Flash

– Чуя, тебя никто не спрашивал, будешь или не будешь. У тебя нет выбора. – Руки всё сильнее сжимали плечи рыжего, не давая сделать ни единого движения. – Пошел нахуй, ублюдок. – Накахара развернулся лицом к шатену, на губах которого играла хитрая улыбка. Дерзить этой сволочи сейчас, не хотелось, но парень просто не мог удержаться, такой уж он по своей натуре. С презрением глянув на того, Чуя положил свою руку на плечо Осаму и отпихнул его от себя. – Вот так, да? – Состроил грустную мордашку. – Я-то к тебе со всей душою, и дома оставил, и одежду высушил и поддержал в трудную минуту. – Фотограф прикрыл своё лицо руками, всхлипывая, желая добиться жалости от модели, которая в свою очередь скривилась, смотря на это «представление». – Это все равно не компенсирует всех тех издевательств и стёбов, что были ранее, Дазай. – Рыжий вздохнул. – Так что можешь не стараться. – Он вновь дергнул ручку, но та не поддалась. – И открой, наконец, уже эту чертову дверь, я не собираюсь тут с тобой до самого вечера спорить. Кареглазый хихикнул на слова рыжика и радостно, расставив руки в стороны, сказал. – Придется! – Ах, ты ж! – парень сжал руку в кулак и с угрозой показал его шатену, норовясь ударить, но всё же вовремя остановился. Не очень хотелось, чтобы Огай ещё урезал зарплату рыжему. Дазай же любимчик босса. Будет весьма проблематично, но хуже всего то, что этому придурку ничего не достанется. Нет, Чуя не завидовал, просто это как-то несправедливо. Какую бы шалость Осаму не сделал, босс ему всё прощал. Накахара не удивится, если шатен кого-нибудь убьет или подорвет всё агентство, а босс просто улыбнется и помашет тому ручкой так сказать «ничего страшного, бывают в жизни огорчения». – Чууя, ты сам тянешь время, мы бы уже давно с этим покончили, но твоё упрямство «немного» мешает. – Фотограф надул губки и скрестил руки на груди. – Тебе слабо что ли? В кого ты только не наряжался. О! А помнишь ту чёрную шубу, из-за которой ты потом весь день чихал? Вот это было забавно. А ещё, то серое… – Ещё одно слово и ты щас сам будешь надевать то женское платье. – Рыжик оглянулся. – Кстати, где оно? – О! Я вижу, ты решился? – Ехидная улыбка появилась на лице парня, и тот показал большим пальцем на ширму. – Вон там, ждет тебя, как явление Христа народу. – Не неси ерунды, я просто хочу посмотреть какое оно, ничего большего. – Чуя буркнул это себе под нос, чуть смутившись, и пошагал в сторону ширмы. Зайдя за неё, фотомодель осмотрелся и увидел аккуратно висящее на плечиках красное платье. – Ну как оно тебе? – Раздался внезапный голос позади, отчего Накахара вскочил и обернулся. – Придурок, ты хоть предупреждай, когда так близко, сука. – Голубоглазый выдохнул и, взяв тремпель, начал разглядывать наряд. Большой вырез на спине и глубокое декольте немного смущали парня. Юбка была пышной, выше колена, с роскошными рюшами и поясом, который сзади завязывался на бант. Плюс к платью шло ожерелье с маленькими красными кристаллами и…Туфли. Красные, на шпильке, хорошо, что не очень высокой. И всё это покрыто еле заметными блёстками. – Красивое, правда? – Руки аккуратно легли на плечи рыжика, а голова шатена спокойно умостилась на макушке парня. Накахара задумчиво крутил наряд, незаметно прикладывал к себе, смотря в зеркало, как оно сидит. Было весьма неплохо, даже очень неплохо. Всё же он представил себя в этом платье, как оно еле прикрывает его спину и грудь. Каблуки сделают ноги чуть стройнее, пусть Чуя и не умел на них ходить, но стоять вроде мог, а это уже достижение. – Если я надену его…Мне заплатят вдвойне? – Рыжий резко скинул с себя руки фотографа и повернулся к тому лицом. Лицо шатена озарила счастливая улыбка. – Если хорошо постараешься, то может даже и втройне. – Осаму ликовал в душе. Спустя несколько отговорок и отказов рыжий все-таки решился, и это несказанно радовало. Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, но всё же Дазай где-то в глубине своего подсознания очень хотел увидеть Чую в платье, и это даже не из-за заказа. Ему просто хотелось увидеть его такого женственного, нежного, изящного. Шатен был уверен, что красный цвет будет отлично сочетаться с рыжими кудряшками фотомодели. Накахара чуть нахмурился, он вновь осмотрел наряд и перевел взгляд на кареглазого. – Если мне не заплатят втройне, ты сам у меня наденешь это платье и будешь ходить в нём по всему агентству, ты меня понял? Дазай прикрыл глаза, прикладывая свою руку к груди, его улыбка стала ещё шире, он буквально весь сиял. – Клянусь своей жизнью, что ты получишь свою зарплату, малыш. – Особо он выделил последнее слово, проговаривая его более медленно. – Замётано. – Чуя со злостью глянул на шатена, намекая, чтобы тот вышел из-за ширмы. Фотограф, на удивление рыжего, быстро понял намек и удалился куда подальше, точнее, к своему любимому фотоаппарату. Всё ещё недоверчиво глядя на наряд, голубоглазый вздохнул и принялся скидывать с себя вещи. Сначала парень надел туфли, чтобы привыкнуть к ним, он старался держать равновесие, дабы не упасть и при этом надевал на себя платье. «И как только девушки могут спокойно ходить на каблуках? Это же так неудобно». – Думал он про себя. Спустя несколько усилий Накахара все же смог надеть это чертово платье. Парень уже сто раз пожалел, что согласился примерить его, но мысль о большой зарплате заставляла это сделать. Чуя обязательно купит самое дорогое вино в этом городе и сам же выпьет его, чтобы забыть весь сегодняшний конфуз. Но это потом, а сейчас рыжик уже застегивал ожерелье с кристаллами на своей тонкой шее. – Ты там долго ещё? – Дазай уже не мог дождаться увидеть Накахару в этом образе. Он надул губки и покачивался на кресле в разные стороны, иногда тяжело вздыхая. Послышался стук каблуков. – Блять, как они вообще могут ходить на этих туфлях, так же и ноги можно сломать к чертовой матери! – Кричал парень, аккуратно делая шаги. Он делал это настолько медленно, что Осаму сначала застыл, внимательно осматривая, как же сидит на рыжике платье, а после, уже встав с кресла, подошел к модели и протянул руку а-ля джентльмен. Голубоглазый с недоумение глянул на шатена, но руку помощи все же принял. Туфли пиздец как натирали, ну ничего. Накахара стерпит. Ради большой зарплаты он готов еще часа два так пробыть. Дазай еще раз оценивающе посмотрел на парня. Как и ожидалось, на спине у модели был большой вырез, из-за чего Чуя ежился, когда по оголенной коже проходил маленький холодок, а это глубокое декольте вообще свисало. Груди у Чуи, увы, не было, зато Осаму мог видеть маленькие розоватые сосочки, которые заставляли отвести чуть покрасневшее лицо в сторону. Сейчас Накахара был самым воплощением изящности. Его тонкие руки скрестились на груди, потирая плечи, в студии сегодня было прохладно, или может это просто парень в очень легком одеянии. Фотограф не хотел заставлять принцессу ждать, поэтому сразу поманил её в середину помещения, а сам пошел в сторону своего рабочего места. – Расслабься, принцесса. – Дазай настраивал свою камеру. Почему-то всегда на фотосъемках Чуя был зажатым и напрягался, будто его что-то сковывало. Если так подумать, то безмятежного Накахару шатен видел только тогда, когда тот спал или курил. Это заставляло задуматься. Неужели это из-за фотографа рыжеволосый стал такой нервный? Кареглазый невольно сжал свои губы. Всё возможно, ведь своими подколами и издевками он мог довести Накахару до такого состояния. – Эй, ты там долго? Мне, знаешь ли, холодно. – Из-за слов рыжика Осаму вздрогнул и помотал головой. Не стоит сейчас думать об этом. Нужно сосредоточиться на работе. – Ага…Сейчас… Можешь стать ровно и повернуться к камере боком. Чуть выгни спину. – Шатен, сам того не осознавая, закусил нижнюю губу, глядя на изгибы модели. Грациозность этого парня просто поражала, и почему Дазай отметил про себя это только сейчас. Кареглазый решил, что сделает ещё несколько фотографий, только уже для себя, а не для какого-то заказа. Ему хотелось как можно дольше сохранить этот нежный образ. Сделав нужные фотографии, ребята облегченно вздохнули. Чуя сел на кресло фотографа, бесстыже разводя ноги а-ля в позе гопника, ему еще не хватало сесть на корточки, это выглядело бы смешно, особенно в таких модных ярко красный туфлях. Но рыжий сразу снял обувь, бросая ту подальше от себя. Кажется, он натер себе ноги. – Блять… – Тяжко выдохнул тот, откидывая свою голову на спинку кресла. – Больше никогда не буду надевать женскую обувь, слышишь! Это был первый и последний раз! – Ага… – Коротко бросил Осаму. Конечно, Накахаре придется ещё сто раз за свою жизнь так наряжаться. Даже если тот будет возражать, всё можно будет уладить деньгами. – Может, ты переоденешься? Ты всю съемку ныл о том, что тебе холодно, а сейчас спокойно сидишь, прошу отметить, на МОЁМ кресле, да и к тому же ноги расставил, имей хоть немного приличия, а. – Ты бы тоже хоть каплей приличия обладал, всю фотосессию пялился на меня, закусывая губу, чуть слюна со рта не текла, извращенец. – Парень закинул ноги на ногу. – Что? – Дазай был ошарашен заявлением рыжика. Он что, правда, так выглядел, когда смотрел на фотомодель? Стыд-то, какой. – Н..