Наша притворная любовь

      Наруто не понимала, когда это начало происходить с ней. Все началось так быстро и неожиданно, что создается ощущение, будто произошедшее с ней — просто сладкий с горьким привкусом сон. Наруто было пять, когда начался весь кавардак       Узумаки Наруто — дочь четвертого хокаге. Желанная невеста для каждого. Когда наследница клана Узумаки была маленькой, к ним в дом часто приходили гости: чаще всего это были родители с их избалованными сыновьями. Мальчики были разного возраста: и младше неё, и ровесники. Были даже старше на десять — пятнадцать лет. Они всегда обсуждали тему женитьбы, но девочка даже слушать ничего не хотела. Рано ей ещё. Хотелось просто пожить, наслаждаясь домашним уютом и покоем, желательно в нежных объятиях мамы и папы. И чтобы дядя Джирайя тоже был рядом. Родители хоть и смеялись над серьёзностью их дочери, но полностью поддерживали её. «И правильно, нечего спешить замуж выскакивать, мала ещё, — фырканье лисёнка-переростка всегда забавляло девчушку.»       Мягкие золотые волосы девочки, заплетённые в одну довольно-таки толстую косу, сияют на солнце. В её голубых глазах отражается небосвод, полный искрящихся звёзд. Плещет океан, утягивая в самую бездну. У неё смуглое детское личико, которое всегда озаряет искренняя и задорная улыбка. На пока ещё пухлых щечках находятся по три тонких полоски с каждой стороны, из-за чего девочка напоминает маленького лисенка. Она низкого роста, поэтому кажется ещё милее. «И в кого ты такая коротышка, юная джинчурики? — Курама любил насмехаться над ней, вот же лисья морда.»       И вот, когда Наруто исполнилось тринадцать лет, от женихов не было отбоя. Они преследовали её повсюду, не давая девочке желанного. Буквально повсюду. На тренировках она ощущала постороннюю чакру и совершенно «случайно» метала сюрикены и кунаи в сторону деревьев и кустов (откуда потом слышались недовольные возгласы) В «Ичираку рамен» было слишком много народу: когда она приходила, ухажеры пытались заплатить за неё, но Узумаки всегда была гордой. Она никому не позволяла отдавать за неё деньги. Ни гроша. Старик Теучи часто подкалывал её тем, что благодаря её обаянию, его скромная лавочка скоро разбогатеет. В библиотеке постоянно шумели, не давая сосредоточиться на прочитанной информации. Эти идиоты даже домой к ней приходили! Домой, черт возьми! Постоянно кричали под окнами и это бесило. Жутко. Хотелось просто высвободить Кураму и уничтожить их всех. «Я тебе что, личный телохранитель? Вот ещё, тоже мне пугало нашла, женихов отпугивай ей! — Кьюби часто ворчал по поводу глупых ухажёров. — Хотя мне тоже не нравятся эти смазливые морды, бр-р-р...» Наруто было тринадцать, когда они впервые встретились Поляна, на которой дочь Хокаге искала новое место для убежища от слишком назойливых «претендентов на её руку и сердце» была просторной. Вокруг было много деревьев, а на возвышенности стояла одинокая сакура. Словно гордая принцесса, она раскинула свои ветки. Вдруг на глаза ей попался молодой парень. Он тренировался в метании кунаев. Стоит признаться, что у него это получалось очень здорово, даже завораживающе. Оружие пролетало мимо листьев и лепестков сакуры, четко попадало прямо в мишень. Поистине волшебное зрелище. Юноша, по мнению Узумаки, был старше неё лет на пять, может, и меньше. Высокое, стройное и подтянутое тело, черные лохматые, как у ежика волосы. Девочка не видела его лица, но почему-то была уверена, что он симпатичный.       Идея пришла сразу. Можно даже сказать, что девочку озарила яркая мысль. Не хватало только лампочки над головой. «Что ты задумала, девчонка? Что бы то ни было, брось эту идею!»       