Танец Хаоса. Иллюзии

Гайда металась на простынях в удушающей жаре летней ночи и даже во сне чувствовала, как неприятно липнет к телу тонкая сорочка, вымокшая от пота. Но сны, как и жара, не давали ей как следует отдохнуть, тревожили, волновали, изматывали чередой расплывчатых образов, пугающих и отталкивающих. Серые небеса она видела в этих снах, серые мрачные фигуры, высокие и истощенные, что медленно тянулись вперед, выстроившись вереницей. И знала: стоит только попасться им на глаза, одним неловким движением привлечь их внимание – и все, спасения уже не будет. Она бежала от этих фигур, она вырывалась в другие сны, повседневные и муторные, полные какой-то разноцветной суеты и обычных дел. Но фигуры преследовали ее и там, принося с собой серые небеса и ощущение безнадежности. И Гайда вновь перекатывалась с боку на бок, пытаясь устроиться поудобнее, пытаясь отдохнуть хоть пару часов за долгую душную ночь. Но так ничего у нее и не получилось. После очередного угрожающе подкрадывающегося серого кошмара, она проснулась окончательно. Сердце в груди колотилось, как бешеное, будто она бегала, а не спала. Простыни под ней были неприятно липкими и влажными от ее же собственного пота, волосы сбились и прилипли к лицу. Вздохнув, она села на кровати и спустила ноги на пол. Стало самую чуточку легче: здесь полы были каменными и оставались холодными даже в такую жару. Она прикрыла глаза, восстанавливая дыхание и пытаясь утихомирить бешено колотящееся сердце. Тягостное давление в середине груди только усилилось, будто кто-то проломил ей грудную клетку, и теперь каждый вздох давался с трудом. С каждым днем оно становилось все сильнее, и Гайда порой гадала, когда же кости действительно не выдержат? И даже думать боялась о причинах этого. Поморщившись, она потерла кулаком точку связи с Аватарами и потянулась к стакану с водой, стоящему на прикроватной тумбочке, чтобы промочить пересохшее горло. Внезапно перед глазами все потемнело, расплылось, и Гайда ощутила ужас. Никогда она не испытывала ничего подобного, во всяком случае, находясь в полном здравии. Сознание как будто уходило от нее, мир померк, ощущения расплылись, став густыми и какими-то отдаленными. Ощущение было таким, как будто ее саму вытягивали из ее же собственного тела, ухватив прямо за бьющееся в груди сердце, а беспомощное тело так и осталось сидеть на краешке кровати, с каждой секундой теряя силы и клонясь все ниже вперед. Гайда захрипела, отстраненно слыша свой собственный голос, который с каждым мгновением становился все тише, отдалялся все дальше. А потом перед глазами разлилась чернильная густая темнота, бескрайняя и обволакивающая. Гайда пыталась бороться, пыталась вернуться обратно в собственное тело, металась перепуганной птичкой, не понимая, как делать и что. Страх только усиливался, удивительным образом все еще продолжая связывать ее сознание и нутро ее тела, и она вцепилась в него изо всех сил, надеясь, что это хоть как-то поможет удержаться, хоть как-то. Внезапно все изменилось. Что-то обхватило сознание Гайды целиком, будто гигантская рука, держа нежно и удивительно бережно. Как будто объятия кого-то очень родного, очень близкого и знакомого, нежные, но крепкие. Золотой свет разлился вокруг, буквально растворил окружающую темноту, и она увидела очертания лица. Странное чувство наполнило ее – сопричастность, отождествление, глубокое знание того, кто был перед ней. Твердая решимость и бесконечная невыразимая печаль, закаленная, будто колдовская сталь, сила и полная безопасность в кольце материнских рук. Вольторэ. Страх исчез, как и не было, сменившись затопившим все ее тело удивлением. Гайда смотрела на Вольторэ, смотрела в нее, переживая контакт всем своим существом, дрожа от его интенсивности. Будто они были двумя слоями стали, которые кузнец неторопливо припаивал друг к другу, и они срастались по самой кромке, взаимопроникая друг в друга, смешиваясь. Не было слов, только взгляд, который Гайда знала. Только сейчас Вольторэ выглядела иначе, не как всегда, хоть напрямую очертаний ее тела Гайда и не видела. Скорее – чувствовала, будто знание раскрывалось прямо внутри нее, и картинка приходила полной – неискаженной, нерасщепленной на составляющие физического тела, голоса, очертаний, запахов. Вольторэ стояла перед ней, золотая, будто пламя свечи, с глазами-пламенниками, пронзающими насквозь душу Гайды, с огромным раскаленным пылающим солнцем в середине груди, которое прижалось сейчас к солнцу в груди Гайды и пульсировало ему в такт. Это длилось недолго, какие-то мгновения, но никогда в жизни Гайда не ощущала подобной близости ни с одним живым существом. На миг они по-настоящему посмотрели друг на друга. На один единственный миг Гайду кто-то иной, а не она сама, увидел полностью, изнутри, до самой последней частички ее существа, и это было… невыразимо. И принесло наслаждение. Еще несколько мгновений Вольторэ смотрела в нее, а затем все пропало. Перед глазами просветлело, вернулись чувства, и Гайда шумно вдохнула, чувствуя, как прилипает к телу влажная рубашка, как стискивают пальцы простынь, выкрутив ее в кулаках. Тишина, наполняющая ее голову и мешающая думать, так же медленно откатилась вдаль, оставив ее наедине с ней самой. И в голове раскрылся иной образ, тот самый, что каким-то непостижимым способом передала ей Вольторэ. «Опасность, нет времени, нет сил, нет способа уйти. Ярадан не знает. Ишмаил. Небесный Дворец. Подвалы. Помощь». Все это были слова, выросшие из образа, будто первые венчики весенних цветов, проклюнувшиеся на залитом солнцем пригорке. Еще мгновение Гайде понадобилось, чтобы осознать их, а потом все вместе сошлось в одну картинку, развернувшуюся в ее голове с ослепительным пониманием панического ужаса. Вольторэ в беде в Небесном Дворце, и выбраться она не может. Гайда вскочила с кровати, подброшенная неведомой силой. Мысли лихорадочно метались в голове, а дрожащие руки уже подхватывали аккуратно развешенную на спинке стула перед сном дневную одежду. Аватара где-то во дворце Ярадана Эвилид, обессиленная и беспомощная, времени нет. Туда нужно попасть как можно скорее, чтобы вытащить ее. И не привлекая к себе внимания при этом, чтобы Эвилид не обнаружил ее местонахождения и не уничтожил. Или