Меня без тебя нет

Кларисса Адель Моргенштерн — Ты сегодня просто в ударе, вымотала и парней, и меня, — довольно произнёс Рон. — Да всё как обычно, просто это вы слишком расслабились, — хмыкнула я. — Больше занимайтесь, меньше уделяйте времени девочкам и выпивке. Все пятеро парней недовольно загудели, как бы говоря: «Да ты что, мы не такие!». Я же, едва заметно пожав плечами, проигнорировала их показное недовольство и направилась к выходу. На душе было удивительно светло. Так всегда бывает после встреч с Роном и ребятами. Почти три года я знаю этих раздолбаев, и за это время они стали мне родными. Рон, такой серьёзный на первый взгляд, но в душе тот ещё балагур. Эд и Михаэль — два гуляки, любители вечеринок и девочек. Брюс — истинный компьютерный гений, и Рей, который больше всех остальных обожает проводить время в спортзале. Каждый из этих парней стал мне как брат, потому я всеми силами стараюсь научить их всему, что знаю сама. Потому что, наверное, просто не переживу, если кто-то из них погибнет. Первым, с кем я познакомилась, стал Ронан. Случилось это три года назад, мне только-только стукнуло восемнадцать, и я отвоевала у родителей право выходить в одиночные рейды. К тому времени охота была уже хорошо знакомым и любимым делом. Я и мой парабатай Тони с моих шестнадцати патрулировали улицы Нью-Йорка. Иногда к нам присоединялся мой любимый брат Джон. И мне нравилось охотиться с парнями, но одиночные рейды это иное… Большая острота ощущений, сумасшедший адреналин. И вот во время одного из таких рейдов я и наткнулась на Рона, которого буквально загнали в угол три залётных вампира. Сразу было видно, что их цель — полакомиться живой кровью. И, судя по двум трупам, валяющимся неподалёку, настроены они были идти до конца. И не появись я, Рон был бы обречён. Всякий раз, когда думаю об этом, тело охватывает нервная дрожь. Я уже не могу себе представить жизнь без этих парней. После, убедившись, что с парнем всё в порядке, и бросив сожалеющий взгляд на погибших, я скрылась в ночи Нью-Йорка. Через несколько дней я и думать забыла об этом эпизоде. В один довольно приятный и тёплый день я отправилась в торговый центр, дабы немного обновить гардероб. Не сразу я узнала в симпатичном улыбающемся мне парне недавно спасённого в тёмном переулке. Когда он пригласил меня выпить чашечку кофе в кафе, которое буквально находилось в десятке метров, я растерялась. По-хорошему, надо было отказаться. Не должны нефилимы водиться с примитивными. Мы из разных миров. Но Рон был таким милым, а мне было так отчаянно скучно, что я просто не смогла сказать «Нет». Он горячо поблагодарил меня за спасение своей жизни и поинтересовался, где я так научилась сражаться, да и что это вообще за нечто было. Пришлось врать. Много. Постепенно мне удалось убедить парня, что мои навыки — заслуга родителей, а всё увиденное им — последствия сильного стресса, и нападающие были просто наркоманами, и они не погибли, а убежали. Но всё равно огонёк недоверия ярко горел в его взгляде. После того обеда Рон назначил мне новую встречу, и я снова согласилась. Пусть и примитивный, но с ним было очень легко и интересно. Мне давно хотелось разнообразия. Я безумно люблю своих близких и охоту, но иногда хочется чего-то иного, кардинально нового. И Рон был как глоток свежего воздуха. На третьей встрече я начала нервничать. Рон был умный, симпатичный, интересный, но я видела в нём исключительно друга. Я чувствовала, ему от меня что-то нужно, и первое, что приходило в голову — вполне конкретный мужской интерес. Каково же было моё изумление, когда, жутко смущаясь, парень спросил, не соглашусь ли я подучить боевым