Джинчурики быстро подбежала к парню, остановилась перед ним и пробежалась оценивающим взглядом. Молодой незнакомец почему-то отчаянно напоминал ей Учих. Она не могла понять из-за чего точно. Может, дело в черных, не показывающих никаких эмоций глазах. «Фи, какие противные чёрные глаза, напоминает мне Учих» — То, что надо! — радостно воскликнула девчушка и хлопнула в ладоши. «Что там тебе надо? Объясни, наконец, светлая ты наша головушка!»       Юноша вопросительно поднял бровь. — Хм? «Точно Учиха» — промелькнула в голове радостная мысль. «На все сто процентов Учиха, — Курама недовольно рыкнул.» — У меня проблемы, причем довольно-таки серьёзные. Поэтому мне нужна помощь, желательно твоя. — Объяснись, — его мягкий голос звучал твёрдо и уверенно, от чего у девушки что-то екнуло внутри. — Вокруг слишком много людей, — быстро выпалила она, не подумав. — Это вполне естественно. Предупреждаю сразу, резней заниматься не собираюсь. — он ухмыльнулся, что слегка позлило девочку. Не об этом она его просить собирается! «Ахахах, а парень-то с юморинкой! — ржач Курамы отдавался болью в висках.» — Резня здесь не при чем, — она хмурится, собираясь говорить на полном серьёзе. — Все дело в парнях. Мне не дают покоя эти самовлюблённые идиоты. Меня раздражает, что они бегают за мной с криками «Нарутоооо-тяяяян» и постоянно спрашивают, как поживает мой отец, надеясь попасть ему в любимчики. Я просто хочу тишины и покоя! — спокойный голос потихоньку начал срываться, но Узумаки не могла перейти на крик. Гордость не позволяла показывать свои эмоции незнакомцу. — Бесят, что видят во мне дочь Хокаге, а не личность. «Выговорилась наконец-таки. Но кому? Учихе! Позор на мою рыжую голову! Только успокойся, а то скоро резинка порвётся, твои прекрасные волосы разделятся на девять частей, подобно моему великолепному хвосту, и ты будешь вылитая мамаша в гневе!»       Только сейчас она заметила, что пряди, выпадающие из её косы, зависли в воздухе, а пальчики впились в ладошки, из-за чего из них немного сочилась кровь. «Чёрт, Курама прав. Надо успокоиться. Просто возьми себя в руки.»       Юноша лишь понимающе кивнул и, с явным интересом вперемешку с недопониманием, смотрел на собеседницу. Шисуи прекрасно понимал девочку. Его тоже раздражали девушки, лезущие в его личную жизнь. Итачи часто говорил, что либо следует просто найти себе девушку и все отвяжутся, либо создать видимость, что такова имеется. — Что тебе нужно от меня, Узумаки Наруто? — он глядел прямо девушке в глаза, надеясь увидеть в них все эмоции, испытываемые ею. Видимо, её ничуть не удивило, что он знает её имя. — Притворись моим парнем. — она просто выпалила эту фразу, как пулемет, краснея от смущения и стыда. — На неопределённое время, пока всё не утихомирится.       Учиха аж воздухом поперхнулся. Что сейчас сказала эта девчонка? Он не ослышался? — Чего? - мальчишка просто выкрикнул этот вопрос. «У меня тот же вопрос! Какого кьюби? Не проще ли собачника попросить? Он по тебе давно слюни пускает! Какого чёрта именно Учиха?» — Почему именно я? — все, что он говорит и продолжает пытать взглядом джинчурики. «Вот-вот! Я о том же, малявка!»       Узумаки смотрела на него хитро, прямо по-лисьему, словно заранее придумала ответ. — Ты вполне симпатичный. Смею предположить, что ты уже чунин, если не джоунин. Следовательно, постоянно на миссиях, из-за чего «спектакль» придётся играть редко. И, главное, — она выдержала паузу, — по моим предположением, ты — Учиха, а у них всегда полно фанатов. Тем более, ничего подозрительного не будет в том, что Учихи и Узумаки ладят. «Ах, какая проницательность! Просто сверх-разум.»       