Убийственная ложь

      Мин Юнги стоит в своей квартире перед большим стендом с различными вырезками из газет, фотороботами, фотографиями с места преступления и нитками, которые связывали это всё. Там была вся информация, которую он нашёл, а также дохрена вопросов — ответов на которые он не имел. Вот уже вторую неделю он собирает всю информацию по делу своего нападения и на Ангела Смерти. После того разговора он его не видел, и понятно, что позвонить не мог. Этот парень для него, как наркотик и Юнги очень давно не принимал свою дозу. Он тогда так заигрался; ну, он же большой, страшный и непробиваемый прокурор, где ему работать с киллерами даже первоклассными точнее, ОСОБЕННО с первоклассными. Ну вот и имеет, обидел своего Ангела, а тот ему открыл все карты или почти все. Юнги тогда все камеры пересмотрел, но нигде не нашел того самого мотоцикла.       Поэтому вот, начал помогать ему, хоть тот об этом и не узнает. А собрал он и не так много информации, как хотелось бы. Он узнал, что связном и приближенным человеком к Ангелу смерти или, как его называли другие — Холодный убийца, является некий РМ. Информации на него не то, что мало, там даже кот плакать не захотел. Узнал связного того киллера, который хотел убить его на стоянке, и решил его проверить. Даже если придется выбить информацию о заказчике, Мин на это был готов. Связной оказался каким-то ничтожеством, которого уже успел посетить его Ангел. Поэтому зацепок никаких.       Он даже вытащил все свои недавние дела и изучал их, возможно, именно там скрывается причина, кому он так насолил, но при чем тут киллер? Почему кто-то хочет, чтобы его убил именно он? Хорошо бы порыться в его прошлом и найти какие-то перекрестки с его жизнью. Хорошо бы, но я даже его имени не знаю. Чёрт. Из размышлений его вытащил стук в собственную дверь. Он прикрыл доску и пошел открывать дверь. Стоп, а если там киллер, а тебя уже никто не защитит. Блять, Мин Юнги, ты вообще кретин, что ли? Киллеры не стучат.       Посмотрел в глазок, Хосок. Открыл и обратно пошел в гостиную, будет он ещё его будет встречать и делать вид будто очень рад. Чон вошел в квартиру и сразу направился в гостиную. — Ты как всегда, очень гостеприимный, — улыбнулся Хоуп и бросил пакет с продуктами на диван. — Это что? — Еда. Не слышал о такой? Ну её едят, чтобы не сдохнуть, наверное, для тебя это новость, но мы не бессмертны. — Ты серьезно? Бля, не слышал о таком. А ты откуда узнал? В дораме увидел? — Хён, это не смешно. Посмотри на себя, на тебе только кожа и кости. Сидишь здесь уже больше недели, не питаешься, на работу не ходишь и вообще отсюда не выходишь. На работе все расспрашивают, где ты. Смотри, чтобы проблем не было. — Ты правильно подметил — МОИ проблемы. Тебе не следует переживать. — Юнги. А я переживаю, потому что считаю тебя своим другом и мне всё равно, что ты там думаешь. — Хосок оглянулся, везде были папки. — Ты что-то расследуешь? Я могу помочь. Может помочь. Он действительно меня никогда не подводил, может стоит воспользоваться его помощью? Нет, нельзя никому доверять. Слишком он хороший, как бы смешно это не звучало, да и не хочется его вмешивать в это. — Ничего такого, просто решил проверить, всё ли правильно я сделал. Не знаю, у меня в последнее время какое-то странное настроение. Ты прав. Спасибо за еду, я завтра же вернусь на работу. — Это уже другой разговор. Хорошо, я пошел тогда, не забудь поесть, — Хосок почти вышел когда что-то вспомнил и повернулся, — а и ещё, не знаю в курсе ли ты, но некоторые люди ещё и спят. — Вали уже, — закатил глаза прокурор.       