Небесная печать Бога Грома

***

Стоял многогласный шум. Дети, продолжая общаться меж собой, целым потоком заходили в свою аудиторию, после присаживаясь на свои законные места. Однако у Наруто не было своего места. Он мог, как и прежде, занять только никому не нужный край последней парты последнего ряда, что был у самого окна. Но блондин не слишком-то и хотел со всеми разделяться, поэтому его друзьям, — из чувства солидарности, — ничего не оставалось, кроме как попытаться уговорить хотя бы одного из одноклассников уступить ему своё ближайшее к ним место. Когда переговоры прошли на «ура», Идзами с Наратой, не думая, посадили Наруто между своих плеч. Так, на всякий случай. Ведь, даже слыша хвалёные речи Наруто обо всём прочитанном, отличники не могли в полной мере перестать сомневаться в чужих знаниях: они сами-то могли что-то годами зубрить да оттачивать, а тут от новенького, по сути, «никогда-ранее-не-знавшего» во всех смыслах Деревню Листа, все за пару недель что-то да хотели вытащить. Удзумаки и сам прекрасно понимал, всю абсурдность данной ситуации, поэтому не возникал. Ведь давно смирился. Он знал свой примерный уровень «успеха», как и того, что у него обязательно что-то да могло пойти не так, поэтому ему даже было спокойнее сидеть меж двух огней, его почти что близких друзей. Наруто быстро осмотрелся — их возможного куратора он не обнаружил, поэтому, как только большинство учащихся заняли свои парты, их голоса не утихли, а, наоборот, лишь громче стали: ведь никто не ограничивал чужие переговоры и смешки. К тому же, вполне могли быть и опоздавшие, поэтому… У блондина оставалось ещё парочка считанных минут, чтобы морально подготовиться: —Фу-у-х, — сделал он шумный выдох и со стуками пальцев вытянул руки перед собой. — «Что-то я волнуюсь», — вроде бы, такой боевой настрой был поначалу, но, видя, что до самого экзамена оставалось всего ничего, парень невольно занервничал, испытывая некую смесь радости, нетерпения и волнения за себя и своё будущее. Но, дабы хоть как-то отвлечься, он, прислушавшись к окружению, вновь огляделся. Парты были прямо усыпаны знакомыми и незнакомыми лицами, но из них всех самыми примечательными были: Шикамару, который, словно сошедший с воспоминаний Наруто, всё так же, облокотившись на руку, зевал. На вид он выглядел сонным и невероятно скучающе-спокойным, будто он только и ждал, чтобы поскорее всё выполнить и уйти домой. С другой стороны, Удзумаки опять привлёк один занятный мужской профиль… Местной Сакуры-чан?.. Оглядев чужие розовые локоны, Наруто так призадумался и обратился к друзьям: —Ребят, а как его зовут? Ну того, розоволосово, — указал тот не очень заметно пальцем в сторону. Блондин думал, что раз Сакура-чан была здесь мальчиком, то и имя должна была носить, плюс-минус, соответствующее. И не прогадал. —А, этого? Харуно Сакурай, — быстрее всех ответил ему Идзами. — А что? Чем-то заинтересовал? — красноволосый уже было сделал хитрый прищур, как бы ожидая необычного ответа, но Наруто лишь пожал плечами. —Да не то, чтобы… — не мог тот дать более точного ответа, ведь сам ещё не знал, к чему именно могло привести его новое знакомство с… — Сакурай, значит?.. — негромко проговорил он, как бы распробовав «её» новое имя, и вновь оглядел чужой мужской профиль. — Сакурай… — уже прошептал тот, подчёркивая некоторую статность и уверенность в его расправленных плечах и приподнятом подбородке. Сейчас он общался с какой-то черноволосой девочкой, а при общении в его глазах блестели смешинки, но, как бы «остывая», те после смотрели с неким благоговейными спокойствием и капелькой мягкости. — Хм… «Он какой-то другой… Не такой, как Сакура-чан», — подытожил Удзумаки, видя эти незначительные изменения в поведении издалека. —«И? Уже успел расстроиться? Или?..», — поинтересовался у него Курама, но Наруто лишь качнул головой. —«Нет, я не… Думаю… Ну… Я просто… Просто…», — не мог тот никак определиться, что первее объяснять начать. — Ха-а… «Я не знаю», — тяжко тот выдохнул, упав на руки перед собой: не было сил прийти хоть к чему-то на данный момент, слишком противоречивыми сейчас казались все его чувства и эмоции. — «Вроде, я всё понимаю… И ничего не хочу понимать! Совсем, дат!.. Дат-тебайо…». —«Ну-у, Наруто… Придумал же ты мне задачку…», — покачал Лис головой, прямо не зная, что ответить. — «Просто прости, смирись и забудь?.. Что мне ещё тебе сказать и напомнить?..», — мальчик вздохнул. —«Ничего не говори», — они и так уже, как могли, всё «пережевали»… Так зачем опять повторять?.. —«Ну смотри», — пожал плечами Хвостатый, а после усмехнулся. — «Хотя мне же лучше», — меньше времени будет тратить на всякие интеллектуальные беседы, прерывающие его и без того замечательный отдых. Наруто опять вздохнул: —«Ну хоть кому-то сейчас хорошо», — так он думал… Пока на него то и дело косились и пялились его близкие друзья. Нарата с Идзами переглянулись, от слова совсем не понимая неожиданной печали его товарища. Идзами пожал плечами, Нарата задумчиво прошёлся пальцем по щеке и наконец озвучил: —Наруто, что-то случилось?.. — вроде, ничего не предвещало беды, а тут… Его поведение во всех красках говорило об обратном. —Я… — поднялся тот с рук и, подарив Намикадзе многозначительный взгляд… — Я… — лишь открыв рот на полуслове, он опять его закрыл и отмахнулся. — Ничего, — мотнул тот головой: слишком долго было объяснять, да и не время сейчас было. —Это случайно не из-за Сакурая-куна?.. — аккуратно Нарата предположил, ведь это было последним, что блондин у них спрашивал. Мальчик помедлил. —Не совсем, — не сразу он нашёлся с ответом и резко отмахнулся. — Ой… Я же сказал, неважно!.. — вспылил тот вдруг и вновь насупился. — Как-нибудь потом расскажу, — когда-нибудь… —Уверен? — уже вклинился Идзами в их беседу, чуть ближе наклонившись. Наруто несколько раздражительно шумно выдохнул. —Уверен! — молясь, чтобы его наконец оставили в покое, пока он случайно в порыве злости ни на кого не сорвался. В особенности, на Нарату или Идзами, которые совершенно ни в чём были не виноваты: ни в его странных пространственно-временных перемещениях, ни в его неожиданно-подавленном состоянии из-за понимания, что его старые друзья остались где-то далеко и дальше от него. Идзами, взяв и сжав ручку в руке, задумчиво оглядел своего блондинистого товарища: —Хм, — парень признавал поведение Наруто несколько странным, или, думалось ему, это просто он плохо его знал, раз чужие негативных эмоции его так удивляли. Однако, даже если так и было, красноволосый Удзумаки так просто сдаваться не планировал: он хотел понять Наруто. — Точно? —Я же сказал!.. — тут же вспетушился блондин, но Идзами не отставал. —Точно?! — уже с напором тот спросил, на полуслове оборвав. Наруто резко вцепился в Идзами колким взглядом, как бы всем своим невербальным видом показывая, что рассказывать он даже в помине ничего сейчас не собирался, пусть даже не просят. Однако сам Идзами был иного мнения, посему спокойно выдерживал чужое недовольство. Он всё ещё хотел его понять. Наруто, понимая, что в этой битве ему не победить, ведь знал, что со своей слепой раздражительностью он далеко так не уедет, поэтому… Парень отвёл взгляд и, как и посоветовал ему такой же взъерошенный из-за него Курама, закрыл глаза и, молча досчитав до десяти, опять негромко выдохнул: —«Так, всё. Хватит», — сказал мальчик сам себе, дабы хоть как-то совладать с тем буйным потоком, что в виде злости вырывался из него. — «Успею ещё подумать о Сакурае, тест совсем скоро», — решив завязать на время со своими очередными печалями, он, насколько мог, быстро пришёл в себя. После, вновь открыв уже свои кристально-чистые глаза, Наруто уже как обычно собранно посмотрел на красноволосого… — Я всё расскажу, но не сейчас… Ладно? — слегка улыбнулся он ему, в глазах почти ничего не выражая: опять всё скрыл, как мог и научился. Идзами задумчиво оглядел лицо товарища и, быстро покрутив меж пальцев ранее взятую в ладонь ручку… Тоже сдался, решив уже не приставать, видя, что с Наруто, вроде как, теперь всё было нормально: —Ну ладно, — пожал тот плечами и отодвинулся назад. Парень подумал, что когда Наруто будет действительно готов — он, как и обещал, обязательно всё ему с Наратой расскажет… О том, что у него было на душе…

