Сыны Дурмстранга

С той самой ночи, когда Гарри помогли разобраться с Пожирателями Смерти, он боялся одного — того, что Бен попросит оказать ему ответную услугу. Пару недель всё шло, как ни в чём не бывало. Но одним особенно холодным и ветреным вечером, Гарри услышал знакомый голос. — Есть минута? Нужно поговорить, — сегодня Бен утратил свою обычную беззаботность. Он хмурился и явно нервничал, что вообще было не похоже на этого штроевца. — Ну, хорошо, давай, — Гарри кивнул Гермионе и пошёл вслед за Беном. Они преодолели темноватый коридор и вошли в пустой класс зельеварения. Бен плотно прикрыл за собой дверь и сразу приступил к делу. — Мне нужна твоя помощь, Гарри. Есть одно дело с которым мне можешь помочь только ты. Гарри напрягся. Ему крайне не хотелось впутываться в дела Бена, но тот всё-таки помог ему. — Что случилось? — Пока не могу сказать конкретно. Но я был бы крайне признателен, согласись ты отправиться со мной в… Одно место. — Так не пойдёт, Бен! — покачал головой Гарри. — Сначала я должен узнать все подробности, а уже потом решать… — Говорю же, я не могу пока сказать! Но неужели я ещё не заслужил твоего доверия? — в голосе Бена звучала обида. — Пойми, Гарри, если бы я хотел причинить тебе вред, то давно бы уже сделал это! Что ж, видимо тебя это не убеждает… Хорошо, я справлюсь сам. Бен развернулся к двери, и сделал было шаг по направлению к ней, но Гарри остановил его. — Подожди. Я согласен. Выражение лица Бена мгновенно изменилось. — Вот и славно! Даю слово, что в нашем деле практически нет ничего опасного. Нам нужно будет встретиться сегодня в полночь. Я буду ждать тебя у дверей гостиной Грашта. Бен ушёл, оставив Гарри наедине с собственными мыслями и подозрениями. Он не стал рассказывать обо всём Гермионе, которая ко всему прочему была сильно загружена большим письменным заданием. Гарри ждал приближающуюся полночь со всё возрастающим волнением. С огромными сомнениями он пробирался по тёмной и опустевшей гостиной Грашта. Дверь открылась, и Бен тут же появился в слабом свете коридора. — Рад, что ты не передумал, — шёпотом сказал он. — Идём. Только тише. Гарри и сам помнил этот путь к одному из потайных выходов из замка. Однако вряд ли бы он сам смог настолько уверенно выбирать нужные повороты многочисленных коридоров. На улице холодный воздух обжигал лицо. Ветер продувал одежду насквозь и засыпал снежными хлопьями. — Ты не мог выбрать погоду поспокойнее?! — крикнул Гарри. — Мы же не сможем лететь в такую метель! Но Бен не собирался идти к стадиону и хранящимся там мётлам. Он уверенно шёл в совершенно другом направлении и наотрез отказывался отвечать, до тех пор, пока они не оказались на расстоянии доброй мили от замка. — Нам не придётся лететь. Есть более эффективные способы перемещения. Дай мне руку, — попросил Бен. Гарри неуверенно коснулся пальцев Бена и тут же почувствовал дурноту. Его вдруг со всех сторон сжало и словно бы пропустило сквозь тоннель шириной с мизинец. Это состояние длилось всего несколько секунд и закончилось столь же внезапно, как и началось. Гарри закашлялся и чуть было не рухнул в снег. Была по-прежнему глубокая ночь, однако вокруг ощутимо потеплело. Ветер стих. На небе ярко светили звёзды. — Только не говори, что мы сейчас трансгрессировали, — хрипло попросил Гарри, который всё ещё не до конца оправился от перемещения. — Именно это мы и сделали, — подтвердил Бен, осматриваясь по сторонам. Вокруг был замёрзший лес, со старыми чёрными деревьями. С кривых веток рядами свисали