Меня тут не ждали? Вам же хуже.

- Вы ещё спите?!! Ах вы, негодные мальчишки!!! А ну, живо просыпайтесь! Как трахаться ночь напролёт — так они всегда готовы, а как выполнить свой гражданский долг — тут же в кусты! Именно этой ультразвуковой позитивной песней добрая и ласковая Лейси соизволила разбудить нас с утра пораньше. И понеслось. Под бдительным оком недремлющей свекрови мы скакали, как заведенные. Стопятьсотая примерка костюмов, тысячное обсуждение того, как следует себя вести с высокими гостями, что делать и говорить, как кланяться и как улыбаться. Ну и, конечно же, в какую сторону дышать и как обожать глазами высокое начальство, ежели дражайший Император всё же соизволит озарить это скромное обиталище своим лучезарным ликом. К обеду я уже кусался и ругался. Впрочем, не я один. Прибывшие вчера братья с женами и отец Рилайса не меньше страдали от инициативной Лейси. Как и остальные родственники, приехавшие с утра пораньше, правда, с ними толком познакомиться мы так и не успели. Наконец-то всё было выдраено до скрипа, расставлено по местам, приготовлено, нарезано, откупорено и частично налито. Музыканты по сигналу Лейси заиграли что-то ненавязчивое, слуги и нанятые официанты выстроились в ряд у стен, готовые по первому знаку угодить многочисленным гостям, блистательные Лейси с Ревраксом, лучезарно улыбаясь, спустились в холл, где и должны были встречать прибывших. Мы же ожидали всех в Парадном зале. К слову сказать, убранство этого самого зала поражало воображение своим великолепием. Я, увидев его во всей красе в первый раз нынче утром, аж замер, разинув рот, обалдело пялясь по сторонам. И сейчас теплый яркий свет от магических светляков пронзал зал, словно солнечными лучами, отчего всё кругом казалось невесомым и каким-то сказочно-воздушным, а потолок уходил куда-то ввысь, паря над грешным миром. Тончайшие занавеси трепетали на легком сквознячке, аромат цветов чуть кружил голову. Высокие двери в сад были распахнуты, и любой мог прогуляться среди деревьев, украшенных сотнями крохотных огоньков, превращающих летнюю ночь в светлые сумерки. Продумано было всё до самых крошечных мелочей. Даже рисунок вышивки на одежде слуг перекликался с ажурной росписью на стенах и по ткани. Настолько всё было тонко, изящно, красиво, стильно и безупречно-потрясающе, что я, честно, проникся к Лейси просто небывалым уважением. Ведь до сих пор я видел её с совершенно другой стороны - как любящую жену, заботливую мать, немного капризную красавицу, сумасбродную пантеру. И теперь убедился, что герцогиня Митольская воистину великолепна, впрочем, как и всё, к чему она приложила ручку. Костюмы нам с мужьями выбирала тоже Лейси. Они немного отличались по фасону, но были выдержаны в черно-серебристых тонах, и это сразу выделяло нас из толпы, потому как для всего вечера была выбрана серебристо-бежевая палитра. Оно, в общем-то, и понятно, всё ради нас и организовано. Выглядели мы в них просто отпадно, и мне пришлось неслабо поднапрячься, чтобы не пялиться на задницы мужей, провокационно обтянутые тонкой тканью, и сосредоточиться на предстоящем мероприятии. Мои волосы заплетала самолично герцогиня, Шану с Льиором тоже пришлось довериться парикмахерам, а Рилайс безбожно обрезал свои лохмы. Нет, новая короткая стрижка ему очень шла, Рил сразу стал выглядеть солидно и стильно, как и полагается отпрыску знатной фамилии, но я-то уже привык к его немного небрежному виду. В общем и целом, к приему мы были готовы. Шан даже не забыл про амулет-переводчик для меня, выбрал красивую серебряную длинную серьгу с черным камнем. Так что мы были во всеоружии. По итогам недолгих переговоров с драконами было решено, что родители Шана приедут после приёма. Потому как многоуважаемый Мортах — не абы кто, а большущая шишка, возглавляет Совет старейшин. Глава Совета избирается каждые тридцать лет, и господин цха Шорр удостоен подобной чести уже во второй раз. Так что его присутствие на вечере одновременно с Императором Лидании придало бы мероприятию совершенно иной статус, более официальный и протокольный, чего никому из нас не надо было. Лейси понимала это и тоже явно не горела желанием оказаться меж двух огней, под прицелом