Ну почему именно ты?

– Чиминщи, что с тобой сегодня? – Чонгук сел на диван позади омеги и обхватил того за талию, с огромной нежностью целуя гладкую кожу на шее любимого и с наслаждением вдыхая любимый запах хёна. Пак переживал за Тэхена, который сегодня днем устроил истерику на его глазах. Может на него так действовала беременность? Одно было известно точно - Пак ужасно растерялся, увидев плачущего друга. – Хё-ё-н? Ты злишься, что я снова пришел без предупреждения? – Чон уже не на шутку насторожился. – Да нет, ты тут не при чем. – Пак наконец-то ответил альфе, слегка наклонив голову, чувствуя поцелуи в шею. – А кто при чём? – Гук слегка прикусил мочку уха омеги, пытаясь растормошить серьезного хёна. Чимин улыбнулся и развернулся к Чону лицом, положив руки на его крепкие плечи. – Я просто переживаю за Кима. – пухлые губы рыжеволосого припали к губам альфы, так долго выжидавшего ответных ласк от старшего. Комната наполнилась тихими звуками влажных поцелуев. С Гуком омега забывал о всех переживаниях. Чонгук был для него словно пьянящий глоток внеземного напитка, от которого здравые мысли напрочь покидали Пака, погружая его в состояние эйфории. Чон медленно пробрался прохладными руками под футболку Пака, от чего омега слегка вздрогнул, почувствовав мурашки по коже. – А что с Тэхеном не так? – тонсен посмотрел на слегка смущенного Чима, чмокнув его в маленький, такой аккуратный носик. – Мне кажется, он всё еще любит Юнги-хена. – С чего ты взял? А как же Хосок-хён? Разве они не вместе? – пальцы альфы стали опускаться все ниже, вдоль спины Чимина и наполовину проникли под резинку черных шорт омеги. – Он сегодня расплакался на моих глазах и все время упоминал Мина. – А что случилось? Хосок обидел его? – Гук на время отвлекся от ласк и с полным непониманием взглянул на Пака. – Да нет же, наоборот, хён очень внимателен к нему... – Если бы только Гуки знал, что все не так просто и Тэ ждет ребенка от Юнги. Говорить Чону такую новость не решался, ведь прекрасно понимал, что Тэ всегда доверял свои секреты только Паку. Но... Как же Юнги-хен? Он так и не узнает о своем ребенке? – Хён… – возбужденным голосом прошептал Гук. – Давай пока не будем морочить головы чужими проблемами. Сейчас главное, что мы с тобой вместе и мы любим друг друга... – Пошлая ухмылочка – И… сейчас, если я не ошибаюсь, мы очень хотим друг друга, не так ли? – Маленький засранец. – засмеялся Чим, толкнув альфу на диван. – Умеешь добиваться своего... Скинув с себя футболку, омега наклонился над лежащим под ним Гуком и стал страстно и жадно целовать его губы.

