Я люблю только его

Pov: Ким Техён. Сейчас я иду мимо кабинетов учебного корпуса в сторону 21 аудитории знакомиться с однокурсниками и однокурсницами. Иду один, без них. Меня взбесила та ситуация, когда они обнимались и смеялись. Я пришёл сказать им, что нам надо идти на этот «тренинг», а они… Но больше всего выбесило то, что он… он с ним, а не со мной. Я быстро сказал, что через 15 минут надо быть в 21 аудитории и вылетел из комнаты. Он кинул мне нож в спину; выстрелил в грудь, прямо в сердце… — Здравствуйте, — я выдавил из себя улыбку. «Коллеги» сидели в кругу, около воображаемого костра. Я взял стул и сел к какому-то парню. Он улыбался и разговаривал с сидящей рядом девушкой, которую я не успел разглядеть из-за его спины. Я был подавлен и сидел все это время просто с опущенной головой. Звенит звонок. Преподаватель встает со своего места, и кто-то в это же время успевает поспешно забежать в класс. Я поднял голову, отчитался, что на месте, снова опустил голову и закрылся в себе, не замечая ничего. Тут психолог, как выяснилось, начал задавать свои вопросы. Но я так же сидел с опущенной головой, и поднимал её только на те, которые были адресованы мне и смотрел только на учителя. Сначала были «базовые вопросы», но потом пошли совсем не поддающиеся пониманию и просто странные. Больше меня поразило, когда он после очередного вопроса начал: — Сейчас я попрошу, чтобы Вы все отнеслись к этому вопросу серьёзно, не стесняясь, и не унижали своих однокурсников и однокурсниц. Если среди нас лесбиянки и геи? «Он нравится мне, он парень. В этом нет ничего такого.» Я встал со своего места, смотря на свою обувь. Я не услышал ничего в свой адрес, но услышал, как чьи-то стулья скрипнули и увидел тени 8-х людей из 25 сидящих. Я немного удивился, и в тоже время пришло чувство, что я не один такой, что меня не огорчило. Только я хотел поднять голову и посмотреть, встал ли он, как все резко сели, после слов психолога: «Спасибо, можете садиться». Не успел… Вот бы он был среди таких, как я… Pov: Пак Чимин. Этот надоел. А другой всё время крутился в моей голове. Сейчас мы бежим с Чонгуком, пролетая метры паркета, в сторону аудитории… 21, верно? Мы вбегаем вместе с преподавателем в класс, обегаем сидящих и садимся на последние соседние места. Всё ещё не успевая отдышаться, мы начинаем отвечать и отвечать на его вопросы. Он задал вопрос про ориентацию… Я вскочил из-за слишком большой дозы адреналина после бега, а стул, который был подо мной, излишне громко скрипнул. Мне нечего стесняться, я открыт и хочу, чтобы люди тоже были открыты мне. Я так стоял, пока, не переведя взгляд, не увидел его, такого грустного… Мне больно, когда он грустит; когда его нет рядом со мной… Ужасные мысли приходили в мою голову, когда мы с Чоном уехали от него. Так хотелось сброситься с моста, танцы не получалось выучивать из-за моральной боли, как нож в сердце, и чем дольше его не было, тем глубже этот нож проникал в сердце. Но вот он передо мной. Такое счастье было услышать его «ЧиминаААА» в трубку телефона, обнять его. Во снах, когда мы были в Пусане, я пообещал себе, что признаюсь ему, что я люблю только его. Но как только я хочу побыть с Техёни, меня всегда кто-нибудь останавливал. Как, например, когда я быстро распаковывал вещи и хотел было уже пойди к нему, Чонгук залезал на меня, начинал щекотать и опрокидывать на бок, а потом обнимать. Из-за щекотания я смеялся, от чего я не видел вокруг себя ничего, т.