Шоколад с корицей

      Осень размеренно окрашивала листья золотом, вынуждая деревья отпускать те со своих ветвей на землю и обрекать на неизбежное гниение. Четверка людей пешим шагом направлялась в сторону Хогсмида, пребывая в траурном молчании, и только Элен, что тяжелее всего было начать разговор, пыталась немного разбавить напряженную обстановку ребячеством, к которому вскоре присоединился Теодор. Брюнетка весело брела по листве, периодически намеренно поднимая ту в воздух и радуясь, словно впервые видит столь красочное явление, как осенние листья. Веснушки на бледной коже нежились в солнечных лучах, отбывая свои последние деньки перед таинственным исчезновением, а лучезарная улыбка распростерлась на ее губах персикового цвета, оголяя верхний ряд белоснежных зубов. Терпения Нотта надолго не хватило, и, вот, он уже бережно берет подругу под руку, помогая той в непростом деле – наведении лиственного хаоса на тропинках и тротуарах. За всем действом угрюмо наблюдала пара, которая то шла позади, осуждающе и с завистью косясь на спутников, то обгоняла, вынуждая последних поспешить следом, повысив градус веселья. Со стороны казалось, что Элен и Теодор – сестра и брат, но это только казалось. — Эй, Эл, а давай ты взберешься ко мне на плечи и сорвешь лист с клена? — склонившись к уху, шепнул парень, явно наслаждающийся происходящим – в свете вчерашних событий он был крайне рад видеть Снегг в настроении, не напоминающем утопленника. Поддавшись накатившей волне позитивных эмоций, брюнетка охотно согласилась, не беспокоясь за неловкие ситуации. О каких неловкостях может быть речь, когда она с Тео? С парнем, который на протяжении долгих лет вел с ней переписку и осмелился стать некой опорой на первом курсе. Малфой взглядом полного презрения наблюдал за происходящим – девушка в сером пальто взбиралась на плечи друга, чтобы дотянуться до чертовой кленовой ветки. Теодор мог сделать это сам, просто встав на цыпочки и протянув руку. В Драко с каждым движением этой парочки разгоралось негодование сильнее и сильнее. — Даже смотреть мерзко, — пискнула Пэнси тонким голоском и отвернула нос от пары, словно демонстрируя свое отвращение. Блондин же испытывал схожие чувства, но не мог отвести взгляда, о чем-то тревожась и терзаясь. Нотт обхватил руками брюнетку за бедра, дабы та не рухнула с почти двухметровой высоты. С легкостью дотянувшись до листка красного цвета, Эл радостно вскинула руки вверх, что стало шагом к летальному исходу веселья. Реакция парня не заставила себя ждать, и вместо падения Элен ощутила мягкие руки. В солнечных лучах блеснули концы блондинистых прядей, которые растворились, стоило ей вновь ощутить твердую почву под ногами. Произнеся смущенное «спасибо», она чуть сжала сорванный лист, удивленно смотря в спину Драко, который возвращался к более недовольной Паркинсон. Эти отношения уже походили на семейную жизнь, а не на симбиоз во имя репутации. Брюнет лишь с хитрой улыбкой провожал приятеля, вновь склоняясь к уху подруги. — Сорвала? — А? — брюнетка вернулась с небес на землю и удивленно уставилась на Тео, который уже успел отстраниться, выпрямившись. Юноша с задумчивым взглядом рассматривал Малфоя, отчего у Элен возникло ощущение, что сегодня непременно что-то произойдет. — Лист, ты сорвала его? — переведя взгляд уже на подругу, Нотт кивнул на листок, который спутница сжимала в руках. Он уже не был столь важен, ибо былое счастье испарилось, сменившись рассеянностью и недопониманием произошедшего. — О, мадам, да Вы перегрелись, Вам срочно нужно охладиться в одном из прекраснейших заведений Хогсмида – Три Метлы. Прошу за мной, — кленовый лист опустился на землю, следом за своими предшественниками, а брюнетку уже потянули в сторону именитого паба. Пара позади тоже оживилась, рассчитывая на скорое приземление материальной точки где-нибудь. В такую погоду помещение заведения не было заполнено посетителями, ибо те в свою очередь предпочитали провести время в теплых лучах солнца, пока они еще грели. На смену этому теплу вскоре должны придти дожди и грозовые тучи, поэтому нельзя терять возможности насладиться красивейшей осенью на Земле. Слизеринцы устроились за дальним столиком, подальше от глаз зевак, которые уже успели засмотреться на их компанию. Простучав каблучками по полу, к столику подбежала женщина