Шисуи, мягко говоря, обалдел, ведь девчонка сообразительной оказалась, всё по полочкам разложила. Но был ещё один важный вопрос. — Умно. Но почему бы тебе не поговорить с Саске? — молодой шиноби знал, что кузен хорошо общается с дочерью хокаге. — Вы же вроде друзья, верно я говорю? «Он дурак что ли? — Курама продолжал возмущаться.»       Наруто лишь хихикнула, после чего звонко рассмеялась. «Чё ржёшь-то, мелюзга?» — Глупенький, — она мило улыбнулась, смахивая с длинных ресниц слезинки, — в том-то и дело, что мы друзья. Все знают, что мы не чувствуем ничего друг к другу, кроме дружбы. Согласись, было бы глупо если вдруг лучшие друзья детства ни с того ни сего начали встречаться. «Логично, девчонка. Думать ты иногда умеешь, — Курама зловеще ухмылялся.» — Хм, логично. «Хватит повторять за мной, красноглазик! Наруто, скажи своему Учихе, чтобы он перестал повторять за мной!»       Шисуи обдумал все слова дочери хокаге. Если подумать, то её идея не так уж и плоха. Выгода есть у обоих, а именно тишина и покой. Но Шисуи не был бы Учихой, если бы не потребовал ещё чего-нибудь. — Я согласен сыграть главную роль в твоём «спектакле», но… «Что? Что он сейчас сказал? Похоже, у меня сера в ушах застряла...» — Что? — Что ты можешь предложить мне кроме покоя, который обеспечен нам обоим, и то благодаря мне? — шиноби хитро улыбнулся. Ему интересно, на что готова пойти Узумаки в собственном спектакле. «Вот нахал! Ещё и лыбится. Шаринганец треклятый, так бы и выцарапал ему глазюки! — от рыка Курама всё внутри похолодело.»       Девочка на секунду задумалась, но тут же продемонстрировала ему свою фирменную «лисью» улыбку. — Ты любишь вкусно поесть? — А кто не любит? — Шисуи развёл руки в стороны, словно вопрос был самым лёгким на свете. «Ты же не собираешься готовить ему вкусняшки?» — Тогда отлично! Предлагаю тебе свою стряпню в обмен на хорошо сыгранную роль. «НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!» — Ещё неизвестно, как ты готовишь. Может, отравишь где-нибудь в лесу и вспоминай как звали. «Вот и не надо знать! Обожрёшь ещё. Эй, человечишка, если ты будешь его кормить, он у нас поселится! А у меня аллергия на Учих! Сильная. Вот! А-апчхи-и!» — Придется идти на риск.       Шисуи тяжело вздохнул. На что он идёт? Разум кричал, что идея плохая, но сердцу хотелось рискнуть. — Ладно, я согласен. «О-ой, дура-а-ак! — Курама хлопнул себя лапой по голове.» — Отлично! И, кстати… — она вновь оценивающе посмотрела на парня. «Ну, чего тебе ещё, неугомонная?» — Что? — Шисуи сам не знал почему, но отчего-то под пристальным взглядом Узумаки покраснел. — Как тебя звать-то, пока ещё не отравленный, не потерявшийся и не забытый? «Фи, как некультурно! Просить Учиху стать своим парнем и даже не поинтересоваться как его зовут!»       Снова эта озорная улыбка. Она слишком много улыбается. Учиха лишь удивлялся, как мышцы её лица терпят такое. — Шисуи. Шисуи Учиха, — он обречённо вздохнул и посмотрел на небо, молясь Богу, чтобы он в скором времени не умер от стряпни Узумаки младшей. — Как я и предполагала — Учиха! Ну, а моё имя тебе знакомо. Наруто Узумаки, люблю рамен и апельсины. «Обжора ненасытная, гурманка чёртова» Шисуи не знал, что его ждёт дальше, но в одном он был точно уверен. «Эта Узумаки довольно-таки странное создание...» Наруто было пятнадцать, когда до неё дошло, что Шисуи — парень       Возможно, это покажется странным, но Наруто не воспринимала Шисуи как парня. Она и не заметила, как играла этот спектакль на протяжении двух лет. Самое интересное, что родители не были против. Ребята просто всё им объяснили (зато Курама возмущался как только мог)       