недремлющих служб безопасности. Решение познакомиться с новой родней в приватной, семейной обстановке устроило все стороны. А главы государств, уж если им так приспичит поболтать, пусть общаются на своей территории. С драконами должен также прибыть и наставник для меня - один из Хранителей. И встречи с ним я ждал с нетерпением, многого ожидая от этого знакомства. Ведь кто, если не такой же Хранитель, как я, только умудренный опытом, поможет и поймет меня. Правда, если верить Шану, Хранителей не рождалось последние лет двести, а это значит, что моему будущему наставнику, как минимум, две сотни лет. Я не знал ещё, кто это будет, но надеялся, что с ним получится если не подружиться, то хотя бы найти общий язык. Даже если то будет какой-нибудь блаженный старичок. Солнце давно скрылось за резными крышами столичных особняков, отбрасывая длинные густые тени, в парке зажглись развешенные вдоль дорожек многочисленные фонарики. Народ всё прибывал и прибывал, очередь из легких повозок, запряженных уже привычными мне варанами, и причудливых, порой громоздких, машин на пару не иссякала. Казалось, весь цвет столичного общества решил почтить нас сегодня вечером. Господа и, конечно же, дамы, сверкая драгоценностями и демонстрируя умопомрачительные наряды, неспешно прогуливались по залу, шептались в укромных альковах, строили планы, сплетничали и злословили. Столы для игр, в том числе и знакомый мне лхетош, не пустовали, мужчины и женщины азартно сверкали глазами, подбадривая игроков и друг друга. Почти никто не танцевал, но талант музыкантов был оценен по достоинству. Для любителей прекрасного был организован этакий музыкальный марафон. Желающие исполнили какие-то романсы, пару раз молодые парни сыграли весьма живенькие этюды на местном аналоге фортепиано. Всеобщим сюрпризом оказалось выступление какого-то новомодного певца по имени Расталеш. Его импровизированный концерт был встречен овациями, и поклонники долго не отпускали его, требуя ещё и ещё. Тот, немного кокетливо смущаясь, конечно же, уступал требованиям. Мне он как-то не очень понравился. Не спорю, и внешне красив, и голос приятный такой, глубокий, немного бархатистый, и песни неплохие. Но то, как он держал себя, как заигрывал со знатью... Не знаю, может, здесь так принято, но не уверен, что я так смогу. На Земле я как-то с властьимущими старался не пересекаться и здесь начинать не хотел. Молчаливыми тенями меж столичных франтов и модниц скользили официанты, разнося закуски и напитки, бдительно следя, чтобы фужеры не пустовали. Время шло. Даже не шло, а ме-е-едленно тянулось, как резиновое. Это чертово великосветское мероприятие затягивалось, и вырваться с него пока не было ни малейшей возможности. Я откровенно скучал, на полном автомате продолжая улыбаться и раскланиваться. Наверное, Рил с Шаном снова правы, если бы я успел обзавестись здесь хоть какими-то знакомствами, кроме тех, что мы приобрели в Джейсаре, то было бы не так грустно. Да, здесь мелькнула пара знакомых лиц, но, радушно поздоровавшись с нами и перебросившись парой фраз, они смешались с толпой. Так что я всеми силами старался вести себя, как подобает отпрыску знатного семейства, и, увы, не имел возможности расслабиться хоть на минуточку. Да, это вам не почти семейные вечера среди провинциальных аристократов. Мы с мужьями стояли на посту уже третий час кряду. Вот именно что «на посту». Ведь не секрет, что именно ради нас, нашего представления высшему обществу, всё и было организовано. Мы отметились и среди игровых столов, сыграв пару партий, и среди музицирующих дамочек, сердечно выражая им свои бесконечные восторги, и среди парковых дорожек, раскланиваясь с прогуливающимися парочками. И если первый час я ещё был в состоянии адекватно реагировать на затейливые виртуозные словесные кружева, с честью отвечая на, порой, весьма нелестные высказывания, то к окончанию третьего часа я был готов лечь и умереть. От приклеенной улыбки ныли скулы, язык заплетался от витиеватых кружев льстивых речей и бесконечных комплиментов, а голова просто лопалась от обилия новых лиц, имен, друзей и просто знакомых. Бесспорно, я уже не терялся среди столичных аристократов, меня не пугали и не смущали