Меня интересуешь ты, лимончик

      Утром я проснулся совсем не от звона будильника, а от ощущения того, что на меня смотрят. Мои глаза из-за этого мигом раскрылись, а я сам начал крутить головой, чтобы найти то, что помешало мне спокойно спать. Этим оказался никто иной, как вампир, который глядел на меня в ответ, пока рядом с ним жующий что-то Доёль смотрел мультик. – Слушай, я даже и не думал, что ты так долго спишь. – Что ты тут вообще делаешь? – хриплю, потирая свои глаза и вместе с тем принимая сидячее положение. До меня никак не дойдёт, что этот вампир делает в моем доме. – Меня Доёль впустил, – объясняет он, что совсем не помогает мне понять то, какого чёрта он пришёл ко мне, – нас сегодня ждёт трудный день, так что собирайся. – Ыаа.. что ты несёшь с утра пораньше? – хмурюсь, не соображая, что этот идиот хочет от меня. – Сейчас час дня, Джихун, – парень прикрывает глаза, стараясь, видимо, сфокусироваться на чём-то, – и знаешь, мне довольно сложно смотреть на то, как ты тут такой красивый и милый весь из себя сидишь в одной футболке.       Я вопросительно смотрю на него, а после смотрю на себя, нелепо краснея. И вправду. Я сижу перед альфой в одной лишь широкой футболке, что съехала с моего плеча. – Потому что вообще ты не должен был приходить, идиот, – дуюсь, вместе с тем прикрываясь пледом. – Иди уже куда-нибудь… – точно так же с закрытыми глазами говорит парень, махая в сторону ванны. – переоденься. Нам с тобой надо в участок сходить. – Они что-то узнали? – с надеждой спрашиваю, вставая и направляясь в сторону ванны, не забывая прикрываться пледом, что был сейчас, как самый лучший защитник для меня. – Ещё лучше. Они поймали его, но теперь надо всё подтвердить и подписать опять какие-то бумаги.       После этих слов на душе стало так легко. Словно одна из цепей, что сковывала меня, совсем исчезла. Я радостно побыстрее побрёл в ванную, делая утренние процедуры. Там же я надел длинную кофту в жёлто-чёрную полосочку, чёрные порванные джинсы и чёрные носки, что валялись в постиранной одежде. С волосами я не стал особо заморачиваться, быстро расчесав их, потому что всё равно потом шапку надену.       Квон ждал меня в коридоре, уже полностью одетый. Он оглядел меня, нахмуриваясь. – А других джинс не нашлось? Вроде зима на дворе. – Всё остальное в стирке. Ты же не предупредил меня заранее, что мы куда-то пойдём, – говорю, идя к Доёлю, который, на моё удивление, был уже одет. Видимо, альфа всегда на шаг раньше меня. – То есть к внезапному свиданию со мной ты не был готов? – дуется парень, странно двигаясь, словно какая-то девица, которая хочет показаться милой своему парню. Айщ.. что за глупые сравнения у меня в голове? – Что за ерунду ты опять несёшь? Какое свидание и тем более с тобой? – раздражёно я подошёл к вешалкам, доставая для Доёля куртку, вместе с шарфом и шапкой. – Слушай, ты только ничего не говори нашему братцу, а то мне несдобровать. – Ага, а почему мы идём в полицию? – совсем по-детски спрашивает маленький альфа, помогая мне застегнуть его курточку. – Придётся мне заявление писать на Сунёна. – На хёна? – На меня?       Они удивлённо смотрят на меня, не понимая моей шутки, хотя Квон вроде мальчик большой и должен был понять. – За что? – А кто ко мне пристаёт, да и ещё влезает в дом? Сколько ты уже там преступлений совершил? – говорю совершенно серьёзным тоном, доставая свою куртку чёрного цвета и кутаясь в неё поскорей, повязываю шарф на шеи и надеваю шапку. – Шучу. Пошлите давайте быстрей. – Братик, а ты забавный! – ребёнок хватает меня за руку, ярко улыбаясь. – Не то слово… – бурчит Сунён, идя позади нас. Мы вместе вышли на улицу, чувствая холод, который опять же принесла нам эта грёбанная зима. Я поскорее спрятал одну из своих рук в карман куртки, а чужая рука проследовала следом за моей, переплетая пальцы. Моему возмущению не было предела. – Что ты опять такое творишь? Ты реально оборзел уже, – злюсь, собираясь убрать чужую руку из моего кармана, но парень лишь на меня с жалостью смотрит, – что? Думаешь, я разрешу тебе? – Джихун, тут так холодно, а мои ручки уже замёрзли.