***

Наруто облегчённо выдохнул: он был так благодарен друзьям, что те больше не решились закидывать его провоцирующими вопросами. Идзами наконец-то отвлёкся на Кибу, который на соседней парте о чём-то весело щебетал своему соседу, а Нарата просто ушёл в какие-то свои анализирующие думы, продолжая моментами поглядывать на их общего знакомого — Наруто. Сыну Хокаге явно хотелось что-то спросить или уточнить, но он сдерживал свои порывы, раз последний крайне-недоброжелательно уже отзывался о темах, так неприятных ему… Но Намикадзе, даже предоставленный только самому себе, и дальше бы погружался в свои занятные мысли, если бы объект его раздумий как раз вдруг его не отвлек: —Ха-а… Нарата, Идзами, извините. Я чуть не сорвался на вас, — сын Хокаге несколько удивлённо поднял свой взгляд на Наруто, уже слыша, как Идзами в своей манере начал его было подбадривать… —Ой, да ладно тебе извиняться! — хлопнул он друга по правому плечу. — Ни с одним тобой такое случается! —Но я же… — хотел блондин что-то добавить, но красноволосый отмахнулся. —Я сказал, забей! Нормально всё! — со всей уверенностью тот произнёс. Наруто усмехнулся: ему оставалось только согласиться. —Спасибо, — уже искренне он улыбался, радуясь, что Идзами был именно «таким», какой он есть и был до этого. После блондин обернулся уже ко второму, сидящему слева. — И тебе, Нарата, спасибо. —Э?.. Но я же, вроде, ничего особенного не сделал… — подметил тот несколько растерянно. Но Наруто лишь опять усмехнулся. —Сделал, — и, отвернувшись, затих, боле ничего не объясняя. Он просто был как никогда рад, что ему попались такие хорошие друзья…

***

Удзумаки, оперевшись на руку, потом вновь погрузился в свои мысли. В очередной раз раздумывая о своём прошлом, настоящем и возможном будущем, мальчику стало казаться, что в конец отвлёкся от своих печальных воспоминаний… Пока его блуждающий по всюду взгляд, как на зло будто, опять не наткнулся на Сакурая, на осколки руша и так нестабильную сейчас концентрацию. Наруто недовольно нахмурился, как бы показывая, как сильно он был не готов признавать данную ему реальность, и попытался вновь перенаправить свой мысленный поток в другое русло. Однако, как бы тот ни старался, Сакурай не желал выходить из его головы. Он лишь своим присутствием постоянно напоминал о себе и своей схожести с сокомандницей Наруто, поэтому мальчику ничего не оставалось, кроме как прибегнуть к более сильному отвлечению своего внимания: он решил пройтись уже взглядом по рядам, дабы найти уже в других какие-либо возможные различия. Ведь думалось Наруто… Что ни один розоволосый, — или тот же Киба, — был такой «особенный» в этом загадочном другом мире. Так блондин опять вернулся взглядом к Шикамару, который, с виду, ну ничем не отличался от его знакомого старого друга. Мальчик чуть наклонился из-за Нараты и, получше оглядев чужой профиль, вдруг мягко улыбнулся и погрузился в воспоминания… Словно не видя потом, что он так и не престал внимательно разглядывать «другого» Нара. Такое просто не могло остаться не замеченным. Неожиданно поймав на себе такой же прямой, но задумчивый взгляд, Наруто от удивления аж очнулся резко, рот приоткрыв. Тут же отвернувшись, парень невольно усмехнулся, как бы признавая, что на пару мгновений он действительно успел забыться и мысленно вернуться в свой родной мир. —«Болван», — без эмоций констатировал Лис факты, увидев этот недошпионаж. —«Я не специально», — продолжал блондин тихо хихикать. —«Ну конечно. У тебя всё не специально, а потом ты…», — хотел было Курама опять «напомнить» обо всех его занимательных и не очень геройствах, как мелкий уже отвлёкся… —Что?.. — обернулся Удзумаки к Нарате, явно не расслышав его обращение. — Ты что-то сказал? — тот тихо выдохнул. —Я говорю, если тебе интересны одноклассники, не стесняйся о них спрашивать, — в какой-то момент Намикадзе заметил, что Наруто почти что дышать и моргать перестал, уставившись в одну единственную точку. Красноволосый от скуки какое-то время пытался понять, куда именно мог смотреть его друг, — точнее, с учётом позже вычисленной траектории взгляда, на кого именно, — пока один из одноклассников неожиданно открыто не обернулся в их сторону, чем, видимо, и «напугал» одного блондина… Выдавшего уже не только себя, но и того, на кого тот смотрел. — Тебе не обязательно так сильно их разглядывать, или ты разве не знаешь, что чужой взгляд может быть несколько раздражающим? — уже усмехнулся красноволосый. —«Болван», — вновь послышалось из-под создания. —«Заткнись», — вновь усмехнулся блондин и поспешил объясниться. — Я не хотел. Просто… — ладонь прошлась по волосам. — Я задумался?.. Ха-ха… Ха… —Хах!.. Было очень заметно, — не мог Нарата не согласиться, не став уже лезть в чужие мысли, которые могли опять расстроить одного блондина. — Ладно, — выдохнул тот и продолжил. — Опережая твой вопрос… Того парня, на которого ты смотрел, зовут Шикамару Нара. Он не то, чтобы выходец из большого клана, но достаточного, чтобы иметь немалый авторитет в Деревне Листа. Как минимум, потому, что его отец, Шикаку Нара — уважаемый всеми за его способности и достижения Джоунин, а так же один из приближённых моего отца. Но, даже с такими данными… — парень так задумался, слегка покосившись на Нара. — Думаю… С его-то спокойным характером, ты сможешь с ним найти общий язык. —Ты правда так думаешь?! — обрадовался вдруг Наруто и сжал кулаки. — Отлично! — хоть с этим трудностей не возникнет, думал он… С учётом, что этот Нара, кажется, не сильно-то и отличался «прежнего». —Хах!.. Думаю, да, — вновь Намикадзе усмехнулся, в который раз подмечая, как, порой, мало нужно было его другу для счастья…