и, приняв заказ, убежала восвояси. — Почему она мне кажется знакомой? — задумчиво спросила Элен, что расположилась на диванчике рядом с Тео, напротив Драко и Пэнс. — Она является хозяйкой данного заведения, — хмыкнув, ответил Малфой, переведя взгляд на стойку бара, которая, невзирая на погодные условия, никогда не пустовала. Он будто намеренно не смотрел в сторону брюнетки, создавая видимость ее отсутствия. Паркинсон придвинулась к блондину ближе, обняв того за пояс и положив голову ему на плечо. Внутри Элен отозвалось что-то неприятное, острое, сравнимое с иглами. Не хотелось острить, отвечать непонятной болью на боль, просто промолчать и действительно отсутствовать. — Понятно, — бесцветно ответила девушка, отведя взгляд шоколадных глаз. Они были чем-то средним между молочным шоколадом и кофейными зернами, отчего впечатление «погружения», при взгляде на эти очи, усиливалось. Проницательный Малфой, несомненно, обратил на эту деталь внимание еще при первом столкновении с этой особой, но едва ли помнит. Откинувшись на спинку диванчика, она прикрыла глаза, погрузившись в вязкую трясину воспоминаний, что эпизодами замелькала в голове.

***

      В отличии от осеннего ветерка, детей в эту зиму обдувало порывистым ветром, кружа рядом снежные вихри. Однако эта непогода не стала препятствием для прогулки, и пара маленьких фигур, покинув логово Малфоев, вышла в зимний сад, что обладал собственным шармом замерзшей жизни в тонких нитях лоз, не опавших листьях и стеблях. Весело о чем-то щебеча, дети на первое время расположились на скамейке, стряхнув с той снежные сугробы. — Значит, ты хочешь стать великой волшебницей? — с нотками вызова и нескрываемого интереса спросил блондин, устроившись на скамейке рядом. В отличии от Элен, что уже болтала ногами, Драко сидел спокойно, не показывая волнения и тревоги. Пожалуй, это было первое непринужденное общение в его жизни. Просто так совпало, что Снегг до подозрительного зачастил к его отцу. Эта особа была ему по душе и отказывать ей в прогулке – было бы глупо, даже для ребенка. — О, и я несомненно ей стану. Буду бороться с силами зла, — гордо заявила брюнетка, не уточняя, с какими именно силами она собралась бороться и каким образом. Надменный смешок последовал за репликой Эл, напоминая о том, что на прогулку она вышла с Малфоем. И ни кем иным. — А если силы зла станут добром? — вкрадчиво для своих лет, спросил Драко, посмотрев на спутницу с насмешкой и предельным вниманием. На лице девушки тут же воцарилось непоколебимое спокойствие и уверенность, что блеском затронула глаза, постоянно горящие энтузиазмом. Он угас несколько позже, с наступлением первого курса. — Тогда буду до последней капли крови сражаться, — она знала смысл этих слов, их весомость для себя, но подозревать не могла, что в тот момент о ней отметил про себя Драко. Эти слова резанули по его ушам, как мел по доске – столь же громко, звучно и неприятно. Вера в правду отца уже отразилась в восприятии мира этого мальчишки, отчего потенциальная волшебница метила в списки недоброжелателей. Пожиратели… Да, служба Воланд-де-Морту. — Элен, ты совершаешь ошибку. — Прохладные руки мальчишки легли на щеки спутницы, повернув ее голову к себе и заглянув в омут шоколада со всей детской серьезностью. — Лучше подумай над целью еще раз, а иначе Тот-Кого-Нельзя-Называть убьет тебя, — он таки невольно засмотрелся, забывая ловить эмоции и их перемену во взгляде. — Что? О чем ты говоришь? — отталкивать или принять заботу – было неясно. Именно поэтому она просто сидела, с полным изумлением, смотря в омут льда глаз Драко, пока мелкие крупицы снега покрывали их плечи. Тогда это ровным счетом ничего не значило, но теперь отдавалось болью в грудной клетке и желанием сбежать от Малфоя. Он был хорош и одновременно плох. Даже в лице ребенка, который до конца не осознает, что еще мал. Из крайности хорошего – в крайность плохого. Драко лишь хмуро улыбнулся и слез со скамьи. Подав руку, он предложил продолжить прогулку по саду, в чем отказывать ему было глупо. Оставляя следы на снегу, дети размеренным шагом обходили сад, обсуждая с не по-детски серьезным видом детские вопросы. Когда же нос и щеки окончательно заледенели, раздалось заветное: «Драко, а не угостишь ли шоколадом с корицей?». И почему он забыл? Почему она только сейчас вспомнила?