искусствам его личную охрану, не за бесплатно, естественно. Это был полный ступор. На какой-то момент даже вылезла наружу пресловутая женская логика: мне стало обидно, что его интерес не имеет ничего общего с половым. Да и сама просьба учить примитивных приёмам Сумеречных охотников? Это же нонсенс! И я постаралась мягко отказаться. Только Рон был неумолим и настроен серьёзно. Заявил, что богат и за ценой дело не встанет. Также не будет проблем с местом — он владелец спортзала. Видя, что я всё равно не горю желанием соглашаться, выдвинул совсем уж сумасшедшее предложение — долю во владении этим самым спортзалом. По принципу «У меня полно денег, и от меня не убудет, а у тебя всегда будет стабильный высокий доход». Взамен от меня всего-то и требуется тренировать его личную охрану. Возможно, я всё же меркантильна, но после столь щедрого предложения я согласилась. Правда, с условием, что я сама буду назначать время тренировок, ведь в первую очередь я — Сумеречный охотник, и моё время зачастую мне не принадлежит, и строить далеко идущие планы я просто не могу. Так вскоре я стала совладелицей спортзала «Твой стиль». Я ожидала целую толпу накаченных парней, а их оказалось всего четверо, Рон пятый. Я должна была объяснить и показать принципы и основы им, а уж дальше они сами подучат остальных. Стоит ли говорить, что поначалу четверо здоровенных парней, увидев невысокую и миниатюрную меня, лишь издевательски хмыкали и пошло шутили? В первый же день мне пришлось навалять всем четверым, хоть это было и не совсем просто. Зато после меня наконец начали воспринимать всерьёз и слушать, что я говорю. Постепенно мы стали хорошими друзьями и не раз встречались за пределами зала, чтобы просто где-нибудь посидеть и пообщаться. Сейчас мы друг другу и вовсе родные. Парни следовали за мной до самой машины. Сев и пристегнувшись, я помахала им рукой и направилась в сторону Института. При воспоминании о том, как сегодня пришлось буквально сбежать по-тихому, настроение стремительно покатилось вниз. Родители, Джон и Тони всю душу теперь вымотают. И всё из-за того, что из Аликанте должна прибыть группа охотников нам в помощь. Как по мне, то мы и сами неплохо справляемся, не больно нам они нужны. Да и без меня есть, кому встретить их. Ну не могла я снова подвести парней! Я уже дважды перед этим переносила тренировки, а всё из-за того, что завёлся на улицах города какой-то псих, который мочит нижнемирцев направо и налево. Машин на улицах почти не было, и я смогла немного разогнаться. Не ахти какая скорость, но всё лучше, чем тащиться на черепашьей скорости, принятой законом примитивных. О да! Скорость — моя страсть! Моя машина — моя любовь! Это истинное счастье — лететь по пустому шоссе стрелой! В такие моменты я чувствую себя свободной как никогда. Чистая эйфория. И за это спасибо я должна сказать опять же Рону. Именно он показал мне, какой это кайф, он же помог с приобретением автомобиля. С тех пор я и моя красавица неразлучны. Джон и Тони не особенно понимают эту мою одержимость машиной и дружбу с примитивными. В начале оба пытались меня прессовать и вправлять мне мозги, но в последствии поняли, что это бесполезно, и смирились. Родителям знать об этой стороне моей жизни и вовсе не обязательно. Припарковавшись на привычном месте, неподалёку от Института, я, морально настроившись выслушивать нравоучения родных, направилась к величественному зданию, где провела всю свою жизнь. Знакомые с пелёнок коридоры вывели меня в общий зал. От открывшейся моим глазам картины я буквально вросла ногами в пол. Высокий темноволосый парень жадно целовал Джона, вцепившись в его