница революций активизировалась и любезно подсказала).       — А знаешь, мое предпочтение — в мой первый раз сделать все самому, — уверенно, даже как-то повелительно, произнес экс-принц и грубо толкнул на кровать не ожидавшую такой смены поведения девицу.       Расположившись над девушкой, Алек изобразил похотливую (по крайней мере, так ему показалось) улыбку, и продолжил:       — У меня всегда было одно желание, надеюсь, ты поймешь, — юноша стал почти невесомо покрывать шею Софи поцелуями, стараясь почти не касаться кожи.       Девушке такой расклад понравился явно больше, чем перспектива сюсюкаться с юным мальчишкой.       «А может не так оно все и плохо…», — промелькнуло в голове куртизанки. Ей явно повезло: мало того, что гость симпатичный, так ещё и учится быстро.       Девицу заинтересовало, какое желание может быть у этого аристократичного паренька. Люди ей попадались разные, и странных просьб – от целования стоп до именования клиента женским именем – она насмотрелась. Что же предложит ей молодой дипломатик?       — Говори, я выполню все, что хочешь, — наслаждаясь (что в ее профессии было очень редким явлением) легкими поглаживаниями ключиц, шепотом выдохнула девица. Софи совсем расслабилась (ласки парня и полбутылки крепкого вина прекрасно этому способствовали), окончательно убеждаясь, что охмурила паренька; Алека едва не тошнило от своих действий и прекрасной актерской игры, которую он тут устроил — все, казалось, идет по плану экс-принца, теперь и к решительным действиям переходить можно.       — Хочу, чтобы ты была связанной, — произнес юноша. — Можно я привяжу тебя к кровати?       — А, хорошо, — ответила Софи, даже как-то расстроенно подумав, что, в принципе, ничего интересного или нового. Даже предсказуемо, если учитывать некоторые командующие и приказывающие замашки Алека, которые блудница успела отметить.       Оглядев комнату, юноша прикинул, что может подойти для воплощения его плана. Софи услужливо предложила ленты со своего корсета. Отказавшись от перспективы оголять девушку ещё больше, экс-принц заметил на шторах толстые декоративные шнурки. Уроки Дэрин про морские узлы пригодились совершенно неожиданным образом, когда парень привязывал руки куртизанки к спинке кровати. А Софи, разгоряченной от выпивки и очаровательности экс-принца, не менее неожиданным для нее образом впервые за долгое время не терпелось приступить к своей работе. Алек понял, что в обычной-то обстановке вязать узлы у него выходило не очень, а когда во время этого сосредоточенного дела ему ртом засасывают соски на груди (до другого девице было трудно дотянуться) — то и вовсе выходило из рук вон плохо. А чтобы отвести подозрения, бедному парню пришлось еще и постанывать. Так глупо экс-принц давно себя не чувствовал.       — Можешь пошевелиться? Крепко? — Справившись со своей задачей, парень вернулся к своей доминирующей позе, выдыхая от того, что язык девушки теперь вне досягаемости его груди.       Блудница попыталась пошевелить руками, но ничего не вышло, поэтому она кивнула, с нетерпением ожидая дальнейших действий парня, чему сам Алек искренне удивился. Он не ожидал к себе такого интереса от... опытной девушки.       «Во снах всегда получается хорошо, но на то они и сны…» — пронеслось в голове экс-принца.       Софи тоже не ожидала, а потому, особенно заинтригованная, не смогла скрыть разочарованного вздоха, когда Алек, будто бы испуганно, отстранился от ее тела.       «Как чувствовала, что нельзя позволять ему доминировать! — раздраженно подумала девушка, обманувшаяся решительным началом.       — Ты так хорошо меня связал… —  с придыханием шепнула Софи, намереваясь вернуть юноше нужный «настрой». — Давай я подскажу, что можно сделать дальше…       — Давай лучше я подскажу, что следует подсказать тебе, — произнес Алек, устремив суровый взгляд своих ярко-зеленых глаз прямо на девицу. Произнес вполне себе трезвым голосом, что не укрылось от Софи. А может, показалось? Он ведь был изрядно пьян.       «Черт», — подумала девушка. Вслух же прежним томным голосом сказала:       — Хорошо, мой юный лев, подскажи, как мне сделать тебе приятно?       Алек усмехнулся, «лев» его весьма позабавил. Да и вообще, с момента, когда шаловливые руки и губы Софи оказались вне досягаемости его тела, жить парню стало легче. Вот теперь он мог больше не притворяться ни пьяным, ни развязным, ни возбужденным, а сразу приступить к допросу. И это его очень и очень радовало. Правда и отомстить Софи за его моральные страдания и потрясения, Алек все-таки решил.       Наклонившись к уху куртизанки, Алек прикусил мочку ее уха так, что Софи втянула воздух, кончиками пальцев поглаживая область шеи и спускаясь к груди и обратно, жарко прошептал:       — Мне будет очень приятно, если ты…       — Д…да, ох…что угодно, — выдохнула девица, растворяясь в нежных несмелых прикосновениях юноши (очень убедительных, но все же притворных).       — Если ты…расскажешь мне… — не спеша тянул слова Алек, — Зачем мистер Хоффман заставил тебя затащить меня в постель — внезапно схватив Софи за горло, быстро договорил экс-принц, и прямо посмотрел в глаза девушке. В них он отчетливо увидел, как быстро пелена возбуждения сменилась внезапным ужасом. — Зачем ему договор и что он задумал?       — Ч…что…как? Как ты… Ты ведь только что был свински пьян, и был готов «взять» меня на этой чертовой кровати! — разочарованно вскрикнула Софи, мгновенно осознав, что все провалилось, и дипломатишка все это время водил ее за нос. Раздразнил и ничего! Как вообще можно так обламывать? Девица, зло дернув связанными руками, откинула голову на подушки, пытаясь собраться с мыслями и справиться со своей злостью.       — Значит, я все-таки очень убедительно сыграл, — произнес Алек, убирая руку с горла блудницы.       — Вообще, думал, что не получится, — слегка пожал плечами юноша. — Но не в этом суть. В твоих интересах честно рассказать мне все, что тебе известно о планах мистера Хоффмана. В прочем, не думаю, что его имя мистер Хоффман… А если ты вдруг не захочешь со мной мило побеседовать, то у меня есть другой способ, — улыбка Алека не сулила ничего хорошего, а сам парень встал и начал прохаживаться рядом с кроватью.       — Могу шепнуть леди Брук, что Софи не пожелала делать мне, бывшему наследнику Австро-Венгерского престола, нынешнему дипломату Зоологического сообщества, и со всех сторон весьма знатному человеку... приятное своими очаровательными губками. — У девицы заметно округлились глаза. Алек же искренне надеялся, что в публичных домах работницы стараются избегать жалоб на свою работу от высокопоставленных клиентов. — И это я, конечно, имею в виду, что ты не захотела мне читать сказку на моем родном немецком языке, — насмешливо закончил свою угрозу экс-принц.       Лицо Софи выражало только одно: громадное нежелание попадать под гнев леди Брук, строго наказывавшей за плохие «отзывы» от гостей. И несмотря на то, что девушка знала немецкий язык и, естественно, знала пару сказок... Доказывать хозяйке, что юноша просто не просил этого было бессмысленно — поверят приличному дипломатишке.       — Черт бы тебя побрал, красивый ты козел, — проворчала блудница на довольно сносном немецком.       — Это значит, что ты не против ответить на мои вопросы? — снова присел на кровать Алек.       — Не против? Если я не ошибаюсь, подобное называется «шантаж», — фыркнула Софи. — У меня есть условие: взамен на то, что я все тебе расскажу, раз уж сглупила, не распознав засранца под маской наивного мальчика, ты сделаешь так, чтобы жизнь мистера Хоффмана стала хуже, чем она есть, — ответила Софи. — Иначе я в зоне риска, ведь кузен сделает мою жизнь просто невыносимой. Ты меня, конечно, не развяжешь?       