их каверзные вопросы и многозначительные взгляды, мог свободно поддержать беседу или же достойно отшутиться, не опасаясь показаться этаким отщепенцем и деревенским увальнем. Но удовольствия от вечера я не получал. Как, впрочем и мои мужья. Льиор так и подавно бросал жалобные взгляды то на Шана, то на Рила, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. Он крепился явно из последних сил, но продолжал улыбаться. - Я сейчас упаду... — выдохнул Льиор, улучив момент, когда мы на минутку остались наедине. - Потерпи еще немного, — улыбнулся Рилайс, нежно погладив его по щеке. — Мы практически выстояли. Кажется, Император всё же не сможет нас посетить этим вечером, и ты с Ниэлом сможете уйти. - А вы? — удивился я. - Нет, мы ещё немного побудем. Это невежливо будет по отношению к другим гостям и моим родителям, если мы все их покинем. - Жесть просто... — покачал я головой, недовольно ворча. — Невежливо, скажешь тоже... Да твоя мама или гости даже не заметят нашего отсутствия! Мне кажется, что мы весь вечер играли роль красивых кукол. Каждый к нам подошёл, прощупал на прочность и стойкость, и, убедившись, что мы, о чудо, оказывается, умеем говорить и даже двигаться, отбыли восвояси, дальше перемывать косточки нам и всем остальным. Пф-ф... Ужас просто... Неужели от подобных мероприятий реально получать удовольствие? - Ну, отчего же и нет, — усмехнулся Шан. — Просто к этому надо привыкнуть. Уверяю тебя, если бы ты вырос среди столичной знати, обзавелся друзьями и недругами, то сейчас шептался бы и шушукался, сплетничая, наравне со всеми. Посмотри на Ревракса или братьев Рила — они не испытывают твоих затруднений. Не знаю насчет того, доставляет ли им это удовольствие, скорее, воспринимают это как нечто необходимое. С женщинами, готов поспорить, все совершенно иначе – им подобные светские вечера жизненно необходимы, иначе где еще они смогут похвастаться своими нарядами, прическами и любовниками? - Наверняка и большинство мужчин – тоже, – фыркнул Рил. - Блин... Да, прав... И вам как, нравится здесь? Я-то так все ноги оттоптал, – вздохнул я. - Ну, — иронично хмыкнул Шан, покачав головой. — Кхм, касательно «нравится»... Ты же знаешь, что есть разные факторы, над которыми мы не властны, и вещи, которые необходимо делать, как бы ни хотелось иного, – я лишь плечами пожал. Он насмешливо закатил глаза, и склонившись ко мне, шепнул: – А ты сам посуди, если бы мне подобное нравилось, сбегал бы я периодически из дому в поисках приключений, м? Сидел бы дома, протирал штаны на непыльной должности при отце, как он того хочет, плёл бы себе интриги, коллекционировал любовников и любовниц. - Согласен с тобой, — кивнул Рил. — У меня тоже не выходит наслаждаться общением с этими змеями. Никогда не понимал, как мама с братьями часами могут расшаркиваться с теми, кто за глаза шипит им в спину и говорит гадости. Но это не значит, — многозначительно ухмыльнулся он, — что я не могу достойно ответить. Уж что-что, а тонкую науку плетения кружева интриг я впитал с молоком матери, известной мастерицы. - Ага, — подмигнул мне Шан, — «помочь» ближнему — это мы всегда готовы. - Кова-а-арные какие... — хмыкнул я, отсалютовав им бокалом с легким вином, привычно разбавленным соком. Продолжить нам не дали. Какая-то мадама внушительных размеров, разряженная в пух и прах и сверкающая, как новогодняя елка, с тщедушным мужчинкой под мышкой решила осчастливить нас своим вниманием. Мы, благостно улыбаясь, преданно осчастливливались, стараясь не особо сильно скрипеть зубами. И только вовремя подоспевшая Лейси, в миг заболтавшая мадаму и утащившая её прочь, спасла нас от смертоубийства. Шум из сада привлёк наше внимание. - Что там? — я переглянулся с Льиором, стоявшим ближе всех к окну. - Не знаю, — он любопытно вытягивал шею. — Кажется, кто-то еще приехал... - Ох, кажется, мы всё же дождались... — скривился Шан, разглядев прибывших с высоты своего роста. - Кого? - Его Императорское Величество Леанирас Мудрый! — громогласно возвестил какой-то тощий важный дядечка, вытянувшийся у дверей. - Ну что же, — смирившись с неизбежным, тяжело выдохнул Рилайс. — Улыбаемся, мальчики, улыбаемся! И мы улыбались. Снова. Справедливости ради