лучше наоборот отвлечь Эвилид внезапной атакой, чтобы они в это время вытащили Вольторэ? Но не рискованно ли это? Что будет, если все узнают, что Аватара на волоске от гибели? На сколько хватит верности войск? Мысли крутились в голове все скорее и скорее, пока Гайда натягивала белую форму Спутницы, путаясь в штанинах и рукавах влажными от пота руками и ногами. Вольторэ отсутствовала уже неделю, и с каждым днем скрывать ее местонахождение от солдат становилось все сложнее. Она пропала тогда, в ночь падения Беренвиста, вместе с Реноном, не сказав, куда собирается – это все, что Гайде удалось выцедить из немногословной Крол, прекрасно знавшей, что произошло, но отмалчивающейся. И если поначалу Гайда даже завидовала Аватаре – та умудрилась вывернуться и улизнуть от всей организационной работы по подсчету и размещению раненых, новобранцев, регулярных войск и восстановлению города, - то вскоре начала тревожиться. Время шло, а вестей от Вольторэ не было. Да и комочек связи в груди становился все тверже и тверже, будто наливаясь тяжестью и тревогой. Все Спутники это чувствовали, не только она сама. Люди шептались, пытались узнать, что происходит, и по городу ходило множество самых безумных слухов, которые Гайда и пресечь-то никак не могла: и сама ведь не знала, что происходит на самом деле. Впрочем, дела шли не так уж и плохо, даже в отсутствие Аватары. На утро после ее исчезновения мрачная Крол пришла к Гайде и проворчала, что неплохо бы собрать совет, пока недоброжелатели не подсуетились, и на нем решить, что делать дальше. И когда представители ведунов, жрецов, войск, Спутники, наемники, ильтонцы и эльфы собрались в городской ратуше, все получилось как-то само собой. Крол рассказала об отсутствии Аватары и смотрела при этом на Гайду. И остальные тоже посматривали на нее, вопросы свои адресовали ей, и не ответить на них было нельзя. А чем больше она отвечала, тем больше они спрашивали, тем больше она отвечала. И к концу собрания все уже смотрели на нее так, будто она теперь решала, что делать и как. Так и вышло, что Гайда, сама того не желая, стала вроде бы как командующей всей объединенной армией Аватары, расположившейся огромным лагерем в Беренвисте и его окрестностях. Правда, особенно удивиться или порадоваться этому факту ей никто времени не дал. Работы было невпроворот, и целыми днями с самого утра и до поздней ночи она только и делала, что жонглировала своими несуществующими десятью руками, чтобы уладить все дела, удовлетворить все прошения, дать распоряжения, спланировать дальнейшую деятельность. То же самое, что делала в Бруенине, по сути, только теперь работы стало в разы больше, работы, которую она всю жизнь ненавидела – бумажек, бесконечных надоедливых бумажек, которые требовалось прочитать, написать или отправить. Всю жизнь свою Гайда бежала от этого, предпочитая делать свое дело тихо и мирно, не лезть ни во что опасное и серьезное, не маячить на виду у тех, у кого не стоило маячить. А вот теперь – командующая объединенной армией. Мелонская Лисица. Каждый день она просыпалась в надежде, что вот сегодня Вольторэ наконец вернется и снимет с нее этот груз. Ей удалось неплохо управиться за отведенное время. Армия была готова к выступлению, обоз подготовлен, город быстро восстанавливался, и в нем царило радостное оживление после долгих недель мрачной власти Эвилид. Мост через Тонил уже восстановили при непосредственной помощи ведунов, на Ничьей Земле быстро строили временный лагерь для войск анай и вельдов, что должны были разместиться здесь. Пришли письма от эльфийских послов из Дагмариена – по просьбе князя Ренона на кораблях в Беренвист отправили первую партию снабжения для союзников из-за Эрванского кряжа, которую он обещал им согласно подписанному два десятилетия назад договору. Все вокруг Гайды неслось, словно набравший ветра в паруса корабль по ровной волне. Оставалось только вручить штурвал в руки Вольторэ, снять с себя этот груз и просто выполнять команды капитана, который уж точно знает, что делать. И тут такое. Сна теперь не было ни в одном глазу, его буквально смыло с Гайды ледяным душем ужаса. Кое-как одевшись, она почти что выбежала из своей комнаты, слыша грохот собственного сердца в груди. Охранявшие ее комнату стражники вздрогнули, дикими глазами уставившись на то, как она вырвалась из двери. - Что-то случилось, наместница?.. – начал было один, но Гайда только отмахнулась, со всех ног устремляясь в сторону покоев Крол. Сейчас она могла доверять только ей и никому больше. Сейчас нужно было как можно скорее и тише решить, что делать, очень-очень четко продумать каждый шаг и слово, чтобы не проиграть этот бой еще до его начала. Темные коридоры городской ратуши освещались масляными фонарями, висящими по стенам через каждые несколько метров. Гайда неслась вперед, стуча каблуками и не чуя под собой ног, а по стенам следом за ней гналась ее тень, то обгоняя, то отставая. И почему-то сейчас это выглядело жутко, словно само время играло с ней, как ленивая хищная кошка с мышью. Крол с Китари поселились неподалеку от покоев Аватары, чтобы в любой момент прийти к ней на помощь в случае опасности. Эта мысль заставила губы Гайды растянуться в кривой усмешке, больше смахивающей на оскал. Толку было от того? Стоило бы тогда жить в том же помещении и стеречь ее даже во сне, растянувшись на полу возле кровати. Или – не отпускать, двумя руками в ноги вцепиться и висеть, чтобы не удрала, поддавшись на безумные идеи Ренона. И о чем она только думала, когда решила вместе с ним на пару бросить вызов одному из Эвилид? Что дело обстояло именно таким образом, Гайда больше не сомневалась. И внутри поднимался настоящий гнев, перемешивающийся со страхом и буквально душащий ее. Неужели нельзя было действовать по тому плану, что они составили? Неужели нельзя было просто выступить на запад вместе с войсками, дождавшись прилета анай? К чему привел этот пустой риск! В комнату Крол она почти что ворвалась, наплевав на все приличия и даже не став стучаться. Света здесь было совсем немного – лишь слабые отсветы с освещающихся в ночное время улиц города, которые падали квадратом расчерченного окна на пол. В темноте Гайда успела разглядеть очертания кровати и стола неподалеку