***

      Образы прошлого были прерваны голосом Нотта, что уже битый час наблюдал за взглядом Малфоя и его желанием закрыться от Эл при помощи Пэнси, словно та живой щит. Брюнетка выпала из реальности. И надолго. Удивительно было то, что сейчас ее голова располагалась на плече говорящего. Видимо, уснула. Судя по второй пинте пива, стоявшей перед Ноттом и Драко – она пропустила многое. Стоило перевести полуживой взгляд на парочку, что активно создавала образ увлеченности друг другом, как в компании раздался тяжелый вздох со стороны Снегг. Эту картину лицезреть приходилось частенько, но ранее Драко выражал явное безразличие, а сейчас – пытается принимать участие. Стало тошно. И не только Элен. Когда Пэнси плавно начала перемещаться на колени Малфоя, Тео не выдержал и, поднявшись, попросил того выйти освежиться за компанию. — Воу, Драко, ты явно перепил. Надо бы выйти, проветриться, дружище, — это ненавязчивое по своей формулировке предложение сопровождалось отстранением друга от девушки. Теодор просто знал, что рано или поздно, но принц Слизерина пожалеет о том, что его выбор для обжиманий пал на Паркинсон. Когда парни покинули помещение, за столиком воцарилась гробовая тишина, предзнаменующая только одно – страшное и неизвестное. Пэнси пересела к Элен, придвинув к себе свою пинту пива. — Знаешь, Элен, думаю, что теперь нам можно поговорить по душам, — Пэнси намеренно протягивала гласные, настораживая больше с каждым произнесенным словом. На ее устах воцарилась довольная улыбка садиста. Отпив сливочного, она продолжила свои речи. — Я вижу, что между вами с Драко кошка пробежала, не подскажешь, по какой причине вы в таких молчаливо-заботливых отношениях? Хотя, нет, знаешь, можешь не отвечать. Всему факультету уже ясно, что ты одна из тех, кто поддался его чарам. В отношениях с девушками он неприлично обходителен и хорош, даже с такими грязнокровками, — Пэнси искоса взглянула на Эл, желая оценить реакцию той, но, увы, ни с чем кроме безразличия не столкнулась. Внутренний червь надкусил гниль, которая полезла наружу – с уст задиры слетели те слова, что запустили необратимый процесс. — На самом деле, не сдался мне более этот Драко с его фаворитками. Это утомляет, — она наигранно закатила глаза. — Вот Забини – то, что нужно. Верен, готов в любой момент выполнить грязную работу. Настоящий король, а не эта смазливая мордашка. Смотреть тошно, но репутация обязывает терпеть его капризы, которые по уровню его «титулу». — Обязывает к чему? — в глазах Элен отразилось удивление, ибо она смекала, к чему клонила эта девушка – адюльтер с Забини, но едва ли подобная трусиха как Паркинсон была способна на подобное. Или она была умнее, чем Эл казалось. — А ты будто не знаешь, — девушка усмехнулась, сев к своей собеседнице в пол-оборота. Ей польстило то, что слова пролетают не мимо ушей. — Я обязана Драко. Если бы не его внешность обольстителя и репутация, то мне пришлось бы коротать время в углу тихонь, а так…, — увы, но договорить Паркинсон не удалось, ибо юноши соизволили вернуться за стол, на ходу сняв с себя пальто. Увидев, что Пэнси сидит рядом с Элен, Нотт значительно напрягся, что отразилось на его лице – взгляд стал серьезнее прежнего, а челюсти плотно сжались, отчего выступили жвалки. — Эл, она тебя не сильно достала? — поинтересовался Тео, следя взглядом за тем, как задира пересаживается на свое место. Создалось такое впечатление, что вот-вот и он ее на части разорвет. Малфой с заинтересованностью во взгляде рассматривал Пэнси, явно пытаясь понять, о чем же девушки могли разговаривать в его отсутствие. Он достаточно хорошо знал Паркинсон и мог предположить, что беседа была, пусть и косвенно, но о нем. О чем Элен и