надо заметить, что гражданин Император мне очень понравился. Ну, чисто внешне, конечно. Он оказался видным таким мужиком, высоким, чуть ниже Шана, темноволосым. Хоть и не красавец, нет. Чем-то он мне Жана Рено напомнил, только более холеный вариант. Но харизма же, блин! Просто улёт. Его сила и мощь давила на меня даже на другом конце зала, сразу чувствовалось, чьи тапки в этом доме. И во всей Империи. Хотя он держался весьма сдержанно, если можно так выразиться, вежливо и дружелюбно улыбался подоспевшим Ревраксу и Лейси, как старым друзьям. Его Императорское Величество Леанирас Мудрый соизволил прибыть не один, но не с супругой, а с официальной фавориткой. Но удивляться местным порядкам я уже перестал и с чистой совестью любовался редкостной красотой юной прелестницы. Право слово, тут было на что полюбоваться. Темно-русые локоны, легкомысленно перевитые лентами и нитями жемчуга, светлая кожа, нежные губки, ясные голубые глаза, тонкая талия, высокая грудь — о да, я прекрасно понимал Императора. Девушка была просто сказочно хороша. И держалась с воистину царским достоинством, легко опираясь на руку спутника. После всех положенных согласно этикету раскланиваний и рукоцелований Его Императорское Величество соблаговолило направить свой пресветлый взор на нашу скромную компанию. Я внутренне подобрался, морально готовясь предстать перед очами грозного и мудрого правителя. Неуютно мне было, если честно, очень неуютно... Ей-богу, прекрасно обошелся бы без подобного знакомства. Но – надо. - Рады приветствовать Ваше Императорское Величество, – вежливо и с достоинством поклонился Шан, мы слаженно склонили голову следом. – И Вашу прелестную спутницу, – дракон почтительно кивнул девушке, та скромно потупила глаза, прикрывшись веером. - Взаимно, взаимно, – обозначил кивок император. – Герцог, представите мне этих молодых людей, на чей союз так рвалась полюбопытствовать моя птичка? – обратился он с улыбкой к Ревраксу, что на правах хозяина следовал за имперской четой. «Птичка» смущенно порозовела, продолжая прикрываться веером, и легонько шлепнула спутника по пальцам, буркнув что-то вроде «шутник». - Несомненно, Ваше Величество, – поклонился Ревракс. – С удовольствием представляю Вашему вниманию клан Жеарси. Ванхурр Жеарси, – дракон поклонился, – Рилайс Жеарси, – Рил поклонился следом, – Даниил Жеарси и Льиор Жеарси, – мы с рыжиком поспешили поклониться. - Очень приятно, – улыбнулся император. – Не скрою, мне не терпелось познакомиться с истинным квартетом, новым кланом, за чье создание так радела моя супруга. - О, воистину, доброта прекрасной Треасоль не зря воспевается бардами всех континентов, – склонил голову Рилайс. – Наша сердечная благодарность не знает границ, мы Ваши должники, Ваше Величество. - Пустое, право слово, – отмахнулся император. – Это лишь самая малость, поверьте мне. Никто в здравом уме не станет препятствовать союзу, отмеченному богами. К тому же, я льщу себя надеждой, что смогу рассчитывать на то, что ваши интересы не пойдут врозь с интересами Империи. - Как можно, Ваше Величество, – сдержанно улыбнулся Шан. – Признаю, мы не рассчитывали на столь скорое решение нашей просьбы. Это стало для нас всех приятным сюрпризом. - Тогда позвольте мне преподнести еще один сюрприз, – император подал знак сопровождавшему его мужчине. Тот мигом подскочил, протягивая тонкую кожаную папочку. – Насколько я знаю, вы, достопочтенный господин Ванхурр, являетесь владельцем изумительных островов Жеарси, давших название вашему клану. - Вы проницательны, Ваше величество, – уважительно склонил голову Шан. Император лишь неопределенно хмыкнул. - Мы решили, что будет несправедливо, ежели наш сын, – он бросил взгляд на Рилайса, – с пустыми руками войдет в замужество. И посему даруем ему и, соответственно, его супругам, наследный титул графа Монварес, а также земли округа Монварес, отделенные от островов Жеарси лишь тонким проливом. - Охрене-е-еть... – оторопело выдохнул я. – Ой, бля! – тихо пискнув, поспешил захлопнуть себе рот рукой и шагнуть за спину дракона, надеясь, что моего негромкого пассажа никто не слышал. Куда там... - Кхм-кхм, – иронично улыбнулся император. – Не стоит