Никогда я тебя не отпущу

       Когда Сяо Син Чэнь доставил его в Башню Кои, Сюэ Ян не выказывал никаких признаков страха, и даже ощущая ледяной холод сабли Не Мин Цзюэ на своей шее, он по-прежнему продолжал ухмыляться. Сюэ Ян был слишком ценен для главы ордена Лань Лин Цзинь, чтобы его так просто пустили в расход. — Даоцзан, не забывай меня. Мир тесен, — прежде чем его увели, Сюэ Ян обратился к Сяо Син Чэню — своему врагу отныне и навсегда — проникновенно, словно к близкому другу.

* * *

Уже четыре года, с самого шестнадцатилетия, сны, один страшнее и омерзительнее другого, преследовали Ши Яна неотвратимо. Он был школьником, а потом и студентом, вел простую жизнь в техногенном мире, далеком от фантастики и заклинательского искусства. Однако стоило сомкнуть глаза, как он становился Сюэ Яном, убивал и пытал, наслаждаясь этим, испытывал боль от многочисленных страшных ран, поднимал мертвецов, ненавидел и мстил. Столько интриг и грязи, сколько в своих снах, он не видел ни в одном фильме или дораме. За гранью яви он совершенно не ощущал собственного одиночества и ущербности, ни к кому не чувствовал привязанности и любви. Разве что сладость конфет вызывала в его душе какие-то положительные чувства. Ши Ян стал бояться собственного отражения в зеркале, и дело было не в хроническом недосыпе, из-за которого кожа стала болезненно бледной, а под глазами появились темные круги, как у панды. Его облик совершенно не походил на того, кем он был во снах, но чем больше времени проходило, тем больше черт он узнавал — словно его собственное лицо исчезало, а на его месте постепенно проявлялась личина коварного и жестокого убийцы. Он замкнулся в себе, не решаясь хоть кому-то рассказать о своих слишком реальных видениях. Родные считали, что так на него повлияли переходный возраст, пора экзаменов и поступление в Шанхайский университет. Однако меняться он стал намного раньше, когда ему впервые приснился сон о бродяжке, над которым зло посмеялась судьба. Увы, не спать, чтобы не видеть снов, было выше человеческих сил, но Ши Ян честно пытался. Он забивал свободное время подработками, не оставляя себе и минуты покоя. Одногруппники в университете считали, что у него проблемы в семье, и он упахивается так ради больного родственника. Истина была прозаичнее: он пытался не потерять себя, захлебываясь чужими жестокими воспоминаниями. — Ты снова выглядишь невыспавшимся, Ши Ян! — встретил его Сяо Юань, в голосе которого звучали беспокойство и непередаваемо мягкая укоризна. Сяо Юань был барменом в том же баре, где сам Ши Ян подрабатывал официантом, а еще он был очень отзывчивым и добрым человеком. Порой он до дрожи напоминал одного заклинателя из его снов: праведного, добродетельного, чистого и наивного. Каждый раз, слыша знакомые интонации и видя наизусть заученную мимику у совершенно чужого человека, Ши Ян терялся и не мог совладать с трепетом в сердце. — Искал для братца Юаня новые анекдоты в сети, вот и не выспался, — хмыкнул он. Пусть парень был не сильно старше его самого, но Ши Яну казалось, что правильнее будет обращаться к этому человеку максимально уважительно. — Как же так?! — растерянно возмутился Сяо Юань, едва ли не заплакав от досады. — Хе-хе, какой ты доверчивый, братец Юань. Поверь, у меня были куда более интересные и… личные причины не спать, — ухмыльнулся он. Ночной кошмар-воспоминание встал перед глазами, вновь окатив его ощущениями непроходящей ненависти и бесноватой ярости. Взгляд его застыл, а улыбка сама собой сложилась в оскал маньяка-мясника. — Сюэ Ян?! — дрогнул Сяо Юань, судорожно хватая ртом воздух, и, отступив от него, уперся спиной в шкафчики с одеждой. В подсобке, где они переодевались, места было не много. Реакция Сяо Юаня отрезвила Ши Яна и в тот же миг всколыхнула тяжелые и темные чувства, главным из которых, кажется, была ненависть. Взгляд его сфокусировался на лице, застывшем в гримасе страха. Ши Ян как завороженный шагнул ближе, перехватывая безвольно опущенные кисти одной рукой и запечатывая рот жертвы другой. — Говорят для врагов всякая дорога узка, Даоцзан Сяо Син Чэнь… злой рок преследует тебя, — прошептал он, нависая над задрожавшим мужчиной, взгляд которого полнился узнаванием и ужасом. Ши Ян был чуть ниже Сяо Юаня, однако тот все равно не предпринимал никаких попыток вырваться, а только жался спиной к шкафчикам, пытаясь уйти от прикосновений, и вызывая совсем уж странные чувства. Хотелось продлить этот миг извращенной близости, чтобы они остались так навсегда. Ши Ян испытал радость и ликование от того, что все получилось: он нашел, догнал своего Даоцзана. — Эй, Ши Ян, Сяо Юань, чего вы копаетесь? Пора приниматься за работу, — спустя секунду после предупреждающих шагов и скрипа двери, раздался голос управляющего. — Уже идем, — резко отстранился Ши Ян, впервые так пугающе просто переходя на лицемерную манеру общения себя-из-снов. — Я тут пытался для разнообразия рассказать братцу Юаню не анекдот, а страшную историю и, кажется, перестарался. — Ты и правда перестарался, на нем же лица нет! — Простите! Я правда не хотел пугать. Ну же, братец Юань, все уже прошло, сейчас бояться больше нечего, — он заглянул в застывшее маской лицо и постарался улыбнуться по-доброму. Впрочем, судя по тому, как вздрогнул Сяо Юань, улыбка у него не получилась, не с тем бурлящим коктейлем чувств в жилах, от которого подрагивали руки и кончики губ. Смена выдалась напряженной. Сяо Юань на него больше не смотрел, а в каждом движении мужчины сквозила скованность, он даже разбил стакан, чего за ним никогда не водилось. Сам Ши Ян не мог отвести взгляда от изящной фигуры за стойкой и едва совладал с собой, когда пришла пора расходиться по домам. «Если Сяо Юань захочет сбежать от меня, то так тому и быть» — рассудил он. В конечном итоге, Ши Яну не нравилось ощущать себя убийцей, повинным в сотнях, если не тысячах смертей. Сяо Син Чэнь был далеко не единственной его жертвой. Были случаи страшнее и трагичнее. Вспомнить хотя бы ту девочку, А-Цин. Вот только единственная смерть, которая на самом деле затронула его — это самоубийство Сяо Син Чэня. Он посмел сбежать от него! Два года под одной крышей — много это или мало? Для Сюэ Яна это была целая жизнь, самообман, который рано или поздно должен был раскрыться. И, как это и бывает, их счастливая жизнь, построенная на лжи, однажды разбилась вдребезги, а острые грани минувшего ранили его сердце даже в новом перерождении.