Не правда! Вообще-то я фотограф, и я обязан на тебя пялиться, чтобы твои фотографии получились хорошими, а не идиотскими. – Тогда почему ты покраснел? – Чуе показалась эта ситуация чуть забавной. Это впервые, когда рыжеволосый нехило так подколол шатена. Накахара гордился собой. Шатен же чувствовал себя неловко. Смотря на довольное лицо рыжего, Осаму чуть нахмурился. Он чувствовал, что проигрывает в этой словесной перепалке, поэтому решил действовать по-другому. – Ой, а знаешь. – Парень хитро улыбнулся. – Да, я, правда, смотрел на тебя, закусывая губу, и что ты там ещё говорил… Да не важно, а все потому, что ты был так красив. Ты знал, что у тебя очень аппетитная задница и стройные ноги? В этом платье ты выглядишь более сексуальным, интересно, а какой ты без него? – Для завершения Дазай показательно облизнулся, проводя своим языком по верхней губе. Накахару этот жест насторожил, и он неосознанно напрягся. – Т..Ты чего это, придурок? – Чуя сам не понимал, отчего его щеки загорелись как от огня. Действия и слова Осаму так удивили рыжего, что тот не мог и слова сказать, он просто глядел на фотографа, сжимая края красного платья. И в этой схватке он тоже проиграл. Фотограф, ехидно улыбаясь, впритык подошел к рыжему. Рукой он легонько провел того по щеке, спускаясь к подбородку и аккуратно поднимая взгляд Чуи на себя. Он наклонился к ушку того, опаляя своим дыханием, и прошептал: – А теперь будь добр, встань с моего места и, иди, переодевайся. Накахара сжал зубы и отшвырнул от себя Осаму. Быстро встав с кресла, он спешно направился за ширму, дабы переодеться. Чуя ловко расстегнул ожерелье, аккуратно положив его на тумбочку. Руки потянулись к поясу, чтобы развязать бант, но тот никак не поддавался. Как бы фотомодель ни старался, он сделал ещё хуже, затянув пояс чуть сильнее. – Чёртова женская одежда! – Шипел парень, затягивая пояс еще сильнее. Дышать становилось труднее с каждой минутой. Шатен, услышав за ширмой непонятные звуки, заинтересованно заглянул за неё. Увиденное заставило парня хихикнуть. Картина, что предстала взору фотографа, была настолько забавной, что Дазай еле сдерживал слезы от смеха, держась руками за живот, который начинал уже немного побаливать. – Ты чего это ржешь? – С недоумением спросил голубоглазый, прекратив свои попытки развязать узел бантика. – П..Прости…Это…Это так смешно… – Осаму вытер маленькие подступившие слезинки с глаз и ничего не говоря, подошел к Накахаре сзади и принялся развязывать узел. – Ну и сильно же ты затянул. – Задумчиво проговорил тот, развязывая бант. Через несколько секунд шатену удалось справиться с поясом. Шлейки невесомо сползли с плеч рыжика, оставаясь где-то на изгибе локтя. Карие глаза заприметили чистую молочную кожу, плечи были усыпаны маленькими еле заметными веснушками, что еще больше завораживало. А ещё эти выступающие косточки позвоночника…Так и хотелось провести по ним подушечками пальцев, чуть надавливая. – Эй, прекрати смотреть! – Пусть Чуя и не поворачивался к шатену лицом, но тот мог вполне спокойно видеть чуть покрасневшие от стыда уши. Сейчас Осаму так хотелось обнять рыжее чудо. Собственно, он так и сделал. Издав тихий смешок, он медленно подошел к модели и обнял за талию со спины, утыкаясь носом в рыжие пряди. Сцепив руки в замок, шатен прикрыл глаза, наслаждаясь этим недолгим моментом. Почему недолгим? Потому что Чуя сначала был в замешательстве, но потом поняв, что вытворяет фотограф, начал резко вылезать из обьятий того. – Ты уже совсем умом тронулся! – Кричал тот. – Отпусти, я не пидор! Руки внезапно разъединились, а Дазай сделал шаг назад. – Это поправимо.