***

Всю следующую неделю Юнги только и делал, что проводил свободное время в студии звукозаписи. Намджун убегал пораньше с учебы, чтобы, как говорил сам альфа, прогуляться с Джином по магазинам, да и вообще, Юнги догадывался, что у омеги Нама была неделя течки, вот он и сбегал вечно домой. Слишком счастливая парочка, как думал Мин. Временами он представлял, что было бы, если сейчас они с Тэ были бы вместе. Сложно это представить, но с каждым днем альфа ловил себя на мысли, что теперь он думает об этом плаксивом омеге чуть ли не каждую минуту. "Тэхени счастлив со мной"- эти слова Чона, его наглая (по мнению Юнги) ухмылка во время того разговора, будто говорила: "Ты просрал свое счастье и теперь кусай локти". Все это выводило из себя. Ревность просто пожирала Мина изнутри. В тот день Мин не пошел в универ из-за поставленной в тот день лишь одной лекции, на которой альфа и так постоянно засыпал. Непонятно, что тогда взбрело в голову альфе, но он решил сходить до дома Хосока, чтобы самолично убедиться в чувствах Тэ к Чону. На громкий стук в дверь вышел сам Ким, в длинной майке и мешковатых штанах, весь взъерошенный, видимо недавно проснувшийся. Появление на пороге Юнги капитально шокировало Кима и он даже протер глаза, не веря, что хён заявился к нему. Наконец-то Мин снова ощутил этот пряный аромат, аромат ЕГО омеги, его истинного. Альфа даже не сразу вспомнил, что пришел для серьезного разговора. – Привет. – Тэхен неловко потер затылок. – Если ты к Хосок-хёну, то его сегодня нет дома. Он уехал к родителям по делам. – Вообще-то я к тебе, Тэхен. – Очнулся, наконец, Мин, пожирая глазами Кима. Кто мог подумать, что Мин так сильно соскучится по этому некогда раздражавшего его омеге? Вот и альфа не думал, что захочет в ту же секунду очень крепко обнять омежку и никогда не отпускать. – Нам не о чем с тобой разговаривать, Юнги-хен. Уходи. – Тэ начал закрывать дверь, но Мин быстро сообразил и поставил перед дверью ступню, не давая закрыть ее. – Прошу, Тэхен. Один раз выслушай меня. – Мин уже держал одной рукой косяк двери и с надеждой смотрел на Кима. Спустя несколько секунд молчания, Тэ открыл дверь. – Хорошо, заходи. Ким отпустил ручку двери и с недовольным лицом пошел на кухню. Мин вошел в квартиру, закрыв за собой дверь и стал разуваться. По всему дому пахло жареной курицей и еще какими-то специями, хотя, может, это аромат Тэхена перемешался с запахом предстоящего ужина. Пока Тэ шуршал на кухне, Мин успел осмотреться в коридоре. Квартира Хосока была очень светлой, просторной, но, как и всегда, в ней царил небольшой беспорядок. На стене, рядом с вешалкой для верхней одежды висела доска с заметками и Юнги чисто случайно обратил свое внимание на белую бумажку в самом углу доски. "... Также, старайтесь не переохлаждаться на улице, это может навредить будущему малышу... " Юнги нервно сглотнул слюну, вновь и вновь прочитывая такие незамысловатые строчки. – О чем ты хочешь поговорить? – раздался голос Тэ позади. Мин обернулся и с округленными глазами посмотрел на омегу. – Ты что, ждешь ребенка? – неуверенно, с большими паузами после каждого слова озвучил вопрос, возникший в голове пару секунд назад. Ким будто остолбенел, бегло перенеся свой взгляд в сторону от ошарашенного альфы, а Юнги почувствовал, как к телу подступает холодный пот. – Вот уж, не думал, что у тебя с Хосоком так серьезно... – Мин обперся рукой об стену. Выходит, эти слова Чона были правдой? Но почему тогда альфа не чувствует от Тэ запаха Хосока? Почему? А Тэхен стоял и молчал, закусив нижнюю губу, не желая ничего говорить альфе. – Ответь, блять, мне что-нибудь! – громким голосом недовольно произнес Мин. Он уже и вовсе забыл о том, что хотел до этого спокойно поговорить с омегой, не прибегая к крикам и ворчаниям. Но ответа снова не было. Ким стоял в проходе и в наглую молчал, изредка теребя пальцами края своей майки. В квартире воцарилась тишина, да настолько сильная, что сейчас можно было услышать свой собственный стук сердца. Юнги не отрывал глаз от Тэ и все ждал, когда тот хоть что-то ему скажет. В голове все никак не могла уложиться мысль о беременности омеги, ему просто не хотелось в это верить. Внезапно, пазлы в голове альфы сложились в одну картинку и Юнги подошел к омеге, взяв его за руки. – Это ведь мой ребенок? Он почувствовал, как руки Тэ задрожали от очередного заданного ему вопроса. – Почему ты не сказал мне об этом сразу? – тихо проскулил альфа, прикоснувшись ладонями к щекам Тэ. Омега не смотрел на него, тяжело дыша и еле сдерживаясь, чтобы не разреветься от нахлынувших эмоций. – Какой же ты эгоист, Ким Тэхен... – Юнги обнял обмякшего омегу, прижав его голову к своему плечу. На зеленом свитере альфы тут же появились мокрые пятна от слез Кима.