Клан четырех стихий. Реквием.

      — Здесь. Сейчас. Пресс.*       Меня насквозь пробрала дрожь. Даже для меня сложно победить, когда против меня используют пресс — самое жуткое из черномагических заклинаний. И одно из сильнейших беломагических.       Получается так: если я не выдержу, то всем нам крышка.       Итак, мы встали в позу. Мои и её руки взлетели вверх и плавно взмахнули. Стенку мы выстроили одновременно. Я знал, что моя магия, магия Кланов и Алекс помогут мне. Впрочем и Белле тоже: Малфой и Рон взялись за руки, закрыли глаза.       Наши стенки начали касаться друг друга. Дуэль началась.       Мы уже стояли около часа.       Она давила беспощадно: моя стена, отличавшаяся лишь беловатым свечением, трещала и издавала глухие, как при ударе в гонг, звуки. Её же, чёрная, двигалась и наступала. Но сил я не прибавлял: берёг. В этой дуэли выигрывает тот, у кого хватит терпения, да, впрочем, и сил.       Я начал шаг за шагом отступать, моя стенка с каждой секундой приближалась. Белла же, увидев, что я слабею, с удовольствием расхохоталась и ещё больше увеличила свою магию.       У меня начали болеть руки: их сводило судорогами. В итоге у меня потекла кровь, и стала трескаться кожа. И ещё они жутко нагрелись, накалились, как от солнечного света. Белла, увидев мою кровь, жадно облизнулась. Меня передёрнуло. Какая же она противная.       Неужели я всё-таки проиграю? Ведь даже если я берегу силы, то всё равно. У неё сил хоть отбавляй!       Скоро отступать стало совсем некуда: стена возвышалась всего в тридцати сантиметрах от меня. Моим рукам было жарко так, что на глазах выступили слёзы. Мне ещё и болевого шока не хватало.       Я начал пить силу Кланов. Она же всё так же обходилась своей. Да сколько же у неё сил! Чёрт!       Алекс за моей спиной перешёптывался с кем-то. Я почти видел, как он заламывает в отчаянии свои руки. Но помочь мне некому.       Тут с воем падает на землю Рон, затем Малфой. Они катаются по земле и орут от боли, обхватив тело, но помочь им некому: Белла выжила из них всю магию, а пустые сосуды ей не нужны.       Тут я заметил, как и она начала дрожать. Я понял, что она призывает всю свою магию, чтобы справиться со мной. Но тут меня пронзила вспышка боли: у Кланов кончилась магия. Всё, остаюсь лишь я и мои внутренние резервы.       Я упал на колени, но не отпустил поднятых рук. Она вновь рассмеялась своим противным смехом, от которого, казалось, из ушей кровь потечёт.       — Что, у Кланов кончилась магия? Ну надо же, какие вы все слабые!       — Мы… не… слабые… — сквозь зубы процедил я, сражаясь с собственным же дыханием. — просто это… ты… пользуешься… заемными. Чёрная… магия скоро… востребует… оплату…       — Да что ты говоришь… Ложь! — выкрикнула она. Видимо, под состоянием злости резко увеличила напор, но и я решил в долгу не оставаться, приложу все усилия, чтобы она не сдвинула мою стену.       Каким-то чудным образом мне это удаётся.       Она изо всех сил давит, моя стенка странно скрипит, но всё ещё не продавливается. И тут я увидел, что её магия формирует из неё антимагический образ — это химера. Её магия очень сильна.       И всё же… Я слаб.       Мои руки начали просто гореть. Запах крови распространился по всей окрестности, от чего стало тошно.       Химера или Белла в образе химеры, взвыла на весь голос, напор магии всё ещё высокий.       — Что, силёнок не хватает? А? Вуха-ха-ха! — а я думал, что женский голос всегда приятный. Противно.       Я ничего не ответил. Держать, держать, держать… Сколько же у неё сил?       Она ударил в левую часть стены.       От ужасной боли я не удержался, вскрикнул. Эти боли подобны мукам ада, но нет, я всё ещё держал стену, не опуская рук. Я чувствовал, как кричит позади меня Алекс, но что именно, разобрать не смог…       И вновь она ударила в правую часть. Из моих глаз посыпались искры. На миг мое сознание помутнело, но нет, я этого не позволю. Ради моих близких я буду биться до конца! Сразу же поднял голову. В глазах противно потемнело, но я всё ещё держался. Надолго ли меня хватит?       