к. глаза становились как два полумесяца, когда я улыбался. Засмеялся и Чонгук. С ним в Пусане было весело, на время я даже забывал о Техёне. Даже временами мне приходилось задуматься из-за Чонгука — кого же я люблю больше — Техёна или Чонгука? Pov: Чон Чонгук Техён встал… Чимин встал… раз он встал, то и я встану… наверное… Так стрёмно, но я не отрицаю, что я такой. «Встать или остаться сидеть? Всё равно можно и посидеть, это нужно ведь только для отчёта психолога. С другой стороны, он будет знать… Хммм» Pov: Автор Со своих мест встали 3 девушки и 5 парней. Среди парней были: Ким Техён, который любит младшенького; Пак Чимин, влюбленный в своего друга одногодника; Чон Чонгук, любящий своего низкого хёна. Так же двое парней, и ещё один, которого Техён не заметил, но к ним вернемся в конце истории. Позже, они все сели и притихли… Техён так и не заметил Чонгука и Чимина, продолжая смотреть на свою обувку. Ему, конечно же, было больно от того, что Чон обнимался не с ним, а с Чимином. После слов психолога, что занятие закончено, он, не глядя на однокурсников, быстро встал со стула и ушёл подальше ото всех. Он уже жалеет, что поступил сюда, встретил друзей, для которых «был обузой», думал он. Время близится к 15:00, завтра утром уже будут занятия, но несмотря на это, Ким направляется в бар, чтобы выпить рюмку соджу. Чимин хотел догнать его, поговорить с ним по душам, может, даже провести вечер где-нибудь, как в старые добрые времена, но тот убежал в мгновение ока, дабы успеть на автобус. Делать нечего, снова придется быть с Чонгуком и развлекаться с ним. Первое сентября уже завтра, в пятницу. Кроме 4 занятий, вечером будет знакомство женского и мужского общежития, где точно будет весело. Чимин надеется, что там-то он сможет с ним переговорить на все темы спустя 3 года разлуки. Он не знает, где Техён, остаётся только звонить.  — Чонгук, мне сейчас надо позвонить, окей? — оповестил Чонгука Чимин, когда они пришли назад в комнату. — Да, конечно. Я пока пойду, погуляю. Пока Чимин наливал себе стакан воды, чтобы выпить и успокоиться, Чонгук быстро переоделся в белую толстовку, поверх накинул что-то и ушёл. И вот, Чимин один. Теперь он может позвонить ему. Чужие уши не должны слушать, как он изливает кому-то свою душу. Набирая телефон Ким Техёна, парень начинает ходить по всей комнате из-за нахлынувшего волнения. В этой же части города, но подальше от общежития, в спортивном баре, около барной стойки с телефоном в одной руке и с рюмкой соджу в другой, сидел Техён. От алкоголя Техён превращается в подобие эмоциональной плотины. Вода — это накопившиеся эмоции, в его случае — печальные, скрежущие душу. И вот, под воздействием алкоголя на плотину, которую он строит и строит от одного до другого выплеска эмоций, эта плотина рушиться и даёт волю накопившимся эмоциям. Он сидит и плачет от этого выплеска. Он купил только одну рюмку, потому что он знает себе меру. Ким просит бармена, чтобы никто не занимал его места и с телефоном удаляется в уборную. Там он быстро и обильно умывается, и так же быстро успевает взять трубку, пока Чимин не сбросил. — Что? — более нормальный голос, по сравнению с двумя минутами назад. — Т-ты как? Я видел тебя на тренинге, ты… с-с тобой всё хорошо? Я в-волнуюсь. Чимин старается не заикаться, но это происходит. Он сильно волнуется… за него особенно… — Я? Вдруг голос Техёна резко ломается. Он не знает, почему же так случилось. Может, это так сработали слова Чимина, или его дрожащий голос. Техён смотрит на себя в зеркало, позже он сглатывает подступивший ком к горлу, от чего кадык заходил по его шее. Пару секунд он смотрит на себя и продолжает выдавливать из себя ложь: — Со мной всё…*замолкает* Он начинает думать о том, чтобы выговориться Чимину и надеется, что тот сможет… наверное… — Я сейчас в ***, приедь ко мне… пожалуйста, — надеясь на положительный ответ, проговорил парень. — Да, хён. Не волнуйся. Чимин так боялся ему позвонить, боялся того, что Техён может назвать его слишком чувствительным и приставучим. Но когда он услышал просьбу о помощи на другом конце трубки, то воспрял. Пак носится по своему новому, ещё незнакомому месту жительства в поиске одежды. Быстро надев первое, что попалось ему в руки, он выбегает из комнаты и бежит на встречу к нему. К своему Хену.