Шерлок - женское имя!

Через 3 дня Драко полностью пришел в норму и вышел на занятия. Норма для себя очередной раз подчеркнула тот факт, что Холмс отличный вариант для брата. Они, кстати, хорошо сдружились. И, пересиливая себя, Норма даже нашла общий язык с Полумной. Однажды, когда Шерлок проходила мимо столовой, краем глаза заметила смеющуюся Норму и стоящую возле неё, улыбающуюся, Лавгуд. Это было странным, учитывая, что это девочки из разных факультетов: Когтевран и Слизерин.

***

Шерлок писала письмо отцу, когда очередной раз заикалась о том, что здесь телефоны совершенно не работают. Она пыталась отправить смс с телефона, но экран постоянно выключался, а если прибор и работал, то писало, что нет связи и местонахождение — неизвестное. Это раздражало, учитывая, что Шерли часто, в Лондоне, слушала день и ночь любимую музыку, а здесь она даже не включается. Когда Холмс спросила у МакГонагалл, что это такое, то та ответила, что на Хогвартс наложено заклятие, что блокирует подобное. Фото на телефон так же нельзя сделать, только на «волшебный» фотоаппарат, чем иногда пользовалась Шерли, чтобы отправить отцу фотоотчёт. Так же периодически Холмс отправляет письма матери, но та не настолько понимает дочь, чтобы ей регулярно писать. По крайней мере, так считала Лиззи, ведь у неё не было частых общих тем с матерью. Бывали письма с советами в планах дружбы, но эти же советы она могла спросить у Джона, так что в письмах к матери — не было смысла.

***

Было холодное утро, студенты школы волшебства потеплее одевались, чтобы согреться. Отчетливо ощущалась поступающая зима. Своим холодом она покрывала всё в волшебном мире. Когда мисс Холмс шагала в свой кабинет, ей на встречу шел Малфой, желающий поговорить с когтевранкой. Но, к сожалению, её быстро перехватил Бенедикт, подняв Шерли на руки и быстро унеся куда-то. Так быстро, что Драко даже не успел среагировать на действия. — Что ты творишь?! — воскликнула Шерлок, как вдруг поняла, что находиться в знакомой комнате. Это был недоделанный кабинет, в котором достаточно часто встречалась она с Малфоем, чтобы перекусить что-то, что не было набрано в Большом зале, или же просто что-то обговорить. — Ты меня избегаешь, а я тебя всё так же люблю. Странно, да? — ухмыльнулся он. — Почему ты меня так ненавидишь? — после слов Холмс Норрингтон выпучил глаза от удивления. — Я тебя не ненавижу, я вернулся ради тебя. Ты правда дорога мне, понимаешь… я вышел к такому вердикту, после многих лет. Я не смог больше испытать чувства к другой девушке. Я, когда меня спрашивали, был ли влюблен когда-то… всегда вспоминал тебя. — Ты ведь понимаешь, что ты накрутил себя? Мне очень жаль, но я не могу ответить тебе теми же чувствами. Бенедикт не смог принять слов Шерли, с этой причины парень поцеловал девушку, чтобы хоть как-то показать ей свои намерения. Та не могла сообразить, но всё же спустя секунды откинула Беню, понимая, что это совершенно не правильно.

***

Первой, кто узнав о этом поцелуе, была Лавгуд, которая всеми силами пыталась морально поддержать Шерлок, но это было сложнее, чем казалось. Наверное впервые Холмс написала матери, чтобы та помогла решить проблему. Элизабет была счастлива получить письмо с таким содержанием и просьбой о помощи решения данного вопроса. Женщина посоветовала дочери отпустить Бенедикта, убедить его в том, что тот не любит её. Не сказать, что миссис Холмс была удивлена, узнав, что семейство Норрингтон проживало в волшебном мире: с самого начала было понятным, что они не с мира сего, слишком идеальны и специфичны.

***

Незаметно пролетел и этот учебный год, в конце концов, на удивление, Беня вернулся во Францию и вновь пошел в свою школу — Шармбатон. Напоследок он сказал, что всегда будет помнить детство с теплотой и ему очень жаль, что он не попрощался. Шерлок не ожидала, что подобные слова заставят её плакать, ведь девушка, в своё время, действительно ждала этого «прощания». Она волновалась несколько лет, переживала, а потом просто отпустила ситуация, как и сейчас, когда Бенедикт принял решение вернутся в старую школу. На этот раз он попрощался.

