Я любил тебя

Глубокая ночь, знаменитые столичные огни, отражающиеся в каждой гладкой поверхности и придающие оражневый оттенок глянцу, и явно выделяющийся, несущийся по главному шоссе чернильный мерседес, который кажется намерен потягаться в "шашачки". Полупустая дорога даёт множество возможности для маневров, которыми переодически пользуется водитель дорогого авто, за что его собственно и проклинают остальные участники движения. Скорость под 120, но стрелка спидометра неумолимо движется далее под напором ноги, намеренно вжимающей педаль газа в пол. В то время, как ситуация на дороге наколяется, градус и в салоне тонированной иномарки не ниже. - И долго мы будем молчать? - напряжение между двумя настолько сильное, что можно получить ожог, дотронувшись до воображаемой паутины ниточек между ними. - Сколько понадобится. - Блять, и где я проебался на этот раз? Она уже думает о том, что решение связаться с этим человеком, значащим теперь слишком много, было ошибочным и слишком поспешным, но время штука необратимая, поэтому прийдется плясать от того, что уже есть. Стоит ли ей сейчас объяснять, что та пощечина в клубе при всех была слишком унизительной для неё? А то, что это произошло при её брате? Которого она к слову потом жалостливо умоляла не колотить до полусмерти этого в хламину пьяного блондина. Можно так же припомнить его недавние выходки с выкидыванием её вещей в окно или ждавший у входа в их общую квартиру чемодан, который как-бы намекал, что ей пора свалить. А позже объяснения и раскаяния, заглядывающие в самую душу голубые глаза и такие родные губы, которые шепчут каждый раз "Я был пьян, прости..." В какой момент все их разговоры стали состоять не из милых "Котик", "Зайчик" и "Любимый", а из "Скотина", "Шлюха" и "Алкаш"? Когда их отношения зашли в этот тупик, в этот уголок, который кажется с двух оставшихся сторон начал порастать высоченными стенами, делающими из пупика настоящую ловушку? Молчание кажется ей самым удачным в этой ситуации. - Нат, чего ты хочешь? - сжимает руль крепче до побеления костяшек пальцев, щуря при этом глаза. - Чего я хочу? - запрокидывает голову назад с диким желанием пустить пару слезинок, но слабость - это низоть. - Незборецкий, я хочу свободы. Неужели снимая меня с рейса ты этого не понял? Я черт возьми устала! Твои гастроли, попойки и шлюхи... - Ты себя вообще слышишь? - ровный, непокалебимый тон, осаждающий девушку. - Я не был в турах уже два месяца! Я не трахнул не одну... - За сколько? За сутки? А вечера с алкашкой? М? - Давай все начнём сначала? Кажется или скорость авто снова начинает набирать обороты? Огни снаружи уже слились в непонятную кашу и лишь режут глаза, недоставляя ни капли эстетического удовольствия. - Кирилл, я кажется согласилась на это полгода назад... - В этот раз всё будет по другому - утверждает, убеждая то-ли девушку, то-ли самого себя. - Я знаю, что этот ребёнок мой, прости. - Кир, я...

