Музейная история

Почувствуешь в воздухе Нездешние отзвуки, Увидишь сквозь морок лжи Судьбы миражи. Где руки сплетаются, Где губы прощаются, И в синий рассветный лед Нас небо зовет.*

      На этот раз Арагорна снова одолела магия, та которую он никогда не мог победить. Теперь он должен был найти Нику и предупредить её об опасности. Он сразу понял, что в деле замешан отец Роксаны, увидев знак Пиявки. Чувства и мысли, вызванные видением до сих не желали умолкать. Но четкая цель лучше любого вина заглушала боль в душе. На этот раз он не желал отдавать Герудо то, что ему дорого.       Внезапно он столкнулся с кем-то в дверном проёме трактира. Это была светловолосая девушка лет восемнадцати с метлой в руке.       — Простите, сударыня, — буркнул следопыт пропуская её мимо себя. Из трактира он услышал звонкий голос Ники:       — Юль, не забудь этого дурачка позвать, если увидишь там!       — Какого именно? — переспросила девушка, обернувшись через плечо.       — Данила, ясное дело! — раздался зычный голос Джины.       — В Пригорье по-моему только один дурачек, — поддакнула Ника.       — Вы каждого третьего с Джиной дурачком называете, почем мне знать… — пробормотала девушка, окинув пытливым взглядом Арагорна стоящего в дверях.       Она прошла на задний двор. А следопыт, немного подумав отправился за ней.       Девушка быстрым шагом прошла через внутренний двор трактира, отворила двери подсобки и поставила туда метлу, парень, сам не зная почему, никак не решался подойти к ней и старался быть как можно незаметнее. Но вдруг девушка резко обернулась, и вопреки желаниям Арагорна они столкнулись лицом к лицу.       — Нам нужно поговорить, — не растерялся парень под взглядом голубых глаз. Не успела она возразить, как он взял её под локоть потащил в конюшню.       — Я следопыт, можешь звать меня Колобродом, — сказал он, опережая её вопросы.       — Ты и Ника в опасности! Прошу тебя не выходи отсюда и ни в коем случае не ходи в трактир.       — Это ещё почему? — резко спросила девушка, пытаясь открыть дверь, которую удерживал парень.       — Ты же знаешь о письме? Ника говорила тебе?       — О каком ещё письме? — удивилась девушка, попытавшись вырвать руку из хватки парня.       — Почему женщины всё только усложняют? — устало вздохнул Арагорн.       — В этом я с тобой полностью согласен, — раздался голос из глубины помещения.       — Данил, помоги мне! — крикнула девушка, обращаясь к парню.       — Погоди, Юля, ты в безопасности, потом всё объясню. Я приготовил лошадей как ты и говорил, Колоброд, — сказал он обращаясь к Арагорну.       — Спасибо, Данил, не подвел, — похвалил парня следопыт.       — Идем за Никой, а то ещё попадет в лапы к этому магу о котором ты говорил.       — Что это все значит?! — спросила Юля, преграждая парням путь.       — Ну тут такое дело… — Данил вкратце пересказал события прошлых дней, о которых Юля не слышала.       — Значит, Ника нашла письмо с угрозами и сговорилась с Колобродом, а он в свою очередь тайно сговорился с тобой, но никто из вас даже не подумал сказать об этом мне?  — поразилась Юля.       — Приблизительно так, — ухмыльнулся следопыт наконец отпустивший руку девушки.       — Мило, — прокомментировала она, — ну идите в трактир, освобождайте эту дурочку.       — Мы постараемся как можно быстрее, — примирительным голосом сказал Арагорн, накидывая на плечи Юли свой зелёный плащ.       — Ночи прохладные, — ответил парень на вопросительный взгляд девушки, — а развязка может затянутся на пол ночи, — Данил торжественно передал ей факел.       — Сожги эту чертову забегаловку, если понадобится, — пафосно добавил он.       — Иди уже, Прометей, — подтолкнула Данила Юля.       Арагорн строго посмотрел на Даню.       — Нам и правда может понадобится огонь, — если услышишь раскаты грома, то бросай этот факел в окна трактира.       — Но «Резвый пони» сгорит, как же Маслютик? — поразилась Юля.       — Маслютик сейчас в деревне, он этого не увидит, — попытался успокоить девушку следопыт, — и потом, так уж судьба распорядилась, что Велиус Герудо избрал для места действия «Резвый пони», а он не оставляет после себя ничего кроме пожарищ, лучше, чтобы в этом пожаре сгорел и он сам.