благодарностей. - Простите... Спасибо большое... Очень приятно... – сконфуженно пробормотал я, отчаянно краснея. Осталось только ножкой пошаркать. Вот язык мой дурной, за зубами не помещается. Рил на меня многозначительно зыркнул, не хватало только характерного ситуации жеста: ребром ладони по горлу. Выражения лица Шана я не видел, потому как продолжал стоять у него за спиной. Но не думаю, что оно сильно отличается от Риловой реакции. Точно бить будут... - Это щедрый дар, Ваш Величество. Совершенно неожиданный, но... – отмер дракон. Его словоизлияния прервал император: - Дорогой граф, повторюсь, не стоит благодарностей. Вам ли не понимать причин, сподвигнувших нас на принятие подобного решения. - Лишь трезвый расчет и политика? – иронично изогнул бровь Рил. О да, если я правильно всё понял, теперь нам дозволено чуть больше в общении с венценосным мужем. - И жестокая воля жены, – усмехнулся он. И подмигнул мне. Я выпал в осадок. Как это понимать? Ему что, фаворитки не хватает? Не, спасибо, конечно, но я в имперские фавориты абсолютно не набиваюсь! Вернуть благожелательное выражение на морду лица у меня все никак не получалось, и мужчина, хмыкнув, продолжил: – Думаю, Вы не откажете мне в небольшой любезности? - Несомненно, Ваше Величество, – кивнул Шан. Я возмущенно сопел. - Тогда я хотел бы поговорить со всеми вами наедине. Это возможно, герцог? – спросил он у Ревракса. - Конечно же, Ваше Величество. Если вам будет удобно, вы можете расположиться в библиотеке. Там вас никто не потревожит. - Благодарю, – величаво кивнул император. – Через полчаса. - Всё будет готово. - В таком случае мы пока воспользуемся вашим гостеприимством и уделим внимание другим вашим гостям. - Позвольте Вас проводить, – чуть поклонился герцог. Император, поддерживая под локоток свою фаворитку, удалился. Шан повернулся ко мне и, нежно-нежно так глядя мне в глаза, от чего мне захотелось поёжиться, очень добрым голосом предложил: - А не прогуляться ли нам в сад, хорошие мои? Отметим это славное событие, м? - Непременно, дорогой граф, – елейным тоном пропел Рилайс, подхватывая меня за талию. На мое счастье, расправу над непутевым мужем, то есть мной, пришлось отложить. Так уж вышло, что полчаса, отведенные до аудиенции с императором, мы вынуждены были потратить на очередные расшаркивания с гостями. Разговор с самодержцем происходил посреди зала, и все всё прекрасно слышали, кроме, как я надеялся, моих последних эмоциональных слов. Нас пожелали незамедлительно поздравить. Теперь уже с новым титулом и прочими прилагающимися плюшками. Про мою оплошность никто и не заикнулся, так что я немного расслабился. Через полчаса Лейси ловко просочилась сквозь окружавшую нас толпу. - Его Величество соизволили принять вас. Прошу за мной, – улыбнулась она. - Просим нас извинить, – вежливо раскланявшись со всеми, мы покинули зал. В библиотеке нас уже ждали. Император сидел в громоздком кожаном кресле, что стояло у окна библиотеки, фаворитка сидела на подлокотнике, небрежно положив ручку на плечо мужчине. Рядом были поставлены полукругом два диванчика, явно принесенные из чьих-то покоев, и небольшой столик с легким ужином. - Прошу, – император жестом предложил нам располагаться. Мы расселись по двое. Я хотел было сесть с Льиором, но Рилайс потянул меня за собой, усаживая под бочок. – Герцогиня? Вы составите нам компанию? - Не смею Вам мешать, – с улыбкой поклонилась она. – К тому же, мне кажется, если я не потороплюсь, Ваш уважаемый Советник вновь заболтает моего мужа всякой государственной ерундой, и он будет потерян для остальных гостей на долгое время, – и вышла за дверь. - Шикарная женщина, – восторженно вздохнул император. Девушка, иронично хмыкнув, легонько шлепнула его сложенным веером по плечу. – Прости, любимая, ты права, – он поцеловал тонкие пальчики. – Конечно же, прекрасней нашей с тобой Треасоль нет никого на свете! - То-то же, – игриво улыбнулась девушка. И подмигнула мне. Я подавился воздухом. Что вообще тут происходит? - Не пугай мальчика, – отчитал он её. – Кстати, позвольте вам представить мою птичку, мою Шеашер. - Приятно познакомиться, – вразнобой ответили мы. - Ну что же, с формальностями покончено. Дорогая, ты хотела