Серьёзно?

      Сейчас Аккерманы снова были наедине друг с другом. Не сумев больше сдерживаться, Леви повлек Микасу в новый полный любви и страсти поцелуй.       За долгое время размышлений Аккерман понял, как сильно любил и желал эту девушку. Она была его кислородом. После стольких лет он и подумать не мог, что может снова чувствовать что-то подобное к человеку. Ему казалось, что после смерти близких друзей, он вообще не способен испытывать ничего больше, кроме как отвращения к людям, титанам, постоянного эгоизма и холода. Микасу же утверждения о чувствах посетили раньше. Когда она узнала, что Леви умер, Аккерман поняла, что жизнь без него всё равно, что замкнутый круг, полюбить другого — никогда не сможет, а забыть — не в силах.       Аккуратно, чтобы не спугнуть девушку и не разорвать поцелуй, Леви взял её на руки и понёс в свою комнату. Повалив там Микасу на кровать, он возвысился над ней. Леви боялся, что девушка не хочет этого и может не так его понять. Но заметив, что та не сопротивляется, мужчина расслабился и разорвал поцелуй, всё же решив задать вопрос в лицо: — Аккерман… Ты точно хочешь этого? — голос капитана хрипел. Он желал Микасу всем сердцем, но дальнейшие действия должны совершаться по обоюдному согласию. Не смотря на свои прихоти, желания девушки были для него важнее.       Девушка подняла свои глаза, в которых виднелся огонь дикого желания. Она сделала то, чего Леви, да и она сама не ожидали. Собрав всю свою силу воли,она приблизившись к уху капрала, и томно прошептала: «Я хочу вас не меньше, чем вы меня.» Это было уже высшей точкой и терпение Леви взорвалось, он возжелал эту девушку с новой силой и ничего уже его не останавливало.       Не успела Микаса и опомниться, как жёсткие, но такие сладкие губы капитана накрыли её и повлекли в новый полный страсти влажный поцелуй. Подобные ощущения, чувство бабочек в животе девушка испытывала впервые, но ей определённо нравились эти новые, до этого момента совершенно незнакомые нежные прикосновения. Леви целовал её лицо, губы и плавно переходил к шее и ключицам оставляя багровые отметки на бледной коже девушки. Он хотел испробовать её всю без остатка. Разум будто затмевался пеленой дикого возбуждения, но мужчина старался сохранять контроль над своими действиями. Ему было хорошо уже от одного времяпрепровождения с ней, поэтому сейчас главной его задачей было наслаждение девушки.       Микаса же, плавясь под ласками Капитана, ловко расстёгивала его рубашку. Мужчина не отставал и вот, белая ткань оказалась на полу. Перед глазами Аккермана предстала пышная девичья грудь.       Издав гортанный рык, Леви продолжил проводить мокрые дорожки поцелуев и, наконец, его губы достигли твёрдых от возбуждения розовых бусин. Отдавшись чувствам, Микаса тихо простонала, отчего тело Леви покрылось приятными мурашками. Он принялся исследовать грудь девушки языком, затягивая набухшие соски губами и слегка прикусывая их, вызывая новые крики удовольствия из уст прекрасной девушки, в то время как вторая рука массировала другое полушарие. Всё это было так непохоже на обоих Аккерманов. Оба холодные, одинокие, гордые люди, сейчас отдались чувствам, желая доставить любимому человеку удовольствие и передать свою любовь и влечение.       Микаса тоже решила проявить инициативу. Одним движением она сорвала рубашку Леви и перед ней предстало красивое, накаченное, рельефное мужское тело. Пальцами Аккерман исследовала кубики пресса, губами покрывала тело и шею Леви мягкими поцелуями, оставляя розовые отметки. Мужчине было приятно такое внимание со стороны девушки, но сегодня он хотел, чтобы она полностью отдалась ему и он вёл эту безумную игру чувств. Схватив руки азиатки и прижав ту к кровати Леви сказал: — Сегодня инициатива будет за мной.       