***

После, принимая во внимание свою прошлую оплошность, Джинчурики решил изучать всех уже не так пристально, как это вышло с Нара, который ему прямо-таки напомнил, что в этой аудитории сидели, пусть молодые, но такие же перспективные шиноби со своими способностями, задатками к сенсорике и прочим рефлексам. К тому же, сам Нарата блондину завещал отвечать на все его вопросы, касаемо одноклассников, поэтому… Удзумаки так же решил не ограничиваться в этой прекрасной открывшейся возможности ещё лучше узнать этот мир и живущих в нём жителей. Так Наруто настроился и начал было искать следующую «жертву» для своего недошпионажа, как вдруг прозрел будто, и тотчас метнул свой взгляд на дверной проём: —Не может быть!.. — неожиданно соскочил тот с места, руками в парту потом с хлопком упёршись… Чем тут же привлёк всеобщее внимание. Аудитория, что ещё совсем недавно была полна разного рода голосами, тут же пришла в полное затишье. Каждый, что хотя бы раз видел среди всех Наруто, с интересом разглядывал новичка, пытаясь угадать причину данного поведения. Идзами, видя это всеобщее внимание, лишь шумно выдохнул: —«Что опять у него?..», — и, положив свою ладонь на чужое плечо… — Ну-ка… Сядь! — быстрым движением вниз усадил блондина на место. — Чего подскочил?! Людей не нервируй! — все и без того были дёрганные перед экзаменом, а ему всё никак не уймётся. —Так это… Ха-ха!.. Там же!.. —Да говори уже! — терял красноволосый терпение. —Хах!.. Да погоди!.. Сейчас скажу, — смех так и вырывался из его рта, не давая нормально объяснить, в чём было дело: так сильно парень не мог совладать со своими эмоциями, когда понял, КОГО именно он почувствовал! — Там один мой знакомый!.. И он идёт сюда! — указал блондин в сторону выхода, обращая всё внимание уже на дверной проём. —«Идиот!», — тут же встрепенулся Хвостатый, давно осознав, о ком именно один балбес говорил. — «Только не ори на весь класс его имя! Ещё не хватало разгребать потом за тобой!», — во всю предупреждал его Лис, но Удзумаки так и так не собирался раскрываться, — помнил, что якобы не знал ещё ЕГО имя, — посему думал о другом… О том, как он был невероятно счастлив, что наконец вновь увидит своего лучшего друга… Пусть из другого мира. Многие переглянулись: —Кто?.. — не успел кто-то переспросить, как остальной класс уже зашумел, быстрее них просканировав пространство. Удивлённые выдохи и понимающие хмыки один за другим начали заполонять тихую аудиторию. — Хм, явился… Хмпф, вот ещё ЕГО тут не хватало!.. Так он ещё, типа, с нами? Давно его не видел… Ха! Я всё равно буду лучшим! — по-разному реагировало большинство парней и… — Кья-я-я!.. Девочки, это же он!.. О Боги, нам это не сниться?!.. — вопило большинство девушек, которых то и дело пытались угомонить их разнополые соседи. Но время шло, а шум не утихал, лишь усиливал свой гул. И когда фанатские визги уже достигали своего пика, а в двери наконец-таки показалась чья-то знакомая чёрная шевелюра… Знакомый силуэт с, неожиданно, довольной ухмылкой на лице, что с коридора уже слышал своё имя… — С-А-А-С-К-Е-К-У-У-У-Н!!! Удзумаки довольно усмехнулся: —Теперь и я знаю, как его зовут, — словно вообще не удивившись…