***

- И где он? - залетая в помещение дорогого московского клуба, в попыхах спрашивает первого попавшегося знакомого, который точно знает о ком речь. - В vip-ке на втором - с сожалением в глазах вздыхает Саян, ведь эта ситуация повторяется раз за разом, чуть ли не ежедневно. Меняется лишь место действия, события - идентичны. Поправляет волосы рукой, заводя пряди русых волос за уши и отворяет дверь за которой как всегда может быть все что угодно. Проходя, она замечает Незборецкого в самом центре огромного кожаного дивана. Развалился, абсалютно расслаблен и ловит кайф от присутствия в обществе друзей и шлюх. - Наташа! - замечает её и решает обратить внимание всех на их парочку. - А мы тут сок пьём. - указывает пальцем куда-то перед собой, но факт того, что он не может прицелится на стакан, явно дает понять, что он в хлам. - Не верь ему! - голос из дальнего угла, который напоминает Вову. - Там водяра намешана. Зуб даю! - Оооо, так вы тут все того - пробивается ближе к цели, которая даже и не думает двигаться с места. - Кирилл, я прошу тебя поехали домой. - Нееееее я ещё Скрипа не видел, а ты кстати неплохо устроилась. - Ты о чём? Наверно о том, что я каждый день тебя, как личный водитель катаю? - Нет, детка, не об этом... Он быстро схватив её за тонкое запястье, слегка надавил, как бы показывая свое превосходство и с ехидной ухмылкой резко потянул девушку на себя. Она же оказавшись у него на коленях придприняла попытку вырваться из его крепких рук. - Нет, малая, сиди тут. - цокает на вторую попытку встать. - Поговорим? - О том, что ты снова выпил? Давай! - Неееет, мы будем говорить о тебе. - приближается к её уху и продолжает уже шепотом. - О тебе и Максе. Как он, лучше меня, да? - Что ты несешь? - полное непонимание в ответ на его вполне уверенный тон нисколько не удивило Незборецкого младшего. Кто же так просто признается в измене? Действительно. - Ну, как же Наташа такая, Наташа сякая. Вот откуда он знает какая ты? Скажи мне. Почему он так за тобой таскается? Ты же моя. - сжимает её крепче, дыша в шею и очерчивая носом венку, вдыхает аромат. - Только моя, ничья больше. - Кирилл, перестань. Ты пьян. - он планомерно тянется к её губам, а она в свою очередь пытается отстраниться от жуткого запаха перегара, исходящего от парня. - Кирилл, я не хочу. - Я хочу Вряд ли это так было задуманно, но в проходе появляется Павел - брат Наташи, который к слову не особо одобряет их отношения. - Незборецкий, отпусти её по хорошему! - боевой настрой его секьюрити, стоящего за спиной, не окончился бы ничем хорошим, если бы Паша не решил его послать на улицу перекурить. У Наташи появляетя шанс встать, чем она собственно пользуется мгновенно, но молодой человек, будто обезумев подрывается за ней, хватая за предплечье и яростно впечатывая в стену. - Шлюха! - удар приходится точно в острую скулу, а два перстня на его пальцах придают жгучей боли ещё более яркую окраску. Все взгляды прикованы к этим двоим и первым, кто проявил хоть какую нибудь реакцию был - Павел, который буквально накинулся на Незборецкого, награждая его ударами посильнее. - Паша, пожалуйста, Паша, не надо! - она позабыв о себе и собственном самочувствии кинулась спасать блондина. - Он просто пьян, он не соображал, что делает! Хватит! - А если он тебя убьёт, мне тоже списать всё на его состояние? - брат оставляя свою жерту, подходит ближе. - Ната, я тебя прошу покончить с этим всем. Ты ещё сможешь встретить кого-то лучше, он тебя погубит. Подумай. Чувствует себя низко. Весь мир против этих двоих, да и они сами давно перестали ловить кайф от друг друга, но привычка быть вместе не оставляет их не смотря ни на что. Платоническая любовь давно переросла во взаимное игнорирование. И опять "но", ведь они всё ещё пара. Возможно им нужна передышка или есть некая необходимость в адреналине. - Он убьёт его! - Ребят, помогите поднять. - Ну же, тащите аптечку. - Держите мажорчика! - Дайте ка нашатырь. Кто-то скручивает Павла, кто-то пытается помочь Ти. Всё, что происходит вокруг для неё - как в вакууме. Голова пухнет от переполненности мыслями. "Не оставляй меня" "Да вы скоро разбежитесь" "Ты для меня всё" "Бросай его, он тебя не любит, ты для него никто" Моральное истощение, эмоциональное выгорание, приследующие её уже довольно продолжительный срок, не дают вернуться в кипящий новыми моментами мир и ухватится за соломинку реальности. - Наташ, давай я тебя отвезу домой? - непонятно когда появившийся Максим волнительно смотрит на девушку своего младшего брата, приобнимая её за плечо. - Нет! - резкий выпад, о котором она немного жалеет. - Прости. Я сама должна его отвезти. Я... Апатично выполняет действия, которые повторяются еженедельно. И вот они с Кириллом уже в такси, она называет адрес их московской двушки и гладит голову лежащего на её коленях парня, перебирая белесые пряди, наслаждаясь их родным ароматом, не тронутым стойким запахом алкоголя. По приезду оплачивает поездку и под сожалеющий взгляд водителя, вытаскивая парня из авто, тащит его к подъезду. И оказавшись в квартире затаскивает его в спальню, где он уже интуитивно, с закрытыми глазами находит кровать, заваливаясь прямо в одежде. - Какие мы с тобой красивые теперь, да, Кир? - спрашивает у сонного парня, очерчивая его синяки и вспоминая об огромной ссадине на правой скуле, оставленной им. Не получив ответа, она сама решает, что завтра всё встанет на свои места и будет как обычно, а об этом инциденте можно забыть и жить дальше.