Не успела та и возразить, как её заткнули поцелуем. Он был требователен и решителен. Леви продолжал массировать грудь девушки. Оторвавшись от сладких на вкус губ, Аккерман продолжил исследовать тело Микасы, вызывая ласкающие слух стоны. Он целовал её грудь и живот, спускаясь всё ниже и ниже…       Ловкое движение руки и штаны девушки уже оказались в другом конце комнаты. Аккерман целовал внутреннюю сторону бедра, вызывая мурашки по телу Микасы. Его поцелуи были такими горячими и приятными. Под ласками мужчины Аккерман извивалась и прогибалась от невероятных ощущений. Таких ощущений она никогда не испытывала.       Леви дразнит девушку. Он водил языком по бедру, обводил контур белья, иногда цеплял их резинку приспуская его, но не снимая. Сил девушки уже не хватало и она тихо, набрав грудью горячего воздуха, на выдохе, уже изнемогая - попросила: — Леви… Прошу.       Один рывок и белая ткань девушки улетела куда-то под кровать. Машинально Микаса свела ноги, но Леви раздвинул их и продолжил путь поцелуев к самому сокровенному месту.       Аккерман аккуратно поцеловал клитор, вызвав у девушки очередной стон, но куда большего упоения. После, почти не церемонясь, брюнет вошёл в девушку двумя пальцами и принялся ласкать лоно. Микаса вздрогнула от по-началу неприятного ощущения, но спустя пару толчков волна экстаза окатила её с ног до головы.       Почувствовав, что девушка внутри обмякла, Аккерман резко приблизился к клитору и вошёл в лоно языком. Он исследовал и щекотал промежность Микасы, находил её эрогенные точки. Он отдавался ей полностью, как и она, тонула в оргазме услаждения.       Ещё немного поласкав девушку, Аккерман решил, что она готова к дальнейшему. Перед девушкой возвысилась картина обнаженного Леви с пульсирующим от возбуждения достоинством. Не привычно видеть этого мужчину таким, но Микасе определённо нравилось данное зрелище. Но посмотрев на его грудь, брюнетка заметила еле заметное красное пятно.Что это?       Заметив замешательство Микасы, Леви склонился над ней и прошептал ей на ушко: — Это тот самый ожог. Помнишь?       И тут девушку покрыла ностальгия. Она вспомнила, как когда-то ухаживала за ним, тогда совершенно беспомощным, больным мужчиной, как первый раз готовила чай и как пролила этот кипяточный напиток прямо ему на грудь. — Ах… Прости, — прошептала она своим ласкающим слух, нежным голосочком. — Забудь… — Аккерман склонился над её устами и тихо поцеловал, даже нет, мимолётно чмокнул её в нежные губы, которые он сравнивал с бутонами только распустившейся сакуры. Они читали про эти деревья в книгах из библиотеки, прекрасные нежно-розовые бутоны маленьких цветов, что покрывали собой все ветви японского дерева в определённый период. Аккерманы двигались вместе в такт. Пусть Леви и не был чист, да, он уже не раз пробовал женщин, но подобных эмоций ни одна не вызывала. Все они фальшивые куклы, желающие лишь секса и внимания такого знатного мужчины, а Микаса настоящая, с живыми чувствами. То, чем они занимались сейчас, нельзя было назвать просто сексом,они занимались любовью. В бешеном такте обоих позже посетил экстаз и на всю комнату раздался громкий и протяжный стон влюблённых. Обессиленные, упав на кровать, оба испытывали тягучее счастье. Прижав девушку к себе, Леви гладил её волосы и слушал её неровное, сбившееся дыхание. — Не хочешь прочитать ещё одну книгу?       Микаса подняла голову и посмотрела в глаза мужчины. Они сияли, прям как те звёзды, а ещё больший блеск добавляла улыбка Леви, увидеть которую считалось огромной редкостью. — Хочу, и с желательно счастливым концом.