от окна. А в следующий миг с этой самой кровати скатилось сжатое в комок тело и с рычанием бросилось на нее. Это походило на атаку зверя – неистовую и стремительную. С криком Гайда отшатнулась назад, почти что прижавшись к закрывшейся двери за ее спиной. А Крол выпрямилась, опуская руки, в одной из которых был зажат длинный тонкий клинок. Глаза ее в темноте горели зеленоватым светом, обнаженное тело на фоне окна выглядело одной сплошной сжавшейся перед броском мышцей. - Гайда Хатор! – рявкнула она с яростным рычанием в голосе. – Ты совсем ума лишилась так врываться?! Я могла убить тебя! - Ко мне только что пришла Вольторэ! – хрипло выдохнула Гайда, отбросив все лишнее. – Она в очень большой опасности! - Говори, - приказала Крол, и ярость исчезла из ее голоса, сменившись сосредоточенностью. Собравшись с мыслями и отпихивая прочь от себя лихорадочный ужас, Гайда принялась быстро и тихо рассказывать все, что с ней приключилось после пробуждения. Пока она говорила, на кровати зашевелилась Китари, неуклюже выползая из-под укрывающей ее простыни. Даже в темноте было видно, как ей трудно двигаться – очерствевшие ноги почти не сгибались. Встала она тоже с трудом, держась обеими руками за подпорку балдахина и вытянув себя силой рук в вертикальное положение. Гайда только внутренне простилась с девочкой, ощутив глубокую и искреннюю грусть. В последние дни после пропажи Вольторэ она почти не выходила из их комнаты, и по черному лицу Крол можно было понять, что дело ухудшилось. Но Гайда даже не думала, что настолько. Первые несколько секунд Крол просто слушала ее, а затем кивнула головой и начала быстро одеваться, попросив Гайду продолжать. Руки ее двигались сухо и сжато, и справилась она гораздо лучше самой Гайды, буквально за несколько мгновений полностью облачившись в форму Спутницы. - Нам нужно решить, что делать дальше, - закончила Гайда, стараясь восстановить сбитое бегом дыхание. - Что делать? Вытаскивать ее оттуда, - буркнула в ответ Крол, быстро перепоясываясь и затягивая ремень. - Мы не сможем сделать этого вдвоем, - отозвалась Гайда. – Нам в любом случае нужна будет помощь ведунов, чтобы организовать переход. - Зрячая Найрин, - бросила Крол. – Она сделает переход. - Нет, - покачала головой Гайда, соображая так быстро, как только могла. – Найрин управляется с Источниками, Ярадан может почувствовать ее. Нам бы взять кого-то из Говорящих с Тенями. - Тогда Идиль, - даже в темноте было видно, как Крол поморщилась. – Ненавижу эту бхару, но она сильна, и ей можно доверять. - Идиль, - кивнула Гайда, соглашаясь. – Но нужно предупредить еще кого-то, если что-то пойдет не так. Нас должны страховать. Я предлагаю Каярди Варда и Нгуена Шанита. Они надежные люди, болтать не будут и дело сделают. - Хорошо, я предупрежу их, - отрывисто согласилась Крол, быстрыми шагами пересекая комнату. В кромешной темноте она, кажется, видела как кошка. Как Волчица, поправила себя Гайда. Выдвинув ящик комода, Крол начала быстро распихивать по карманам лежащие в нем ножи – свет из окна бликовал на лезвиях. – Пойдем тихо, чтобы не привлекать внимания. Нам не впервой бегать по Небесному Дворцу, мы быстро найдем их. - Мы не можем так рисковать, - подала голос Китари от кровати. Она едва стояла на ногах, но говорила твердо, хоть и с трудом. Гайда взглянула на нее и вновь ощутила, как сжалось все внутри. Такая светлая, такая чистая и сильная девочка! Как жаль, что она скоро умрет. – Если знать будут всего несколько людей, все может обернуться худо. Мы только привлечем к ней внимание Ярадана, и тогда ее уже ничто не спасет. - И что ты предлагаешь? – спросила у нее Гайда, отбрасывая прочь лишние чувства. Оплакивать она будет, когда придет время. Сейчас время действовать. - Нам нужно отвлечь его внимание чем-то, - проговорила Китари, пошатываясь, но продолжая упрямо стоять. – Чем-то таким, чтобы он вынужден был сосредоточиться не на поисках Вель, а на том, что происходит вне дворца. - Войска! – голос Крол зазвенел, в нем прорезалась уверенность. – Развернем анай и вельдов, начнем штурм Асфея. Они должны быть уже достаточно близко, чтобы как раз успеть туда в ближайшие часы. - Вот так? Без плана? Без подготовки? – вытаращилась на нее Гайда. - Взять Асфей с воздуха – плевое дело, - пожала плечами Крол. – Для нас его крепостные стены не преграда. С анай и вельдами тоже идут ведуны. Они отвлекут на себя Ярадана, войска обрушатся на город. А мы в это время вытащим Вольторэ. - Это безумие! – выдохнула Гайда, чувствуя головокружение. Все вокруг происходило слишком быстро. Но одновременно с этим ей казалось, что она опаздывает, безнадежно и бесповоротно опаздывает. Будто сами секунды обратились в бешеных огненных лошадей, неудержимым галопом уносящихся вдаль. Обгоняющих ее. - Это просто Танец Хаоса, - бросила Крол, устремляясь твердым шагом мимо Гайды к двери комнаты. – Беги к Идиль, объясни ей все. А я найду Найрин и попрошу ее немедленно переместиться к войскам ману и развернуть их. Надеюсь, мы успеем. - А мне что делать? – подала голос от кровати Китари. Крол на миг замерла, дрогнув всем телом, словно ее прошиб удар молнии, а потом хрипло проговорила, обернувшись через плечо: - Оставайся здесь, котенок. Будь в безопасности. Я приведу к тебе Лайну Манней. Китари молчала, глядя на них из темноты и держась рукой за подпорку балдахина. Когда Гайда выбегала следом за Крол из комнаты, ей еще послышался тихий надломленный голос девочки, проговорившей: - Я хочу с вами, хочу помочь! Горе накрыло Гайду черным саваном, давя ее плечи к земле, раскаленным жаром перетягивая жилы. Из-за отяжелевшей точки в груди все негативные эмоции теперь переживались как-то острее, буквально целиком подчиняя ее себе, чего раньше никогда не было. Она рассержено тряхнула головой, закрывая за собой дверь и прогоняя непрошенные слезы. Сейчас Китари им будет только мешать, она и стоять-то толком не может. Сейчас нужно вытащить Вольторэ, иначе все будет кончено. И тогда уже весь мир разделит судьбу Китари, и через пару недель в Этлане не останется ничего, кроме развеваемого ветром праха. Махнув ей рукой, Крол заскользила по коридору в сторону, причем двигалась она почти бесшумно, хоть и спешила во весь дух. Сама Гайда побежала в другую