Вэй У Сянь не видит в этом ничего плохого

Они были всего лишь подростками, поэтому Вэй У Сянь не видел ничего плохого, чтобы познать все прелести жизни в таком прекрасном и юном возрасте. Он не видел ничего плохого ни в чтении порнографических журналов (даже в стенах ордена, где это было наказуемо), ни в приставании к молодым девушкам в любое время суток, ни в предложении своему близкому другу, почти брату, утолить плотское желание вместе. — Ты понимаешь, что сейчас предлагаешь?! — Цзян Чэн заткнул себе рот, когда понял насколько громким это было. В Гу Су Лань был строгий режим, нарушение которого не являлось чем-то хорошим. — Понимаю, — Вэй У Сянь сел на край кровати своего шиди, продолжая предлагать то, что другой иной человек и подумать не решился. — Цзян Чэн, давай попробуем. Ничего смертельного не случится, если сделаем это один раз. Один раз и я не буду мешать тебе на протяжении всей жизни. — Сам-то веришь в это? — юноша почувствовал, как Вэй Ин придвинулся ближе, надвигаясь на него, словно тот был жертвой. — Прекрати! — Один раз, — он поставил руки по обе стороны ног, наклоняясь к лицу друга. — Я же не только для себя прошу. Мы в этом ордене больше месяца и больше месяца у нас нет шанса уединиться по своим делам. Это может плохо сказат... — Хорошо, — сказано шепотом, но Вэй У Сяню хватает и этого, чтобы откинуть не самое толстое и теплое одеяло с кровати, касаясь губами губ Цзян Чэна. Хоть у обоих это был не первый поцелуй, будущий глава ордена Юнь Мэн Цзян смутился, скорее от неожиданности, чем от чувств. Поэтому через мгновение проводит в ответ по губам, проникая в приоткрытый рот друга, сталкиваясь языками. Поцелуй получается медленным и терпеливым. Вэй У Сянь отстраняется первым, опуская голову на плечо. — Не дум... — Я убью тебя, если скажешь хоть слово. Цзян Чэн злится, но не предпринимает ничего, чтобы подтвердить свою угрозу, наоборот, кладет руку тому на шею и ведёт ею выше, пропуская между пальцами волосы. Юноша прикрывает глаза и буквально мурлычет от таких прикосновений. Пока Вань Инь расслабляется и приходит в себя, думая, что на этом все и закончится, Вэй У Сянь кладёт теплую ладонь тому на промежность, слегка поглаживая ещё вялый член. Цзян Чэн громко выдыхает, когда тот проводит по шее языком, прикусывая кожу под ключицами. Ему кажется, что они переступили все грани дозволенного и стоит действительно остановиться, разойтись по своим кроватям и больше никогда не вспоминать об этом постыдном моменте, как о страшном сне. Вэй У Сянь же думает совершенно по-иному, поэтому полностью перемещается на кровать, зажимая ногами бедра друга. Он пробирается правой рукой через лёгкую ткань нижних одежд, прикасаясь к вставшему члену и оголяя головку от крайней плоти, а левую кладет на шею, надавливая на косточку, над местом, где остался еле заметный розоватый след. Цзян Чэн притягивает Вэй У Сяня к себе жёсткой хваткой в волосах, на что тот хотел было возмутиться, но ему не дали, поцеловав. Юноша усмехнулся, позволяя шиди кусаться, впиваться короткими ногтями в кожу шеи и языком водить по ряду зубов, пока тяжело дыша он не отстраняется. — Может, поможешь мне? — Вэй Ин потерся пахом о ногу Цзян Чэна, привлекая внимание к себе. В ответ ему кивнули и он почувствовал, как прохладная рука коснулась его, заставляя невольно дернуться. Вань Инь повторял движения Вэй У Сяня, двигая рукой по члену в ровном медленном темпе, иногда сбиваемом на резкий и рваный. Цзян Чэн с трудом сдержал стон, прикусывая губу, как и Вэй Ин позже. Они подходили к разрядке, и Вэй У Сянь первым, уткнувшись лицом в подушку рядом с плечом своего друга, хрипло застонал и излился в кулак Цзян Чэна, доводя и его до конца. Он упал на тело под собой с блаженным видом, намереваясь заснуть, но его толчком в бок заставили прийти в себя. — Слезь с меня, чертов Вэй У Сянь, — юноша столкнул того с кровати, из-за чего ему пришлось подняться и упасть на соседнюю, — и забудь об этом дне. Сотри его из своей памяти. — Нет проблем, Цзян Чэн, нет проблем, — пробубнил он.