Представители обоих кланов решили, что это неплохая идея, поэтому их игра в «самую счастливую пару Конохи» продолжалась. За эти два года Наруто похорошела: хрупкая девичья фигурка округлилась, но была одна большая проблема — рост. Узумаки до сих пор была коротышкой. Метр пятьдесят девять в её пятнадцать лет! Метр пятьдесят девять! Киба часто подшучивал, что Наруто «непропорциональная». Его любимой фразой была: «Узумаки, какого чёрта ты такая мелкая, а грудь у тебя огромная?» После каждой своей «остроумной» шутки Киба получал по полной от пылающей красным огнём Джинчурики. В такие моменты он мог поклясться, что её вечно выпадающие пряди зависали в воздухе, глаза наливались алым цветом, а зрачок становился узким и вертикальным. Именно поэтому он предпочитал больше умалчивать насчёт фигуры подруги. «Так его, так! Выбей всю дурь из него! Только мне можно издеваться над малявкой!» Но кое-что её беспокоило больше, чем подколы друга. Многие девушки часто бросали завистливые взгляды на дочь хокаге, ведь Наруто до сих пор дружила с Саске, тренировалась с ним и учила новые техники. В этом вся суть дружбы — помогать друг другу и быть опорой в трудный момент, однако навязчивые фанатки не понимали этого.       Наруто надолго запомнит тот момент. Было темно и она шла домой обходными путями. Прохладный ветер обдувал щёки, теребил толстую косу, играя с золотыми прядями. Именно тогда она встретила их. Три девушки, примерно её возраста, возможно даже старше, смотрели на неё с невообразимой ненавистью. — Что тебе нужно от Саске? — высокая брюнетка с холодными, как лёд глазами смотрела на неё, — Ты, мелкая дрянь, отвечай! «Ничего ей от этого урода с "утиной жопой" на голове не надо!» — Ничего, мы просто друзья, — голос джинчурики звучал твёрдо и уверенно. — Ага, конечно, так мы тебе и поверили. — писклявый голос довольно-таки крупной блондинки резал слух. «Так мы тебе и поверили! — передразнил Курама девушку, — Тьфу, курицы тупоголовые» — Мы абсолютно уверены, что ты хочешь захапать его себе своими чудовищными лапищами, монстр. — Узумаки было откровенно плевать, как её назвали. Она не видела внешности третьей особы, но низкий, практически басистый голос заставил её слегка улыбнуться. «Это кто тут ещё монстр? Нет, ты слышала, Нару? Врежь им, врежь хорошенько! Давай, я даже сил тебе побольше придам.» — Так ты ещё и ржёшь, дрянь! — та самая брюнетка резко подошла к дочери хокаге и занесла над ней руку. «Бе-е-ей уродину-у-у!»       Наруто уже была готова дать отпор, но неожиданно перед ней появилась чья-то спина. Некто перехватил запястье брюнетки. «Опа» — Между ней и Саске ничего нет и быть не может. — тихий шёпот вгонял в дрожь. Джинчурики узнала этот голос, она ни с чем его не спутает. — Хочу напомнить вам, что Узумаки Наруто — моя девушка уже как два года. Именно поэтому у неё не может быть никаких романтических отношений с братишкой. Всё поняли? «О, как всё разрулил!»       Наруто примерно знала, какое у него сейчас выражение лица. Судя по мгновенной реакции девушек, его взгляд просто уничтожал. Узумаки подловила себя на мысли, что не хотела бы ощутить его на себе. «Сейчас начнется потоп розовых соплей! Где мой зонтик?»       Дальше всё было как в дешевом романе для маленьких девочек. Порывы ветра усиливались, заставляя кожу покрыться мурашками. Когда Шисуи обернулся, его волосы трепетали в воздухе. Сейчас его взгляд был добрым, полным любви и заботы, как обычно смотрят старшие братья на младших. В этот момент внутри что-то щёлкнуло. Наруто не сразу поняла, что её щёки пылают. Сейчас один из гениев клана предстал перед ней в новом виде. Он красивый, высокий, крепкого телосложения парень. Парень, Курама её дери. Наруто было семнадцать, когда она поняла, что парень начинает ей нравиться.       