***

Поломка авто, вынужденная поездка на метро и получасовой разговор с лучшей подругой - основные состовляющие её сегодняшнего дня. И сейчас, только вернувшись домой, она никак не ожидала застать Незборецкого. - Поговорим? - ожидание очередных нападков немного притупляется, но лишь на время того, как она разувается и вешает пальто в прихожей. По его красным глазам видно - он что-то принял, но это уже настолько обыденно, что Наташа даже не заостряет на этом внимание. - Давай. - ожидать чего-то кроме упреков - глупо с её стороны. Зайдя на кухню она неожиданно натыкается на вторую пару голубых глаз, примеряя на себе ощущение дежавю, но это уже Незборецкий старший. - Ну, голубки, что скажете? - Малой, я скажу, что ты консперолог-идиот. - А я добавлю, что ещё и бездумный ревнивец. - Я ревную? Да поглядите ка, как спелись, а? Думали я ничего не узнаю... - Ты дебил - безнадежный выдох Максима влияет на Кирилла не лучшим образом, заставляя его, как последнюю истеричку ринуться в соседнюю комнату под вопросительные взгляды двоих. - Да гори, блять, оно все синим пламенем! Из окна сыпятся дорогие вещи : платья, блузки, юбки и брюки пастельных оттенков теперь наряжают не свою обладетельницу, а покинув шкаф посредством небольших усилий через окно, украшают тротуар. - Нат, прости мне очень стыдно за него... - Макс просто не знает, что ему делать. - Ты не виноват - Ты не обижайся, но мне кажатся, что он уже не стоит твоих нервов. - переводит взгляд с вида из окна на девушку, застывшую в проходе. - Не думал, что такое когда-нибудь скажу, но мой брат не достоин тебя. - Я люблю его и буду рядом, пока он сам этого хочет - Он сам уже давным давно не знает, чего он хочет...

***

К: "Жду тебя в нашем кафе" Н: "Я на работе. И вообще, что тебе нужно?" Ответа не последовало и все что оставалось делать - это пойти на поводу у этого упертого блондина. Отпросившись у начальства в счёт завтрашнего дня, она пулей вылетела из бизнес-центра, направляясь в кафе, где они часто бывали ещё будучи "нормальной" парой. А то, что осталось от них сейчас - просто развалины, кажется уже не обремененные чувствами, только лишь обязанностями. Оказавшись там, прошла к дальнему столику и присев напротив Незборецкого, просто смотрела на него в упор. - Нат, я... Прости меня, я был не в себе - Да, Кирилл, ты был не в себе - тихо проговаривает, кивая при этом головой, от чего её и без того уже не совсем идеальная прическа ещё больше распустилась. Он тянет руку к её лицу, убирая русую прядь и заглядывает в глаза, ища там ответную реакцию. - Мне жаль, правда...