многочисленные сосульки. Сугробы здесь были гораздо меньше, чем около Дурмстранга, но всё же ноги утопали по колено в снег, стоило только сделать шаг. — Несовершеннолетним ведь нельзя трансгрессировать, — заметил Гарри. — Неужели министерство магии не сможет тебя отследить? — Если за человеком не ведётся персональное наблюдение, то нет. У них просто не хватит ресурсов следить за всеми сотнями студентов. Ладно, Гарри, ты как, в порядке? Тогда идём. И достань свою палочку. Волшебная палочка Бена вновь каким-то совершенно неуловимым образом уже оказалась в его руке. Гарри нахмурился. — Ты же сказал, что никакой опасности здесь не будет. — Я сказал, что опасности «практически не будет», — поправил его Бен и зашагал по сугробам куда-то в чащу леса. Гарри нехотя последовал за ним. Несколько раз он пытался завести разговор и вызнать какие-то подробности их предстоящего дела. Но Бен лишь упрямо качал головой. В конце-концов через двадцать минут такой прогулки ноги у Гарри, которые хоть и были в тёплых меховых ботинках, сильно промокли. Вместе с этим прежний мороз теперь ощущался намного острее. Гарри пожалел, что так и не выяснил ни одного заклинания, способного обогреть его сейчас, а Бена он спрашивать не хотел. — Слушай, я согласился тебе помочь, это правда, — начал Гарри, который уже сильно дрожал. — Но если ты не скажешь мне, куда мы идём, то я поворачиваю назад! Гарри лишь надеялся, что его голос звучит твёрдо и Бен поддастся на его давление. Ведь без Бена он не сможет вернуться в Дурмстранг. Чёрт! Да Гарри даже не знал толком, где он сейчас находится. — Успокойся. Мы уже почти пришли, — сказал Бен, указывая куда-то вперёд. Гарри вгляделся в темноту и увидел, что футах в трёхстах от них лес заканчивается и на фоне неба из снега торчит какая-то уродливая башенка. Подойдя ближе, Гарри понял, что она имеет прямоугольную форму и состоит всего из четырёх этажей. — Это Нурменгард, — объяснил Бен. В памяти у Гарри шевельнулось нечто, слышимое им давным-давно об этом месте. Кажется это было как-то связано с тёмной магией… — Не можешь вспомнить? — сочувственно спросил Бен, угадывая его мысли. — Эта башня уже долгие годы служит тюрьмой для волшебников. Она уже давно не выглядит так величественно, как раньше, но со своими задачами справляется. — Тогда, что мы тут… — Нам нужно поговорить с одним человеком. Точнее говорить буду я, а ты просто слушай. Они были уже совсем рядом с башней, когда Гарри почувствовал, что воздух рядом с ними задрожал. Сработали сигнальные заклинания и теперь об их приближении стало известно. Бена это впрочем ничуть не смутило. Он подошёл к оббитой железом, старой двери и трижды постучал. Почти сразу же в двери открылся лючок и показалось бородатое лицо пожилого волшебника. С минуту стражник Нурменгарда внимательно осматривал пришедших, потом заметно расслабился и заговорил на языке, которого Гарри не понимал. Бен слегка скривил губы и ответил на том же резком языке. В длившейся уже какое-то время беседе, Гарри смог разобрать только прозвучавшее собственное имя. Стражник кажется был не очень рад столь поздним гостям, однако после короткого спора с Беном, двери всё же открыл. После пронизывающего холода улицы, крохотная комнатка с едва тлеющим очагом, показалась Гарри лучшим местом на Земле. Он протянул замёрзшие пальцы к огню, однако от него не укрылось то, как Бен протянул стражнику какой-то увесистый свёрток. — Идём, Гарри! — позвал Бен. — Но сначала, отдай стражнику свою палочку. И не отставай, у