Всё началось с её стряпни. Наруто сделала бенто для Шисуи на его первую миссию после их встречи. Когда он вернулся, то "парочка" пошла на пикник. Специально для такого повода Наруто наготовила много вкусностей, включая любимый вишневый пирог Шисуи. (эту маленькую деталь она узнала от Саске) Кто же мог подумать, что их трапезу нарушат друзья её "парня" — четыре высоких юноши в жилетках с символом клана Учих. На удивление, все они выглядели смущённо. Видимо, им было неловко. Но неожиданно все подошли к Наруто и поклонились ей; их щеки пылали, а глаза блестели, как у голодных щенят. — Наруто-сама, — голос неуверенно дрожал. — мы знаем, что это очень некультурно с нашей стороны, — юноша затих, сделав глубоких вздох, он выкрикнул, как из пулемета, — но не могли бы вы и нам готовить еду на миссии?!       Повисла неловкая пауза. Шестерёнки в голове Наруто энергично закрутились. Осознание пришло так же быстро, как покраснели щёки маленькой хозяюшки. — Ч-ч-что?! — девушка буквально выкрикнула свой вопрос. «Похоже, этот проглот всю свою компашку на твою стряпню подсадить хочет.» — Не волнуйтесь, — второй юноша поднял руки перед собой, словно защищаясь от джинчурики, — мы сами будем закупать все продукты. — Да-да-да! — третий шиноби энергично закивал головой, судя по виду, он был примерно её ровесником. Щеки мальчика покрылись милым румянцем. — Ваша еда — просто настоящий кулинарный шедевр! «Это я её всему научил. Поварёшка и розовый фартук с кружевами — главное орудие в кулинарии!»       С каждым новым словом щёки начинали пылать ещё ярче. Готовить для Узумаки — сплошное удовольствие, поэтому ей не составит труда готовить на пару порций больше, чем обычно. Она уже была готова дать ответ, как сидевший рядом Шисуи заговорил: — Простите, ребят, но мне самому мало такой вкусной еды. Уж извините, но я жа-а-адина-а-а. — последнее слово он буквально пропел и, словно в подтверждении своих слов, отломил кусочек пирога и положил его в рот, медленно жуя, наслаждаясь вишнёвой начинкой. Его любимый пирог. Тогда он походил на кота, объевшегося сметаной. «Ну-у-у, его можно понять. Я бы тоже на его месте не делился едой. Жрачка — это святое!» — Всё по справедливости. Девушка — моя, — он приобнял за плечи Наруто, придвинув её к себе максимально близко. — значит и всё, что она готовит, принадлежит только мне. «Вот же чёртов собственник!»       Джинчурики хорошо запомнила выражение их лиц: разочарованные, но всё равно улыбчивые. — Мы рады за тебя, Шисуи, тебе и правда повезло с девушкой. Милашка, хороший боец, да ещё и хозяюшка — прямо маленькая жёнушка. — юноша прыснул в кулак. «Э-э-э, вы тут с шуточками насчёт жёнушки не перебарщивайте! Да, красавица! Да, задаст трёпку любому! Да, готовит вкуснее мамаши! Но это не повод сводить её с этим вампирюгой!»       Остальные подхватили веселье. Одна лишь Наруто стала красней маминых волос, которые, между прочим, были очень яркие. «А мне вот не весело!»       Сейчас ей семнадцать, и они снова, как тогда, устроили пикник на их любимой полянке, под цветущей сакурой. Ребята всё так же притворяются «самой преданной и искренне любящей друг друга парой». Вдоволь наевшись, Шисуи, как настоящий кот, лёг на колени Наруто. Он делал так уже не первый раз, но девушка всё равно краснела, хоть и меньше, чем раньше. По привычке, джинчурики запустила ладонь в ежик волос. Короткие пальчики теребили темные непослушные пряди. Она могла поклясться, что Шисуи издавал какие-то звуки, похожие на довольное мурлыканье. Юноша согревал своим