***

Идзами взглядом проводил пришедшего и покосился в сторону Наруто: —Мда… И это ОН-то твой «знакомый»?.. —Да! Только он не представился тогда, — продолжал тот ухмыляться, вспоминая их первую встречу. Красноволосый вдруг замер. —В смысле? — уже обернулся он к другу. — Когда это «тогда»? —А… Ну… — опешил блондин и, скрестив рукава, призадумался так. — Мм-м-м… О!.. Я наткнулся на него на тренировочной площадке Академии! Ну та, что в лесу… И-и… Мы просто по-дружески немного поговорили и всё!.. —Пф!.. Чего?! А-ха-ха! — не смог сдержаться сын Директора, после тут же сбавляя громкость. — Фу-ух!.. «По-дружески»? Ты точно о Саске рассказываешь? — не мог тот поверить чужим словам. Нарата тоже не смог остаться в стороне. —Идзами верно подметил. Чтобы Саске-кун, так ещё с кем-то, кто «ниже» его по статусу, в первый раз «по-дружески» решил начать своё общение… Это что-то новенькое… Даже для меня, — задумчиво он проговорил и обернулся к непонимающему Наруто. — Так о чём вы говорили? — не то, чтобы сын Хокаге сомневался в словах друга, но… Для многих, как и несколько для него самого, Саске казался тем ещё фруктом, далеко непростым, поэтому… Спорно всё было. Очень спорно. Наруто как-то недоверчиво покосился на своих друзей, но ответил: —Да ни о чём таком… Он там что-то на своём недовольном пытался всё из меня выпытать, кто я, что я, откуда, раз меня раньше не видел… Я честно ему нормально отвечал, а он всё равно потом с кунаем угрожал меня с Академии вытворить! — и, неважно, что за дело было. —Очень «по-дружески», — усмехнулся Нарата, слыша, как Идзами вновь заливается смехом от данного «несоответствия». —Это так странно?.. — парень удивлённо мотал головой, не переставая ощущать какой-то странный подвох. С учётом характера Учихи на тот момент, который для Наруто казался элементарно «нормальным» и не таким важным, чтобы обращать внимание, для самого Наруто они действительно тогда поговорили «по-дружески». К тому же, как будущий шиноби, Саске вполне мог и имел право предвзято и с агрессией относиться к нему, как к чужаку в своей Деревне… А тут будто было что-то совсем иное, сокрытое, о чем блондин пока не знал. —Ты ещё спрашиваешь?! — искренне восхитился Идзами, прямо удивляясь чужой недогадливости. — Ты сколько раз с ним вообще виделся, чтобы говорить? —Ну… Один? — а что?.. —Что «один»? — не понял тот. —Один раз, — всё так же не понимающе Наруто добавил. —Чего-о?! Ха-ха-ха!.. — вновь красноволосый рассмеялся. — Теперь ясно, почему ты не догоняешь. —Хочешь сказать, ты в тот раз не увидел ничего отталкивающего в его поведении?.. — решил Нарата уточнить. Наруто внимательно посмотрел в его голубые глаза и… —Нет?.. Я просто изучал территорию Академии, — подумаешь, что без разрешения и спроса, — А он меня за шпиона, кажется, принял, — у второго доводы сразу закончились. —Ха-а… Ладно, тогда его агрессия имела смысл, — сдался тот, предполагая, что Наруто просто повезло не испытать многие другие черты Саске-куна. — Но даже если у него было основание… — пытался тот понять чужие мотивы. — А хотя, ладно. Забудь, — отмахнулся он от своих мыслей и поспешил поменять тему. — Как хоть давно это было?.. — с учётом, что Нарата, в целом, знал, что Наруто в их Деревне появился не так уж и давно… Хоть и не знал, как это было. —А! Точно! — встрепенулся блондин. — Это случилось как раз в тот день, когда я поздоровался с вами, после ваших уроков. Тогда я ещё с Араши был, и… Но это случилось после моей встречи с Саске, — Намикадзе вновь задумался. —Хм, — итак. — То есть, ты не знал его имя, но, при этом, для тебя он уже стал обычным «знакомым»? Хотя вы виделись только единожды, успев лишь перекинуться парой фраз, и то, со стороны Саске-куна они были несколько агрессивными?.. — задумчиво решил опять уточнить Нарата. —Э?!.. — невольно тот опешил, осознавая, какие необычные намёки он мог всем оставить, понятные пока только Кураме и самому блондину. —«Тц!.. Яблоко от яблони», — выругался вдруг Хвостатый, оставшейся, скорее, недовольным сим фактом, что у мелкого голова варила не хуже, чем у его папашки-Хокаге. — «Наруто, скажи ему уже что-нибудь! Не тормози!», — Удзумаки невольно сглотнул, судорожно пытаясь найтись с ответом. —А… Ну… — опустил он взгляд: кажется, всё, попал?.. Видя все эти метания, Намикадзе показалось, будто Наруто надумал себе, что он решил его отчитать, поэтому лишь смягчил свой тон и улыбнулся: —Ты чего занервничал? Я просто пытаюсь тебя понять, как ты обычно реагируешь на первое впечатление… Или как ты обычно воспринимаешь чужую агрессию в людях, и всё, — или почему именно Наруто так быстро записал местного Саске-куна в мало-знакомые «друзья», которого с первого раза, в принципе, сложно было сделать таковым. Быть может, блондин просто был таким человеком, что мог быстро состроить доверительные отношения с кем-то или, наоборот, тут же кого-то не взлюбить… Нарате было интересно, ведь он уже наблюдал в этом загадочном парне подобное. Пусть в отношении к его семье. Поняв, что ему бояться больше было нечего, Наруто облегчённого выдохнул: —А-а, э-это?.. — и резко обернулся к Нарате. — По-разному, а что?.. Что-то не так? — уже спокойнее тот спросил. Идзами рядом опять усмехнулся. —Действительно, что, — блондин, в который раз посмотрев то на одного, то на другого и вновь ощутив, что ему словно намеренно что-то не договаривали… —Да что не так-то?! — пуще прежнего тот возмутился, чувствуя, будто теперь ОН был в чём-то виноват!.. Пока Кураме в конец не надоели эти игры: —«Наруто, идиота кусок, остынь уже! Они же не знают, что ты уже вдоль и поперёк наигрался с другим Саске в свой «детсад в песочнице»! И чуть ли не получил иммунитет от всех его загонов!». —«Да знаю я, Курама!», — разозлился Удзумаки в ответ. — «Но я не понимаю, к чему они все клонят, дат!.. Те!.. Аргх!.. Достало! Даттабайо!», — Джинчурики невероятно раздражало, будто либо он сам, либо местный Учиха прокажённым каким-то здесь являлся… Хотя, говоря о Саске, по девчачьему визгу и всестороннему гулу парней не сказать, что так и было. Хвостатый же сделал глубокий вздох. —«Ха-а… Думаю, дело в том, что, как я понял, им просто не понять, как ты вообще смог местного с первого раза «переварить». Быть может, он тут вообще невыносимый и крайне-сложный по характеру, нежели наш. То они и удивляются…», — пытался Лис здраво мыслить, как вдруг, очнулся. — «И вообще!.. Чего Я-то тебе объясняю?! Лучше сам у них об ЭТОМ и спроси, бестолочь!», — после вновь выдыхая свой адский пыл. — «Ха-а… Короче, хватит притворяться тупым перед ними, иди добывай нам информацию. Достоверную», — сделав акцент на последнем слове, наказал тот последнее. После притих. Наруто показательно-шумно выдохнул, как бы признавая чужую правоту. Он вновь оглядел своих друзей: —Ну и какой он? — с нотками недовольства парень спросил. — Раз я якобы чего-то не понимаю, дат… Кхм. —Ха-ха… Не злись, — попытался Нарата сгладить конфликт и обратил свой взор уже на виновника шума. —Ну-у… — приставил тот палец к губам. — Если помягче, то-о… В нём, конечно, есть множество хороших качеств, но… Чрезмерная гордыня, искажённое чувство аристократизма, излишний нарциссизм и ощущение личной безнаказанности явно мешают ему сразу налаживать с кем-либо близкие отношения, а ещё… —Да чего скрывать-то? — в миг вклинился Идзами. — Он весь из себя такой напыщенный и хвастливый индюк, каких ещё свет не видывал. Не знаю, почему в семье это в нём не придавливают, но, сколько раз я его не видел в Академии, его возвышенность перед всеми прямо не знала границ. Настолько, что он почти всегда на домашнем обучении находился, считая, что мы невероятные слабаки и не достойны видеть Его Высочество рядом… Б-р-р, аж блевать охота, — поёжился красноволосый и обернулся к Наруто. — В общем, не знаю, как ты, но, будь я на твоём месте тогда, я бы его наезды никак бы спокойно не воспринял. Он бы и на мой кунай вполне мог бы нарваться, если бы продолжил выводить меня из себя, а ведь он может!.. Многим он так уже успел настроение попортить, и ни раз!.. Не дай Богам, если ему ещё от тебя что-то понадобится, игнорировать его нереально, он к тебе пристанет и не отлипнет. Короче, везде тебя достанет всеми правдами и неправдами… Ха-а!.. Были