На второй день Мин Юнги как и обещал, был на своём месте, правда мысли его были в другом месте. — О, кто на рабочем месте, — улыбнулся Сокджин и без стука вошел в кабинет. — Чего приперся? — Фу, как некрасиво. Я просто хотел спросить: всё ли хорошо? Может что-то случилось? Как это, наш самый справедливый прокурор, — и прогуливал работу? — Тебя это не касается, продажная тварь, а теперь вали нахрен из моего кабинета.       Ким явно не ожидал такого даже от Мина, а самому Юнги похрен. У него ни одной зацепки, да ещё и в крови мало его Ангела. Хм, а может это ты, тварь? Кто-то должен был сообщать о моём расписание, Хосок не мог, он всегда возле меня, да и бред это. А вот ты мог. Кто ещё то? — Ну знаешь Юнги, это слишком, даже для тебя. — И что ты сделаешь? Сообщишь начальству или своим высокопоставленным дружкам?       Сокджин бросил яростный взгляд и вышел из кабинета. Ну ничего, я ещё тебя достану. Двери открылись вновь, но на этот раз вошел улыбающийся Хосок. — УУУ, держитесь уголовные сливки города, Мин Юнги вернулся. Чай с мятой, твой любимый, — протянул кружку Юнги, тот её взял и кивнул головой в благодарность. — Ну что, есть что-то интересное? — Только что принесли дело. Ограбление, но какое-то странное. — И в чем его странность? — В квартире всё перевернуто, ничего не взяли только оставили эту надпись на стене: Creepy Cavalry Killer? — Хм, ну дай мне дело, потом посмотрю.       «Потом» затянулось, потому что, за то время как его не было, преступники, к сожалению, не отсиживались в квартире, как он и дел было по горло. Уже в конце рабочего дня, когда он думал уже идти, открыл это дело и посмотрел на надпись. Его будто током ударило. Хоть у него и плохо было с латинским, но это он смог перевести без проблем Холодный убийца — трус?       В Юнги сердце забилось ещё быстрее, он взял в одну руку дело, во вторую плащ и выбежал на улицу к своей машине. Уже в машине он узнал, что владельца квартиры зовут Пак Чимин. Он посмотрел на старое фото и сердце пропустило один удар: это был ЕГО ПАК ЧИМИН, ЕГО АНГЕЛ СМЕРТИ. Юнги нашел в деле адрес и уже через 20 минут как в лихорадке поднимался на 9 этаж. Двери были открыты. Следственная группа их закрывает всегда, — подумал Мин. Юнги вытащил оружие из-за спины и стал медленно заходить, зашел в коридор и хотел идти дальше, но услышал звуки драки из комнаты в конце коридора.       Тихо подошел к двери, приготовил оружие и резко открыл дверь: какая-то громила прижимала чужое тело и приставила оружие к голове, готовясь к выстрелу. У прокурора ладони вспотели, а пульс участился, того, кого собирались сейчас застрелить был его киллер, его Ангел, его Пак Чимин. Юнги подошел и стволом ударил того по голове, громила упал и придавил тело под низом. Юнги помог его скатить и увидел киллера с растрепанными волосами и разбитой губой, с которой текла кровь. Мин не удержался и большим пальцем стер её, облизывая палец. — Значит, Пак Чимин.       В глазах киллера застыл ужас, любопытство, и ещё кое-что, желание? Пак привлек Юнги к себе и накрыл чужие губы. Поцелуй становился всё горячее, язык Пака начал поглаживать нёба, зубы, а потом взял чужой язык в горячий танец.       Руки хаотически гладили и царапали. Юнги даже не заметил, когда он оказался на земле, а Пак пристроился над ним. Поцелуй становился всё более требовательным, а руки всё настойчивее. Мин почувствовал как парень отдернул ремень и взялся за ширинку, а затем остановился, Юнги в мыслях очень громко простонал. Ему давно не было так хорошо. Киллер оторвался от губ и склонил голову на плечо Мину. — Наверное, на сегодня мы закончим.       Мин тяжело дышал и ему, чёрт побери, было мало, но он кивнул. Бля, это меня так накрыло только от его губ и рук на моем теле, а что будет, когда я его трахну? Или он меня? С этим парнем ничего не известно и от этого ещё охуеннее.