«Уже?! Мы только вышли!»

– Ты мне так надоел, – закатываю глаза, убирая чужую руку, – не веди себя, как ребёнок.       Он задумчиво посмотрел на меня, а после на Доёля, который, в свою очередь, сосал чупа-чупс. – Ладно… буду играть по твоим правилам, лимончик, – мы с мелким уже отошли достаточно далеко от него, но я прекрасно слышал слова Квона и поэтому повернулся с непониманием глядя на него. Когда он уже перестанет нести какой-то бред? Только я хотел открыть рот, чтобы переспросить его, как он преодолел расстояние между нами, садаясь на корточки, пронизываясь головой между моих ног, заставляя меня вскрикнуть, потому что этот, мать вашу, идиот Квон Сунён поднял меня наверх, удерживая на своих плечах. – Какого чёрта ты творишь?! – стараюсь удержать равновесие, но из-за страха, что прямо сейчас свалюсь, хватаюсь за его голову, обнимая. – Отпусти меня, Сунён! – Не я буду ребёнком, так хотя бы ты, – улыбаясь, говорит альфа с другом, перехватывая мои руки, – ты мне хотя бы вид не закрывай, а то как мы с тобой без травм дойдём? – Так сними меня! – буквально кричу уже, собираясь ударить его по и так тупой голове, но парень не даёт мне этого сделать, крепко держа за руки. – Только чуть позже, – он начинает идти вперёд в то время, как я паниковал, потому что упасть ужасно как страшно! И даже на холод совсем всё равно стало, потому что кровь внутри бурлит так, словно я под палящим солнцем, а не на холодной улице вовсе. – Господи, как я тебя ненавижу. Ты и правда хочешь меня убить… – сглатываю слюну, когда он начинает переходить дорогу и в то же время краснею, потому что люди, что в машинах, что на улице глазеют на нас. – Йаа… ты видишь их? Той омеге так повезло с парнем, – шептал кто-то, проходя мимо нас. – Ишь чего устроили… вот почему у нас аварии частые! – щебетала своей подружке какая-то бабка, идя позади нас.       Я старался не обращать на это внимание, но это невозможно. – Ты должен будешь мне три месяца покупать кофе, – шиплю, сжимая руки в кулаки, что, наверняка, ощутил Квон, который засмеялся, соглашаясь на это условие. – Тогда я буду тебе покупать его всю жизнь, если ты станешь моим парнем, – шутит он, заставляя меня краснеть уже от злости. Его шуточки вызовут во мне настоящего демона! – Тогда ты сможешь и мне покупать вкусности, хён! – пищит мальчишка, уже мечтая о своих сладостях. – Верно.       В дальнейшем мы шли до остановки в молчании, потому что в любом другом случае я бы точно треснул альфе, не смотря на его силу и то, что сижу у него на плечах. К моему счастью, он сразу же спустил меня на землю, как только мы дошли до нужного нам места, где и получил под рёбра, правда, он не злился и не обиделся, а лишь посмеялся, принимая своё наказание. Идиот.