уже у меня с ним тёрки, и ни одни… Хах!.. Теперь ко мне почти не лезет, — довольно тот дополнил, вспоминая все свои многочисленные «победы». Хотя без вмешательства его отца, Удзумаки Араты, где-то в крайне-редких случаях тоже не обошлось. Слушая это всё, Лис не мог не усмехнуться: —«Пхах!.. Что он сказал?.. Не получится игнорировать? Никогда не отлипнет? Везде достанет?.. Наруто, никого не напоминает случаем?! Ха-ха-ха!», — намекал Хвостатый, как Наруто всячески пытался убедить в своей правоте или при любой непонятной ситуации старался со всей своей «силой» достучаться до одного Учихи, который, от слова, совсем был этому не рад… Раз у них чуть ли не всегда всё оканчивалось обоюдными интеллектуальными живыми разговорами и дракой. Удзумаки понял, но обидеться всё-таки успел: —«Ты это о себе сейчас говорил?», — Курама аж поперхнулся. Его реакция была моментальной. —«НАРУТО, Я НЕ ПОНЯЛ?!», — чуть не лопнул он от возмущения и удивления. — «Вздумал на меня, Девятихвостого Демона-Лиса, бочки катить?! Ты смотри-и!.. Ещё одно слово, и ты одной смертью у меня уже не отделаешься!», — со всем недовольством в голосе он начал. Наруто рассудил, что это будет не самым удачным истечением обстоятельств, так что… —«Ла-адно!.. Прости-прости-и!», — выдохнул тот. — «Только не злись!», — глаза Хвостатого в миг сузились в щёлки, явно оставшийся недовольным чужими неискренними извинениями. —«Что ж, если этот Саске действительно такой, как его твои ребята описывают, то поздравляю, Наруто, мучься теперь!», — выплюнул друг и агрессивно замолк, надеясь, что его маленькая месть за этот случай совершится, и хоть в этой жизни один идиот познает, насколько раздражающим могла быть чужая эгоистичная приставучесть. Наруто же предпочёл стратегически промолчать, дабы ещё сильнее не разгневать своего напарника. И, явно перестав слышать рассказы своих друзей, он, скрестя рукава, опустил голову в парту, дабы обдумать логичность всех сказанных ранее слов. —Хм, — он думал, что разве он был виноват, что принял прошлого и, в последствии, и этого Саске сразу таким, какой он есть, даже особо не зная?.. Почему ему Нарата с Идзами намекали, что возможное грубое поведение местного Учихи — что-то неправильное?.. Наруто, конечно, знал, что в этом мире его же друзья могли оказаться совершенно другими, не такими, какими он привык их видеть, но… Будь то враг, он бы тоже особо с ним не церемонился, но, опять же… Не дал Нарата ему додумать мысль. —Наруто, ты меня слушаешь?.. Наруто! —А?! — в миг тот отвлёкся. — Чт-что?.. — хлопал тот не понимающе глазами. —Ты где витаешь?.. Я же тебе рассказываю! — нахохлился тот сразу. Блондину оставалось только извиниться. —Хах… Прости, — приложил тот ладонь к волосам. — Задумался. —Ха-а!.. — шумно парень выдохнул, заново запасаясь своим недюжинным терпением. — Хорошо. Раз ты не слушал… Давай теперь покороче. Я говорил, что у меня есть подозрение, что Саске-кун — просто истинный актер своего театра… Я ни раз посещал его дом с отцом или матерью, поэтому знаю, о чём говорю… В общем, при своих родителях, сестре, некоторых соклановцах и учителях, или тех, кто хоть как-то смог привлечь его внимание своим восхищением к нему или кто смог в итоге доказать свою силу, или попросту был выше его по статусу, я ни раз видел его вполне достойное поведение или пусть недовольное, но терпеливое «послушание», поэтому… Если, скажем, говорить о нас… То, что я сын Хокаге, а Идзами — сын Директора, и мы, в целом, считаемся отличниками… То есть, у нас якобы уже имелся некоторый свой статус… Не то, чтобы мы были рады, но это дало нам в его глазах, некоторое преимущество перед другими?.. Кхм… Ну… — Нарате было совсем неудобно об этом рассказывать, ведь у него складывалось ощущение, будто он «хвастался» своим положением. Намикадзе не хотелось, чтобы в нём увидели какое-то подобие зазнайства… Но Наруто не сменился в лице, он так же спокойно и внимательно слушал. —И что?.. —Ну… — красноволосый отвёл взгляд. — Из-за этого, нам с ним не очень-то и сложно вести диалог… Но я бы все равно не назвал его приятным собеседником, так как иногда он всё равно… —Берега путает, — фыркнул Идзами в ответ, руки скрестив. — Нет, я, конечно, тоже не конфетка, и у меня бывают неконтролируемые вспышки агрессии, но я хотя бы работаю над этим!.. А тот, какой был, таким и остался будто!.. Хмпф!.. —Ха-ха… Да-а… — не мог сын Хокаге не согласиться. — В общем, даже нам не всегда хорошо удаётся с ним выйти «сухими» из воды, поэтому… Ты лучше поаккуратнее с ним, хорошо?.. — Наруто задумчиво посмотрел в потолок. —Араши мне тоже самое говорил. —А?.. — несколько опешил Намикадзе. Удзумаки не стал дожидаться сопутствующего вопроса, так что сразу объяснил. —Я же говорил, что был с Араши, когда я вас встретил, после уроков. Он как раз меня и поймал в тот момент, когда Саске надумал мне кунаем угрожать. Араши и объяснил мне потом, почему лучше к нему не лезть пока… — и тут же опомнился. — А!.. Но не потому, что вы рассказывали, какой он! А то, что клан Учиха несколько подозрительны к новеньким в Деревне и могут в любой момент скрутить, если что им не понравится… И то, что Саске может и настучать на меня, если захочет. —Ясно, — выдохнул красноволосый. — Ну да, брат верно сказал… Не зря же клан Учих держит целый комплекс Военной Полиции. Это их основная специальность по сути… Всех подозревать, — Наруто тут же уши навострил, так же заслышав, как Курама тоже в миг активизировался, напомнив про их очередной шанс выведать что-то. —А ты… —А Саске-кун… — сразу Нарата продолжил. — Даже я не знаю до конца, что у него в голове творится. Но не слышал, чтобы он на кого-то жаловался или кто-то после этого страдал, — Удзумаки хотел задать вопрос, но тут же рот прикрыл. —Хм-м… То есть, есть большая вероятность, что ко мне не завалится потом половина клана Учиха, если вдруг Саске на меня неудачно нарвётся?.. — пытался тот мысленно подсчитать будущим причинённый ущерб, уже подозревая, что он был всяко сильнее всех вместе взятых в Деревне… Не сильнее Курамы, конечно, но всех взятых АНБУ и каких-то шиноби точно… Нарата рассмеялся. —Что?.. Ха-ха!.. Даже не знаю! — Наруто насупился в миг. —Ну если даже ТЫ не знаешь… Ха-а… Ладно, — понял, принял, осознал. Значит, осторожнее будет: ведь ещё проблем с Учихами ему не хватало, Курама и так включал сирену при любом их появлении, зная, что его, как пить дать, могли обнаружить… О, кстати о птичках. — А что насчет Военной Полиции?.. Что в ней такого особенного? Намикадзе даже задумался: —Хм, особенного?.. Ну-у… Скажу лишь, что они считаются патрульными внутри нашей Деревни. Отвечают за соблюдение порядка на улицах и… Ты же в курсе, кто такие АНБУ? Думаю, ты ни раз мог с ними сталкиваться, — раз он с самим Араши уже много раз пересекался, судя по словам самого Араши об его каждодневных «передышках» напротив окна общежития, в котором его знакомый и жил. —Ну да, — не стал Наруто скрывать: уже ни один раз на них натыкался. — Но они же тоже следят за порядком… Разве нет? — мало ли что. Красноволосый кивнул. —Ты прав, у них схожие функции. Только если АНБУ как бы наблюдают за всем издалека, чаще всего, находясь где-то не на виду, то ниндзя из Военной Полиции, наоборот, всячески не пытаются скрываться, как бы давая всем наглядно понять, что… А! Ха-ха!.. Что ни один переулок без их участия не обойдётся, — попытался он пошутить, но видя, что Наруто даже на миллиметр не улыбнулся, думая о чём-то своём… Вернулся к теме. — Кхм!.. В общем, с такой защитой, когда ниндзя находятся, как среди людей, так и в сокрытии, любому будет сложнее совершить какое-либо преступление. По крайней мере… Так руководствуются у нас в Деревне, — закончил Намикадзе свою речь. —Хм… Я понял. То бишь, для Наруто всё было понятно. Курама же был несколько удивлён: —«Кхм!.. Слушай, а интересно они это придумали!», — но Лис не был бы собой, если бы не добавил… — «Осталось только найти нормальных шиноби, способных из любого положения тебя найти и выловить! Пха-ха-ха!», — а то, получается, плохо те работали. Парня тотчас прорвало. —Пф!.. А-ха-ха!.. «Ага!». Кажется, у Пятого скоро так точно выбора не останется, кроме как провести новый экзамен. Только уже для своих людей…