Пэнс еще разговаривать? Явно не о косметике или духах. Атмосфера стала до невозможного наколенной, было необходимо ее чем-то разбавить. — Нет, Тео, ничуть. Все в порядке, — взгляд кофейных глаз скользнул на Драко, отчего тот, с видом рассеянной невозмутимости, поддержал контакт глазами, начав небольшую игру – кто-первый-отведет-взгляд. — А вы, мальчики, о чем это сплетничать отходили? — Эл чуть улыбнулась, отчего уголки ее глаз чуть прищурились, создавая образ хитрой лисы. Нотт, заметив поведение своих друзей, лишь хохотнул и качнул головой, явно не желая мешать им. — Боюсь, Элен, что таким маленьким девочкам об этом знать не обязательно, а то до помутнения рассудка недалеко, — с надменностью и ледяными нотками в голосе произнес платиновый блондин. Ранее Снегг расстроилась бы ответу в подобном тоне, но сейчас она понимала, что это обыденное поведение Драко. — А о чем же им обязательно знать? — чуть шагнув вперед, спросила девушка вполголоса, не отводя взгляда от голубых глаз, что сейчас напоминали озеро в туманной местности. Паркинсон молчаливо наблюдала за ситуацией, постукивая каблучком по полу и явно раздражаясь всё больше и больше. Драко первый прервал контакт глазами, склонившись к уху собеседницы и едва коснувшись губами до мочки. От парня, как и прежде, исходил запах парфюма, приятно ударявшего в нос и слегка дурманящего разум. Невольно поймав себя на мысли, что прижаться к слизеринцу неплохая идея, Эл прерывисто вздохнула, борясь с порывом. — Обсудим это в более интимной обстановке этой ночью, — выпрямившись, Малфой прошел к диванчику и вновь сел рядом с Пэнси, положив руку на спинку диванчика. Он не предлагал, он не спрашивал разрешения, он ставил перед фактом. Кожа мочки уха до сих пор приятно горела, напоминая о близком контакте с принцем Слизерина, а в виски приятно отдавались отголоски пульса, что уже успел стать тяжелым и ускоренным. Она знала, что долго так продолжаться не может и ей либо придется запереть дверь комнаты, оставшись в одиночестве на эту ночь, либо впустить слизеринца и тогда плотно закрыть ту. Вечер в пабе продолжался без приключений – Драко поглядывал в сторону Элен, бросая на нее неоднозначные взгляды. Пэнси же вновь обратилась в дождевую тучу, заметно надувшись и затаив злость на весь мир. Она знала, чувствовала, что Малфою стала более не интересна, ведь он нашел себе новый объект для обожания. Раньше это работало по схеме – я к ней на пару ночей, а потом вернусь. Но что-то Пэнс подсказывало, что с этой брюнеткой так не будет. Потеря частичной власти над Драко не сулила ей ничего хорошего – только нападки со стороны слизеринок, что давно наточили вилы и заготовили факела на случай переворота. На обратном пути в замок, пары разошлись весьма необычным составом – Малфой увлек за собой Элен, бросив друзьям что-то на подобии «идите, мы догоним», но заведомо было известно, что никто и никого догонять не будет. Пара лавировала между деревьев, ловко огибая те и держась за руки. «Его руки… Они до мурашек теплые. Кто бы мог подумать, что у обладателя холодного цвета глаз и соответствующего взгляда - теплые руки?», — девушка бросила беглый взгляд на сцепленные вместе руки, а на щеках ее заполыхал легкий румянец. — Вот, мы и пришли, — произнес блондин, когда они вышли на берег Черного озера. Прохладный ветер приятно скользнул по обнаженной коже, вынуждая чуть сильнее сжать руку парня, на что он улыбнулся уголками губ. — Драко, это не очень похоже на интимную обстановку, — тихо хохотнула Элен, когда блондин повернулся к ней лицом. До сих пор было не понятно, что же творится в голове этого юноши, и каковы его мотивы, но едва ли это волновало сейчас. — О, да? А я думал, что с любимым и