сторону, к дальнему концу этажа, где разместилась в своих покоях Идиль. И постаралась поменьше грохотать каблуками, чтобы не разбудить других обитателей ратуши. Паника сейчас им была совсем ни к чему. Из-под двери Идиль пробивалась тонкая полоска света. Гайда подивилась тому: час-то стоял или очень поздний, или очень ранний – некоторые в такое время уже просыпались. Стукнув пару раз кулаком в дверную створку и не дожидаясь разрешения войти, Гайда распахнула дверь и ворвалась в помещение. Идиль жила гораздо скромнее, чем та же Крол, комнатушка ей досталась маленькая и тесная, без окон. Возможно, раньше здесь жили слуги, но это ведьму, похоже, нисколько не смутило. Она изо всех сил старалась держаться как можно ближе к Аватаре и едва ли не больше других проявляла обеспокоенность ее исчезновением. Целыми днями только и делала, что слонялась перед покоями Гайды, то и дело засовывая нос внутрь и пытаясь вызнать, что происходит, других обитателей ратуши допрашивала. Крол на нее сразу же рыкнула, и на этом их общение закончилось, но остальным трепать нервы Идиль от этого не прекратила. И только баламутила воду своим навязчивым интересом, подогревая бесконечные слухи о местонахождении Аватар, что начали бродить по городу. Сейчас Идиль была не одна, и Гайда обомлела, увидев ее гостя. Уж кого-кого она не ожидала встретить в покоях ведьмы, так это Марла Кота. А он тем временем наградил ее самой беспардонной из всех своих улыбочек, медленно откинувшись обратно на спинку стула, с которого почти что вскочил при ее появлении. Расстегнутая рубаха на его плечах оголяла уголок загорелой шеи, небритые щеки в свете единственной свечи сильно старили его. На столе перед ним стояла опустевшая чашка с чаем, а с другой стороны от стола замерла Идиль, глядя на Гайду во все глаза. Лицо ее окаменело, лишившись даже подобия эмоций, глаза были острыми и холодными. В тенях за их спинами терялась узкая койка с неряшливо разворошенным на ней бельем, но Гайда даже думать не хотела о том, почему так. Оба выглядели, будто застигнутые на месте преступления коты. В воздухе повисло напряжение. Гайда приказала себе не отвлекаться на лишнее, но оставила зарубку на память. Если Идиль плетет какие-то интриги у нее за спиной, если сговаривается с наемниками, с этим нужно будет разобраться отдельно, но позже. - Мне нужно поговорить с тобой, Идиль, - проговорила Гайда и с нажимом добавила: - Наедине. Дело не терпит отлагательств. Идиль даже не моргнула, так и продолжая во все глаза таращиться на Гайду. А Кот, выждав несколько секунд, кашлянул, отодвинул стул и поднялся, подхватывая с кровати свой камзол. - Тогда я, пожалуй, пойду. Мое почтение, госпожа Лисица. Гайда пристально взглянула на него, пока Кот проходил мимо. Двигался он легкой, почти танцующей походкой, на губах цвела самоуверенная улыбка. Напоследок он повернулся и подмигнул ведьме, как-то очень собственнически, словно любовнице. Возможно, в этом-то и было все дело: они просто спали вместе, но Гайда никогда не верила на слово, особенно, когда дело касалось власти. И уж точно – не в случае Идиль, которая только и искала способ усилить свое влияние на Аватару. Дверь за спиной Марла Навина закрылась, и Идиль моргнула, словно только сейчас вспомнила, как это делать. Лицо у нее было непроницаемым, но Гайда почти физически ощущала ее напряжение. - У меня к тебе дело, - проговорила она, присаживаясь к столу напротив женщины и стараясь двигаться как можно увереннее и спокойнее. Глаза Идиль не отрывались от нее, ловя каждый жест. Выказывать слабость было нельзя. - Какое дело, наместница? – ведьма непринужденно откинулась на спинку стула, прикрыв глаза, но двигалась все равно чересчур наигранно, чтобы быть полностью спокойной. - Нам нужно быстро и тихо открыть переход во дворец Асфея так, чтобы этого не почувствовал Ярадан. Сможешь? Лицо ведьмы напряглось, вся напускная непринужденность слетела с нее, и она непроизвольно коснулась пальцами середины груди. - Что-то случилось с Вольторэ? - Да, - на этот раз Гайда не стала вдаваться в подробности. Не с этой женщиной и не на таких условиях. Идиль только и делала, что повсюду напускала тумана и без конца твердила о цене и сделках. Вот пусть в таком случае и заключает сделку, раз ей нужна информация. Тем более, сейчас у Гайды было преимущество – она случайно узнала то, чего знать не должна была. – Так ты сделаешь то, о чем я тебя прошу? - Мне нужно знать больше, - глаза ведьмы были темными и непроницаемыми, словно два отполированных камушка. – Во дворце могут быть ведуны, которые почуют переход. К тому же, я не знаю, на что способен сам Ярадан. - Можно ли замаскировать переход? Открыть его так, чтобы никто не почувствовал? – проигнорировала завуалированную просьбу ведьмы Гайда. Та поколебалась несколько секунд, но все же кивнула. - Я смогу это сделать, но мне потребуется время. - Сколько? - Не знаю, - покачала головой та. – Может, час или около того. Как быстро мы должны уйти? - Как можно быстрее. – Гайда поднялась из-за стола, не слишком торопясь, но явно демонстрируя намерение уйти. – Мы отправляемся в течение часа, может быть, двух. - Да что случилось? – Идиль нетерпеливо нахмурилась, глядя на Гайду. – Она в плену? - Твоя задача – сделать переход, - твердо проговорила Гайда. – Жди меня в моих покоях, готовая к выступлению. Она направилась к двери, но ведьма подалась вперед и схватила ее за руку. Взгляд у нее был тревожным, глаза шарили по лицу Гайды, отыскивая ответ. - Что случилось с Вольторэ? Расскажи мне! – это звучало требовательнее, чем было необходимо. - Только после того, как ты расскажешь мне, что здесь делал Марл Кот, - спокойно ответила Гайда, глядя ей в глаза. Лицо Идиль неуловимо изменилось, во взгляде сверкнула обнаженная сталь, но руку она не убрала. - Он пришел по личному делу. - Вот как? По личному делу и к тебе? – Гайда хмыкнула, качая головой, а потом двумя пальцами подхватила рукав Идиль и отцепила ее руку от себя. – Хочешь честности, тогда держи слово. Что здесь делал Кот? Несколько мгновений чувства боролись на лице Идиль, а потом она поморщилась и устало вздохнула, откидываясь на спинку стула. - Он – ведун, - темные глаза Идиль уставились на Гайду с вызовом. – И скрывает это, потому что