***

А галдёж всё не прекращался. Саске довольно выхаживал по аудитории, окружённый со всех сторон своими преданными фанатами. Наверно, одними из единственных, с кем он в принципе мог быстрее всего «поладить», с повышенной гордостью после выслушивая их в любое время дня и месяца. Учиха действительно последние года почти не появлялся в Академии, но, если и появлялся, то делал это явно метко. На всеразличных тестовых и практических экзаменах. И, неважно, была это обычная проверка или глобальный срез знаний. И этот тест — тоже был не исключением… Что и доказывали чужие девичьи визги и недовольный пацанячий нудёж. Если дело касалось Саске Учиха, то почти всегда вокруг него была подобная шумиха: он первоначально показывал свои немалые успехи в учёбе, чем и привлёк внимание окружающих. Ему немало завидовали, кто был хуже него, им восхищались, и он был крайне доволен этим, что он — не посредственность, что он был лучше остальных, что всячески привлекал внимание, как своими навыками, так и внешностью, поэтому… Парень не стеснялся лишь своим видом «восхвалять себя», не запрещал себя «любить» и «поклоняться» его личности, лишь поощряя, тем самым, чужой фанатизм… Из-за которого Саске в один момент и превратился в некого местного идола. Пока все остальные с тихим достоинством показывали свои навыки или, — кто-то, — не переставали завидовать чужой популярности, стремясь то и дело обогнать «в качестве» одного наглеца. Таким образом, с учётом происходящего, чем старше становился Саске, тем сильнее укреплялась в его голове убеждённость в собственной уникальности, особом положении и превосходстве над остальными людьми. Его мысли были полны идеями о собственной «идеальности» и «неидеальности» всех прочих. А его таланты и достижения, словно теряли границы с каждой подаренной ему похвалой, из-за чего он уже не мог ожидать иного к себе «особенного» отношения. Когда ему ничего не мешало, он был нарциссом во всей своей красе. Но Учиха не был таким первоначально, его сделали таким — его восхваляющее во всю окружение, его некоторые члены семьи, коим сложно было вовремя найти и горсть той похвалы… Тем самым, научив Саске быть «правильным» и благородным, терпеливым, насколько это было возможно, лишь на нужных людях и пока ему это было выгодно… Дабы «в конец» не упасть лицом перед своим кланом и родными. Однако, даже ему была свойственна очень глубоко спрятанная, посему лишь еле ощутимая для него самого, собственная неполноценность, выливающейся в зависть и, на её фоне, еле сдерживаемую, — в порыве злости, — агрессию. Перед тем, кто хотя бы немного мог быть лучше него самого… И речь пока шла только о сверстниках…