Я ещё жив, жив, жив…       Она била безостановочно, проверяя мое заклинание на прочность: правый угол, левый, низ, верх, бок… Почти при каждом ударе в глазах темнело: больно, во рту металлический и солоноватый привкус крови. Это моя кровь… Я кричал без перерыва, раздирая свои связки. Точно теперь охрипну.       Вдруг с моим телом что-то начало происходить. Меняюсь. Химера начала медленно отступать.       И вновь я потерял сознание, не понимая, что происходит. Но ненадолго, неожиданно меня наполнила магия.       Не поняв как, но я превратился в белого дракона. Химера начала реветь от ярости, но сделать ничего не может.       Мы одновременно взлетели в небо. И там продолжается наш бой. Не на жизнь, а на смерть.       Белая магия сталкивался с черной. Мы пытались подпалить и прокусить шкуру друг друга. У меня в голове крутилось лишь одно: убить и защитить…       Неожиданно я удачно сделал выпад, и дотянулся до её горла, которая ничем не была защищена. Мои клыки прокусили её горло насквозь, а ведь они ещё и ядовитые…       Химера нечеловечески взвыла, и я услышал в её реве крик Беллы. Первый раз она кричит от боли.       Она с грохотом упала на землю уже в виде ведьмы. Я опустился около неё. Она задыхалась, но всё ещё жива.       Сила магического источника вышла из неё в виде большого белого шара. В этот момент к нам быстро подбежал Авалон, резко выхватив шар, спрятал в специальной шкатулке.       Я подошёл к Белле. Надо покончить с этим, навсегда.       Я стоял перед ней, не чувствуя ни страха, ни боли, ни ужаса, ни тревоги. Мои чувства, словно атрофировались. Я не чувствовал к ней ни ненависти, ни злости. Я просто смотрел на чудовище, которое отняло у меня всех: крёстного, моих взрослых защитников, друзей с факультета Огня, Воды, Земли и Воздуха. Мой Наставник, который заменил мне отца, смотрел на меня с расширенными глазами, видит, что я ранен, серьёзно ранен…       По моему левому боку текла тёмная кровь, кажущаяся почти чёрной в фиолетовой вспышке заклинания — защиты. Если мне не помогут, то последствия ран будут необратимыми… Мои белые одежды Клана Духа измазались пеплом вперемешку с потом, кровью и грязью. Наставник молчал, лишь неровно дышал, хватая воздух ртом, но молчал. Он знает, что я сделаю это — убью эту дрянь, которая сломала мне прошлое, настоящее и будущее. Убью, не смотря ни на что…       Сзади меня стояли освещаемый огнями Хогвартс, друзья, учителя, даже оба директора моих школ — Авалон и Дамблдор, приняли участие в драке за мой первый дом, которым стал Хогвартс, а точнее, за магический источник, за господство над белой, чистой магией — отступать нам некуда, да и не зачем… Войско Беллы уничтожено, близкие соратники казнены или были переловлены Кланами, которые объявили войну, за смерти наследников Кланов, Магии, Семьи…       Белла что-то говорила мне, но я не слышал, я поднял правую руку на уровне лица, чувствуя, как растёт во мне магия, зреет заклинание, быть может, уже последнее для меня. Сила Духа подняло во мне горячую, обжигающую волну. Кровь начинает литься уже из магических татуировок, которыми буквально покрыто, унизано мое тело — признак приближающейся, подбирающейся ко мне всё ближе и ближе смерти. Кровь струится по лицу, пропитывает одежду, которая из серой, становится багрово-красной. Я произнёс заклинание… Белая молния, луч мощнейшего чистого света прилетело прямо в сердце чёрной ведьмы, которая лишь на миг стала сильнее бывшего Тёмного Лорда, который сгинул от моих же рук. Это страшное заклинание, оно лишает того, что мы все называем душой…       Я смотрел, как Беллатриса на миг замирает, смотря на меня взглядом самой тьмы. Я видел, как смерть пожирает то, что осталось от её души, она продалась задаром чёрной магии, как и её покойный Хозяин. Мне совершенно не было страшно… Позади, наверняка, побледнели многие, если не все. Защита странно проскрипела и пала вокруг меня. Защитное заклинание сгинуло. Вокруг меня начинало всё странно мерцать, но я видел, как извивается в последней агонии тело Беллы. Я успел увидеть, как подбегает ко мне Алекс.       Последняя моя мысль: боюсь, я не увижу, как мой Лео окончит Академию Авалон, не увижу как растут мои дети, не увижу Рею…       Темнота смыкается надо мной… Она поглощает меня, и я падаю в могильную черноту…