хочет сначала посмотреть на Аватар прежде, чем присягать им. У нас с ним вышла… размолвка, и теперь я должна ему. Но он на нашей стороне, Гайда, это я могу тебе гарантировать. Он на стороне Танца и против Сета. Не это Гайда намеревалась услышать, но и не настолько удивилась сказанным словам, как могла бы еще несколько месяцев тому назад. Все становилось понятнее: и скрытность Кота, и его везение, и его вечная надменность в обращении с окружающими, будто он знал и стоил гораздо больше остальных. И что же, выходило, что остальные ребята из его отряда – тоже ведуны? В это Гайда не слишком верила, но с другой стороны в последнее время с ней случалось слишком много всего необыкновенного, чтобы отбрасывать прочь даже самые безумные подозрения. И в свете всего сказанного становилось понятно, как именно Марлу Коту удалось задержать того ведуна, что поджег в Бруенине ее гостиницу и городскую ратушу. Или он действовал с ним заодно, а потом просто ликвидировал свидетеля? Эта последняя мысль встревожила Гайду, и она остро взглянула на ведьму. - А ты? На чьей ты стороне, Идиль? Гайда всмотрелась ей в глаза. С некоторых пор многое становилось ей яснее. Возможно, дело было в том, что крепла связь с Аватарами, и часть их способностей передавалась Спутникам точно так же, как Спутники передавали им контроль над собой. Теперь Гайда чувствовала, когда люди лгут или кривят душой. Она и раньше-то умела читать по глазам, но теперь это знание стало каким-то очень глубоким, очень личным, очень искренним, и она перестала сомневаться в своих реакциях и суждении о людях. На одно мгновение глаза Идиль взглянули прямо внутрь Гайды, и она ощутила в своей груди ответ. Словно толчок ладони, теплое прикосновение к сердцу. Словно что-то общее было между ними, пусть и не настолько глубокое, как между ней и Вольторэ. Не было того невероятно интимного ощущения полного контакта между душами, но на один единственный миг весь мир погрузился в тишину, и Гайда увидела Идиль впервые. Усталую, колючую, словно чертополох, донельзя одинокую и уязвимую, и при этом удивительно звенящую от распирающего грудь стремления что-то изменить. Живую, а не укрытую под вечной маской неприветливого лица. - Я выбрала свою дорогу, - хрипло проговорила ведьма, с вызовом глядя в глаза Гайды, и она была честна в этот миг – Гайда чувствовала это дрожащим рефреном в собственной груди. – Я пойду за Аватарами до конца. Что ж, она была по-настоящему откровенна сейчас, и Гайда ощущала это непосредственно и всей собой. А коли так, то, скорее всего, не лгал и Марл Кот, но с этим следовало разобраться позднее. Пока Гайде хватило и того, что он на их стороне – раз Идиль говорила так, значит, так оно и было, теперь Гайда это прочувствовала внутри себя. Странное это было ощущение. Словно одиночество, бесконечное одиночество, которое на одно единственное биение сердца закончилось. Невидимая нить связала их, невидимая рука поставила их рядом. В огромном не имеющем границ мире среди тысяч дорог две из них внезапно заскользили пообок, такие похожие, такие неожиданно близкие. И стало тепло. Гайда ощутила это тепло в своей груди – будто протянутую руку, которую она сжала в своей руке, и с этого мига все переменилось. Идиль тоже заморгала, глядя на нее с удивлением и недоверием, выпрямившись и слегка отстранившись, будто не ожидала всего происходящего. Да и кто бы ожидал? Гайда только покачала головой. Как много мы не знаем о самих себе! Как много не знаем о той дороге, что мы выбрали! Что еще готовит для нас эта связь, что еще она сделает с нами? Во что в итоге превратит нас Танец? - Вольторэ где-то в Небесном Дворце, прячется от Ярадана, но сил уйти самой у нее нет, - сухо проговорила она, глядя в глаза Идиль. – Ее нужно вытащить оттуда так, чтобы он об этом не узнал. В качестве отвлекающего маневра армия анай ударит по городу, а мы пойдем внутрь и отыщем ее. - Поняла, - кивнула Идиль без единого колебания. – Я заговорю переход так, чтобы никто его не почуял, и мы найдем ее. Но что вы хотите делать дальше, раз анай начнут штурмовать дворец? Убить Ярадана? - Если придется, - дернула плечом Гайда, сама поразившись своим словам. Она и не думала так далеко, поставив перед собой четкую простую цель: вытащить Аватару. Может, ты просто все еще надеешься, что дальше она тебе скажет, что делать? Что не придется принимать решение самой? От этих мыслей стало горько. - Я могу предложить? – Идиль смотрела ей в лицо честно и открыто, и на этот раз Гайда не сомневалась в ней. Что-то такое сейчас произошло между ними, что-то очень и очень чистое, неощутимое, но изменившее все раз и навсегда. Теперь я могу верить ей. - Давай, - кивнула Гайда. - Мы должны взять Лайну Манней, - уверенно проговорила Идиль. – Пока она находится в руках Ярадана, у него есть рычаг давления на Аватар. Не будет ее – не будет возможности давить на нас. - Ты права, - кивнула Гайда. Эта Лайна Манней и впрямь была как кость поперек горла. Вольторэ при одном упоминании о ней смурнела и скрежетала зубами. В прошлый раз Крол и Китари не сумели добраться до нее, но судьба предоставляла им второй шанс, и на этот раз упускать его Гайда не собиралась. – Собирайся. И не болтай лишнего. Нам не нужно, чтобы Ярадана предупредили. Идиль кивнула в ответ, на этот раз уже не став ничего спрашивать. Да, наверное, и не нужно было. Гайда все еще продолжала чувствовать в своей груди какой-то странный ответ, докатывающийся от нее, словно приливная волна. Кажется, сейчас они сказали друг другу гораздо больше, чем было проговорено вслух, и это чувствовалось очень странно. Она вновь заспешила по коридорам ратуши, на этот раз в сторону выхода на городскую площадь. Нужно было найти Хаднана Заира и передать ему бразды правления войском Спутников и наемников, предупредить его о Коте. Нужно было поставить в известность об их уходе Нивирана Хелева, эльфа, что остался за главного после исчезновения Алеора Ренона. Нужно было сделать еще целую кучу дел, а время буквально ускользало из-под пальцев Гайды. И она всем телом чувствовала, как уходят прочь драгоценные секунды. Держись, Вольторэ! Совсем скоро мы вытащим тебя! Только держись! *** Дверь за Гайдой закрылась, а Идиль так и осталась сидеть на своем стуле, оглушенная