how early will your children fly away for love

Всю последующую неделю Паркер пропускал тренировки, ссылаясь на загруженность в школе. Все эти дни прошли как в тумане. Питер, загружая себя заданиями, старался не думать о Старке. Но забыть горячо любимого человека невозможно. Время хоть и хороший целитель для сердца, не получившего ответа в любви, но оно не может успокоить влюбленного подростка. Да, он понимал, что просто недостоин права стоять рядом со Старком, что он нелепо смешной, неловкий и вечно смущающийся подросток, наивно влюбленный в своего наставника, что просто обычный подросток, со страхами, чувствами, надеждами и мечтами, но с необычной мутацией. И это единственное, что выделяло его в глазах Старка. *** Подготовка к свадьбе шла хорошо. Идеально. Хотя, какая подготовка? Уже завтра церемония и будущие супруги решили, что собрать всех мстителей этим вечером — отличная идея. И сейчас Питер сидел вместе со всеми и улыбался. Он через силу заставил себя придти сюда. Не без помощи Наташи, что сейчас сжимала его ладонь в поддержке. Питеру было больно смотреть на счастливого Тони рядом с Пеппер. Но с того дня, когда он сглупил, он старался не встречаться со Старком и приходил на базу исключительно в то время, когда того не было, тренировался с Наташей, не отвечал на сообщения Хэппи и даже самого Старка, не выходил патрулировать улицы. Старк мог сам приехать к Питеру домой, но не было времени, Паркер знал. Наташа сильнее сжала ладонь подростка, привлекая внимание. Конечно, от шпионки не скрыть то, что он вновь включает режим самобичевания. Питер посмотрел на Романофф и улыбнулся. Искренне. Выражая этой улыбкой всю благодарность. А повернув голову словил удивленный взгляд Старка. Не переставая улыбаться, Питер кивнул Старку и начал слушать рассказы Бартона о семье, но через несколько десятков секунд телефон в кармане завибрировал, оповещая о новом сообщении. «Сменил наставника? А почему я не в курсе? Ну, как первый наставник.» — гласило сообщение. От Старка. Питер, удивленно смотря в телефон, подвис и очнулся только от смешка со стороны Наташи, что, стрельнув глазами Старку, потрепала Питера по волосам. Телефон в руках вновь завибрировал. «Ревнует. Тот ещё собственник.» — Романофф, кажется, смешило это. Питер, закатив глаза, отбросил смартфон и продолжил слушать Клинта. Старк иногда поглядывал на него, а Наташа продолжала улыбаться. Сумасшедшая «семейка» супергероев. Иначе Питер и не мог сказать. Но настроение с отметки в минус 50 поднялось выше нуля. Питер улыбнулся в ворот толстовки. *** — Питер, милый, ты готов? — спрашивает его Мэй. «К тяжести пережития и обороне от чувств…» — думает Питер. — Готов, — вслух заканчивает мысль Питер. Сегодня тот самый день. Его даже от школы освободили. Сам Старк. Выкроил время. Пришел весь из себя такой важный и только этого хватило, чтобы директор без вопросов отпустил. Вот только Питер уверен, что долго будут ходить разнообразные сплетни по школе про него и Старка. Смешно. Очень. И ничего, что он был освобождён как почетный гость на свадьбе. На улице просигналила машина, а значит, Хэппи уже подъехал. Да, Питер готов. *** Питер вместе с Мэй вошел в холл, где их сразу же поприветствовали швейцары и… Наташа. С Брюсом. Да, шпионка стала ему почти как родная, почти как…тётя Мэй. Как мать в их супергеройской «семье». Питеру смешно с такого сравнения. А с Беннером они довольно часто разговаривали на темы, касающиеся биологических открытий, обсуждали состав паутины и прочее, так и сблизились. Мэй была удивлена, когда Питер поздоровался с шпионкой и биоинженером, а после того, как он назвал их по именам, а Наташа потрепала его по голове (это уже даже в привычку вошло), совсем впала в ступор. Вместе с Мэй, Наташей и Брюсом Питер вошел в зал и в который раз подумал о том, что пора бы уже забыть Старка. У него своя жизнь, у Питера своя. Всего лишь глупая подростковая любовь, но… Приветствие, поздравление, разговор — все в тумане. Счастливые лица Тони и Пеппер, рука Старка на плече, искренняя благодарность и пустая голова. И вот уже Питер сидит и смотрит на бракосочетание. Слова священника, клятвы Пеппер и Тони… Питер держался. Да, изо всех сил держался. Осознание лавиной накрыло голову и ткань брюк на коленях затрещала от сжатия в кулаках. И сейчас Тони должен был дать свой ответ и Питер не понимал, почему в глазах все поплыло, пока не почувствовал слезу, упавшую на руку. Конечно. Молодец, Паркер. Воображаемую плотину прорвало именно сейчас. Самое время. Незаметно утерев слезы, Питер вновь посмотрел на счастливого Тони, что ответил решающее «да» и улыбнулся. Да, Питер готов. Готов к тому, что сегодня ему станет легче. Определенно. *** — Мэй, мне что-то нехорошо. Я, пожалуй, домой. Нет-нет, тётя. Отдохни сегодня. Ты и так очень редко выбираешься куда-нибудь. Мэй улыбнулась. — Хорошо, милый. Но позвони мне, когда будешь дома, хорошо? Будь осторожен. — Да, тётя. Люблю тебя. Конечно, он будет осторожен. *** Питер бежал в чем был, в смокинге и чертовски дорогих и неудобных туфлях, с этим удушающим галстуком. Бежал под дождем по лужам. Бежал до переулка, в котором спрятал днем рюкзак. Питеру сегодня станет легче, он уверен. А ведь все было, вроде как, хорошо. *** Летать в смокинге под дождем была не лучшая идея, а карабкаться по стене здания ещё хуже. Но начатое закончить нужно. И уже стоя на крыше Питер снимает маску, в лицо бьет ветер и капли дождя. Питеру уже не страшно. Он чувствует себя эгоистом. Подходит к краю и смотрит вниз. Самое высокое здание в Куинсе и шанс на выживание равен нулю. Питер ненавидит себя. Но успокаивает тем, что не будет героя-неудачника в Нью-Йорке, не будет племянника, из-за которого тётя сильно устает, никчемного друга, что не может уделить время, не будет глупого влюбленного стажера, который мешается под ногами у Старка. Не будет канцелярских ножей, разбитых о стену костяшек в кровь. Разум станет чистым, пустым, но не будет больше улыбкой озаряться лицо. Не будет истерик, панических приступов и града из слез. Питер будет спокойным. Нормальным, как раньше. Всерьез. Питера больше не будет. И даже не страшно прыгать вниз. Стоит лишь развернуться спиной и наклониться назад. Прошептать пожелания Старку и признаться в любви в микрофон, что находится в маске. Питер знает, что Старк позже прослушает. Питер больше не будет страдать. Глупый выброс гормонов. Глупый подросток. Финальный рывок, шепот «ты сможешь», и Питер уже летит спиной к земле, сжимая маску и улыбаясь. Записка в кармане для Мэй, Старка, Нэда и Мишель, Наташи и Беннера, да и…для всех, кем дорожил. И за несколько секунд до удара: «Простите». *** — Мистер Старк. Вы просили уведомлять об экстренных ситуациях со здоровьем Питера. Банкет окончен и остались лишь Мстители, близкие Пеппер и Мэй. Повисла тишина в ожидании. — Слушаю. — Многочисленные переломы, кр… — Короче, Пятница.  — Мертв. Крик Мэй, слезы Наташи, шок Пеппер и Мстителей.   Боль Тони.