Парень из реалити-шоу

Мы должны были готовить цыпленка пармиджано к праздничному ужину в честь годовщины свадьбы родителей, но ТелеТётя, похоже, не особо подготовилась. Она все время суетилась. Пока мы не очень аккуратно все мыли и нарезали, она повторяла: «Осторожно, мои туфли! Не закапайте платье!» Она протянула мне пакет на молнии с хлебными крошками, раскрошенными кукурузными хлопьями и капелькой приправ, которые намешала Таша, и сказала положить туда кусочки куриного филе и хорошенько потрясти. Она называла филе «филеем» и склоняла. Таша поправила ее. ТелеТётя недовольно покосилась на нее: – Не придирайся. Потом она загрузила филе в мой пакет и застегнула его. – Теперь хорошенько встряхни! – скомандовала она. Я встряхнул, потому что они с режиссером жестом показали мне, как трясти мешок с филе. Следом Лизи занялась сыром и соусом и выложила филе в узкое керамическое блюдо, а Таша разогрела духовку ровно до 350 градусов, поставила туда блюдо и завела таймер. У меня еще не зажила шишка, полученная два дня назад, когда она столкнула меня с лестницы. Мама с папой пошли в кино. Днем мы сходили по магазинам, и ТелеТётя сидела с нами, пока мама с папой ели романтический ужин и занимались тем, чем родители занимаются наедине. Наверно, держались за руки. Во всяком случае, на камеру. Потому что я не думаю, что мама с папой стали бы держаться за руки просто так. Или целоваться. Если честно, в тот день я и начал понимать, что родители, похоже, не слишком-то друг друга любят. Они все время ругались, пока нам делали ремонт на кухне. И раньше. И еще раньше. Я смутно припоминаю, как они ругались, когда я был совсем маленьким. Я смутно припоминаю, как папа сказал, что уйдет из семьи. Какая-то часть меня – та, которой все еще шесть, – долго об этом мечтала. Я мечтал, как он заберет меня с собой. Я уже не знаю, придумал я это или папа действительно так сказал. Я непременно спрошу об этом у Лизи, когда мы наконец поговорим. Если такое когда-нибудь случится. Когда мама с папой вернулись из кино и увидели цыпленка пармиджано, они изобразили изумление. ТелеТётя с Ташей несколько раз проверили духовку, чтобы убедиться, что все идеально. Мы заморозили салат. Мы запекли хлебцы с чесноком. Мы все красиво подали, и я даже отодвинул маме стул. Потом мы, дети, вместе с ТелеТётей поднялись наверх: она сказала, что пора собираться в школу и готовиться к учебной неделе. Там ТелеТётя велела Таше пойти к себе, разобрать домашнее задание и убрать чистое белье, а мы с Лизи и оператором отправились за ней в мою комнату. Она посмотрела на часы: – Мы можем час играть в любую игру на ваш вкус, – объявила она. – Потом у вашей ТелеТёти свидание с горячим мужчиной. Она сбросила не очень-то подобающие няням каблуки, распустила пояс платья и села на пол у ног моей кровати. Лизи молча сходила к себе и принесла игру о детективе. ТелеТётя называла эту игру «Клуедо», и мы с Лизи каждый раз хихикали. Лизи положила карты в секретный конверт: она никогда не подглядывала в них, а вот я иногда не удерживался. За час мы сыграли три партии. – Вы просто мышки, знаете? – сказала ТелеТётя. Мы посмотрели на нее, как будто не понимая, в каком она смысле, и она объяснила: – В смысле, вы сидите тихо и от вас никаких проблем. Лизи промолчала. Я мысленно пересчитал, сколько раз я устраивал проблемы. Насрать на стол – это определенно проблема. Видимо, ТелеТётя напилась. Может, она имела в виду свидание с горячительным. ТелеТётя спросила Лизи: – Таша когда-нибудь вот так играла с вами в «Клуедо»? Лизи покачала головой: – Таша нас ненавидит! – Таша не ненавидит вас, – возразила ТелеТётя. – Она все время это повторяет! – настаивала Лизи. – А еще она обзывает нас и бьет. Я ощупал рукой полученную два дня назад шишку: – Она столкнула меня с лестницы, потому что ненавидит. – Я во всем разберусь, – пообещала ТелеТётя. – Чтобы гордиться собой, да? – Лизи аж покраснела. – Это ничего не изменит, – добавил я. – Ага. – Маме с папой плевать, что Таша с нами делает. На секунду нам показалось, что ТелеТётя все поняла. Как будто она все знала, как будто помнила, что обещала мне в первый день работы на вторым эпизодом: что в этот раз все будет честнее. Потом она сказала: – Давайте попробуем что-то новенькое? На этот раз я играю за миссис Пикок! Оператор отснял целый час пленки, а потом из комнаты Таши раздались вопли, как будто ее режут. Няня вскочила, бросилась к комнате Таши и заколотила в дверь, сказав оператору подождать в коридоре. Мама уже взлетела на середину лестницы: – Что они с ней делают?! – Все под контролем, – сказала ТелеТётя. – Спускайтесь и наслаждайтесь ужином. – Как вы могли это допустить? – допытывалась мама. – Таша там одна, – ответила ТелеТётя. Мама явно не поверила: – А где Джеральд? – Весь последний час он был рядом со мной. – ТелеТётя прижалась губами к дверному косяку: – Таша! Открывай! – Мама! – кричала Таша. – Мама! – Я тут! – крикнула мама. Таша медленно открыла дверь, мама мягко отодвинула ТелеТётю и вошла. ТелеТётя, Лизи и мы с папой стояли в коридоре, пока мама не открыла дверь и не потребовала зайти в комнату и посмотреть, что случилось. Кто-то наложил огромную кучу в раковину. Во всяком случае, по маминым словам. Я сам не видел, хотя мне было любопытно, потому что раньше я видел только свои кучи и хотел бы посмотреть, как это выглядит у других. – Джеральд этого не делал! – сказала ТелеТётя. – Весь час он был рядом со мной. Мы играли в настольную игру. Все заснято. – Она, похоже, страшно разозлилась, что мама пыталась в чем-то ее обвинить. – Значит, он каким-то волшебным образом прокрался сюда и сделал это, – не унималась мама. – Ага, – поддакнула Таша. Они с ТелеТётей устроили битву взглядами. Потом ТелеТётя отвела нас с Лизи по комнатам и сказала сидеть там и никуда не выходить. Они с Ташей и родителями пошли вниз, и я ничего больше не слышал, потому что послушно сидел в своей комнате. А когда вышел второй эпизод, они все вырезали. Весь день – цыпленка пармиджано, салат, чесночный хлеб, игру в детектива, красивое голубое платье ТелеТёти, ее свидание с горячим мужчиной и даже загадочную кучу. Они все вырезали, как будто этого дня просто не было.