в… — Прекрати, ты знаешь, что мы никакие не «любимые» друг другу, — резко оборвала девушка, отчего Малфой чуть поморщил переносицу и отвел взгляд. Видимо, она перестаралась, буквально выдрав его из привычной манеры общения. — Пожалуй, ты права, — тихо произнес блондин, опустив взгляд на вторую руку девушки и осторожно взяв ту, словно опасаясь отстранения. Она постепенно разрушала тот кокон, в который он сам себя окутал, желая оставить всё, как есть – безоговорочное подчинение отцу, созданный образ плохиша и путанный клубок, который образовался за его недолгие четырнадцать лет. Малый возраст, но волшебники из-за ответственности, которая ложится на их плечи, взрослеют раньше, чем среднестатистический «muggle». «Мерлин, и как он еще не сошел с ума?», — вдруг возник вопрос в голове Эл. — «А вдруг – уже сошел и невольно погружает окружающих в свое безумие?», — на самом деле, Снегг воспринимала Драко как окончательно и бесповоротно запутавшегося в себе и жизни юношу, но нежелание выбираться из панциря говорило о том, что Малфой замкнулся в себе, решив пустить все на самотек, а сейчас противоречит своему существу – стоит с ней, столь же запутавшейся в себе и жизни, на берегу озера, держа за руки и задумчиво смотря на те, будто оценивая риск, на который идет. — Ты вчера всё сказал, дав понять, что у этих отношений нет будущего. Так что изменилось? — один из вопросов, которые терзали мысли особы, сорвался с ее уст, прервав на мгновение воцарившуюся между ними тишину. Взгляд ледяных глаз скользнул на лицо собеседницы, отчаянно цепляясь за каждую черту, но не решаясь остановиться на том, что именуют зеркалом души. В итоге, блондин глубоко вздохнул, прикрыв глаза и обняв Эл, от чего ее подбородок уткнулся в мягкую ткань его дорогого пальто. Прохладный нос юноши зарылся в шарф брюнетки, едва ощутимо обдавая дыханием кожу шеи. — Элен, я схожу с ума, — озвучил он ее догадки, сильнее утыкаясь носом в мягкую ткань. — Ты действуешь как противоядие. Чертова отрезвляющая настойка или… Дурманящая. Уже не знаю. Я окончательно запутался, — голос слегка дрожал, выдавая внутреннее волнение обоих, но менее приятным от этого не стал. — Помоги мне, прошу, — эти слова были произнесены в шарф шёпотом, будто в страхе, что будут услышаны кем-то посторонним, чужим и способным навредить, воспользоваться слабостью Малфоя. — Драко, ты – дурак, которых поискать еще нужно, — в тон шепота парня и сопровождении отчаянного смешка, произнесла Элен, обняв блондина за шею и скользнув рукой в светлые волосы, а в собственной голове раздалось настойчивое: «могу ли я тебе верить после того, что было на первом курсе и вначале этого? Какова вероятность того, что ты не играешь?». Шумно вздохнув, она начала медленно поглаживать юношу по волосам. — Я буду рядом. Попробую помочь, Малфой, но не смей предать мое доверие, — серьезные нотки промелькнули в голосе девушки, а мягкие губы коснулись до виска блондина. — Не смей, слышишь? — Никогда, — произнес блондин, медленно отстранившись от шарфа, подставляя нос вечерней прохладе. — Никогда, — повторил он вновь, поймав губы спутницы своими и вовлекая те в поцелуй. Внутреннее волнение смешалось с трепетом, создавая смертельный коктейль, дурманящий сильнее огненного виски. Теперь, когда они оба стоят на берегу озера, в непосредственной близости, которую едва ли возможно объяснить внутренней слабостью израненных душ, алые нити судеб обвивают их плотнее прежнего. Тонкие пальцы перебирали пряди светлых волос, путаясь в нехитрой паутине, а юношеские руки плотнее прижимали к себе, расположившись на талии и чуть ниже лопаток. Это было чем-то волшебным, чем-то таинственным. Совершенно противоречивым, отчего безумно притягательным.

