Сыны Дурмстранга

Гарри, Гермиона и Бен прибыли в Хогвартс, когда замок готовился к ужину. Меры безопасности многократно усилили и если бы не письмо, предварительно написанное Дамблдору, их бы вовсе не пустили на территорию школы. Директор лично встретил гостей, что уже само по себе говорило о его немалой заинтересованности в предстоящем разговоре. — Я думаю, мисс Грейнджер и мистер Фейн, согласятся отужинать в Большом зале, пока я и Гарри поговорим, — мягко сказал директор. Гарри согласно кивнул и коротко взглянул на Гермиону. Кажется, она тоже поняла. Дамблдор точно назвал фамилию Бена, а ведь в письме её никто не сообщал. А значит, кто-то в Дурмстранге поставляет информацию в Хогвартс. Всю дорогу до кабинета директора Гарри интересовал один вопрос и он не удержался: — Профессор, а где же Амбридж? Я хочу сказать, её не было в вестибюле и в Большом зале тоже. — Думаю у неё сейчас более важные дела, Гарри. Скажем так… По счастливой случайности — он слегка улыбнулся, — вызов из министерства магии пришёл Долорес Амбридж всего за два часа до твоего приезда. «Что ж, и на том спасибо. Хотя бы эта мерзкая жаба не будет путаться под ногами», — подумал Гарри, входя в кабинет. Всё здесь было по-старому. Полным-полно самых причудливых инструментов и приборов, пыхтящих и пускающих дым. Портреты бывших директоров и клетка для феникса, которая сейчас отчего-то была пуста. — Вы знаете, зачем я здесь, профессор? — напрямую спросил Гарри. — Полагаю, из-за Волан-де-Морта, — Дамблдор не спрашивал. — Верно, — Гарри какое-то время размышлял, как подойти к теме, но в итоге решил говорить прямо. — Что вам известно о крестражах? — Гарри, не думаю, что нам сейчас нужно обсуждать это… — Хватит, профессор! — не выдержал Гарри. — Я уже не ребёнок. Мне нужно знать правду. Я имею на это право, как никто другой. Ведь это во мне сидит осколок души Волан-де-Морта. На минуту в кабинете директора наступила полная тишина. Дамблдор казалось, немало удивился подобной осведомлённости Гарри. Однако он смог взять себя в руки и когда заговорил, то голос его был ровным. — Не буду спрашивать у тебя, как ты об этом узнал. Я могу лишь представить каким потрясением для тебя оказалась открывшаяся правда. Именно поэтому я ничего и не говорил тебе, Гарри. Было ещё не время. — Зато теперь пора. Пожалуйста, профессор, расскажите мне всё, что вам известно. Ярко-голубые глаза Дамблдора казалось просвечивали насквозь. Гарри лишь оставалось надеяться, что он не сможет прочитать все его мысли. А ведь там было о Гриндевальде, мрачных событиях в Дурмстранге и Гермионе. — Если уж мы решили говорить полностью откровенно, Гарри… Мне известно намного меньше, чем я хотел бы, — признал Дамблдор. — Лорд Волан-де-Морт по моим сведениям действительно создал несколько крестражей. Да, ты не ослышался, именно несколько. — Но, сэр, это ведь намного затруднит дело. Их вообще возможно найти все? — Хороший вопрос, Гарри. Хороший вопрос, — Дамблдор открыл ящик стола и извлёк оттуда старый дневник Тома Реддла, который Гарри лично проткнул на втором курсе клыком василиска. — Этот крестраж попал к нам практически случайно. Ещё я возможно, повторяю возможно! Знаю о другом предмете, в который Тёмный лорд заключил часть своей души. Но его местонахождение пока остаётся тайной. У Гарри невольно опустились плечи. Конечно, он не надеялся, что всё будет легко, но это… — Невозможно. Найти их все скорее всего невозможно, — пробормотал он, скорее самому себе, но Дамблдор услышал его. — Просто нужно время. — А оно есть? — грустно усмехнулся Гарри и поднялся на ноги. — Спасибо, профессор. Я пожалуй пойду. Дамблдор тоже встал и вышел из-за стола. — Ты, мисс Грейнджер и конечно же ваш друг можете остаться на ночь в замке. Ни к чему вам бродить одним ночью. Тем более в столь опасное время. Гарри немного подумал и согласно кивнул. Уже выходя из кабинета директора он увидел, как Дамблдор извлекает из виска тонкую нить воспоминания и опускает её в омут памяти. Гарри