телом её колени, как настоящий кот. Ей это нравилось. Нравилось, как Шисуи по-хозяйски прижимает её к себе, когда засыпает. Нравилось то, как её колени чувствуют равномерное биение его сердца. Нравилось, когда он улыбается, пробуя её еду. Да и вообще его улыбка. Нравилось, как щекочет её, когда они забывают свои обязанности и играют, словно дети. Нравилось, когда он расплетал её волосы, бережно расчёсывал каждую прядку, укутывался в них, будто в шаль и заплетал заново в красивую, по его мнению, причёску. Ей нравился сам Учиха. Она осознала это именно в этот момент. Двадцать первого марта Наруто поняла, что Шисуи ей нравится. ЕЙ НРАВИТСЯ ШИСУИ, ПРОКЛЯНИ ЕЁ ШАРИНГАН! Наруто было девятнадцать, когда она вдруг осознала, что Шисуи не играет свою роль — он ею живет.       Это был самый обыкновенный приём, на котором собирались друзья Минато и Кушины, но даже в такой вечер Наруто предпочла надеть униформу Джоунина. Ну вот не любила она платья. Как бы Кушина не старалась, её дочь напрочь отказывалась влазить в красивые наряды.       Наруто хорошо запомнила, как Шисуи навязывался пойти с ней. Нет, не из-за интереса к мероприятию или к делам её отца. Он просто не мог позволить, чтобы ЕГО "девушка" была весь вечер в окружении парней. Именно поэтому один из гениев клана всё время стоял с джинчурики и бросал убийственные взгляды на всех, кто осмеливался подойти, посмотреть, даже вздохнуть в сторону Узумаки. Для одного навязчивого юноши Шисуи активировал Шаринган — от кавалера как след простыл. Но "сладкая парочка всея Конохи" не собиралась проводить весь вечер на этом приёме: у ребят были другие планы, а именно пойти смотреть на звездопад, про который им рассказывала Цунаде. И вот когда на часах уже было восемь, "возлюбленные", вежливо попрощавшись со всеми, ушли на их любимую поляну.       Шисуи, как настоящий джентельмен, прихватил с собой два больших теплых пледа. Они устроились... необычно: один плед парень постелил на землю, а другим укрыл себя и девушку. Вот только Шисуи сел, облокотившись на дерево и, чтобы Наруто "было теплее", посадил её к себе спиной. Джинчурики пылала ярче, чем звёзды, только красным цветом. Ей и правда было тепло в таком положении, вот только очень неловко. «Курама уже во всю ржал над неловким положением своей подопечной»       Вокруг было тихо и спокойно: прохладный лёгкий ветерок играл с лепестками сакуры. Тёмное, словно чернильное пятно, небо озарялось маленькими яркими точками. У Наруто было ощущение, что именно сегодня звёзды горят ярче, чем когда-либо. Тепло сидящего сзади парня приятно согревало всё тело. Сидя рядом с ним, укутанная в колючий плед девушка чувствовала себя счастливой. Вот только есть ли у неё причины для радости? Ведь всё, что происходит с ней — понарошку. Простой детский спектакль, который она устроила чисто из самозащиты. Желанный покой она получила — рядом с Шисуи к ней никто не приставал, не преследовал, не подкатывал. Всё было идеально, но понарошку. Вроде бы. За последние два года девушка стала ловить себя на мысли, что потихонечку влюбляется в Учиху. И ей это не нравилось. Она пыталась заглушить свои чувства, вразумить саму себя, успокоиться, но всё было тщетно. Наруто бы и дальше углублялась в свои мысли, если бы не голос парня. — Эй, соня, сейчас все звёзды проспишь. — девушка не могла точно знать, что на лице у этого парня, но она была уверена, что он ухмыляется. — Хм-м-м? — Эй, так делают только Учихи, — он потрепал её по голове, — а ты пока что не Учиха. "В каком это смысле пока что не Учиха?"»       