***

      Отважный Теодор Нотт брел рядом с девушкой, на голову ниже, скрывая волнение и некий трепет ожидания – он знал, почему его друг поступил так некрасиво и столь резко, оставив его один-на-один с явно недовольной «любовницей». Пэнси действительно была темнее самой хмурой дождевой тучи. Нет, она переходила в состояние грозовой, предвещая штормовое предупреждение. На подходах к замку их остановил Северус, преградив путь к входу в Хогвартс. — И что это парочка слизеринцев делает в такое время здесь – на улице? — поинтересовался мужчина в привычной ему манере, сверху-вниз смотря на учеников, которые явно подвыпили этим вечером. Нотт поднял взгляд на декана факультета, уже мысленно разбирая банки-склянки в его кабинете до скончания своей жизни, а Пэнси не решалась взглянуть на зельевара. — Мы прогуливались, — наконец решил произнести Тео, понимая, что нет смысла ждать чего-то от Паркинсон. — Так будет вам известно, что после вчерашнего инцидента – покидать Хогвартс после шести часов вечера без разрешения декана и сопровождения старосты – строжайше запрещено. А теперь, убирайтесь прочь. Вы до конца этого года можете забыть о разрешениях посещать Хогсмид. Предайте мисс Элен и мистеру Драко, что я жду их в своем кабинете. Сейчас же, — холодно произнес брюнет, нахмурив брови, явно желая покинуть пару, но слова Пэнси заставили его остановиться. — Боюсь, профессор Снегг, что это невозможно. Элен и Драко за стенами школы, — время грозовой тучи настало, и гнев Зевса сошел на землю. Губы девушки растянулись в кривой и самодовольной улыбке. — Простите, Паркинсон, что вы только что сказали? — резко повернувшись к паре, стараясь не выдать волнения, произнес учитель. — Малфой увел всеми любимую мисс Элен в сторону Черного озера. Не верите? Убедитесь сами, — гордо хмыкнула слизеринка, пока в голове Нотта раздавались мольбы о том, чтобы его непутевая спутница проглотила или хотя бы прикусила свой длинный язык. — Чтобы я не видел вас сегодня, — с нотками недовольства в голосе произнес Северус, быстрым шагом направившись в сторону озера и вооружившись волшебной палочкой. Тео смерил убийственным взглядом девушку, явно желая сделать из нее колбаски Чиполата или что еще похлеще. — Ты с ума сошла? Зачем ты это сделала? — уже зайдя в замок, налетел на мопсиху парень. Ему были ясны мотивы и желание отыграться, причинив уйму неприятностей любимому ею Драко. Чем сильнее человек влюблен, тем сильнее он ранит. Однако слизеринец хотел услышать это из уст ее спутницы. — А ты как думаешь? Все во имя справедливости, — с издевкой сказала задира и, хмыкнув, отправилась в подземелья, явно не намереваясь продолжать бессмысленный для нее треп. Что можно было взять с Нотта? Ни репутации, ни внешности греческого бога – абсолютное ничто. На этой ноте пара разошлась, но приключения не закончились. — Тео, есть разговор, — на пути к спальне, Нотта остановил голос Забини. Повернувшись лицом к парню, брюнет шумно вздохнул, плечом привалившись к стене. Желания говорить с Блейзом не было, а сегодня – особенно. — Замечательно, Забини, надеюсь, это действительно что-то важное, ибо я валюсь с ног, смекаешь? — усмехнувшись, с явной усталостью во взгляде, произнес парень, тлея надеждой, что собеседник скажет что-то в роде «о, ну, тогда разговор потерпит», но нет. — Пойдем, — не считаясь с Тео и словно не слышав его, произнес юноша, развернувшись в сторону его спальни. Утомленному насыщенными событиями парню