- Я люблю тебя, Салли - кромсали. Всегда буду любить

Ларри не спалось, хотя на часах уже давно за два часа. Все нормальные люди давным давно спят. Он выполз из постели, оделся и пошел к домику на дереве. Когда-то его построил его отец — Джим Джонсон. Джонсон младший пнул плохо лежащий камень под ногами и, нервно покусывая нижнюю губу, ускорил шаг. Прошло достаточно много времени и Ларри уже успел свыкнуться с этой мыслью, но в груди все еще болезненно ныло при воспоминании о нем. Ловко забравшись по прибитым к стволу дерева доскам, парень очутился в своем укрытии, приюте грез. Здесь он мог побыть в одиночестве, подумать о том, о сем, покурить и, в некоторых случаях, даже выпить. Но сейчас под рукой не было алкоголя, поэтому Джонсон решил ограничиться лишь сигаретами. Сев у стены, он посмотрел на семейную фотографию в деревянной раме, где был он, его отец и мама. Они выглядели такими счастливыми вместе. И если подумать, практически не ссорились. — Бля, — прошипел Ларри, вытирая рукавом красной толстовки струйку крови, стекающую по подбородку и, выудив из кармана пачку сигарет, закурил. Прикрыв глаза, позволил тишине завладеть собой. Клубы дыма воспарили к потолку, постепенно растворяясь в воздухе. Немного просидев так, в полной тишине, Ларри потянулся к старому магнитофону и включил рандомную песню, не слишком громко. За окном падали снежинки. Наблюдая за ними и лишь краем уха прислушиваясь к голосу вокалиста, Ларри почувствовал себя немного лучше. И не сразу он понял, что рядом есть кто-то еще. Этот кто-то ударил по дереву и пыхтел, словно паровоз, так что Джонсон решил незаметно подсмотреть за неизвестным. Но выглянув, он сразу понял, что это его друг Салли безобразничает. Фишер прошипел и отошел от дерева, смотря куда-то перед собой. Ларри нахмурился. С чего бы ему тут быть? И стоит ли ему показываться? Наверняка Сал хочет побыть наедине с самим собой. Салли вдруг задрожал и едва слышно всхлипнул, сомнения в тот час улетучились, а Джонсон слез на землю. — Приветик, Сал, что-то случилось? Если я не ошибаюсь, уже третий час. — Ларри стоял позади Фишера, как обычно держа руки в карманах. Он не ответил, но Джонсон все понял. Дело дрянь. Фишер повернулся к нему, смотря на друга голубыми стеклышками вместо глаз и Ларри вздрогнул, ощутив, как по спине пробежал табун мурашек. Он притянул друга к себе и крепко обнял. Ебанная Эшли Кэмпбелл. — Слушай, Сал, ты это уже знаешь, но все же повторю. Ты можешь рассчитывать на меня, — Джонсон прикусил губу. — Я на твоей стороне. Салли прижался к нему сильнее, кивнув. — Жизнь она такая, — Ларри провел ладонью по голубым волосам и отметил, что его парнишка уже не тот. Мода на хвостики прошла. — Непредсказуемая. Никогда не знаешь, что она подкинет в этот раз. — Мы столько всего прошли вместе, Сал, — Салли слушал его, Джонсон знал это и потому продолжал. — И ты позволишь какой-то глупой девчонке сломать себя? Он коснулся фалангой пальца теплой щеки парня, Сал посмотрел на него. Ларри ласково улыбнулся, как не улыбался ещё никому и тихим, бархатным голосом произнес: — Я люблю тебя, Салли — кромсали. Всегда буду любить. Затем мягко, почти невесомо, провел кончиком большого пальца по очертаниям губ и прикоснулся едва теплыми губами к холодному протезу. Салли замер, словно ушибленный. Спустя пару мгновений Джонсон медленно отстранился, а Сал отвел взгляд, потом и вовсе опустил голову. Ларри улыбнулся, явно довольный своей проделкой. Аккуратно взяв его руку и не встретив сопротивления, он сплел их пальцы.

***

Губы вжались в чужие, раскрывая и впуская горячий язык. Джонсон скользнул рукой под черную толстовку, поглаживая мягкую бледную кожу. Салли заерзал и тяжело выдохнул в поцелуй. Ларри отстранился, давая немного отдышаться, а сам уткнулся носом ему в шею вдыхая любимый запах, затем одаривая чувствительную кожу горячими поцелуями, легкими укусами и фиалковыми засосами. Сал запрокинул голову, предоставляя больше места для новых меток и тихо застонал. Наконец оставив в покое шею, Ларри поцеловал своего мальчика в губы. Салли отрывисто вздохнул в поцелуй от приятного тающего чувства во рту, когда соприкоснулись их языки и схватился за плечи Джонсона, как за спасательный круг. Внутри все будто переворачивалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Ларри помог Салу избавиться от ненужной одежды, оставив только черную толстовку. Гребаный фетишист. Кожа у Сала такая нежная — нежная, получше, чем у некоторых девушек. Джонсон аккуратно развел ноги Фишера, устраиваясь между ними поудобнее и снял футболку с логотипом любимой группы. Сал засмотрелся на рельеф мышц на смуглой коже и неосознанно потянулся к нему рукой, касаясь. Ларри улыбнулся, заметив, с каким увлечением на него смотрит его любимый. — Признайся, тебе нравится, — горячо зашептал ему в ушко и, получив в ответ яркий румянец на бледных щеках, довольно улыбнулся, уткнувшись носом в плечо. — Я пиздец как счастлив. Сал нежно провел рукой по его щеке, заставив посмотреть на себя и поцеловал в губы. Пальцы запутались в темных волосах, Фишер то сжимал их, то отпускал. Их сердца бились в унисон, тяжелое, горячее дыхание наполняли комнату. Сегодня они будут вдвоем и никто не сможет помешать.

***

Начало светать. Восходящее солнце освещало улицы мягким золотистым светом, который пробивался сквозь крохотное окно в подвале. Снег уже перестал идти, а Ларри закурил, прижимая к себе спящего пацаненка. Он тихонько посапывал, натянув одеяло по самые уши и свернувшись клубочком. Джонсон не смог сдержать теплой улыбки, ведь до сих пор не верил в происходящее. Салли сейчас рядом с ним. Наконец-то в его руках. Джонсон осторожно, дабы не потревожить сон, наклонился и чмокнул паренька в щеку. Сладкое чувство истомы разливалось теплом по всему телу. Ларри вскоре потушил сигарету, повернулся к Салли и, крепко обняв его, уснул.