Домик на крыше

      Проснувшись, я не сразу сообразила, что не так, но что-то определенно изменилось. Стало чуть более тепло, уютно и даже как-то… тесно? Я открыла глаза и чуть не взвизгнула – прямо передо мной лежало умиротворенное лицо Адриана. Точно, он же остался тут, не захотел возвращаться домой. Мы разговаривали всю ночь, да так и уснули в обнимку.       Я улыбнулась. Он был таким милым, когда спал. Таким по-детски невинным и беззащитным. И не скажешь, что перед тобой лежит дерзкий супергерой Парижа, готовый принять на свой любимый жезл любую атаку, какую пошлет ему акума.       Ах да, больше ведь не будет акум. Так непривычно. Нам больше не нужно будет ни с кем сражаться, не нужно будет ждать нападений и следить за новостями. Можно расслабиться и успокоиться. И больше… не превращаться в супергероев?..       Я задумалась.       Пожалуй, я бы не отказалась от того, чтобы продолжить время от времени носить супергеройский костюм. Да и Адриан, думаю, не будет против. Он так любит свою маску. Надо бы еще поинтересоваться мнением квами и спросить разрешение хранителя.       А пока действительно можно расслабиться.       Беззвучно зевнув, я принялась разглядывать лицо безмятежно посапывающего Адриана. Это тоже было для меня непривычным. Мы никогда не засыпали и не просыпались вместе. Однако я вспомнила, как однажды мне приснилось, что я чуть не поцеловала его спящего. Не выдержав, я хихикнула и разбудила этим Адриана.       Тот открыл глаза, сонно взглянув на меня, и хрипло спросил:       – Маринетт?       – Адриан? – эхом отозвалась я и снова хихикнула. Вот прямо как в том сне! Что я там дальше говорила?.. – У тебя там соринка.       – Где?       – В глазу, – я весело рассмеялась, глядя на его озадаченное лицо. – Прости, это просто фраза из сна. Ты мне снился, когда мы еще не встречались.       – Тебе снилось, что у меня соринка в глазу? – как-то слегка обиженно спросил он.       – Нет, – я слегка покраснела, но все же призналась: – мне снилось, что я подхожу к тебе спящему и хочу тебя поцеловать, но ты вдруг открываешь глаза, и я несу эту чушь про соринку. Но потом ты меня все-таки ловишь и целуешь.       – Мм, а мне нравится этот сон, - промурлыкал Адриан и хитро прищурился. – Хочешь повторить?       – Да что там повторять? – я отвела взгляд. – Ты и так меня э… ловишь с завидной постоянностью. Да и я больше не убегаю.       – Тоже верно, – усмехнулся он и вдруг, вспомнив вчерашнее, помрачнел.       Мгновенно уловив его настроение, я на секунду прикрыла его рот ладошкой.       – Нет, давай сегодня не будем об этом, – мягко попросила я. – Как насчет вкусного завтрака?       – Крумяусаны? – оживился парень.       – Есть еще пурряники, – подмигнула я и поднялась. – А из серьезной еды я еще пурриготовила вчера для нас вкусный суп, так что начнем мы, пожалуй, с него.       – Обожаю, когда ты каламбуришь, Мурринетт, – пропел Адриан и цапнул меня за руку. Обернувшись, я вопросительно взглянула на него. А парень, поцеловав мою ладонь, широко улыбнулся. – Я так рад, что мы вместе.       – Я тоже рада, Котенок. Пойдем?       Он послушно встал, и я хихикнула.       – Вот это у тебя прическа! Это всегда так?       – Если ты про беспорядок на голове, то да. Мне всегда укладывают волосы каждое утро. Но не в этот раз, – он усмехнулся и взъерошил волосы еще больше. – Чувствую себя бунтующим подростком.       Я оглядела его критическим взглядом.       – Так ты и есть бунтующий подросток. Вспомни, сколько нам лет. И ты к тому же ушел из дома.       – Я ушел не насовсем, – напомнил он. – Сегодня утром им точно будет не до меня, так что можно вернуться и позже.       – Все равно бунт, – весело переглянувшись, мы рассмеялись и пошли на кухню.