и совершенно опустошенная. Что-то произошло сейчас, что-то, чего она просто не могла описать. Раньше такое случалось с ней только во время общения с Тенями по ту сторону Грани. В момент заключения договора с какой-либо сущностью всегда присутствовал контакт: взаимное прикосновение, осматривание, определенное раскрытие друг другу. У Теней ведь не было тела, лишь взгляд, которым они осуществляли весь спектр возможной коммуникации с миром. И Идиль привыкла к тому, как буквально просвечивают ее насквозь их странные нечеловеческие взгляды, выискивая ее слабые места, трещины в броне, уязвимости, в которые можно было проникнуть, подселиться, пить ее силы и контролировать мысли. Но она даже не предполагала, что нечто подобное может произойти между двумя людьми, между двумя обитателями мира твердых форм, состоящих из плоти и крови, ведь именно эта самая плоть и мешала установлению контакта на физическом уровне. Да, когда она только принесла присягу Аватарам и впервые ощутила непосредственный контакт с ними, это было откровением и потрясением для нее, сильно изменившим ее саму и ее взгляды. Но Аватары – это одно, а простая Спутница – совсем другое дело. Выходит, связь устанавливалась и позволяла взаимодействие не только на уровне Спутница-Аватары, но и между Спутницами тоже? И если да, то как это можно было использовать? Впрочем, с этим можно было разобраться и позже, уже после того, как они вытащат Аватару из той ямы, в которую ее затащил проклятый Тваугебир. Гайда открыто не сказала, что она в плену, но Идиль чувствовала беду и уже не первый день чувствовала ее. Тяжелый камешек в груди становился все неспокойнее, все острее, словно обрастая колкими гранями льда, буквально изорвавшими все нутро. И Идиль все не могла найти себе покоя ни днем, ни ночью, шатаясь по дворцу, по городу, пытаясь ощутить присутствие Аватары или разобраться в том, что происходит. Но ничего-то у нее не получалось ровно до сегодняшней ночи. Марл Кот пришел к ней буквально за несколько минут до визита Гайды Хатор. Пришел, опоздав на несколько часов, перебудив ее посреди ночи и принявшись выяснять у нее подробности того, куда делась Аватара Ниера, хоть она об этом ничего знать не знала. Выглядел он встревоженным и всклокоченным, каким Идиль его еще ни разу не видела, все больше хмурился и отмалчивался, на ее прямые вопросы не отвечал. Судя по всему, что-то случилось, но что именно Идиль у него так выяснить и не смогла – пришла Гайда Хатор. С Котом вообще было очень трудно иметь дело: информацией он делился с крайней неохотой и только тогда, когда мог получить что-то взамен. Поднявшись со своего места, Идиль подтянула к себе свою дорожную сумку и принялась рыться в ней, проверяя, все ли на месте и не выложила ли она чего-то важного. Но мысли ее были далеко. Возможно, стоило бы пойти к Марлу Коту и хорошенько потрясти его, чтобы он рассказал ей все. Вдруг это связано с исчезновением Вольторэ? Больно нехорошо он хмурился, больно мрачным выглядел. Да еще и отъезд Ниеры. Идиль все эти дни тешила себя мыслью, что Вольторэ вместе с Реноном просто удрала к Ниере, чтобы провести с ней несколько дней, уж больно тосковала по ней – Идиль ночами спать не могла, чувствуя их боль от разлуки в своем сердце по связи. Дверь едва слышно скрипнула, и она вздрогнула, на один миг буквально покрывшись с ног до головы холодным потом. Стука шагов она не слышала, слишком глубоко ушла в свои мысли, а заплести дверь охранными Тенями во дворце, полном слуг и без конца снующих туда-сюда людей, было практически невозможно. Но это оказался всего лишь Кот. Он скользнул внутрь ее комнаты и плотно прикрыл за собой дверь, требовательно глядя на нее черными глазами. - Куда-то собираешься? - Возможно, - кивнула Идиль. – Но вряд ли это тебя касается. - Что-то случилось с Вольторэ? – прищурился он. - Это ты мне скажи, - отбрила Идиль, продолжая копаться в сумке и поглядывая на него краем глаза. - Почем мне знать? – Кот с непроницаемым видом прислонился к дверному косяку и сложил руки на груди. – Не я же говорил с Лисицей. Не ко мне в комнату она ворвалась так, будто здесь пожар. - Принес бы присягу Спутника, ворвалась бы к тебе, - не слишком приветливо отозвалась Идиль. Сейчас у нее и впрямь не было настроения играть в эти игры, хоть обычно они и доставляли ей некоторое удовольствие. Но, учитывая обстоятельства, это можно было и отложить на потом. - Расскажи мне, что произошло, - поглядел на нее Кот. – Это может быть важно. - Только после того, как ты расскажешь мне то, что видел сам, - твердо поглядела на него Идиль. Марл Кот помрачнел и вздохнул, потом опустил руки, обошел стол и уселся на стул, с которого его какую-то четверть часа назад согнала Гайда. Под глазами у него лежали черные тени, вид был помятым, словно он то ли перебрал лишнего, то ли не спал несколько дней. Взглянув на Идиль тяжелым взглядом, он проговорил: - Помнишь гибель всех этих ряженых Карателей на Ничьей Земле? – Идиль кивнула, и Кот продолжил. – Я тогда еще заинтересовался этим. Больно необычно было, и никаких следов энергий: ни Теней, ни Источников, ничего. Но при этом несколько тысяч человек погибли одновременно от разрыва внутренних органов. Выглядит не слишком-то естественно, не так ли? - Не то слово, - кивнула Идиль. - Тогда я начал копать. Поспрашивал кое у кого, попросил кое-кого кое-что узнать для меня, - уклончиво проговорил он, отводя глаза. А потом вновь взглянул на Идиль, и ее от этой тяжести едва к полу не придавило. – Это Гротан Кравор, Оса. Отчаянье. Он присутствовал там в тот миг, он оказал такое сильное давление на этих людей, что у них лопнули сердца. - Вседержитель! – потрясенно выдохнула Идиль, огромными глазами глядя на Кота. Ноги под ней внезапно ослабели, и она присела на стул напротив него, ощутив, что иначе просто упадет. Одно дело – знать о существовании хасатр, но другое – видеть результаты их влияния на мир. Она только читала о том да слышала от сущностей и других ведунов, но теперь… - И он не ушел, - еще мрачнее и тише проговорил Марл, и от его слов ледяной озноб побежал по позвоночнику у Идиль. – Мне сказали, что он продолжает оставаться подле Аватары Вольторэ. Именно поэтому она с каждым днем становится все темнее, все угрюмее. А еще