Наверное, первая звезда упала в тот момент, как покраснели щеки Узумаки. Буквально спустя несколько секунд, всё небо засияло звёздами. Завороженная таким восхитительным зрелищем девушка не заметила, как Шисуи прижал её поближе к себе. Когда его руки легли на талию девушки, та вздрогнула. Она повернулась к нему лицом, его глаза пристально смотрели на неё. — Как думаешь, может ли актёр вжиться в свою роль до такой степени, что станет жить ею и зависеть от неё? В буквальном смысле слова.       Наруто не сразу поняла, к чему он клонит. Спустя секунд двадцать пять до неё дошёл смысл сказанных слов. — Думаю, да. — джинчурики говорила медленно, неуверенно. — К чему ты клонишь? — Не догадалась? — Шисуи улыбнулся своей хитрой дерзкой улыбкой, которая невольно заставила её улыбнуться. «Я чёт тоже не допираю! Какие актёры? Какие роли? Какая зависимость? Он наркоман что-ли?» — Мои догадки могут быть ошибочными, лучше скажи прямо. — лисья улыбка тут же озарила её личико. — К чёрту слова. — шёпот обдал губы Узумаки. Он слишком близко, между ними миллиметры. Буквально меньше чем через мгновение сухие губы Шисуи накрыли пухлые алые губки Наруто.       Первый поцелуй. Он такой трепетный, слишком неуверенный и смущающий. Каждый мог почувствовать жар, исходящий от лица целующего. Именно в этот важный и до жути волнующий момент Наруто поняла: Шисуи больше не играет роль возлюбленного Узумаки, он ею живет. В принципе, как и она сама. "Мда уж, подарить свой первый чмок-чмок Учихе — всё равно, что подписать контракт на вечную кару. Многие думают, что представители этого клана жестокие, не понимающие ничего в любви и дружбе люди, но это не так. Знаешь ли ты, моя милая джинчурики, что Учихи, как никто другой ценят дружбу и дорожат любовью? Они самые привязанные люди, которых я знаю. Вот только стараются скрыть все свои чувства.       Влюбившись однажды, они никогда больше не влюбятся. Умрут одинокими, покончат жизнь самоубийством, кинутся вслед за половинкой своей души, но не изменят первой любви. Если они теряют близких им людей — любовь Учихи может мгновенно обратиться в кровавую ненависть, из-за чего они готовы пойти на всё и сделать всё, что в их силах. Больные до чёртиков, не правда ли?» Наруто было двадцать один, когда они наконец перестали играть этот спектакль. Теперь она-Учиха. — Знаешь, я всегда хотел поинтересоваться у тебя. — он перевёл взгляд на девушку, устроившуюся в его объятьях, — Почему у твоего отца фамилия Намикадзе, а ты Узумаки?       Курама внутри неё бушевал. Его хвосты крутились, словно змеи. «Ох, не нравится мне этот разговор. Ох, не нравится. Чего это он заинтересовался твоей фамилией?»       Наруто предпочла проигнорировать лисью морду, впрочем, как всегда. — Ты, наверное, знаешь, что девичья фамилия моей мамы — Узумаки?       Девушка даже не посмотрела на парня. Она скорее утверждала, чем спрашивала. Ей не хотелось открывать глаза, было лень. Солнечные лучи слишком приятно грели лицо, а тепло от тела Шисуи полностью окутывало её. Затылком она почувствовала, как гений клана утвердительно кивнул. Поняв, что её внимательно слушают, она продолжила: — Так вот, ещё когда им было по лет тринадцать, папа ляпнул, что мама обязательно должна стать Намикадзе. Ясное дело, это всё были детские мечты, но мама ответила, что если у них родится дочь, то её фамилия будет Узумаки. Она хотела, чтобы девочка родилась похожей на нее. «Я прекрасно помню этот момент. Фу, розовые сопли подростковой романтики. Но Минато не Учиха! Он не зло! Учихи — помешанные маньяки!» «Ты же сам говорил, что Учихи ценят любовь, как никто другой.» «Ага, они привязаны к своей первой любви, как собачонки. Я же говорю - помешанные. И всё равно они зло!» — И её желание исполнилось. — юноша