***

      По прибытию в участок мы сразу же подошли в регистратуру, чтобы узнать то, куда нам нужно обратиться, на что нам сказали подождать господина Сон, который занимается нашим делом. Мы решили в итоге присесть на лавочку, дожидаясь нужного нам человека. – А что если они поймали не того? – внезапно, разрушая тишину, спрашиваю, думая о таком исходе событий. – Навряд ли, но в любом случае мы узнаем правду. Не волнуйся насчёт этого, – на его «не волнуйся» хмыкаю, потому что ему легко это сказать, а мне сложно осуществить, потому что вспоминаются все те противные слова, что писал тот ненормальный, – как насчёт того… чтобы отпраздновать это потом? Можно позвать Хансоля, Мингю, Вону… ещё кого-нибудь. – Будем об этом думать после того, как того ненормального действительно задержат.       Чуть позже подошёл нужный нам мужчина, при виде которого я сразу же встал вместе с Сунёном, кланяясь. – Здравствуйте, Господин Сон, – в унисон проговорили мы, после чего неловко встал и Доёль, кланяясь. – Добрый день, – проговорил он, держа какие-то бумаги в руках, – пойдёмте со мной. Вы, наверное, хотите увидеть его, верно?       Я глянул на Квона, который уверено кивнул мужчине, который повёл нас в другую часть участка. Там мы прошли в комнату, где стоял стол и несколько стульев. – Я бы предпочёл, чтобы ребёнок остался снаружи, – проговорил полицейский, садясь на один из стульев. Я вывел Доёля, прося его остаться снаружи и посидеть на скамеечке, на что ребёнок без вопросов согласился, оставляя у себя мой телефон, чтобы хоть чем-то развлечь себя.       Когда я вернулся в комнату, то Сунён уже сидел на одном из стульев, спрашивая о чём-то полицейского. Присев рядом, я лишь стал слушать их разговор. – Так, значит, сейчас будет допрос? – Верно. Мы его проводили и раньше, но сейчас хотелось бы увидеть его реакцию на свою жертву, чтобы убедиться он ли это. – Тогда его сейчас ведут сю-       В ту же секунду открылась дверь, и внутрь зашёл мужчина, придерживая молодого альфу, который пах так, что аж глаза заслезились. Никогда бы не подумал, что встречу кого-то, кто пахнет луком, тем более ядреным луком. Я постарался не вдыхать этот запах, который успел заполонить всю комнату, видимо, у этого парня начался гон, что совсем не весело для меня, омеги, который сейчас один среди 4 альф.       Как только подозреваемый увидел меня, его глаза загорелись, а рот раскрылся в какой-то недоброй усмешке. – Джихун-и, – произнёс он лишь ртом, но я понял его и без звука, из-за чего по мне пошли мурашки. Тот, кто писал мне странные вещи, стоит прямо передо мной.       Внезапно этот альфа сделал рывок в мою сторону, выпутываясь из рук совпровождающего. Я до чёртиков испугался, когда этот ненормальный быстро подошёл ко мне ближе, собираясь схватить меня. – Джихун-и, ты пришёл ко мне. Я знал, что ты захочешь встретиться со мной, мал-       Договорить ту противную фразу ему не дал Квон, который вмиг оказался прямо передо мной, закрывая от этого ненормального и несильно толкая того. – Держи свой язык за зубами. Теперь ты точно будешь гнить в тюрьме, – прошипел разгневанный вампир, стараясь притупить в себе желание, схватить за грудки того ублюдка. – Аха… – он нервно переводил взгляд то на меня, то на Сунёна. В то же время его схватил один из полицейских, таща в противоположную сторону стола, подальше от нас. Там его и посадили. – Так значит, это тот самый надоедливый вампир? Слушай, мне кажется, ты слишком стал часто приставать к моему мальчику.       От его слов прошибало током, а глазам так и подкашивали слёзы, но уже из-за запаха, что совсем уже надоел мне. В такой момент хочется ощущать чего-то совсем другого…хочется почувствовать горячий чай, а не отвратительный ядерный лук, что глаза мозолит. – Твоих мальчиков здесь нет, – шипит в ответ Квон, садясь возле меня.       