***

      Чимин уже вторую неделю думает о том «гавнюке» прокуроре. Оскорбил ли его ответ Юнги? Ещё как, а еще очень разозлил. Хотелось вытащить пушку и заставить его облизать ее своим нечистым и грязным язычком. Такие мысли сводят бедного серийного убийцу уже вторую неделю и его натуральность в диалог даже не вступает.       Ну что же, он и без всяких гавнюков сам разберется. Но нарыл он так же мало, как и Юнги, но вот биографию Юнги, ну, никак найти не мог, даже к специальным людям обращался, а они дали какие-то крохи, которые ничего не объясняли. Как его это всё бесило, хорошо, что хоть Тэ со своим, как его там, а, Чонгуком в безопасности. Потому что видите ли, без него он не хотел, и даже спросил у брата, может ли он ему хоть что-то объяснить, в пределах разумного, сказал тогда Чимин.       А тут ещё и из полиции звонили на телефон, который Пак давным давно не пользовался, но по привычке заряжает; да, это по-дурацки, но это тот номер, куда звонила его мама, когда он засиживался допоздна с друзьями. Сообщили, что его квартиру ограбили. ЕГО ТВОЮ МАТЬ КВАРТИРУ… УБЬЮ НАХЕР!!!       После смерти родителей всё имущество досталось старшему сыну. Они некоторое время там жили, пока Чимин не нашел работу и они не переехали. Правда, Пак платил одной женщине, чтобы она раз в месяц приходила, проветривала и убирала. Чим решил подождать ночи и пойти посмотреть. Заходит в квартиру, а там всё перевернуто: сердце сжалось, вот мамина любимая ваза, тварь убью.       Он заходит в гостиную, а там надпись на всю стену, Пак всё же не дурак, образование имеет, да и став киллером прошел много тестов, и проверок, так что латинский он знал идеально, ещё мама очень любила его, и учила ребят. А после смерти, он специально учил язык дни напролет. — Холодный убийца — трус? А ты подойди и проверишь, тварь. Пак сжал кулаки. И здесь послышались шаги. — Быстро же ты, тварь. Фак, ну, конечно, что засада, сыграли на моих чувствах. Вот же я дурак.       Пак приготовился к борьбе, и он всего ждал, кроме этого громилы, которой несся на него, как та горилла, на ту маленькую женщину в фильме. После недолгого брыкание, Пак оказался прижат к земле, а роль пассива он ненавидит. Он мог бы его застрелить, если бы не забыл оружие. Забыть оружие, Пак Чимин, ты мудак. Хотя ты не думал, что тебя здесь убивать будут. Я же говорю, мудак.       Он чувствует, как к его голове приставляют оружие и уже мысленно прощается с братом, Намджуном и задницей Юнги. Как вдруг, пистолет улетает, и целая тонна сала и мышц падает на него. А через секунду он может дышать и видит лицо, которое точно не ожидал увидеть. Юнги протягивает длинные, цвета фарфора пальцы, и большим пальцем вытирает кровь с губы Пака, а потом облизывает. Ну нахуй, чуть коньки не откинул. По крайней мере жалеть не буду и протягивает к себе Мина. С очень большим трудом, он останавливается и не трахает прокурора на полу своей старой гостиной возле громилы в отключке. <i>Не сейчас. Не здесь и не так. Пак встает и протягивает руку Юнги, тот принимает её и встает. Ещё одно сделаю и пусть делает, что должен.       Чимин поднимает оружие и подходит к громиле, приводит его как-то в чувство. Встает над ним и прицеливается. Тот смотрит на него тупым взглядом. — Один вопрос — один ответ. До тех пор ты будешь жить. Один раз спрашиваю, второго шанса не даю. Ты же знаешь, кто я. Значит, знаешь, что я не шучу. — Знаю. — Кто твой заказчик? — Я не знаю, но мой связной знает, — протараторил тот. — Хорошо. Кто твой связочной? — Dark. — Как его найти? — В старом театре. — Почему ты пошел на это, если знал против, кого идешь? — Хотел насолить тебе и, наконец убить. Хотя этого и не было в заказе. — А что было в заказе? — Сделать так, чтобы прокурор узнал о тебе и хотел засадить, а ты его убил. — Спасибо за информацию, ты, возможно, бы остался жив, но я не люблю быть пассивом.       Выстрел и тишина, по ковру растеклась лужа крови. Чимин с оружием повернулся к Юнги, а тот, кажется, ещё больше побелел. Пак медленно подошел и протянул пистолет. — Теперь можешь вызывать копов, — сказал Ангел и сел на диван, хорошо устроившись. Юнги был поражен, как Пак может быть горячим и нежным любовником, а в следующее мгновение хладнокровным убийцей — это сильно возбуждает.  И что? Вот так просто взял и сдался? Юнги, ты станешь полковником. Мин подошел к Паку и ногой пнул того в ноги, от чего Чимин открыл глаза. — Вали давай. — Что? — Вали, говорю. — То есть, прокурор дает убежать первоклассному, разыскиваемому киллеру? Даже не так, не дает, а приказывает покинуть место преступления? — парень улыбнулся. А у Мина снова встал. — 1: 1. А теперь вали. Пак встал и направился к двери. — Стоп. Оставь свой номер, чтобы я смог с тобой связаться.       Чимин ухмыльнулся и подошел к прокурору. Вбил в его телефоне свой номер и подписал: Ангел Смерти. И уже собирался уходить, но резко обернулся, взял Мина за волосы и грубо потянул на себя, накрывая чужие губы, жестко и горячо, так, чтобы этот поцелуй ещё долго не сходил с губ и с памяти, тогда обернулся и ушел. Юнги улыбнулся, а потом опустил взгляд вниз на выпирающий бугорок в штанах, и чертыхнулся. Сначала пошел в ванную, справился с проблемкой и тогда уже вызвал наряд. Теперь мокрых снов об Ангеле, который уже имеет имя — Пак Чимин, будет гораздо больше.