Autumn apples and my feelings

Этери пришла домой поздно. Тренировка была утомительной, а бумажная волокита еще больше заставляла чувствовать себя уставшей. Хотелось только завалиться на кровать и уснуть. — Мам, тут тебе посылка пришла, — разался голос Дианы из кухни. Посылка? Только этого не хватало. Интересно, от кого? — Ты еще не спишь? А ну-ка давай в постель! Если ты не забыла, то тебе рано вставать завтра, — она отправила Диану спать, а той осталось лишь повиноваться. Посылку она решила открыть у себя в спальне. Прочитала от кого и усмехнулась. «Evgenia Medvedeva. Toronto, Canada». С чего это вдруг? Явилась блудная ученица? Вернее, бывшая блудная ученица. Тутберидзе достала из коробки ароматизированные свечи. Господи, она и забыла, что Женя знает о ее любви к ним. А еще Медведева знает, что особенно тренер любит свечи с запахом осенних палых яблок. Именно их она и положила в посылку. Дальше последовала маленькая статуэтка в виде девушки-фигуристки. Она чем-то напоминала Этери Женю. Секунду спустя, женщина вспомнила, что эту статуэтку подарили Евгении болельщики на каких-то соревнованиях, где она заняла первое место. — Ну и к чему все это, Женя? Мы обе хотим вернуть друг-друга. Но мы обе слишком гордые, — сказала она в пустоту. Тренер вернулась к посылке. Фоторамка со вставленной их совместной фотографией. Возможно, все думают, что Тутберидзе в гневе сожгла и разорвала все фото с бывшей воспитанницей. Но она просто убрала их в отдаленный уголок шкафа. Теперь еще одно фото добавится к остальным… Эту фотографию Этери любила больше всего, поэтому и отдала Жене. Чтобы та чувствовала эту любовь. На самом дне лежал лист бумаги. Этери трепетно взяла его. Что же написала там фигуристка? Захотела попрощаться навсегда? Или наоборот вернуть все на свои места? Неизвестно откуда, появилось волнение. Женщина сделала глубокий вздох и начала читать. «Здравствуйте, Этери Георгиевна. Вы наверно задаетесь вопросом, к чему все это. Тогда, в мае, мы неправильно попрощались. Вернее, не прощались совсем. Может быть, дело в том, что я не хочу прощаться. После олимпиады между нами образовалась пропасть. Пропасть, которую я всеми силами желала засыпать нашим общением, доверием и любовью друг к другу. Но как только мне стоило это сделать, пропасть образовывалась снова. Я никого в этом не виню, ни вас, ни, как вы возможно могли подумать, Алину. Только себя. Я чувствовала что теряю очень важное в своей жизни. Теряю вас. Ночами я вспоминала все, через что мы прошли. Вы представить себе не можете, как много воспоминаний всплыло наружу. И самое ужасное, что мы не можем повернуть время вспять, что такого уже не будет никогда. Я толком и сама не поняла причину моего ухода. Различные эмоции управляли мной в тот момент. Я то хотела отдалиться, то быть рядом. Но только в самолете до Торонто я поняла, что бегу только от одного. От своей любви к вам. Это странно и безумно, я знаю. И вам сейчас, наверно, хочется дать мне хорошего пинка под зад. И я совсем не против этого. Можете даже по льду за ноги повозить, как раньше, я даже и звука не издам. Я ничего не могу с собой поделать. И скучаю, сильно скучаю. Женя» Слезы окрапили Женино письмо. Этери впервые плакала из-за ухода Медведевой. Да, было больно. Было чувство, что ее предали. Но сейчас еще больнее. Тело будто прошибала молния, резали ножи, тыкали со всей силой большой иглой, но слова ранили намного сильнее. — Она любила меня. А я любила ее. И мы обе ничего не увидели в друг друге. Как же мы с ней похожи, — шептала она. Утром всю квартиру наполнял аромат палых яблок. Тутберидзе едва удалось заснуть. Всю ночь она думала о Жене, о том, как сложилась ее жизнь в Канаде. В сердце засела тоска. Чуткий сон прервал звонок в дверь. Она выбралась из-под одеяла, на ходу поправляя волосы. — Ну и кого там черти принесли? Открыв дверь, тренер чуть не упала в обморок. Перед ней стояла та, кого больше всего хотелось увидеть. — Женя? Медведева улыбнулась. Искренее и тепло, как всегда улыбалась для Этери. Не ожидала, верно? — Поговорим? — брюнетка сделала шаг вперед. — Что ты здесь делаешь? -женщина осмотрела девушку с головы до пят. — Пришла во всем разобраться. — Не нужно никаких разборок, Жень. Я получила твою посылку. И знаешь… Она замялась. Впервые в жизни, Этери Тутберидзе не знала, что сказать. Впервые чувствовала себя потерянной. Это все из-за ее бывшей ученицы. Она превращала ее из снежной королевы в теплую и приятную женщину, которой, как и всем, нужна любовь. — Я тоже люблю тебя.