Когда подозреваемый хотел было ещё сказать какую-то колкость, его перебил полицейский. – Чо Ёнхун, вам пора закрыть свой рот, потому что мы начинаем допрос. – Конечно, господин Сон, – сначала он с неприязнью посмотрел на мужчину, но после улыбнулся, делая из себя дурачка. Я нервно выдохнул, стараясь не думать об этом отвратительном запахе и уверено поднял свой взгляд на ненормального, который на тот момент пристально смотрел на меня, словно изучал и впитывал каждую клеточку, вместе с этим скалясь. Моя уверенность сошла на нет, а маска, видимо, разбилась, потому что он слишком удовлетворено смотрел на моё растерянное лицо. К горлу поступил ком, а руки начали дрожать. Бояться вроде нечего, но почему-то меня передёргивает от любого воспоминания об этом человеке. – Чо Ёнхун, вы подозреваетесь в написании сообщений с угрозами Ли Джихуну, – начал было мужчина, настраивая всех на серьёзный разговор, но этот ненормальный всё также улыбался, смотря на меня, заставляя меня волноваться. Какого чёрта я не могу взять себя в руки?! – Вы признаете то, что совершили преступление? – Нет, – совершенно спокойно отвечает он, не отводя от меня своих лисьих глаз. – Откуда вы знаете Ли Джихуна? – Мы из одного университета, – так же спокойно отвечает парень, вдыхая поглубже, видимо для того, чтобы ощутить мой запах, что ещё больше настораживает меня, ведь он смотрит ещё с большим ненормальным желанием на меня. – Вы признаете то, что следили за Ли Джихуном? – Иногда я поглядывал за ним, но до слежки не доходило. А вы бы, господин, сами бы могли оторвать взгляд от такого омеги? – уверено спросил парень, показывая своё восхищение передо мной. Все находящиеся в комнате давно поняли, что это тот самый человек, но для подтверждения нужно звуковое доказательство, чтобы было что показать суду.       Руки Квона то и дело сжимаются и разжимаются при каждом слове парня, а глаза краснеют точно также, как у меня от едкого запаха лука. Я сглатываю, стараясь не разреветься, потому что это будет уж слишком глупо. – Вы признаете, что подложили Ли Джихуну игрушку для взрослых? – Это был всего лишь подарок, – будто это обычное дело, проговорил парень, смотря на мою реакцию, которая не заставляла себя долго ждать. Я нервно выдохнул, пряча руки под столом, потому что стало слишком заметно то, насколько они тряслись, – я всего лишь хотел помочь омеге, у которой нет партнёра. – Почему у вас находился тот самый телефон, с которого писали угрозы Ли Джухуну?       Ёнхун не отвечал, чуть склонив голову. Он смотрел мне прямо в глаза, словно смеясь. – Потому что это мой телефон. – Тогда я спрошу вас снова. Вы признаете то, что писали Ли Джихуну те сообщения? – Если я скажу да, то вы меня запретё за решётку, верно, господин Сон? – отведя в кое-том веке от меня свой взгляд, спросил альфа. – Говорите по делу, Чо Ёнхун. – Я признаю, что писал Джихуну, но не считаю, что это были угрозы, – вновь переведя взгляд на меня, говорил ненормальный, – мне хотелось стать ближе к нему и понравится, но не думаю, что Джихун бы из-за своей холодной природы захотел бы общаться со мной, поэтому я- – Поэтому ты решил писать мне те противные вещи? – не выдержал я, спросив уже напрямую. Все силы, что было потрачены на то, чтобы не заплакать ушли и поэтому из моих глаз хлынули слёзы. Увидев эту картину, парень сразу же радостно улыбнулся, похлопав в ладоши. – Я так давно этого ждал! Ждал того, когда же ты заплачешь, Джихун-и, – словно ребёнок, который получил свою конфетку, он радовался, своим взглядом разъедая меня, словно изнутри. – Джихун.. – прошептал Сунён, беря меня за руку. – Почему ты... – Да потому что как при таком отвратительном запахе не заплакать? Мне уже глаза разъедает этот лук, – честно признаюсь, сжимая руку Квона. – Я знал, что ты будешь рад моему природному запаху. Ты действительно умеешь оценивать вещи, не стесняясь своего мнения, – с восхищением говорил он, кусая свои губы, – поэтому ты мне и понравился.       