футболку. «Сука, что?!», — первое, что пронеслось в моих мыслях. Какой-то левый парень целовал моего брата! Моего, чёрт его подери, брата! Джона, которого я знаю всю свою жизнь и который был стопроцентным гетеро. Во всяком случае, я никогда не замечала за ним интереса к лицам мужского пола, в то время как девочек он менял довольно часто. И тут такое! — Джо-о-о-он! — наконец отмерла я. — Что это, мать твою, такое? Как это понимать?! Александр Гидеон Лайтвуд Я отстранился от шокированного Джона и, едва сфокусировав взгляд, посмотрел на парня. Моргенштерн, еще не до конца поняв, что произошло, просто смотрел на меня огромными глазами. — Ы-ы-ы, — только и смогла выдать моя довольная собой и поцелуем персона. Вдруг мир совершил кульбит, и я обнаружил свою физиономию на полу. Джонатан стоял рядом, отряхивая руку после сильного удара, от которого у меня немедленно начал ныть глаз. Конечно, я сам не ожидал, что так феерично звезданусь, но огромное количество алкоголя внутри все же сделало свое дело, и на ногах я не устоял. — Джон! — тут же вновь вскрикнула девица, до этого во время нашего поцелуя матерящаяся в дверях. — Осторожнее! Рыжее пятно метнулось в мою сторону и присело рядом. Прохладные пальцы коснулись моего опухающего глаза, но я не мог даже пошевелиться. — Отойди от него! — заорал Джон, энергично вытирая губы тыльной стороной ладони. — Он извращенец! Заразишься ещё! Я промычал что-то в свое оправдание, но сам не понял, что. Девушка, хмыкнув, поднялась на ноги и отошла к беснующемуся Моргенштерну. — Джон, тише, — мягко попросила рыжая, кладя руки на плечи Джонатану. — С кем не бывает. — Издеваешься?! Клэри, ты издеваешься?! — все больше повышая голос, вопрошал блондин. А я, нахмурив брови и по-прежнему лёжа лицом в паркет, пытался вспомнить, где я уже слышал это имя. Клэри… Чёрт, даже сегодня где-то слышал… — Джон, прекрати истерику! — тут же повысила голос Клэри. — Развернулся и на выход! Хватит публику развлекать! — Выросла что ли, командуешь? — вдруг усмехнулся Моргенштерн, чуть забывая о двухметровой проблеме, распластавшейся на полу в невменяемом состоянии. Я икнул, возвращая себе внимание парня, и Джон тут же насупился. — Ещё раз ко мне сунешься — ноги повырываю, понял, псих? — прорычал блондин, склонившись надо мной, на что я только довольно заулыбался. Клэри, продолжая успокаивать Джона, взяла его под руку и вывела из зала, что-то говоря о завтрашнем дне. Я нашел в себе силы перевернуться на спину и шумно выдохнул. Правый глаз отказывался открываться, освещая синяком погруженный в полумрак общий зал Института, ноги и руки вообще не шевелились, после приложения об пол голова ныла. Я уже собрался было заснуть прямо тут, ибо сам подняться был не в силах, когда меня несильно ткнули ботинком в бедро. — Эй, Лайтвуд, — раздался откуда-то сверху голос Тони, того, что был с нами в баре. — Давай, я помогу. Я, что-то мыча о благословлении этого парня ангелами, с его помощью поднялся на ноги. Энтони помог мне дойти до комнаты и, сгрузив меня на кровать, с усмешкой попрощался, вышел и закрыл дверь. Я стянул с себя куртку и поплелся в ванную. Пить хотелось жутко, а искать кухню в лабиринтах Института, будучи в стельку пьяным, не самое лучшее занятие. Присосавшись к крану, я немного утолил жажду, после чего поднял голову и посмотрел на себя в зеркало. Мда-а, красавец. Волосы торчком, правый глаз заплыл, кожа вокруг начинает синеть. Хоть на выданье. Я коснулся пальцами опухшего века, после чего усмехнулся. — Что же, Джон, строишь из себя недотрогу, натурала, — хмыкнул я, после чего подмигнул оставшимся в живых глазом своему отражению. — Я принимаю правила игры.