Тексты-ключи

Рука предательски дрогнула, стоило коснуться холодной стены королевского дворца. Этот холод очень быстро пробрался до спины фараона, заставив тяжело выдохнуть. Еще совсем недавно, в тронном зале, он согласился пожертвовать собой ради народа, чтобы запечатать Зорка в Артефакте Тысячелетия и принести спокойствие в мир. Атем принял это важное решение, надеясь на то, что у них все получится, и тьма покинет эти земли. Даже пресек попытки своих жрецов его как-то отговорить. Там, вместе со всеми, сказать те слова было куда проще. Намного. Фараон приказал всем готовиться к ритуалу и покинул зал, оставшись один на пути в свои же покои. И сейчас вся решимость испарилась, а на ее место пришел страх. Неподдельный ужас от принятого решения. Да, мотивы благородны и правильны, как ни крути. Не это ли обязанность правителя – защищать народ? Это. Но что в итоге? Молодое сердце в грудной клетке ходило ходуном от мыслей, внезапно заваливших голову. Ужасных из них, от которых пока никак не получалось избавиться, даже холод стен не спасал. После ритуала ведь… Наступит конец? Атем посмотрел на идеально изображенных людей, пытаясь отвлечься от пугающего ощущения собственной смерти. Не произнося ни слова и даже не двигаясь с места, словно боясь лишний раз сделать шаг, фараон вспоминал свою все-таки короткую жизнь. Время было нещадно. Казалось, что вот только вчера он был маленьким ребенком в руках любящего отца, но страшная правда была в том, что он вырос, что Великого фараона нет рядом уже несколько лет. И было жутко оттого, что все это прошло слишком быстро. Несколько часов назад, но даже они мгновенно проскочили перед ним. И вот… Атему дали время до завтра, потому что требовалась подготовка к древнему ритуалу, несмотря на сложную ситуацию, и оставалось только молить богов, чтобы они остановили демона Зорка на это время. Никто не дал точного ответа, получится у них или нет. Никто. Даже почти всевидящая Айсис, и ей было очень больно говорить неопределенность будущего страны и мира – Атем видел это в ее глазах, вот-вот готовых расплакаться. Фараон оставался тверд до самого конца, потому что хоть кто-то должен был таковым быть. Всем своим видом там, в зале, он старался показать, что верит в благоприятный исход, чтобы другие верили и надеялись. Но верит ли сам? Почему представляет, что потом будет пустота? И совсем никого рядом? Сердце снова пропустило удар, а руки опустились. В эту минуту Атем видит свой дом, ранее видел друзей и верных товарищей, а потом… Просто закроет глаза и все… Это выглядело настолько пугающе, что его отшатнуло от стены. Да. Он пожертвует собой, да, его… Запомнят ли? Ведь ритуал подразумевал сокрытие имени, которое станет ключом. Тогда… Будет ли это все напрасно? В чем смысл, кроме спасения? Голову чуть не взорвало от мысли, что завтра у него попросту дрогнет рука это сделать, что он не сможет лишить себя жизни ради великой цели, на которую решился. Как? Как успокоить сердце? Если Атем этого не сделает, то просто… Фараон зажмурился, но темнота только подкинула ему еще больше страшных мыслей. Но открыть глаза значило сдаться собственным страхам, значило проиграть… — Фараон? В пустом коридоре голос жреца прозвучал слишком громко, но из-за внезапности этого Атем на немного забыл о пожирающем его ужасе и открыл глаза. Он повернулся и увидел Сэта. — С вами все в порядке? – приблизившись к нему, юноша заметил состояние правителя. — Д… Да, нормально, — с небольшой заминкой ответил парень и выдохнул, Не то, чтобы от присутствия товарища стало легче. — Я все еще думаю, что вам не нужно… — Ты слышал жрецов, — догадавшись, что ему хотят сказать, вставил Атем. – Если это шанс, я хочу использовать его. И готов пойти на это. Лишь бы Сэт не увидел трясущиеся руки. — Вашему народу нужен фараон. — Он всегда будет с ним. Один правитель сменяет другого, так всегда было и будет. — Кто-нибудь может пойти вместо вас. Неужели жрецы не подходят для этого? – несмотря на попытки Атема защищаться, юноша продолжал говорить. – Я готов отдать свою жизнь! Последняя фраза больно кольнула в самое сердце фараона. Не из-за своего смысла, а потому, что напомнила последствия решения, сделанного ранее. Собственной рукой прервать жизнь, отказаться от будущего и возможности быть рядом с ними, видеть мир… Душу снова накрыл пугающий страх неизвестности. — Я знаю, что вы готовы, — медленно кивнул Атем. – Я уверен в каждом из вас. Но это должен сделать правитель, мы уже говорили