нас не так много времени. Стражник отпер ещё одну дверь, за которой как выяснилось располагалась крутая лестница, ведущая наверх. — Что мы здесь делаем? — прошептал Гарри. — Я тебе уже говорил. Поговорим с одним человеком и тут же уйдём. — А я тебе зачем? Я даже здешнего языка не знаю, — запротестовал Гарри, но Бен его либо не услышал, либо попросту проигнорировал. Они всё поднимались и поднимались, пока наконец не оказались на последнем, четвёртом этаже. Лестница заканчивалась длинным, узким коридором. По обеим его сторонам располагались тюремные камеры. Впрочем, все они были пусты. — Здесь же никого нет, — вновь решился заговорить Гарри. — Этаж очистили от других заключённых, когда сюда перевели его, — отозвался Бен. Он дошёл до самой последней камеры и остановился перед проржавевшими стальными прутьями. Гарри напряг глаза и заметил в углу камеры свернувшегося от холода человека. Бен вновь заговорил на незнакомом языке и спящий человек вздрогнул и медленно повернулся к пришедшим лицом. Это был совсем дряхлый старик. Невозможно было определить по его худому, измождённому лицу сколько именно ему было лет. У Гарри промелькнула мысль, что до этого момента самым старым человеком, ему известным, был Дамблдор. Но заключённый был как минимум того же возраста. Не без труда он поднялся на ноги и ответил Бену голосом столь скрипучим, словно последний раз ему доводилось говорить много месяцев, а то и лет назад. — Говори, пожалуйста, на английском. Я хочу, чтобы Гарри нас понимал. Гарри вздрогнул от неожиданности. Он понятия не имел, что Бен знает английский. Конечно произношение его оставляло желать лучшего, уши тут же начинал резать сильный акцент. Но всё же это было так странно. Заключённый словно только сейчас заметил Гарри. Его блеснувшие в полумраке глаза ненадолго задержались на шраме, видневшемся из-под шапки. — Зря ты его привёл, Бен, — проскрипел старик. А вот он уже говорил идеально. — Это тебе никак не поможет. — С чего ты решил, что я привёл Гарри с какой-то целью? Мне просто нужен был помощник для трансгрессии. Гарри едва удержался от смешка. Это он-то помогал Бену трансгрессировать? Да штроевец протащил его и себя через сотни, а может даже тысячи километров, при этом даже не запыхавшись. — Кого ты решил обмануть, мальчишка?! Я вижу твою игру насквозь! Гарри нахмурился. Он ничего насквозь не видел. И вообще плохо понимал, что здесь происходит. Если Бена и смутили слова старика, то только на секунду. Он сосредоточенно кивнул и заговорил твёрдым, решительным голосом. — Хорошо… Тогда ты наверное будешь рад услышать, что мы отбились от целого отряда Пожирателей Смерти! Глаза заключённого коротко блеснули в темноте, но тут же погасли. Он сжал прутья решётки длинными, бледными пальцами с давно не стриженными, кривыми ногтями. — Значит, ты ещё больший дурак, чем я думал, — наконец сказал он. — Возможно, — беззаботно кивнул Бен. — И ещё! Я намереваюсь помогать Гарри и дальше. Кто знает к чему это приведёт… Быть может мы одолеем Волан-де-Морта… — Кишка у вас обоих тонка! — рявкнул старик. — Ты и понятия не имеешь, о чём говоришь! Волан-де-Морт это тебе не кучка безмозглых Пожирателей. Вы не сможете его победить! — Зато ты сможешь! — с жаром воскликнул Бен. Старик устало замотал седой головой. — Ты переоцениваешь мои силы, Бен. Я давно уже не тот, что был раньше. Заключение в этом месте, — он обвёл взглядом камеру. — Лишило меня большинства сил. Бен вдруг рассмеялся. — Теперь уже я вижу насквозь твою игру! Я никогда