***

- Наташ, всё хорошо? - взволнованный голос Лидочки - секретарши шефа и коллеги Наташи обращенный к ненормально бледной девушке, пропианный жалостью. - Может тебе домой? - Нет, я только вчера раньше ушла. Всё нормально, спасибо. Сама не верит своим словам, но продолжает стойчески терпеть головокружение и тошноту, чувствуя себя, будто на американских горках. Все началось ещё неделю назад и не покидало, заставляя буквально выживать. Ещё в первый раз лучшая подруга предложила ей сделать тест на беременность, но та истерически мотая головой заявила, что незащещенного секса у неё не было, поэтому и такое просто не возможно. Но сейчас какой-то рычажок в голове прийдя в действие, заставил её по возвращению домой выполнить это действие. Слезы наворачиваются сами собой, градом стекая по щекам, солёные дорожки впитывались в белую блузу, оставляя мокрые пятна. Рот открывактся, но она не может издать не одного звука, испытывая немой шок. На злосчастном прямоугольнике две красные полоски, теперь напоминающие ей прутья уже точно захлопнувшейся ловушки. Сердце словно пытающаяся вырваться на свободу птица, бешенно бьется в груди. В коридоре слышится громкий хлопок двери и в спешке девушка откидывает тест куда-то в сторону. Выйдя из ванной комнаты, застает Кирилла с довольно пышногрудой брюнеткой. Её красные от слез глаза дают понять ему, что что-то не так, но это мало его волнует. Она же резко выскакивает в дверь захватив с собой только кроссовки и кинув на прощание "хорошего вечера".

***

- Лер, это Наташа, открой. - дождавшись ответа в домофон, тараторит и слыша сигнал, забегает в подъезд. Дверь в квартиру уже открыта и в проходе она видит лучшую подругу. - Проходи скорее. Ты чего в одной водолазке? Там же холод на улице. - Лер, он... Я застала его с девушкой... Не впервые Валерия слышит о изменах со стороны парня Наты, но насколько она знает, Наташа ещё ни разу не усомнилась в его верности, хотя ей много раз докладывали и даже присылали фото, но она слепо верила только одному человеку - Незборецкому, всячески отрецавшему этот факт и морочевшему ей голову непонятно зачем. - Это не все, да? - обнимает, поддерживая. - Я беременна. - От кого? - От Кирилла, от кого ещё? У меня кроме него никого не было.

***

- Сука, блять, залетела! - истерический вопль Незборецкого младшего слышен во всей квартире. - Хоть бы предохранялась трахаясь непонятно с кем. Злость поглатив его целиком, не давала смотреть на вещи трезво. Некоторое время назад друзья должили, что видели её с Максом. Не в игрушки они же там играли, верно? Вот и он так считает.

***

По возвращению в квартиру её у дверей ожидает чемодан и лежащая на нем записка. "Думаю пора прощаться. С удовольствием вышвыриваю тебя, любимая, из своей жизни. Счастья вам с Максом." Что же видимо это конец их поначалу красивой и романтичной истории.

***

Рейс уже подтвержден и она ожидает посадки. Летит к новой жизни, в новый город, оставляя прошлое здесь, оставляя его здесь. Просто потому, что так нужно, это правильно, теперь... Посадка объявлена, но вместе с монотонным голосом работницы аэропорта, она слышит самый родной, самый лучший, его голос - Наташа, подожди! - Кирилл...

***

- В этот раз всё будет по другому - утверждает, убеждая то-ли девушку, то-ли самого себя. - Я знаю, что этот ребёнок мой, прости. - Кир, я... Я больше не беременна. - Всмысле, как? - Я люблю тебя так же сильно, как и ненавижу. Ты забрал у меня всё, не оставив ни капли и я... - И ты...? - Я сделала аборт. - глубокий вдох. - Я перерезала последнее, что нас связывало. Останови машину, я прошу. - А зачем теперь жить? Его взгляд в одну точку, ясно показавший его намерения. - Я не знаю - Я тоже. Я любил тебя, малая, знай это. Авто оказывается на встречной полосе и потоком встречных машин, перебрасывается по всей полосе. Скрежет металла, свист шин и попытки встречных авто затормозить. Верится ли, что это конец? Убийца чувств и осознанный губитель их последствий. Два человека, любивших когда-то друг друга до извержения, до треска костей. До готовности умереть друг за друга. Но в итоге ушедшие из-за взаимной ненависти. Он отобрал у неё все чувства, она убила их символ, зарождающуюся под сердцем жизнь. Даже если это был тот самый адреналин, нужен ли он был на самом деле? Наверное - нет...