об этом. — Все это очень сомнительно, — чуть тише добавил жрец, стиснув кулаки. — Возможно, — пожал плечами фараон. – Но у нас больше ничего нет. — Вы… Ты действительно сделаешь это? – вдруг совсем по-другому спросил Сэт, опустив взгляд на пол. Его самого начала трясти оттого, что человек младше него старается держаться до последнего, как поступил бы он сам. Зачем это все? Зачем не показывать страх? Атем даже пропустил неправильное обращение к себе, будучи ошарашенным таким прямолинейным вопросом. А самое страшное, что этот вопрос… Как будто выскочил из глубины его собственной души, вызывая новую волну паники. — Да. Не понимаю, с чего такой вопрос, — фараон попытался отмахнуться от слов юноши. Но его слова уже закружились в голове неприятным роем. – Думаю, мы закончили. — Ты можешь сказать, что боишься! Это же нормально! – так же не смотря на правителя, закричал Сэт, сделав к нему несколько шагов. — Прекрати, — настойчивость брюнета пугала парня, добавляя масла в огонь его собственного страха. Атем отошел к стене, чтобы спрятать спину, но оказался прижат к ней. Его бросило в дрожь от контраста холодного камня и горячего человеческого тела. — Сэт! Хватит! Что на тебя нашло? – фараон ударил того в грудь рукой, но жрец даже не дернулся. — Ты не должен так себя вести, — сказал юноша. – Необязательно прикрываться титулом и так жертвовать собой. — Ты разве не поступил бы так же? – ничего не понимая, спросил Атем и только сейчас заметил, что товарищ перешел на шепот. – Ты же говорил, что готов пойти вместо меня. — И не собираюсь отказываться от своих слов. Вот только не веди себя так, как будто это пустой звук. Меня это бесит. — Я… — фараон был готов проклясть этого гада за точно сказанные слова. – Я хочу, чтобы в меня верили, надеялись на лучшее. И не хочу, чтобы они видели… мой страх… Последнее слово он сказал себе под нос, но был услышан. Сэт узнал, что хотел. И что? Ожидаемого облегчения не случилось, ситуация не поменялась. И? — Фараон… — Ты… Можешь мне помочь? – внезапный вопрос парня поставил обоих в тупик. Жреца потому, что это была резкая смена темы, а Атема потому, что… К нему снова пришло важное решение, пусть и не лучше первого. — Все, что прикажете, — по привычке отчеканил брюнет, не сразу подумав о возможном подвохе. — Помоги… Мне… — почти прохрипел Атем, вытаскивая меч жреца из его пояса. Звон оружие прошелся эхом в ушах, поражая догадкой. — Это не… — Приказ, — к собственному удивлению, четко сказал фараон и сжал рукоять в руках Сэта. — Нет. — Приказ, — повторил парень и закрыл глаза, понимая, что его начало трясти. Пусть хоть кто-нибудь из них решится! Если у него самого завтра дрогнет рука, то у жреца сегодня не должна. – Зови Шимона… И остальных… — Я не могу, — пробормотал Сэт, сам не веря в свои слова. Он никогда не отступал от целей, не привык произносить такое даже в мыслях. А сейчас сказал. И все из-за этого молодого фараона. — Или ты, или никто… Сэт… — конечно, кто б мог подумать, что Атем будет просить его о таком. Но сейчас это казалось единственным вариантом. Им нельзя подвести товарищей и народ. – — Я не могу убить бога, — предпринял еще одну попытку жрец, найдя довольно весомый аргумент. — Мы все умрем, если никто этого не сделает, — громче сказал фараон, с силой сжимая оружие в руке юноши. – Сэт, пожалуйста… Парень наклонил голову и уперся ею в плечо брюнета, отодвигая того от себя, чтобы направить меч в собственную грудь. Такая поза была еще хороша тем, что Атем спрятал свое лицо, которое выдавало его полностью. — Прошу… — Фараон… — Тебя. Оружие рывком вошло в молодое тело, заставив того скорчиться от боли. Пальцы правителя что есть силы впились в руки Сэта, боясь отпустить. — Шимона сюда, быстро! – сам жрец испугался такого крика от самого себя, зажмурившись всего на секунду. Атем резко поднял голову и впился зубами ему в плечо, лишь не кричать. Больно, страшно! Парень открыл глаза, очень широко, истерично бегая взглядом по коридору, на последней мысли думая о том, что не хочет все это забывать. Не хочет! — Стража! Быстро! – снова закричал Сэт, боясь пошевелиться и сделать еще шаг. Куда уж хуже! – Ты… Ты дурак! В ответ он услышал почти рычание, смешанное с плачем, но многострадальное плечо не отпустили. Пусть так. Топот ног где-то рядом медленно дошел до ушей жреца, как и то, что нужно сделать что-то еще. Возможно, даже спасти. Или… — Шимон! Ритуал! Сейчас же! По коридору раздался крик Айсис, которая бежала вместе с Шимоном.