не поверю, чтобы какая-то тюрьма смогла сломить твой дух. — Тогда почему я всё ещё здесь? Почему я не сбежал давным-давно?! — Потому, что ты не хочешь сбегать! Настала давящая тишина. Старик и Бен буравили друг друга гневными взглядами. Казалось, они напрочь позабыли о стоящем прямо тут Гарри. — Уходи, мальчишка, — хрипло сказал старик. — Уходи и больше никогда не возвращайся в Нурменгард. Ничто не изменит моего решения! Бен выглядел сильно разочарованным. Он поморщился и тихо сказал. — Да будет так! Но я всё равно помогу Гарри. А ты продолжай сидеть в своей чёртовой камере. Я попрошу тюремщиков принести тебе газету, когда всё случится… Идём, Гарри! Нам больше не о чем говорить с этим человеком. Гарри не нужно было просить дважды. Он был только рад покинуть наконец это мрачное и давящее на психику место. Они молча спустились по лестнице и забрали свои палочки у волшебника. Бен бросил ему пару фраз на незнакомом языке и вышел на улицу. Гарри последовал за ним и догнав Бена, с удивлением заметил, что тот улыбается. — Ты чего? — не понял Гарри. — Если я, что-то понимаю, этот человек отказался бежать из Нурменгарда. — Ты его не знаешь так, как я, Гарри! — Бен с каждой секундой всё больше веселел. — После всего, что ему пришлось пережить, ради себя он не шевельнул бы и пальцем. А вот ради меня… — Ты можешь, наконец, сказать мне, кто этот человек? — раздражённо спросил Гарри. — А разве ты ещё не понял? Это один из самых величайших магов в истории — Геллерт Гриндевальд! Гарри запнулся об большой камень, торчащий из-под снега, и чуть не упал. В его памяти всплыли уроки истории магии. Гриндевальд считался самым опасным тёмным магом до прихода к власти Волан-де-Морта. — Ты с ума сошел, Бен?! — Гарри отступил на шаг и потянулся в карман за волшебной палочкой. Он прекрасно понимал, что против Бена в дуэли шансов у него практически нет, но и без боя он не сдастся. — Почему же, Гарри? Нет, ты ответь мне, я хочу знать. — Он тёмный маг! Он убивал и пытал не меньше Волан-де-Морта! — Да, — кивнул Бен. — Но он давно всё осознал. Думаешь, полвека Гриндевальда здесь сдерживали стены Нурменгарда и эти тупые стражники? Он сам не хочет уходить, считая, что тут ему самое место! Гарри на секунду прикрыл глаза. У него никак не укладывались в голове все события прошедшего часа. Всё это было чудовищно не правильно. — Он может помочь нам, Гарри! Помочь тебе! — горячо сказал Бен. — Его мощь и знания трудно осознать. Подумай сам, Гарри! Кто-то должен остановить Волан-де-Морта. И кто это будет? Ты? А ты уверен, что справишься с ним? Гарри молчал. Он старался особо не думать о своём будущем поединке с Волан-де-Мортом. Но Бен, по крайней мере в этом, был прав. Гарри ни за что не выстоять в поединке против такого могущественного мага. — Так всё равно нельзя, — упрямо сказал он. — Гриндевальд преступник. Он убивал людей. — А Волан-де-Морт убьёт ещё сотни, а то и тысячи человек, если его не остановить! Взвесь все «за» и «против», Гарри. Сейчас всё зависит от тебя. Лично ты готов взять на себя ответственность за смерть всех этих людей? Гарри выругался и отвернулся. Его разрывало на две части. Почему опять нужно что-то решать именно ему? И когда уже всё это закончится? — А почему ты решил, что Гриндевальду вообще есть какое-то дело до тебя? — спросил Гарри, чтобы хоть как-то отвлечься. — Я его последний живой потомок, Гарри. Гриндевальд может говорить всё, что угодно, но он не позволит мне умереть. А рядом с тобой у меня есть для этого все шансы…