одного я сегодня собственными глазами видел в атмосфере Аватары Ниеры. - Ты видел Ниеру? Где она? – встрепенулась Идиль. - Далеко, - Марл нахмурился. – Где-то далеко отсюда и, кажется, под защитой Мембраны. Я думаю, она в Лесном Доме. Во всяком случае, это многое бы объяснило. - Вот как, - пробормотала Идиль, обдумывая все услышанное. И впрямь, Ниера могла отправиться в Лесной Дом. Не совсем понятно, зачем, но проклятый Тваугебир без конца крутился вокруг Аватар и мог вести с ними дела, о которых остальное окружение и ведать не ведало. Проклятый эльф! Но даже так никакая мембрана не могла спасти от одного из Гротан Кравор. И коли они взялись за Аватар, дело и впрямь обстояло очень плохо. Гораздо хуже, чем думала Идиль. И что-то внутри нее болезненно ёкнуло при мысли, что сейчас они отправятся в Небесный Дворец. А что, если там их будет ждать не просто один из Эвилид? Что, если с ним будет еще и Гротан Кравор? Как им тогда справиться? - Твоя очередь, - требовательно проговорил Марл Навин, глядя на нее в упор. – Что сказала тебе Лисица? Куда ты уходишь? Мысли с бешеной скоростью неслись в голове Идиль. Гайда вынудила ее рассказать о том, кто такой Кот, застав их в неудобный момент, и в этом не было вины Идиль. Коли Идиль не сказала бы, Гайда бы ей не поверила. Но Кот об этом еще не знал. А в Небесном Дворце ждал Эвилид и, возможно, кто-то их Ходячих Грехов, если не все вместе. И вряд ли четырех узлов Идиль хватило бы на это даже при всем ее желании. Но просить Марла – значит, становиться его должницей. Он сам должен был попросить ее, даже если то было ей нужно. Значит, следовало заставить его это сделать. - Вольторэ в Небесном Дворце, - осторожно ответила она, напрягаясь и становясь предельно внимательной. Это не укрылось от взгляда Кота, и он тоже насторожился. – Лисица и я отправляемся забрать ее оттуда. - Она в опасности? – нахмурился Марл. - Возможно, - уклончиво ответила Идиль. - Кто еще идет с вами? – уточнил он, пристально вглядываясь в ее лицо. – От ведунов ты будешь одна? - Насколько я поняла, да, - кивнула Идиль, ощущая липкое прикосновение страха. Она рисковала, она очень рисковала сейчас, буквально пальцем в небо тыкая. Но ведь Гайда сказала держать все в тайне, а коли так, то, скорее всего, предупреждать кого-то кроме Спутников не собиралась. Несколько мгновений Кот молчал, что-то сосредоточенно обдумывая, а потом взглянул ей в глаза. - Возьми меня с собой. Это может быть очень опасно, вы не справитесь одни. - Возьму, если ты позволишь мне рассказать о том, кто ты, - ответила она, почти что ощущая, как потрескивает воздух между ними, разбрасывая искры. Риск был велик, но он стоил того. Если Кот узнает, что она уже нарушила их договор, делиться информацией с ней он больше не будет. А так у нее еще оставался шанс. Взгляд его неуловимо изменился, сделавшись очень острым, и Идиль добавила: - Как иначе я смогу объяснить твое участие? Лисица приказала никому ни слова не говорить. - Хорошо, - почти без раздумий кивнул Марл, и Идиль с трудом сдержала вздох облегчения. Правда, он почти сразу же разрушил все ее надежды, добавив: - Но в таком случае наши ежедневные встречи прекращаются. Мы заключали соглашение до изменения его условий. Условия изменились, не обессудь. - Условия изменились, значит, и соглашение меняется. Не вижу никакого смысла его разрывать, - пожала плечами Идиль. - И что же ты мне предложишь? – ухмыльнулся Марл. Нечто, похожее на одобрение, мелькнуло в его темных глазах. Идиль уже давно продумывала варианты на такой случай, так что прекрасно знала ответ. Но все же, паузу выдержала, притворившись задумчивой. Пока Кот не воспринимал ее всерьез и считал глуповатой, он держался более расслабленно и легкомысленно. Если он поймет, с кем именно имеет дело, то перестанет допускать ошибки, и манипулировать им станет гораздо сложнее. - Вряд ли Аватаре понравится тот факт, что ведуны Андозабара так долго отказывались присоединяться к ней и держали нейтралитет. Тем более, что некоторые из них выступили против нее во время беспорядков в Луасе, и ты, как глава Круга, ничего с этим не сделал, - начала она, и Кот поморщился. - Ведуны имеют право решать свою судьбу самостоятельно. Я никогда ни на кого из них не давил, требуя лишь честности передо мной. И мне самому не слишком-то понравилось, что некоторые из них воспользовались своей свободой и мне же подложили свинью. - Вольторэ не узнает об этом, - спокойно проговорила Идиль, глядя на него. – Как и о том, что ты давил на Кречета, не позволяя ему сразу же присоединиться к ним с Ниерой. Из-за чего Бруенин некоторое время оставался без защиты, из-за чего они едва не потеряли Луас. - Это лишь твои предположения, Оса. Никаких доказательств у тебя нет и быть не может. – Взгляд Марла стал очень острым и недобрым. – А на слово вряд ли тебе кто-то поверит. - Они поверят не словам, а моему сердцу, - безразлично пожала плечами Идиль. – Не забывай, меня с Аватарами связывает клятва. Они читают мою душу и знают, когда я лгу, а когда говорю правду. В этом случае никаких доказательств и не потребуется. Марл продолжал разглядывать ее очень пристально, без улыбки, а Идиль нагло смотрела в ответ, изо всех сил держа лицо. Конечно, никаких доказательств у нее не было, одни лишь предположения. Ну и Лучик, который кое-что проверил и подтвердил ее подозрения. Никто никогда не обращает внимания на светоносные сущности, которыми буквально пропитан мир. Они ведь такие маленькие и бесполезные, что никто из здравомыслящих ведунов никогда не будет использовать их в качестве своего Защитника, не так ли? Впрочем, Кот тоже дураком не был. Развалившись на стуле, он ухмыльнулся и пренебрежительно фыркнул. - Предложение так себе. Но я готов, так и быть, пойти тебе навстречу. Не потому, что это правда, но потому, что мне не нужны дополнительные неприятности и недоверие Аватар. Но это стоит одного вопроса, Оса, никаких не трех. - А мне и не нужны вопросы. Было бы глупо менять договор, оставаясь при старой цене. – Идиль тоже улыбнулась ему в ответ, не менее расслабленно, чем улыбался он сам. Держать лицо она всегда умела едва ли не лучше всего остального. - Так чего ты хочешь? – спросил Кот. - Ты поможешь мне раскрыть все узлы как можно