***

Невольно заслышав чужой громкий смех, Учиха мельком отвлёкся от своих слушателей и отвёл взгляд на источник шума. И, когда тот достиг задних парт, парень будто не осознал сначала, а потом взгляд сам собой резко вернулся назад: —Ха?!.. А ОН тут что делает?! — начал тот было возмущаться, завидев профиль одного знакомого нарушителя. —О ком ты?.. О том блондине с полосками на щеках?.. Или куда ты смотришь?.. — послышалось от близстоящих. —А он кто вообще? — задал черноволосый встречный вопрос, как бы подтверждая рассматриваемого. Все как-то неуверенно пожали плечами. —Новенький, может быть?.. — кто-то предположил: или бы зачем он сидел вместе с ними?.. —Новенький?.. Ха?.. — несказанно парень удивился, после уже припоминая, что тот блондин как раз-таки говорил, что скоро пойдёт в Академию. — «Значит, он тогда не врал?.. Тогда почему в наш класс?..», — Саске недоумевал, чем тот парень мог таким выделится. — Хм, — тотчас он нахмурился. —Ты его знаешь? — поинтересовалась уже одна девочка рядом. —Нет, — сказал тот, как отрезал, с учётом неимения как таковой информации об его оппоненте. — Но один раз видел, — однако знакомством Саске не мог это никак назвать. —А он тебя, кажется, знает… И не скрывает этого… — продолжила та задумчиво, заставив Саске нахмуриться: ему была хорошо показана разница их отношения друг к другу. — Он первый заметил твой скорый приход. —Да! — довольно щебетнула рядом другая. — Даже «знакомым» своим назвал. —Первый, значит? — пуще прежнего черноволосый нахмурился, одарив неизвестного голубоглазого блондина той ещё волной подозрения и недовольства, касаемо его способностей и принадлежности, а так же потому… Что посмел так нагло занять недостойное ему место! — Да кто он такой, чтобы сидеть рядом с Наратой?! — то бишь, с сыном самого Хокаге. Идзами же его несколько раздражал, поэтому опустил сее надоедливое имя, хоть и отметил про себя такую же странную «близость» с неизвестным. Девушка вновь задумчиво оглядела новичка: —Не знаю… Но, кажется, теперь он учится с нами…

***

—«Он скоро дырку в тебе прожжёт», — хохотнул Девятихвостый. Парень невольно улыбнулся. —«Ага», — довольно Джинчурики ответил, будто наслаждаясь чужим уничтожающим взглядом, наполненный приятными знакомыми нотками его родного «непараллельного» мира. — Э-эх!.. «Как давно это бы-ыло!», — как бы откинулся он назад, заведя руки за голову: ляпота-а. —«Будешь давать отпор?», — продолжал Лис ухмыляться. —Ха!.. «Ещё спрашиваешь?! Конечно!», — для Удзумаки никак было иначе. — «Но не сейчас», — пусть его будущий друг ещё побесится немного. Кажется, Наруто начал уж слишком понимать своего рыжего друга, что как же весело, порой, было подшучивать над кем-то… Особенно, кого относительно хорошо знал в своём недалёком «прошлом». В общем, верно говорили: с кем поведёшься — от того и наберёшься… И, неважно, что речь сейчас шла о Кураме, сильнейшем из Хвостатых… С учётом, что в этой Деревне Листа он в принципе сейчас являлся единственным в своём роде, а других Зверей Лис попросту не знал пока…

