My Savior

В тёмное время суток всегда было много малолеток, шныряюших без дела по улицам среди ярких вывесок круглосуточных неоновых реклам, распивая пиво и весело смеясь, болтая о чем-то о своем... Их вид вызывал у нашего героя раздражение и отвращение в одном флаконе. Хоть и было ему по паспорту всего 26 лет и он бы легко вписался в любую из этих компаний загулявших на всю катушку студентов, он всегда был один и не контактировал с людьми. Его холодные глаза и одно и тоже постоянное безразличие на лице отталкивало. Нет, он явно не урод. Но был противен сам себе. Ах, да, что там с самооценкой? Где-то на глубине. Её попросту не было. Эдакий отрицательный персонаж с суицидальными наклонностями, сплошной негатив. Его запястье пустовало, не считая пометок острого лезвия, в то время, как все его сверстники имели хотя бы по одной талли-марке, а он не имел ничего. И честно, его это волновало меньше всего, наверное. Однако он не замечал, как одиночество рыло ему яму. Он всегда оставался один на один со своей депрессией, ни о какой поддержки речи и быть не могло. Он и без того ненавидел, когда его жалели. Так делала его мать, когда Юнги был совсем еще малышом. Ещё тогда брюнет не противился этому. Но после того, как его без объяснений спихнули в детдом, как ненужную шавку - его сердце будто в камень превратилось. А вы бы как чувствовали себя на его месте? Мин спрятал лицо за черной маской и опустил взгляд на ноги. Чёрная обувь и чёрные брюки с чёрной толстовкой и кепкой. Его цвет по жизни. Он не любил яркие цвета. Предпочитал что-то потемней, чтобы не привлекать внимание. Таких, как он тысячи в столице Южной Кореи. Да и кому он понадобится? Разве что бродяге, просящей мелочь. Одному из них он отдал все свои деньги. Больше они ему не понадобятся. Сегодня у него только одна цель - избавиться от всех проблем раз и навсегда. Шаги точь в точь шли как неспешный ритм в наушниках. Вы никогда не замечали, что иногда непроизвольно идете в такт музыки, которую вы слушаете? Если понаблюдать за этим, то можно заметить. Но Юнги, кажется, не обращал на это внимание. И вот он на мосту. Он сорвал наушники, обматал их вокруг своего телефона и с силой швырнул в воду. Вот и все. Он один. Наедине с собой и никто ему не помешает. Он приблизился ближе к краю и положил ладони на перила, которые разделяли его и его цель. Нет смысла жить дальше, если не к чему стремиться. Если некого любить. Он извел себя мыслями, омрачняющние его и он наконец-то нашёл выход. Неужели это конец? Брюнет начал перелезать через перила, задержав дыхание от волнения, и, встав по ту сторону, положил одну руку на ограду, глядя в тёмные воды. - Вот же, а страшно ведь как, - усмехнулся парень, в голос сказав это через пару секунд. - Эй! Придурок, ты че делаешь?! Мин невольно обернулся на незнакомый голос и кажется впервые за долгое время поменял выражение своего вечно безучастного лица. - Что, блять? Не смотри и иди мимо, я тебя не звал, - Юнги начал потихоньку злиться. "Что за петух?" - подумал неудавшийся самоубийца, разглядывая уложенные набок красного оттенка волосы и слишком яркий для глаз Мина цветастый свитер в свете фонарей. Было бы это при свете, Юнги бы даже сощурился. - Я не могу уйти, пока судьба человека решается, - выдал незнакомец приятным для ушей брюнета голосом. Похоже это единственное, что привлекало в незнакомом парне Юнги. Он остановился в паре метров от Мина и потянул одну руку в его сторону. - Может, ты слезешь оттуда? Давай, я помогу. - Че это? Я этого момента 26 лет ждал. Не мешай, иначе я тебе карму с того света испорчу, - огрызнулся Юнги, повернувшись к воде. - Самоубийство - грех. За это не попадают на тот свет, - усмехнулся незнакомец, делая шаг ближе. - А ты, я как погляжу, верующий? Ничего, я тебя и из ада достану. Проваливай. - Нет. Давай так? Сыграем в камень-ножницы-бумага? Будет три попытки. Проигравший выполняет желание второго. Идёт? - он сделал два шага вперёд. - С чего это я должен с тобой играть? - Мин посмотрел в его сторону. - Тебе ведь все равно нечего терять? Выиграешь ты - я напоследок исполню твою просьбу. А выиграю я - ты слезешь оттуда. Идёт? Немного обдумав предложение парня, Юнги посмотрел в сторону и едва кивнул. - Хорошо. Сыграем. И если я выиграю - ты изчезнешь и промолчишь, что видел меня здесь. Как имя твоё хоть? Нужно знать, кого мне из ада доставать. - Чон Хосок, - улыбнулся парень, точно зная, что сегодня никто в ад не попадёт. - Камень-ножницы-бумага! У Юнги выпали ножницы, а у Хосока - камень. - Я победил. Ещё раз. Камень-ножницы-бумага! На этот раз победа досталась Юнги. Он усмехнулся, взглянув на парня. Но наткнулся на улыбчивую физиономию. - Ты че веселый такой? Ещё не выиграл ведь. Хосок проигнорировал парня и ещё раз произнёс "камень-ножницы-бумага". Брюнет опустил свой взгляд на кулак в руке незнакомца. А у него были ножницы. - Ну вот, что я и говорил. А теперь слезай. - Не слезу, - упёрся Юнги. - Да ты, как я погляжу, пиздабол тот ещё. Ох не думал, не думал, - съязвил красноволосый, точно зная, что замечание заденет брюнета, и оказался прав. - Я? Пиздабол? Сейчас я надерю тебе задницу, говнюк, - прорычал парень, перелезая через перила, но только встав на твёрдую землю, оступился и полетел прямо на Хосока. Красноволосый не растерялся, стремительно сделал шаг вперёд и поймал Юнги в свои объятия. Пару секунд они стояли так не шевелясь. Хо рассматривал тёмную макушку парня, и после выдал: - Ты кепку уронил. Мин отпрыгнул от парня, как от огня и с недоверием уставился на того. Хосок сиял, как никогда. " Да что с ним не так?" - подумал Юнги, разглядывая парня напротив. Тот в свою очередь наклонился, поднял кепку брюнета и отряхнув её от пыли протянул брюнету. Тот по инерции ударил незнакомца по руке со всей силы и кепка вернулась на своё место. Хосок удивлённо приподнял брови. Юнги не мог объяснить своё поведение. Он впервые почувствовал себя живее, чем за всю свою самостоятельную жизнь. Сердце билось, как бешеное, брюнет это чувствовал слишком остро. Что это? Страх? - Ты точно псих, - вернул на землю парня голос Чона. - Давай я отвезу тебя домой? - Если не в катафалке, я в твою машину не полезу. - Хорош придуриваться, идем, - недолго думая парень взял Юнги под руку и потащил прочь с моста. Мин слишком устал, чтобы сопротивляться. Да и зачем? Когда оба были в машине, Хосок завёл её и тронулся с места. Он мельком поглядывая на Юнги через зеркало, что сидел на заднем сидении и безжизненно пялился в окно, и после полностью сосредоточился на дороге, вжав холодные пальцы в руль. - Скажешь адрес, или мне тебя на вокзал везти? Чон не услышал ответа, и снова взглянул на парня. Тот уже мирно спал, полностью опустившись на сиденья. Он лег на них и поджал ноги к груди. - Ты, наверное, устал, - вздохнул Хосок, разворачиваясь и ведя машину к своему дому. - Поспишь у меня.