Клан четырех стихий. Реквием.

      Мое прибытие отметили праздничным ужином. Рея была прекрасна в своем платье и с животиком.       Кассия рассказывала о планах, дальнейших действиях и результатах. Потом мы с Реей затеяли спор об именах, но он оказался быстрым и малорезультативном. Мы так и не договорились. Я рассказал, что написал на академку с первого февраля. Рея очень обрадовалась, что я буду с ней гораздо раньше.       Но она очень быстро устала и пошла вместе с Кассией наверх. Я остался с Алексом.       — Она хорошо всё переносит, Гарри. Я рад за вас.       — Спасибо, пап, — я называл его так, только когда не было лишних ушей. Ну и в периоды раздражения.       — Мы должны поговорить с тобой, — что-то явно серьёзное.       — О чём же?       — Коронация, — проговорил он так, явно понимая, что мне это не понравится.       — О, нет, почему именно сегодня?! — недовольно я скрестил руки на груди.       — Нам нужно знать всё заранее.       — Алекс! Я жду родов Реи! Раньше просто нельзя! Это разве не причина? — да уж, мне это совершенно не нравилось, и всё же…       — Да, это причина. Ну, ты знаешь, как она проходит?       — Разумеется.       — И ты согласен?       Я, прежде чем ответить, подумал.       Дело в том, что если меня коронуют, Духи, наконец, обретут своего министра магии. В моем лице. С другой стороны, мне не будет покоя. С третьей: мне покоя и так не видать, с моей потрясающей способностью влезать в неприятности.       — Да. Я не откажусь от своих слов, — твёрдо сказал я, давая понять, что, если я сказал и обещал, значит костьми лягу, но сдержу слово.       — Превосходно. Мне очень нравится твоя черта, держать слово. Даже когда трудно, — самодовольно ухмыльнулся он.       — Учусь, пап.       — Ты великолепный ученик, сын, — он подошёл ко мне и приобнял. — Я горжусь тобой. Очень.       — Спасибо, — гордо улыбнулся я.       Мне было приятно, что меня похвалили. Никто или мало кто хвалил меня вообще.        — Пойдём, ты должен отдохнуть, устал всё же, — он обхватил меня за плечи и мы пошли к двери.       Да, я с удивлением осознал это, что устал. Что почти разомлел на удобном стуле и от превосходной еды.       Рея уже спала. Мы не спали вместе, но находились в одной комнате.        Было решено, что Рея спит на двухместной кровати, а я — на одноместной, вдруг что случится. Так что мы были близко и я ощутил, что успокаиваюсь от знакомой магии в пределах этой комнаты.       Я проспал, по-моему ощущению, несколько часов. Но меня что-то разбудило. Я резко открыл глаза и схватил кольцо, чисто машинально.       Оказалось, это Рея. Она лежала на боку и гладила живот.       — Что случилось, Рей?       — Ложные схватки… Оххх… Чёрт…       — Позвать кого-нибудь? Кассию?        — Я… Нет, не нужно, через некоторое время это прекратится. Само собой.        — Ладно, — Рея бывала упрямой. Иногда. Я понимал, что в таких случаях я ничего сделать не смогу.       Я слез с удобной, мягкой, уютной кровати и осторожно сел на краешек кровати, где скорчилась Рея и судорожно дышала. Я зажёг свет. Лицо Реи было бледным.       — Рей, точно не нужно врача?       — Да нет же. Всё нормально, боли утихают.       Она осторожно поменяла позу на горизонтальную и легла на спину, круговыми движениями гладя свой живот. Я осторожно положил свою руку поверх руки Реи. И гладил вместе с ней.        Я чувствовал, как толкаются наши ещё не рожденные дети. Я улыбался во все свои тридцать два зуба и она хихикнула при виде моей гримасы на лице.       — Положи ухо сюда, — велела она. Я сделал, что было сказано. И сразу же услышал ещё одно доказательство существования наших малышей: пульсация сердечек. И одного, большого, материнского сердца.        Я осторожно отошёл и лёг рядом с ней, благо кровать позволяла. И поцеловал её. Она ответила взаимностью.        Мы заснули уже вместе, в обнимку, не смотря на то, что нам завтра влетит от Кассии и от Алекса.