* * *

Следующие две смены Сяо Юань пропустил и Ши Ян не находил себе места. Он чувствовал, что все сильнее походит на того себя, которого видел во снах: несмотря на свое решение отпустить мужчину, сделать этого он не мог. Вырезать весь город? Превратить людей в живых мертвецов? На что он будет готов теперь ради вновь обретенного Даоцзана? Ши Ян старался не задумываться, чтобы ненароком не найти ответы на эти вопросы. Тогда же, во сне, пришла разгадка всего того, что происходило в его жизни последние четыре года: магическое поле, труп Сяо Син Чэня и мешочек-ловушка для духов с его душой. Сюэ Ян прочитал заклинание, возвращающее память: на случай, если сделать из Даоцзана лютого мертвеца все же не получится, он планировал найти того в следующем перерождении. И вот память прежней жизни возвращалась к нему, следовательно, то же должно было происходить и с Даоцзаном Сяо Син Чэнем. «Сюэ Ян не умел сдаваться и был одержим», — понял Ши Ян. Вот только нынешнее его состояние едва ли было лучше. Он жаждал увидеть Сяо Юаня, просто чтобы убедиться, что тот дышит, особенно после снов, в которых Сюэ Ян многие годы был прикован к трупу Даоцзана, выискивая способы так или иначе вернуть его. — Ши Ян?.. — появившись в баре, Сяо Юань смотрел на него настороженно. — Ну конечно, а кого ты еще хотел увидеть, братец Юань? — от души улыбнулся он. Сердце переполняли трепет и тепло. Его Даоцзан все же был не таким человеком, чтобы вновь сбежать. — В прошлый раз… Откуда ты знаешь имя Сяо Син Чэня? — Сяо Юань чуть расслабился, увидев его улыбку. — Из-за заклинания, — честно ответил он, ведь если Сяо Юань еще не вспомнил, то позже все равно разберется, что к чему. — Точно так же как и ты, ночью я вижу события другой своей жизни, поэтому спать предпочитаю по минимуму. — В-во-споминания? — испуганно глянул на него Сяо Юань. — Верно. Нынешнее перерождение — это совершенно другая жизнь и личность, — уточнил Ши Ян, чтобы Даоцзан не слишком сильно от него шарахался. — От прошлой жизни в этой только сны-воспоминания. — И что же ты вспомнил? — Как убивал, — жестко сказал он. — Как довел тебя до самоубийства. Не переживай, свое возмездие я получил. А заклинание должно было активироваться только при перерождении, вот оно и сработало. Сяо Юань заторможено кивнул, показывая, что услышал информацию, которой он сам так жаждал поделиться. В тот день Сяо Юань был весьма задумчив, однако в дальнейшем больше брать отгулы или меняться сменами не стал. Ши Ян воспринял это как добрый знак.