нагло ухмыльнулся. Он видел Кушину в действии и не хотел бы попасть под её горячую руку с сковородкой. Шисуи сразу вспомнил разгневанную Наруто. Узумаки явно мамина дочка. — Чего лыбишься? — девушка по-детски надулась. Возможно, это прозвучит странно, но порою она напоминала ему ребёнка. Его часто смешило то, как девушка комплексует своей внешностью. А что не так-то? Главное, что ему нравилось. Пухлые щечки с усиками наполнялись воздухом, из-за чего напоминали ему недовольного хомячка. Ясные глаза по-прежнему завлекали его, а маленький рост придавал большей милоты девушке. При всей её мимимишности, она имела очень привлекательную фигуру. — Ничего, просто думаю, что твоей маме повезло с дочкой. — он потрепал её макушку, как младшему братику. «О-о-очень! — лис во всю ржал, отчего в голове звенело» — Именно. — "малышка" в его руках гордо задрала нос, — А тебе с девушкой. Так что гордись этим.       Шисуи невольно улыбнулся. Она всё такой же ребёнок. Не спешит ли он с решением? — Знаешь, — он сделал театральную паузу, напрягая атмосферу, — я думаю, что Наруто Учиха звучит гораздо лучше, чем Узумаки или Намикадзе. — он довольно прищурил глаз под солнечными лучами. До джинчурики смысл его слов долетел моментально. Щёки вспыхнули алым цветом. Хорошо, что она не унаследовала мамин цвет волос, а то было бы непонятно где лицо, а где затылок. «Курама резко перестал ржать: — Э-э-э, стоп-стоп-стоп! На что намекает этот красноглазый уродец? Не отдам мою девочку в лапы Учихе! Да ни в жизнь!»       Шисуи моментально выпрямился, развернув возлюбленную к себе. Он пристально посмотрел в её яркие, голубые глаза. Стоит ли говорить, что дочь хокаге сейчас была похожа на помидорку? — Наруто, пока что, Узумаки, — он улыбался, как чеширский кот, который просто переел домашней сметаны, — готова ли ты принять фамилию Учиха и присоединиться к моему клану? «Убью, растерзаю, расчленю, отведу к ветеринару и кастрирую! Нет, я сам это сделаю! Потом закопаю и снова убью! И плевать на порядок!»       Шисуи знал ответ, но почему-то волновался: вдруг откажет или отшутится своим "аля, какой-же ты шутник, лапушка". Джинчурики тяжело вздохнула и мило улыбнулась — хороший знак. — Даже если я откажу, ты не отступишь? — вроде бы она улыбалась своей фирменной "лисьей" улыбкой, но глаза, выражающие отчаянную надежду на положительный ответ, выдавали все её чувства и эмоции. «Вот так его! Правильно, девочка моя! Утри нос этим вампирятам! Хотя стоп! В смысле "даже если?"» — Ни за что. Не в этой жизни. Тебе не избавиться от меня, Наруто У-чи-ха. — он буквально пропел свою, теперь уже и её фамилию.       Довольный парень притянул к себе свою невесту за талию и мягко прильнул к её губам. Ему можно. Сегодня разрешается понахальничать. «Всё, я пропал. Держите меня семеро, то есть восьмеро! Или как там правильно? Где остальные биджу, когда они так нужны? Бедная моя Наруто...»       Стоит ли рассказывать про счастливые визги Кушины и Микото? Думаю, нет, потому что их слышала практически вся Коноха. Хоть Микото и не была матерью Шисуи, но она искренне радовалась за дорогого племянника, которого любила как родного сына. Ну а Минато и Фугаку даже не удивились. Ещё бы, с самого начала было ясно, что эти двое будут вместе. Автор не станет рассказывать про то, как Курама хотел уничтожить Учиху у алтаря за то, что тот всё-таки позарился на его девочку. А ведь он предупреждал шаринганщика этого долбанного! И про то, как обещал принять участие в первой брачной ночи своей джинчурики. Запомнить все детали и в особо важные моменты напоминать ей все тонкости, вводя девушку в краску. Автор просто промолчит;)