Парень отрицательно покачал головой.       — Кузен? И как же по-настоящему зовут твоего кузена?       — Блэйк Хармон, — бросила девица, не скрывая презрения. — А второе имя – неблагодарная скотина.       — Похоже, у вас весьма «теплые» отношения... Он заставил тебя участвовать?       — Шантаж – весьма распространенная тема, — усмехнулась Софи, а Алек стойко проигнорировал шпильку. — Но не совсем заставил. Ведь моя задача состояла в том, чем обычно я и занимаюсь: заняться гостем. Принести вина, позаигрывать, увести.       — Затащить в постель… — продолжил логический ряд Алек.       — Если совсем честно, — неуверенно начала Софи, — последнее было не обязательно. Нужно было всего лишь вколоть тебе снотворное.       Алек не знал, чему удивляться больше: необязательностью секса или ожидавшему его снотворному.       — Замечательно, — вырвалось у экс-принца. — Позволь поинтересоваться, почему передумала со снотворным?       Девушка замялась. Из-за этого она и оказалась привязанной к кровати, по собственной воле, отчего признаваться не спешила. Да, весьма глупо получилось.       — Ты был так нежен и… неожиданно настойчив, — неловко произнесла Софи (и как так получилось, что экс-принц ненамеренно смутил за вечер уже вторую куртизанку?). — И без маски потом тебя увидела… Вот и вышло, что не я тебя охмурила, а наоборот получилось. В нашей работе редко везет на приятных гостей, — продолжила девушка, спешно и умоляюще добавив «прошу, только не говори леди Брук, что я это ляпнула». — Соблазнилась хорошим, — вздохнула Софи.       Алек после этих слов отметил, что больше не видит в Софи той притягательной обольстительницы, а вместо нее — обычная простая девушка, скорее всего даже ненамного старше его, которую сейчас даже жалко. Мстить «за муки совести» экс-принцу совершенно перехотелось. А вот то, что он, оказывается, нежный и настойчивый — это тоже отправилось в копилку «самолюбие бывшего наследника престола». Что-то подсказывало, что за этот вечер она заполнится.       — Оу…что, так хорошо сыграть получилось? — единственное, что смог сказать парень, но увидев обиженный и разочарованный взгляд Софи, пожалел, что опять упомянул об этом. Джентльмен внутри Алека приказал ему извиниться: — Прости, я не хотел тебя обманывать, притворяться, что заинтересован в тебе, твоем теле… — казалось, хватит, но тут почему-то экс-принца понесло: — Ну, в общем, нет, ты красивая, не подумай, и я хотел бы, наверное… желать тебя искренне… если бы не любил другую девушку. Прости, не хотел играться с твоими чувствами…       — Ну и смешной ты, конечно, дипломатик, — вдруг улыбнулась Софи. — Какие же у девочки на ночь могут быть чувства? Но спасибо за извинения, это тоже редкость. Жалко, что ничего не получилось, ты вон какой хороший. В постели, думаю, тоже справляешься. Я была бы рада такому постоянному клиенту. Только не понимаю, зачем соврал, что девственник?       — Так это, не врал я, это, наверное, единственное правдивое, что между нами было за этот вечер, — снова с слегка розовеющими щеками произнес Алек, а Софи удивилась этому и второй раз.       — Да и неважно это, — спешно переводя тему, пробормотал юноша, возвращаясь к сути разговора:       — Итак, Блэйк Хармон, твой кузен, заставил тебя опоить меня быстро опьяняющим вином, соблазнить, отвлечь, пока он при помощи своей леди вытащит у меня договор, а потом увести в комнату, где ты вкалываешь мне снотворное, так?..       Девица кивнула и с трудом приняла сидячее положение.       — Хорошо… А зачем я ему?       — Где-то в три тебя должны доставить в какой-то амбар. К часу сюда под видом гостя должен зайти дружок Блэйка, ушлый тип, еще и громадный. Неприятное у нас с ним было знакомство, — Софи поежилась (Алек уже вообразил, какой у мистера Хармона может быть дружок), а потом продолжила:        — Он за тобой придет. Ты ведь по плану уже спокойненько себе лежишь, спишь, ничего не подозреваешь.       — А потом?       — Потом до трех ночи я должна сообщить в комнату, где Блэйк занят с девочкой, что план сработан. Там у него лежит заготовленное письмо для какой-то леди…ну, из вашей этой конторы… Леди Борро…или…       — Леди Барлоу?       — О, да, именно для нее. Там условия обмена. Точно не знаю, но уверена, что Блэйк хочет поменять тебя на свое возвращение в ваше Сообщество. Его оттуда давным-давно выперли, а он все не успокоится. У меня денег наклянчил на создание своего дурацкого проекта, чокнутый придурок. Хочет там у вас ведущим исследователем стать.       — Провальный у него план. Леди Барлоу заявит в полицию, а если не в полицию, то Сообщество достаточно самостоятельное, чтобы самим найти похитителя.       — Ох, Хармон хоть и скотина, а котелок у него варит, — произнесла Софи. — На этот счет знаю точно, что если эта леди куда-то заявит или сама попытается что-либо копать, то вмиг в газете (там у кузенчика тоже своя крыса имеется) обнародуются какие-то давние документы из архива (Блэйк прикарманил их перед своим провальным уходом) и вроде как эти документики очень опасные для репутации вашего Сообщества. Хармон как-то упомянул, что они могут вызвать панику по всей стране. Как и подписанный тобою договор.       Вот теперь для Алека почти все прояснилось. Этот ученый тоже оказался поехавшим на своем исследовании всей жизни. И везет же Алеку на таких. Может, хоть в этот раз все хорошо закончится? Хорошо все продумано: и место встречи, маски — чтобы доктор Барлоу не узнала прежнего знакомого сразу же по голосу и лицу; молодые дипломаты — чтобы отвлечь и похитить парней с целью шантажа.       «Что ж, весьма коварно, мистер Хармон…— подумал Алек. — Вот только раскусили мы вас уже давно». И, вдруг улыбнувшись, решил озвучить хоть что-то хорошее:       — Ну, договор стащить у него не получилось точно.       — Как и у меня — вколоть тебе снотворное. — В ответ тоже слегка улыбнулась Софи.       — Ты сказала это так, будто не жалеешь, что план провалился.       — Ну не знаю, — пожала плечами девушка, — ты очень милый и симпатичный, не хотелось бы, чтобы такой урод, как мой кузен, использовал тебя в своих целях. Еще я просто надеюсь, что ты найдешь способ упечь его за решетку, иначе он испортит мне жизнь еще больше.       — Постараюсь. Он, как-никак, меня похитить хочет, — усмехнулся Алек.       — Вас, — поправила девица. — Еще один приятель Хармона должен был караулить возле одного из черных ходов, куда твоего телохранителя Блэйк думал (при помощи Лейлы, другой его знакомой здесь девочки) увести.       «Черт, Дэрин!» — но не успел Алек поддаться волне беспокойства за девушку, как дверь комнаты с шумом распахнулась, и на пороге показался светловолосый парень. Очень злой парень.       Залетев в комнату со словами «Дерите черти этот бордель!» и «Гребаный принц!», накрутивший себя своими же мыслями на уровень «максимум ярости и ненависти» ко всему двигающемуся, юноша-который-не-очень-то-юноша, с громадным удивлением обнаружил полуголого экс-принца, сверкающего своей голой (вероятно, привлекающей проституток) верхней частью тела, а также привязанную к кровати собаку Софи. Порадовало, что привязанную. И одетую. Чего в полной мере нельзя сказать про Алека.       «Черт, Дэрин…» — с облегчением (и паникой одновременно) выдохнул юноша.       — Добрый вечер, — с улыбкой поприветствовала Софи.       «Требую подробных объяснений!» — говорил удивленный и крайне недовольный взгляд девушки.