посмотреть на него? - Да, конечно, – мелодично пропела Шеашер и спорхнула с подлокотника, склоняясь надо мной. – Ты позволишь? – она протянула к моему лицу руки, вопросительно глядя в глаза. - Э-э? – я озадаченно глянул на Шана, на императора. Муж был не менее озадачен, зато император благожелательно кивал. - Не бойся, мальчик. Неужели ты не чувствуешь её? - Как я должен её чувствовать? – я вжался в спинку дивана, не рискуя позволить ей дотронуться до меня. - Я Хранитель, как и ты, малыш, – улыбнулась девушка. - О. Ого... А-а... А правда? – я во все глаза вылупился на нее. Хранитель? Неужели ей больше двухсот лет? Ниху... Обалдеть. - Правда, – звонко рассмеялась она. – Не бойся, малыш, я никогда не причиню вред. - Я не малыш! – я сурово на нее посмотрел. Эта доморощенная старушка снова рассмеялась. - Разве? – она легонько коснулась кончиками пальцев моего виска. Я грозно на неё зыркнул. – Ну хорошо, – прошептала она, поймав мой взгляд. – Большой мальчик... – выдохнула. А потом я провалился в её глаза. Но это было совершенно не страшно. Она сама, по доброй воле, открывалась для меня, распахивала знания и опыт, делясь светом и теплом. Я словно купался в ярком солнечном свете, поддерживаемый заботливыми мамиными руками, что не давали захлебнуться или потеряться. Постепенно теплая волна отхлынула, возвращая меня в реальность. И оставляя за собой острое сожаление, что всё так быстро закончилось. – Не грусти, мой мальчик, не надо, – теплые пальцы погладили по щеке и устранились. Я, горестно вздохнув, открыл глаза. - Ну что? – негромко поинтересовался император. - Луакцоль был прав. Мальчик – Хранитель, рожденный менее четверти века назад и вернувшийся в наш мир менее двух месяцев назад. - А точнее? - Ну, полагаю, дней пятьдесят, не больше, – с сомнением хмыкнула она. - Ровно пятьдесят, – немного мрачно ответил Рил, тревожно глядя на девушку. - Хм... – император почесал скулу. – Мало. Плохо... Полагаю, уже были попытки похищения? - Эм... Да, но это никак не относилось к его сути. - В смысле? - Семейные разборки, – отмахнулся Шан. – Мы не стали встревать в сердечные дела брата Ниэла, чей поклонник с ним перепутал. - О, мне бы хотелось познакомиться и с вашей семьей, Ниэл. - Не думаю, что сейчас это возможно, – покачал головой Рилайс. – Мы сами с ними пока не встречались, боюсь, что они даже не знают о его существовании. Родители похоронили сына двадцать пять лет назад. И мы не решили пока, стоит ли ставить их в известность. - Стоит, – твердо ответила Шеашер. – Для нас семья всегда много значит, и её поддержка очень важна для всех Хранителей. - Но согласен с Рилайсом, не стоит пока им говорить. Время еще не пришло, – возразил император. - А когда придет? – спросил дракон. - Не раньше, чем через два месяца. - Чем обусловлен этот срок? – нахмурился Шан, переглянувшись с Рилом. - Тем, что мир пока не принял вашего мужа как Хранителя, – пояснил император. - Точнее сказать, малыш еще не слился с миром, не проникся его сутью. - Я не малыш, – упрямо фыркнул я. - Прости, конечно же, не малыш, – иронично улыбнулась девушка. – Ты уже замужний мужчина, уважаемый граф, – потрепав меня по волосам, она вернулась на свое место, снова пристроившись на подлокотнике императорского кресла. Тот положил ей руку на колено, с влюбленной улыбкой поцеловал пальчики. – Я хочу пояснить для вас всех. Это известно не всем, а только посвященным. Но, кажется, я могу быть уверена, что вы сохраните узнанное в тайне от мира. Мужчины поспешили заверить её, что будут молчать, как рыбы. - Хорошо, – кивнула Шеашер. – Так уж повелось, что первые сто дней от рождения маленький Хранитель не привязан к Вессе. Это происходит постепенно, чтобы малыши не испугались и спокойно приняли себя и свою суть. И до истечения этого срока Хранитель может совершенно безболезненно для себя покинуть этот мир. - А потом? - Увы, Хранители - единственные из разумных, кто никогда не может покинуть дом, в котором был рожден, – она развела руками. – Слишком переплетены их жизни. Он – плоть и кровь мира, не может же сердце покинуть тело и отправиться погулять. - Хорошо, я понял про стодневный срок, – склонил голову Рилайс. – Но если младенца выкрали до