прошёл до боли знакомой дорогой к Большому залу. Он видел, как на него обращаются взгляды каждого студента, но упрямо не обращал на это внимание. Он отыскал Гермиону и Бена — они сидели за гриффиндорским столом, но рядом с ними образовалась небольшая толпа студентов из других факультетов. Всем было любопытно. Но если большинство спрашивали Гермиону об отличиях Дурмстранга от Хогвартса в плане обучения, правил жизни в нём и так далее, то Полумну Лавгуд интересовало совсем другое. — Это правда, что в Дурмстранге все учителя вампиры? — как всегда меланхолично спросила она. — Нет, конечно, — покачал головой Бен. — Вампир у нас только директор… Тот ещё кровосос! Гарри сел рядом с ними. Гермиона вопросительно посмотрела на него, но он лишь покачал головой. — Ты видела Рона? — Нет, — дрогнувшим голосом ответила Гермиона. — Говорят, у него сейчас тренировка по квиддичу, он теперь в команде. Но скоро должен подойти. Мы ведь сможем задержаться здесь немного, чтобы хотя бы поздороваться? — Дамблдор предложил нам остаться на ночь. Не знаю, как вам, но по-моему это хорошая идея, — к его облегчению, Гермиона улыбнулась. Бен одним махом осушил кубок с тыквенным соком и хихикнул. — Вы будете в одной комнате, а? Ну, а что? Я всё понимаю. Гермиона заметно покраснела, и Гарри сжал её руку. Но он тут же подпрыгнул на скамье от неожиданности. Прямо за его спиной грохнулась на пол метла. Рон как оказалось, уже подошёл к ним и кажется, всё слышал. — Так вы теперь, что выходит… Вместе? — Уши Рона горели. А взгляд выражал целую палитру эмоций. — Тогда понятно, почему ты уехала с ним. Гарри и Гермиона словно бы онемели и тупо пялились на своего друга. Тогда на помощь пришёл Бен. — Ещё как вместе. А ты… Кто у нас будешь? Рон поморщился, словно от пощёчины. — Надеюсь, вы счастливы, — пробормотал он и подняв метлу, быстро зашагал прочь. Гарри запоздало опомнился, стал звать его, но ярко-рыжая голова уже скрылась за дверью. — Неловко получилось, — пробормотал Бен, однако он не выглядел сильно расстроенным. В отличии от Гермионы. Из розового её лицо стало бледным. Она явно сдерживала слёзы. — Гарри, пожалуйста, давай не будем оставаться здесь на ночь. Лучше снимем комнату в Хогсмиде, например. Гарри был готов на всё, лишь бы ей стало легче. И потому, не обращая внимание на протесты Бена, которому явно понравилось в замке, он повёл Гермиону на улицу. Первым заговорил Бен и то только, когда ворота Хогвартса остались позади. — Выходит, мы приехали сюда зря? Дамблдор либо и правда знает мало, либо отказывается говорить. И что теперь делать? — Придумаем что-нибудь, — коротко ответил Гарри. — Слушай, Бен, ты не оставишь нас на минуту? — Конечно. Но я буду неподалёку. Гарри проводил его взглядом и повернулся к Гермионе. — Ты в порядке? — Я не думала, что Рон так отреагирует. Хоть и… Не важно. Как думаешь, мы когда-нибудь помиримся с ним? — Да. Да, конечно! Пройдёт время и всё будет хорошо! — Гарри и сам почти не верил в свои слова, но продолжал говорить. Гермиона прижалась к нему и положила голову на плечо. Её дыхание постепенно выровнялось и через несколько минут, она даже попыталась улыбнуться. — Пусть мы и закончили здесь намного раньше, не думаю, что нам есть смысл возвращаться в Дурмстранг до следующего семестра. Бен говорил, что хочет отправиться к Гриндевальду. А я хотела бы повидать родителей и… В общем нужно обезопасить их. — Хорошо, — Гарри погрустнел. Ему-то оставалось только к Дурслям ехать. Очень сложно представить себе более печальное Рождество. — Тогда встретимся перед началом семестра и… — О чём ты говоришь? — нахмурилась Гермиона, а потом хлопнула себя по лбу. — Совсем забыла! Я приглашаю тебя к нам в гости. Мама и папа не против. Им давно хочется познакомится с тобой поближе. Тем более после того, как мы стали встречаться. Ну, так ты, как, не против? Гермиона посмотрела на Гарри так, словно всерьёз боялась отказа. Но он только легонько чмокнул её в щёку и сказал: — Конечно не против. Идём!