***

— Драко, ты не хотел бы поехать со мной в Лондон? — неожиданно спросила Шерлок, на что Малфой ответил неподдельным удивлением. Вначале слизеринский принц спросил разрешение у родителей, но после отказа отца просто поставил ему ультиматум: он едет или он едет. Люциус понимал, что его сын уже не поддается его строгим принципам, поэтому отпустил ситуацию, несмотря на то, что ужасно переживал, чтобы его единственного сына не убил тот самый Майкрофт Холмс.

***

Неожиданно с Драко и Шерлок увязалась и Норма, которая оповестила всех о своем решении отправится в Лондон в самый последний момент. Конечно, вся романтическая идиллия распалась в крах. Но, по приезду, Нормани даже не беспокоила «парочку», просто наслаждаясь Лондоном и всматриваясь в красивейший огромный дом подруги. — Тебе нравится? — очередной раз спрашивала миссис Холмс. В Норми она видела истинную нормальную девочку. Она не была похожа на дедуктивную ходячую проблему, которой была Шерли. Иногда Элизабет мечтала о нормальной дочери точно так же, как и сама Шерлок мечтала о нормальной семье. — Да, спасибо, у вас просто замечательно, миссис Холмс! — улыбалась Малфой, — Кстати, а можно поиграться в вашей присвайке? — Присвайке? — Ну, прислайка… — пыталась ретироваться девочка, но в этот самый момент Элизабет рассмеялась. — Приставка, милая, ха-ха-ха, — улыбнулась женщина. Когда Шерлок и Драко вернулись с экскурсии, которую составляла сама девушка, то удивились тому, что миссис Холмс играла в приставку с Нормани. Шерли даже не знала, почему так расстроилась. Возможно из-за того, что она никогда не проводила таким образом время с матерью. Максимум, посиделки за чашкой чая или же слушая болтовню о работе отца и мамы, которые работают вместе. В конце вечера Майкрофт заметил перемену настроения дочери, поэтому, поселив Малфоев в комнатах, решил попросить Элизабет поговорить с Шерли. Тем же вечером девушки помирились окончательно, даже не поссорившись. Это выглядело очень странно, когда мужчина решил проверить, что же там за всхлипы, застал своих девчонок плачущими и обнимающими.

***

Через две недели гулянок с Драко и Нормани, Шерли почувствовала странное чувство, будто бы предсказание, которое предвещало всю её жизнь. Она поняла некоторые вещи, которые пугали девушку. Ей было всего-то 14 лет, скоро приближается 15-летие, но она ощущала на себе взгляд самой «жизни». С этими проблемами мисс Холмс пришла не к Шерлоку или Джону, да даже не к своим родителям, она поспешила к Эвр, которой было чуждо подобное, что волновало Шерли. — Ты понимаешь, Шерлок, — начала девушка, — Ты не пойдешь этим путём. — А вдруг, всё изменится и я действительно пойму, что всё же я… — Ты готова пойти на это? — спросила Эвр, приподняв бровь, — Ты, спустя эти 2 года, поймешь, что-то, что ты выбрала для себя — это не то, что ты хочешь. Волшебство… это так глупо и смешно. Это всё создал безумный человек и он когда-то это разрушит. — Иногда ты меня пугаешь своими словами, — улыбнулась Шерли, смотря на тётю за стеклом. Она не помнит, чтобы стояла за стеклом и обнимала свою тётушку, которую действительно очень сильно любит. С этой причины девушка плюнула на всё и открыла специальный проход в её «комнату». — Я должна была это давно сделать, — едва ли не плача, произнесла Шерлок, сильно сжимая Эвр в объятиях. Вначале тётушка не знала, что делать. Она стояла в ступоре пару секунд, даже не отвечая на объятия племянницы. Это было так ново. Последний раз её обнимал Шерлок, когда пытался вернуть своей сестре «здравый рассудок», которого у неё практически никогда не было. — Спасибо, — шепотом произнесла Эвр, пуская одну одинокую слезу, — Я люблю тебя, Шерли...