истечения этого срока, то как быть? - По возвращению домой отсчет начинается с нуля. Если ребенок снова покинет Вессу до истечения ста дней и в течение двух, максимум - трех недель не вернется обратно, слияние снова прервется. - Хм-м... – мужья снова тревожно переглянулись. Льиор, не утерпев, вскочил и сел на пол, обхватив мои ноги и положив голову мне на колени. - Не пущу! – категорично выдал он. – Никуда не пущу! Мой! Я с улыбкой запустил руку в рыжие кудри, растрепав всю красивую прическу. - Твой, конечно же твой... - Мой, – жарко выдохнул Льиор, глядя снизу вверх. - Мы не позволим никому... – жестко начал Рилайс. - ...снова выкрасть тебя с Вессы, – твердо закончил Шан. - Клянемся! – выпрямился Льиор. - Воистину, боги благоволят вашему союзу, – негромко проговорил император. – Дракон и райцес – лучшей защиты Хранителю и быть не может. Как же мне хочется надеяться, что всё завершится благополучно. - Так и будет, – уверенно сказал Рилайс. - Да, мы не позволим никому из живущих... – сверкнул глазами дракон. - И не живущих, – добавил Рил. - ...причинить нашему мужу вред. - Да, – кивнул Льиор. - Если я вас верно понял, по истечении стодневного срока охота на него прекратится? – уточнил Шан. - Прекратятся попытки вывезти его с Вессы... Но... Сами понимаете, навряд ли местные маги смогут перестать желать Хранителя, желать той силы, что он дает... – немного удрученно покачала головой Шеашер. Император успокаивающе погладил её по бедру. Благодарно улыбнувшись, она с любовью тронула его щеку. Мы, немного смущенные столь явным проявлением чувств монаршей особы, воспитанно потупили взгляд. Хотя, чего скрывать, смотреть на эту пару было приятно. А то, что они – Пара, было видно невооруженным взглядом. Интересно, а почему они не женаты? Ведь у них принято многоженство, как и многомужество, никто бы и слова поперек не сказал. И об императрице они оба очень тепло отзывались, с любовью... Так почему же нет? Впрочем, влезать с подобным бестактным вопросом я не решился. Наверняка причины есть, и они довольно уважительные. Ведь одно дело – фаворитка, а другое – жена. Кто знает, может, так намного для них безопаснее? Но сомневаться в могуществе императора как мага – тоже довольно глупо. В общем, вопросов у меня была куча. Но я благовоспитанно молчал, прикидываясь ветошью. Авось и забудет гражданин император мою выходку. - Простите, но не могу не спросить, – нарушил тишину дракон. - Да, конечно же, спрашивайте. Что вас интересует? - Вопрос несколько деликатный, но... Так уж вышло, что нас он крайне интересует, – Шан замялся, кинул взгляд на императора. Тот кивнул, позволяя говорить. Шан продолжил: – Всем известно, с какой целью маги заинтересованы в Хранителях. Но возможны моменты, когда с мнением самого Хранителя не особо считаются, не оставляя преследования даже после того, как им ясно дали понять, что близости с ними не желают. - Ну, кажется ваши желания целиком совпадают с желанием вашего мужа-Хранителя. - Это так, – мягко улыбнулся Шан. – Но все же? Неужели насилие настолько оправдано? - Насилие... – грустно вздохнула Шеашер. – Порой страсть и сиюминутные желания кружат голову и застят разум, толкая на необдуманные шаги. В таком случае маги самоуверенно считают, что смогут влюбить в себя Хранителя. Ведь не секрет, что согласия можно достичь и обманом, если не шантажом... И они согласны получать крупицы силы, тщетно надеясь, что смогут со временем силой и уговорами добиться расположения Хранителя... - Увы, это так, – согласился император. – Слишком желанен приз, чтобы прекратить попытки добиться желаемого. И самый порядочный маг порой не в силах устоять перед искушением. - А вы? – любопытно сверкнул глазами Льиор. - И я не устоял, – усмехнулся мужчина. – Но мне повезло... Я повстречал прекрасную девушку, не зная о её сути, и влюбился, как мальчишка. К моему счастью, наши чувства взаимны. И мне... Мне не пришлось примерять роль насильника... Потому как, грешен, каюсь, и я бы не устоял. - А я знала, что меня ждет он, – Шеашер с любовью посмотрела на императора. - А почему... – выдохнул рыжик. - Почему не женаты? – покачал головой император. – Увы, это пока невозможно. - А... - А потому, мой любопытный