Кажется, во мне что-то щёлкнуло, потому что после этих слов я застыл, словно кукла, видя своего кукловода. – Неужели те вещи были тебе действительно противными? Кажется, для взрослых они естественны. Мне казалось, что там и общаются два влюблённых человека.       Я смотрел на него, совершенно не понимая, что он несёт. – Но я не влюблен в тебя, – на моё утверждение он лишь хмыкнул. – Но это ведь пока что. Ты уже в моих руках, поэтому ты в скором времени полю- – Господин Сон, давайте закончим на этом, – проговорил Квон, резко вставая, из-за чего противно заскрипел стул. Вампир взял меня за плечи, помогая встать. Мы направились к выходу. – И твоё тело мне тоже понравилось, Джихун-и, – последние его слова я постарался пропустить мимо своих ушей, выходя из комнаты. Сунён крепче сжал мои плечи, идя к лавочке, где сидел Доёль. – Ты.. как? – всё же спрашивает вампир, смотря на моё потерянное выражение лица. Я грустно усмехнулся, стирая с лица слёзы, что прекратили уже давно идти. – Жить буду. – Мы скоро пойдём домой? – спросил мальчик, смотря на нас двоих. – Я уже кушать хочу. – Подожди ещё немного. Нам нужно поговорить с дядей, – просит Квон, с тревогой смотря на меня, – забудь все его слова. Он ненормальный. Тебе теперь уж точно нечего бояться, потому что он пойман. – Я не понимаю, что с ним не так… Почему он не собирается признавать своих ошибок и того, что поступал отвратительно, – пытаясь собрать всё в пазл и найти хоть какое-то объяснение, я обдумывал это всё. – Не ищи для этого объяснений. Он ненормальный. Возможно, его даже загребут в психушку.       Спустя пару секунд из той комнаты вышел и полицейский, который сейчас направлялся к нам. – Господин Сон, вы теперь сможете запечь его за решётку? – Признание он сделал и даже больше, из-за чего статей у него прибавится, поэтому не волнуйтесь теперь. Этот парень точно будет теперь заперт, если не в тюрьме, так в психушке, – сообщил мужчина, смотря чуть позже на меня, – вы в порядке? – Да, всё хорошо. Спасибо вам большое за помощь, – я встал на слегка шатающихся ногах, кланяясь полицейскому. Квон повторил за мной, придерживая меня за плечо. – Тогда можете идти. Никаких документов вам пока подписывать не нужно. Через время мы с вами свяжемся. – Наконец-то… – Сунён тяжко выдохнул, рукой растрёпывая волосы. Где-то минуты две мы просто сидели, стараясь прийти в себя, а после собрались, уходя из этого неприятного места. В этот раз альфа не стал лезть со своими шуточками, поэтому мы спокойно добрались до дома.

***

– Ура, мы дома! – верещал ребёнок, скидывая с себя вещи и убегая куда-то в сторону кухни. Это вызвало у меня слабую улыбку, за которой не скрылась усталость. – Ты так устало выглядишь… – почти шёпотом сказал Квон, раздеваясь. – Ты тоже, – говорю в тон ему, снимая с себя одежду. Альфа и правда выглядел немного убитым. – Если хочешь, то можем сегодня ничего не устраивать, – произносит парень, проходя внутрь квартиры, садясь сразу же на диван, откидывая голову. Меня посетила мысль, что он очень даже вписывается в интерьер моей квартиры. Такой простой, но такой особенный. – Всё нормально… – сажусь рядом с ним, смотря куда-то в стену. – Только если через часика два. Я как раз поспать успею. – Тогда я могу написать ребятам? – чтобы убедиться окончательно в моём решении, спрашивает альфа, что уж слишком сладко и притягательно для меня сейчас пах. После того ужасного запаха лука я готов признать то, что запах Сунёна это что-то святое, то, что испортить нельзя, а иначе последует смерть. Я лишь рукой махаю, давая понять, что ему дозволено делать то, что он только пожелает, поэтому с мимолётной улыбкой он всё же достаёт телефон, собираясь писать ребятам. Я устало закрываю глаза, надеясь поскорее заснуть. – Разбуди меня, когда собираться будем.