***

Так прошло ещё пара недолгих минут, пока наконец не явился… Учитель. Чужая нога с громким стуком встретилось с порогом, как бы перенимая на себя всё внимание: —Что за балаган, я не пойму?! — тотчас послышался крик. Все в миг обернулись и затихли, осознав личность их пришедшего: ведь это был… Рентаро-сенсей! Мужчина, держа одной рукой целую кипу тестовых бланков, оглядел всю аудиторию и показательно шумно выдохнул, прикрыв лицо ладонью. — Значит, не показалось!.. — и, резко вскинув голову, он так же шумно начал пересекать всю аудиторию, вынуждая студентов прямо разбегаться во все стороны, а после и по своим местам, дабы не встать на его пути и ненароком не попасть под чужую горячую руку. — Учиха! — чётко брюнет выделил. — Я сколько раз просил?!.. Двадцать?.. Тридцать?.. Неважно!.. — и, встав прямо напротив него, он, словно тучей, навис над учащимся. — Мне что, нужно каждый раз тебе персонально напоминать?!.. Пришёл?! Так утихомирь свой фан-клуб и найди себе место! Неужели так сложно всё организовать среди «своих»?! — намекал мужчина на бестолковые лидерские качества. — Или чуть ли не сам Директор извечно обязан узнавать о твоём приходе?! — ввиду их нескончаемого поднимающегося шума. Саске выдержал чужой недовольный взгляд и, одарив своим, как можно терпеливее ответил: —Рентаро-сенсей, — так же чётко он выделил чужое имя. — Это было их решением подойти ко мне или общаться на повышенных тонах. Меня всё устраивало, — сам-то Учиха не вёл себя слишком вызывающе, имел право, как и все остальные… Выказывать эмоции, поэтому решил намекнуть, что проблемы он не увидел и за чужие действия самолично вины не ощущал: у каждого своя голова была на плечах. И, в целом, парень был прав, однако… Рентаро-сенсей всё равно был непреклонен. —Я это уже слышал!.. Но ты уже ни один раз оказываешься в подобной ситуации! — что несказанно раздражало уже, что, сколько не пробуй, ничего не менялось в происходящем, поэтому… Даже если и так, Рентаро не бросит своих попыток достучаться до одного ученика. — Ха-а… — попытался тот хоть немного успокоиться. — Я прошу тебя, пойми уже. Если вся шумиха из-за тебя происходит, так, будь добр, возьми ответственность, и объясни всем, кто тебя так внимательно слушают, как важна дисциплина! Покажи всем правильный пример! — продолжал мужчина, в надежде, что его услышат и поймут: как важно было развивать свои лидерские качества, свои умения брать ответственность за всю свою группу, которая в него верила, а также, элементарно, что хотя бы сам Учиха смог бы приструнить своих «друзей», если они уже учителя не в состоянии услышать с первого раза. Но чужой посыл звучал несколько некорректно для понимания, поэтому Саске… —Правильный?.. Ха!.. — и это ОН ещё будет говорить ему что-то о «правильности» и о каких-то ещё обязанностях? — А почему Я именно должен? Каждый сам волен делать то, что ему заблагорассудится в рамках «правил поведения» самой Деревни Листа. Разве не так… Рентаро-сенсей? — с вызовом тот поинтересовался, лишь всем своим видом показывая своё почти что наплевательское отношение к речам мужчины, который так и не смог нормально убедить парня начать больше его уважать. — Вы же здесь учитель, а не я. Вот сами и научите, — с усмешкой Саске произнёс, при этом, зная обо всех социальных трудностях его оппонента. —ЧТО?! — Рентаро был готов попросту взорваться от такого отношения к себе: его умудрились непрямо оскорбить прямо при всём классе! Причём, никто иной, как Саске Учиха, чей приход можно было связать с «невероятной удачей», так нечасто его видели. И, самое раздражающее, что к его словам было невероятно сложно всегда прицепиться, ведь он говорил только по факту! И, неважно, что они скрывали за собой целую кипу намёков, с которыми мог оскорбиться только тот, на кого те были направлены! Для кого-то ещё его бы слова, возможно, не возымели бы эффекта, и мужчина как-никогда это понимал… Как сильно этот мальчик мог бить по слабым душевным местам. Но, при всей своей оскорблённости и внушительной «не-любви» к Учихе, мужчине оставалось лишь терпеть: профессиональная этика никак позволяла избить до смерти своего ученика или, в целом, нанести любой другой внушительный моральный или физический ущерб, если преподаватель имел хоть какие-то свои личные счёты с учащимся. Во время практических занятий — были свои ограничения. И Саске знал об этом всём, поэтому казался столь в себе уверен, что ему ничего серьёзного с этого не будет. К тому же, парень знал, что Рентаро-сенсей особо провоцировать его никогда не стал бы, видно, понимая, какой клан стоял за его спиной. Хотя… Это было не совсем так. Все, включая и самого учителя, конечно, видели, что Саске ни разу никому из вышестоящих не жаловался на кого-либо, но мало кто знал, что… Однажды в семье ему просто хорошо объяснили, что его проблемы — это его проблемы, и, как настоящий будущий шиноби, лишь он сам должен был за них отвечать и решать все их последствия… Но, чтобы к нему лишний раз не лезли, Учиха всеми непрямыми намёками научился показывать обратное. Что кровь в его венах — не пустой какой-то звук. Поэтому, Рентаро, не имея сил что-либо сказать, мог лишь подарить мальчику очередной уничтожающий взгляд. Но Учихе было как-то всё равно. Может быть, Рентаро-сенсей и был хорош в теории предметов, которые он понимал и вёл, но в остальном… Тот уже достаточно показал ему свои дилетантские способности. В общем, в чёрных омутах черноволосого так и читался вопрос, почему именно ОН был должен ходить за всеми? Вроде, не маленькими все являлись. Плюс, в уставе Академии или любых прочих правилах не было прописано его прямое участие в жизни класса… Поэтому никакой обязательной ответственности перед кем-то не могло быть и речи! Саске строго отделял себя «любимого» от всех остальных, кто мог его «любить» или «ненавидеть» в этой Академии. Он был убеждён, что каждый сам должен был отвечать за себя и свои поступки. Это так же было верно, но… Жизнь могла быть долгой, а разных ситуаций в ней — могло быть и того больше, поэтому… Если он и дальше будет вечно отказываться от ответственности за других или хотя бы не постараться понять истинные причины недовольств Рентаро-сенсея, то однажды это может привести к непоправимому… Хоть у Рентаро и действительно не имелось достаточно преподавательских способностей в области психологии и личностных социальных навыков, чтобы смочь управляться со сложными детьми, он всё понимал, поэтому не мог перестать всех учить уму разуму… А раз он был часто не способен держать ситуацию под контролем или контролировать свои эмоции, только завидя чужое неуважение к его персоне, ввиду его некой неуверенности в себе и своих силах, мужчина вполне мог невольно перейти на крик: —Я тебе ещё раз напоминаю!.. — с последней каплей терпения он опять начал. — Я твой куратор, Умино Рентаро! Послушай уже МЕНЯ-Я, и ЧТО я тебе говорю-ю! — уже от безысходности, попытался брюнет напомнить о своём авторитете, надеясь хотя бы словом «учитель» показать значимость своих слов: ведь в этой Академии учитель или любой другой наставник — являлся не столько тот, кто мог чему-то научить, но и, прежде всего, «тот, кто мог что-либо знать», кто обладал истинностью знания и был способен это передать. Так было заведено, не он это придумал! Однако, у Саске были свои авторитеты, завязанные, в основном, на «грубой» силе и прочих социальных статусах, поэтому… Умино, продолжая видеть чужое неповиновение и ни капли раскаяния… — Аргх!.. Ты неисправим! — встретилась ладонь с лицом. Мужчина шумно выдохнул, как бы приходя в себя, — Хорошо!.. Хорошо. Больше я тебе и слова сегодня скажу, — сдался он. Саске вновь его победил в моральной схватке и опять довёл… — Только просто сядь уже на своё место! — чуть ли не умолял тот его уже и, не дожидаясь ответа, молча быстро прошёл мимо, не желая и дальше участвовать в этой крайне затруднительной беседе. Он уже понимал, что и сегодня его слова не достигнут разума его подопечного… Хотя проблема в его формулировках тоже была, которые тот ещё нескоро признает. Дошагав до учительского стола и положив перед собой всю свою бумажную ношу, мужчина, упёршись руками в стол, прикрыл глаза. После он вновь набрал побольше воздуха и шумно выдохнул, пытаясь ещё лучше прийти к гармонии в своей душе. Открыв веки, взор его был уже более ясен, я голос звучал увереннее: —Надеюсь, все остальные присутствующие в этой аудитории ТОЖЕ для себя вынесли хоть какой-либо урок с этой ни раз повторяющейся нравоучительной беседы? — скорее, строго тот поинтересовался, оглядев весь притихший класс. И, не услышав пререканий, продолжил уже спокойнее. — Я понимаю ваше отношение ко мне, но я не перестану напоминать и БУДУ напоминать ВАМ о своей и вашей ответственностью перед собой и другими! — обвёл мужчина пальцем всех и каждого, после решив наконец оставить свои поучения… Ведь время тикало. Он замолк и, ещё раз оглядев свой класс… — Что ж, на этом всё. Мы и так уже достаточно друг друга задержали… — взгляд на часы. — На целых пятьдесят минут, — намекал Умино так же и на своё опоздание ввиду получения новых прочих указаний по поводу предстоящего теоретического и практического теста. — Поэтому!.. Вы сейчас все молча навострили уши, а я рассказываю инструктаж…

***

Курама с Наруто уже не переговаривались. Они в глухом молчании наблюдали за окончанием всего происходящего: —«Ну как тебе?», — донёсся голос вдруг из подсознания. Наруто лишь нахмурился: ему не хотелось отвечать, ведь уже достаточно за это время прокричался в мыслях… Как сильно ему сейчас хотелось прибить этого Саске, — что кулаки аж до сих пор чесались, — а также, как сильно он был удивлён, что этот, казалось бы, «некогда противный» Рентаро-сенсей — действительно оказался Умино и не таким уж противным, как ему сначала показалось… Но раз уж сам Девятихвостый интересовался его мыслями, то… —«Не уверен», — неоднозначно как-то тот ответил, не имея сил даже себя понять, нравились ему теперь эти люди или нет. Вроде бы, каждый был по-своему прав, но весь этот «накал страстей» сводили всё настроение на нет. Однако, даже так… Даже так… Один тревожный вопрос уже давно крутился у него на языке и не давал покоя. — «Интересно… Если в этом мире есть этот Рентаро… То что с Ирукой-сенсеем?..», — Удзумаки тихо вздохнул и опять улёгся на парту. — «Увижу ли я его когда-нибудь?..», — мальчику просто хотелось верить… Что он здесь тоже существовал. Тот первый, кто в него поверил… Продолжение следует.