маленький райцес, – подмигнула ему девушка, – что наследник должен быть рожден от императорской четы, и я им могу помешать. Так что еще не время. Да и потом... – хитро улыбнулась она. – Как-то не хочется примерять мне на себя тяжеленный имперский венец. - Ну да, ну да, – обреченно вздохнул император, – то ли дело роль легкомысленной фаворитки... - Именно! – рассмеялась Шеашер. Мужчина добродушно хмыкнул. - Все для тебя, птичка моя. Мы спрятали улыбки. Эта пара мне очень нравилась, их чувства были светлыми и ясными. Шан, прокашлявшись, продолжил расспросы: - Простите, но есть еще один вопрос. Насколько реально... Нет, не так... Если до истечения стодневного срока Хранитель еще не слился с миром, то как можно определить его суть? - Хороший вопрос, – кивнула Шеашер. – Никак. - То есть? – удивленно вскинулся Рил. - Так и есть, – подтвердил император. – Никак. - Но факт остается фактом, – упрямо возразил Рилайс. – Ниэл не по своей воле покинул Вессу. Его выкрали. Спрашивается, зачем красть ребенка у рядовых жителей, не богатых, не знатных, не именитых? Ведь к ним не обращались за выкупом, мстить им никто таким образом не собирался, я уточнял специально. Ребенка вывезли с Вессы и воспитывали, я подчеркиваю – воспитывали! – в другом мире, немагическом. Но не как своего, кроме того, до определенного момента маг-похититель отсутствовал на Земле. И вернулся, когда стал просыпаться дар Хранителя. Ниэл должен был вернуться на Вессу, где его ждали. Но он только чудом не попал в расставленные сети и совершенно случайно вышел к Храму, где встретился со мной в первый раз. - Невозможно «случайно» выйти к Храму... – покачал головой император. И с улыбкой добавил: – Боги вели его. И мы бесконечно рады, что вы встретились. Не хочу даже думать о том, что произошло бы в противном случае. - Согласна, – кивнула Шеашер. - Простите, но я все равно не понимаю, как маг, а похититель был именно магом, угадал в младенце будущего Хранителя. - Увы, я тоже не понимаю, – с сожалением развел руками император. – Возможно, он предвидел будущее и хотел заполучить себе неопытного Хранителя... - Все возможно, – покивала Шеашер. – Думаю, Луакцоль выяснит всё наверняка. - А кто такой Луакцоль? – рискнул я подать голос. - Луакцоль – мой бывший Наставник, – улыбнулась девушка. – И твой будущий. - Да? О, здорово. А он какой? - Ну... – она задумчиво покусала губку. – Он очень хороший, тебе непременно понравится. И очень добрый. А еще он очень мудрый. Леан его слушается. Иногда, – она иронично глянула на мужчину, и хихикнула совершенно по-девчачьи. – Но даже этой малости хватило, чтобы в народе его прозвали «Мудрым». Император закатил глаза и покачал головой, всем видом выражая смирение перед нелегкой судьбой в лице любимой насмешницы-Хранительницы. - Ладно, шутница... Может, вы лучше расскажите мне, как же вы все встретились? Я толком так ничего и не смог выяснить, вы слишком усердно скрывали мужа ото всех, мои службы о нем даже не подозревали. Понятное дело, что теперь, воочию увидев в мужьях юного Хранителя хитрого хейлара, грозного райцеса и могучего дракона, причины их провала становятся понятными. Но все равно, интересно же! – он любопытно сверкнул глазами. Мы, с улыбкой переглянувшись, начали рассказ. Время пролетело незаметно. Леанирас располагал к себе с первой минуты. Он не давил высокомерием, не смотрел свысока, а разговаривал на равных, словно со старыми знакомыми. Причем я был уверен, что как-то воздействовать на меня он не мог — после похищения мужья навешали на меня все мыслимые и немыслимые щиты, так что мне даже казалось порой, что воздух вокруг меня искрит от напряжения. Но о подобном я не думал, увлеченно слушая Императора. Шеашер так и вовсе казалась старой знакомой, доброй подругой. Полтора часа пролетели незаметно. Вскоре Император, пожелав нам удачи и любви, распрощавшись с нашими гостями, отбыл. После его ухода и остальные гости потянулись к выходу. Долгий и утомительный вечер подошел к концу. - Уф... – потянулся я, когда за последним гостем закрылась дверь. – Неужели все? - Ну уж нет, драгоценный мой, – обнял меня Шан. – Наша ночь только началась! Ой, блин... Началось. Сейчас мне всё припомнят...