пришлось следовать за нарушителем спокойствия. Стоило зайти в спальню Забини и Малфоя, как со стороны Нотта раздался едкий комментарий: что? Не все ладно в змеином королевстве? — Более чем, Нотт. Грядет небольшой, м… Переворот. Вчерашний инцидент навел смуту в кругах Слизерина. Гриффиндор обвинил нашего принца в дурном влиянии на мисс Единственную Грязнокровку и покушении на Чжоу. Она, кстати, сейчас в тяжелом состоянии, но Помфри обещает, что ее даже домой отправлять не придется. — Забини устроился в кресле, следя за изменениями в лице Тео. — Присаживайся, — парень кивнул в сторону кресла, что стояло напротив. — Пожалуй, откажусь, — Нотт прошел ближе к Блейзу. — И ты, как самый ответственный слизеринец, взял на себя груз ответственности успокоить Слизерин? — Весьма наивно, Тео, полагать, что я буду разбираться в делах факультета без награды. Ты и сам понимаешь, что отсутствующий принц – бесполезный правитель. Как видишь, в столь переломный момент Драко нет, — на губах Забини появилась насмешливая улыбка. — Поэтому я начал собирать группу людей, готовых пойти против нашего принца. Не хочешь присоединиться? — И каким же образом ты хочешь подмять под себя весь Слизерин? — Есть один не совсем законный способ. Так что ты скажешь, Тео? — игнорирование вопроса явно насторожило организатора переворота. — Я согласен, — коротко произнес Нотт. — Отлично, тогда завтра собираемся в гостиной Слизерина, есть что обсудить. Постарайся сделать так, чтобы Драко рядом не ошивался. А, да, и прихвати с собой обаятельную грязнокровку. С ней тоже есть, о чем поговорить, — Забини махнул рукой в сторону выхода. Оказавшись за порогом злосчастной комнаты, Нотт тут же принялся обмозговывать сказанное. Был необходим план действий, но сейчас у Тео была невыносимая тяга ко сну.

***

      Пара стояла на берегу беспокойного моря, смотря на то, как водный простор, ограниченный горами и соседним участком суши, колеблется под действием порывистого ветра, что с каждым десятком минут становился увереннее и сильнее. Малфой обнимал девушку, что стояла сбоку, за талию и прижимал к себе. Его дыхание было размеренным, словно он успокоился после небольшого выплеска эмоций и страхов, что не могло не радовать Элен. Положив голову ему на плечо, брюнетка прикрыла глаза, наслаждаясь происходящим. — Думаю, что нам стоит вернуться, — тихо произнесла девушка, робко обнимая юношу за шею. Не хотелось вновь погружаться в мир, наполненный беспокойством и людской злобой, но всяко придется, да и перспектива простыть особо не радовала. — Замерзла? — в тон голосу брюнетки, поинтересовался Драко. «Едва ли рядом с таким парнем можно замерзнуть», — проскользнула в голове мысль. — Есть немного. Да и ты сам едва ли похож на человека, который не готов с минуты на минуту начать дрожать. — Пожалуй, ты права, — слабо улыбнувшись, блондин отстранился от Элен, не прекращая держать ее руки. — Тогда, пойдем, — обернувшись, парень встретился взглядом с учителем зельеварения. — Наконец вы меня соизволили заметить, — не без издевки произнес Северус. Если бы не прохлада этого вечера, он наверняка закатал бы рукава плаща и схватил их за воротники пальто. Вид у него был слишком недовольным. — А теперь – марш в замок, будете всю ночь драить кабинет, — раздраженно фыркнул брюнет, и троица направилась в сторону Хогвартса, соблюдая тревожное молчание и смотря в спину своего декана. Они явно не отделаются только наказанием в виде уборки кабинета.