скорее. Самым быстрым темпом из всех возможных. Несмотря на последствия. – Говорить это было ужасно, как и соглашаться на это, но Идиль давно уже все для себя решила. Она не могла позволить себе оставаться все такой же слабой и зависимой от воли Круга. И времени на бесконечное стояние на голове у нее тоже не было. А для этого требовался наставник и достаточно безумный наставник, который согласится протащить ее сквозь все преграды и невозможности так быстро, как только можно. Кроме Марла никто бы не взялся, Идиль прекрасно это знала. - И за это – всего лишь молчание? – он презрительно фыркнул, закатив глаза. – Я не думал, что ты настолько глупа, Оса. - Молчание и доверие Аватары, - подчеркнула Идиль. Выдержав паузу, она добавила: - И еще – равный союз, когда я возглавлю ведунов Ишмаила. - Охохо, девочка! – рассмеялся Марл Навин, и внутри поднялось раздражение, которое она почти что силой подавила. – Не далеко ли ты метишь? Собираешься тягаться с Кречетом, даже не входя при этом в Совет? Даже для тебя это чересчур самонадеянно. - Было бы самонадеянно, если бы у меня не было плана, как ты считаешь? – вернула ему улыбку Идиль. – Ты сам без конца твердишь, что время Кругов прошло, и что ведуны должны жить свободно и гордо, не пряча от людей своей сути. Многие считают так же, как и ты, многие готовы на все, чтобы заполучить эту свободу. Круги только сдерживают их, не позволяя им развернуться и получить то, что они заслуживают. Не позволяя им подлинной свободы, загоняя их в ярмо подчинения и четкого осознания собственного места. Но положение будет оставаться таким ровно до тех пор, пока существует церковь, которая пугает их, словно палка не раз битую собаку. Не будет церкви, не будут нужны Круги. - Ты еще и церковь собираешься разрушить! – Кот покачал головой, глядя на нее со смесью восхищения и насмешки. – И как же ты это сделаешь, скажи на милость? - Вольторэ желает учиться общению с Тенями, и я буду учить ее. А еще – она ненавидит церковь едва ли не так же сильно, как Ренон Сета. Советы Кругов никогда не поддержат открытого выступления против Великого Жреца в Васхиле, которого она так жаждет. Но ведуны поддержат его и пойдут за тем, кто возглавит их. Я была первой ведьмой, заключившей с Аватарами союз, и для ведунов Круга Беренвиста это значит очень много, как и слово «свобода». Когда Кречет откажется вступить в войну против Васхиля, я возглавлю их. И я обещаю тебе союз и то, что твой голос будет услышан Аватарой, а твое прошлое промедление и интриги – забыты. Этого достаточно в обмен на обучение? Марл смотрел на нее пристально, оценивающе, смотрел так, как будто впервые за это время увидел. А Идиль глядела в ответ, чувствуя какое-то странное опустошение внутри, неописуемую готовность, буквально превратившую нутро в одну единственную прямую стрелу, направленную точно в цель. Давно уже она все для себя решила, только ни единожды еще не озвучивала вслух. Риск, конечно, был, но риск был всегда, он был частью любого достаточно смелого начинания, любого великого и дерзкого стремления. И если она правильно поняла, кто такой Марл Навин по прозвищу Кот, то он должен был почувствовать сейчас то же самое, что и она. - Ты понимаешь, что интенсивное обучение – это очень опасная вещь? – наконец тихо спросил он. – Что в девяти случаях из десяти ведуны погибают, начав его? - Понимаю, - кивнула Идиль. - Понимаешь, что в случае твоей неудачи мне потом придется разгребать очень много проблем? Потому что наставник всегда берет на себя львиную долю работы своего ученика и служит для него страховкой и последней надеждой на самый крайний случай? - Я бы не просила, если бы не понимала того, - просто отозвалась Идиль. - И мы не знаем, как это скажется на связи между тобой и Аватарами, - добавил Марл Кот, очень внимательно глядя на нее. – В случае твоей неудачи, плоды буду пожинать не только я, но и они, потому что ты напрямую связана с ними. Ты осознаешь, на что сейчас идешь, Идиль-ши Оса? До конца осознаешь, какие последствия это может иметь для всего Танца? Для всего мира? О, Идиль прекрасно знала это. Ей приходилось несколько раз слышать о судьбе тех, чьи ученики потерпели неудачу и попали в руки голодных сущностей из низших миров, пытаясь форсировать свое обучение. И эта судьба была ужасающей даже для нее, много всего повидавшей в жизни. Наставник всегда принимал своего ученика и вместе с ним делил все последствия его действий. Наставник становился барьером между учеником и этими последствиями, львиную долю их сваливая на собственные плечи. Это многое давало обоим в случае удачи, но ровно столько же и отнимало в обратной ситуации. Но Идиль не успевала за временем, которое никого не ждало, и у нее больше не было возможности учиться медленно и самой. Равно как она не стала бы просить о помощи того же Дигнадара-джу Кречета, потому что он никогда не повел бы ее самой темной, опасной и вместе с тем – самой действенной дорогой. Кречет боялся, как и все они, запертый в твердые оковы своей рассудительности и гармоничного существования, Кречет пытался поддерживать мир и не видел, что это время давно прошло. Мир корчился в агонии и рушился на куски, и с каждым днем это разрушение только набирало обороты. И если ты хотел в этом разрушении уцелеть, необходимо было рушить себя быстрее, чем этот самый мир вокруг. Аватары знают это лучше всех, именно потому Вольторэ сейчас там, где и есть. И она не осудит меня. - Я знаю, на что иду, Марл Кот, - твердо посмотрела она ему в глаза. – Вопрос в том: на что согласен пойти ты? Несколько секунд они молча смотрели друг другу в глаза, а потом он вдруг как-то отчаянно и легко пожал плечами и расплылся в широкой ухмылке: - Хорошо, девочка. Я протащу тебя, уцепив за ноздри, задницей вперед сквозь все самые темные слои бездны мхира со всеми их обитателями и постараюсь сделать так, чтобы на выходе оттуда от тебя хоть что-то осталось. Но ты не будешь скулить и жаловаться, будешь делать все, что я скажу тебе делать, а потом сдержишь слово, которое мне дала. По рукам? Широкая ладонь повисла над столом, и Идиль ощутила, как покалывает каждый нерв в ее теле от страха и возбуждения, когда жала ее. С этого момента дороги назад больше не было для нее раз и навсегда. - По рукам.